Глава 5: Коррибан, часть 2 (1/1)

– Хорошо… Очень хорошо… – инквизитор Зин вышагивал от одного угла камеры к другому. Его на удивление легкая для человека такой комплекции поступь отслеживалась Лигринтом лишь вскользь – внимание было сосредоточено на узле, что связывал его разум и разум запертого в клетке аколита. Вокруг этого пучка вилась еще одна нить, тянувшаяся к инквизитору, наблюдавшему за сидящим на коленях и вытянувшим вперед левую руку аколитом не только своими глазами.С четвертой попытки Лигринт смог ввести Алифа в необходимый транс, и, когда разум аколита окончательно растекся в его руках, задал вопрос:?Кто убил аколита Элизиса??Глаза Алифа были открыты, но пелена забытья не сползала с них. Безвольно висящая нижняя челюсть не шевелилась. Если Лигринт и получил ответ на свой вопрос, то Алиф дал его явно недобровольно.– Аколит Эсмарот, подобечный смотрителя Тремела – сказал юноша, открыв глаза и опустив левую руку.Струна, что вела к инквизитору Зину, резко натянулась. Алиф дернулся, и его голова с гулким стуком ударилась о пол. Изо рта вытекала пена.– Думаю, нам стоит навестить следующего заключенного, – сказал Зин своим почти добродушным голосом. Лигринт не стал возражать.Устройство академии не было урегулировано формально. Все структуры, возникающие внутри ее стен, создавались по воле темных владык и вращались исключительно вокруг них. Иногда их интересы пересекались, но конфликты разрешались удивительно быстро. Лигринт подозревал, что причиной тому был располагавшийся на вершине этой пирамиды Темный совет, уравновешивавший интересы столь многих игроков, приравнивая их все к нулю. Никому не хотелось перейти дорогу члену Темного совета, а это означало, что стоило кому-то наткнуться на сети чужой интриги, как все нити, что вели к ней, обрубались начисто, просто на всякий случай. Лигринт только и мог делать, что удивляться, наблюдая за тем, как отработанный годами механизм приводится в действие. Копать под аколита Эсмарота самостоятельно пока не имело особого смысла, да и было попросту опасно, но навострить ушки не помешает – на случай, если это имя еще всплывет.Со смерти Кори прошло уже больше месяца. Лигринт быстро привык к особому ритму существования внутри академии. Длинные треугольные коридоры с металлическими стенами, по которым сновали те, кто годился лишь на роль пташек. Архивы и тренировочные залы, где в особо укромных закутках можно было обнаружить первые простенькие паутинки. Просторные кабинеты смотрителей и покои лордов ситхов, светлые пространства которых скрывали больше секретов, чем любой самый темный угол. Таинственные подвалы старой академии, где до сих пор можно услышать эхо от криков, что уже много столетий гуляют по каменным коридорам. И наконец залы верхней части пирамиды, где собирались те, кто никогда не спускался вниз, но чье незримое присутствие ощущалось повсюду. Все это напоминало Лигринту королевский дворец, и в этом царстве полутонов и косых взглядов он чувствовал себя как дома. И только одна мысль не давала юноше покоя.– Пожалуй, на сегодня хватит, аколит. Мне доложили, что тебя ожидает Харкун.?Какими мотивами руководствуется этот человек??Смерть Кори была не единственной за последние несколько недель. Конкуренция между аколитами становилась все острее, но Лигринта это мало тревожило. Он знал, что остальные претенденты на роль ученика лорд Заш ему не ровня, и пока ничто не могло переубедить юношу в обратном. Единственную угрозу для себя он видел в лице смотрителя Харкуна. На первый взгляд тот мало чем отличался от любого другого смотрителя, но рисунок его поступков настораживал Лигринта. Учебный план, в котором не было прогрессии, и который совершенно не выглядел как что-то хоть чуть-чуть осмысленное – для остальных это стало обыденностью, но Лигринт продолжал тщетно искать последовательность. Многочасовые пытки заключенных, взаимодействие с артефактами, которые, судя по всему, растеряли всю свою силу тысячелетия назад, длительные медитации, а также ежедневные сеансы унижений, которые часто комбинировались с разного рода монотонными упражнениями, отдаленно напоминавшими попытки некоторых племен ?пробудить? у проходящих обряд инициации особей способность чувствовать Силу. Некоторым аколитам давали индивидуальные задания, но иногда Лигринту казалось, что большая часть из них должна была скрыть истинную задачу, которую Харкун решал руками аколитов. За его приказами скрывалось что-то еще, и Лигринт начинал сомневаться, что целью Харкуна вообще является подготовка ученика лорда ситхов.Был и еще один терзавший юношу вопрос: почему смотритель убил Кори именно в присутствии Лигринта и этого полукровки?– Зин хорошо отзывается о тебе, аколит Лигринт, и лорд Заш довольна твоими успехами, – в любой другой ситуации юноша съязвил бы, но сейчас он отчаянно вслушивался в интонацию смотрителя, стараясь уловить те самые холодные нотки. Маска была идеальной.– Ффон, – Харкун резко повернулся к полукровке, как если бы кто-то не обладающий харизмой пытался произвести впечатление непредсказуемого и опасного человека. И Лигринт действительно чувствовал опасность, потому что он снова почти поверил.– Твоим сегодняшним заданием будет перевести вот эти тексты для лорд Заш.– Как прикажете, смотритель, – равнодушно выдавил из себя полукровка. Он совершенно не замечал. Даже убийство Кори тот наверняка счел простым уроком из разряда ?слабый недостоин стать ситхом?. Действительно ли Харкун потакал ему, как считали все остальные аколиты, или это было ловушкой для самодовольного юнца, что радостно шагнул в нее? Или это лишь еще одна загадка, назначением которой было не давать Лигринту спать по ночам?Ффон вышел из кабинета, и аколит остался с Харкуном наедине.– Все, что думают о тебе Зин и Заш, можешь забыть. Ты – ничтожество, всегда им был и навсегда останешься!– Кончайте с этим, – не выдержал Лигринт, – Зачем вы все это делаете?– В глубинах древней могилы Марки Рагноса, помимо кровожадных тварей и других невообразимых ужасов, уже много столетий томится голокрон, полный секретов. Никто так и не смог выяснить, как высвободить его, – продолжил Харкун, будто не замечая слов аколита. От ощущения нереальности происходящего Лигринту становилось уже физически плохо. В первые дни он еще мог это терпеть, даже пытался находить в игре Харкуна что-то забавное, как тогда в космопорту. Но каждая новая встреча со смотрителем надламывала Лигринта все сильнее.– Ты принесешь мне этот голокрон, или умрешь, – закончил Харкун фальшивую тираду. Он играл с ним, показывал, что Лигринту совершенно нечего ему противопоставить на том поле, что юноша по своей глупости и неопытности считал своим. И это было страшнее любой угрозы.– Что вам от меня на самом деле нужно?.. – даже будучи полностью выбитым из колеи, Лигринт не ожидал, что его обычно твердый голос, который так хорошо сочетался с саркастическим и наигранно-легкомысленным тоном, на этот раз подведет его.На месте Харкуна снова стоял кто-то. Лигринт не знал его имени, мотивов, цели. Он не мог определить уровень его возможностей, ибо все, что тот демонстрировал, было фарсом. Он даже не знал, как этот человек на самом деле выглядел.– У тебя еще есть время все понять, – произнес бархатный голос.– Ты принесешь мне голокрон, или будешь умолять, чтобы призрак самого Марки Рагноса покончил с твоей жалкой жизнью! – кричал Харкун вслед уходящему аколиту.***Лигринт не торопился сразу отправляться в гробницу Марки Рагноса – умереть можно было и чуть попозже. Вместо этого он выделил несколько дней на сбор информации. Вряд ли, конечно, о гробницах темных владык можно было прочитать что-то такое, что сделало бы пребывание в них хоть на толику безопаснее. Возможно, Лигринт просто искал повод заглянуть уже наконец в архивы коррибанской академии. Оценить размеры внутреннего пространства пирамиды было тяжело, но опыт блуждания по замку с довольно хаотичной планировкой подсказывал, что архивы занимали почти треть второго яруса академии, и, в отличии от библиотеки во дворце, никогда не пустовали. Протянувшиеся длинными рядами стеллажи постоянно делились с аколитами страницами рукописей, закованными в прозрачные защитные кейсы, экраны справочных терминалов редко стояли без дела, а дроиды-хранители, похоже, и вовсе не прекращали свое бесшумное патрулирование. Но даже при таких условиях архив продолжал сохранять атмосферу таинственности, что так подкупала Лигринта.Глаза полукровки сверкнули, ненадолго показавшись между стелажами, а затем снова исчезли. Поначалу Ффон смеялся над Лигринтом, считая промедление перед новым увлекательным путешествием в могилу проявлением страха, но позже насмешки пошли на убыль, по мере того, как стопорился его прогресс в изучении ситхского языка. Кроме того, на идиотов подобно этому аура библиотеки, похоже, действовала угнетающе.Лигринт подыскал себе удобное рабочее место и активировал экран датапада, который вернул его к тексту:?Интерес вызывает также тот факт, что лишь малая часть гробниц Долины спящих королей является действительным местом погребения лордов ситхов, а некоторые не задумывались таковыми изначально, что можно понять по отсутствию в них усыпальниц, несмотря на наличие развитой системы сокровищниц, залов для медитации и других палат. Важно также отметить, что гробницы данного комплекса имеют схожую структуру, и, согласно последним данным, могли быть построены с разницей менее чем в 120 стандартных лет. В предыдущем исследовании мной была проанализирована гипотеза о возможном единовременном возведении вышеописанного комплекса ритуальных сооружений без привязки к именам каких-либо лордов ситхов, и более позднем переосмыслении их уже в качестве мест погребения. Возвращаясь к теме вариативности похоронных обрядов…??Так, стоп?Лигринт недоуменно просмотрел предыдущие страницы. Во всех источниках именно эта книга указывалась как первая у данного автора, и здесь он впервые упоминает о своем ?предыдущем исследовании?. Лигринт подошел к терминалу и еще раз ввел имя исследователя.– Я могу вам чем-нибудь помочь, аколит? – справа от Лигринта внезапно возник дроид-смотритель. С такими навыками скрытности у того в программе явно было зашито что-то поинтереснее алгоритма консультирования идиотов–аколитов.– Мне нужна информация по Верену Галу.– Боюсь, вы ознакомились с единственным его трудом, – извиняющимся тоном ответил дроид.– Не может быть. Здесь он ссылается на какие-то свои ранние исследования. Возможно, ваши архивы неполные?– Простите меня за нескромность, но если чего-то нет в наших данных, то этого нет на свете. Я лично проверяю, чтобы аколиты коррибанской академии получали…– Я понял, можешь не продолжать.Мало того, что гробницы настолько опасны, что их приходится патрулировать вооруженным солдатам, так еще и информация о них куда-то бесследно исчезает. Просто замечательно. Лигринт вернулся на свободное место и продолжил чтение. Может автор все-таки соизволит изложить результаты своего исследования далее.Следующие несколько часов Лигринт провел в мире гробниц, с которыми ему еще предстояло ознакомиться поближе. Покончив с текстом и сделав вывод, что автор, занимающийся самоцитированием для повышения своего индекса Пайнса, не заслуживает того, чтобы тратить время на более тщательные поиски его ?ранних исследований?, аколит задумался о своем следующем шаге. Пора было что-то решать. Удрученно вздохнув, Лигринт запросил карту долины. Могила Марки Рагноса располагалась на Дикой равнине – в западной части ущелья, где скалы расходились друг от друга на довольно почтительное расстояние. Теоретически туда можно было добраться пешком, но это заняло бы несколько дней, а учитывая то, как часто в этот сезон бушевали песчаные бури, этот вариант точно не стоило рассматривать.Другие аколиты уже выполнили несколько заданий за пределами академии, но Лигринт впервые покидал пирамиду с того самого дня, когда поднялся из могилы Аджанты Полла. В тот раз коррибанский полк оказал ему помощь, возможно стоило обратиться к ним и на этот раз?***– Аколит! – окликнули его, когда юноша направлялся к расположению отряда капитана Джуварека.– Да?– Манеры, аколит! Ты обращаешься к лорду Арзанону! – прогремел голос высокого темноволосого мужчины. Его прическа и бородка являли собой то, к чему так отчаянно стремился ?Харкун?, а фигура могла сравниться с таковой у Зина, разве что у Арзанона масса была распределена более внушительным образом.– Прошу прощения, мой лорд.– Если бы не рекомендации лорда Зина, у тебя не было бы права на эту ошибку, и впредь я не потерплю подобного пренебрежения. Своим невежеством ты оскорбляешь не меня, но саму академию и традиции ситхов, что она превозносит. Слушай меня внимательно! – только теперь Лигринт выпрямился, завершая поклон, и уставился на массивный подбородок лорда Арзанона.– Я полностью предан учению академии и склоняюсь перед вами, как перед воплощением ее могущества, мой лорд, – Лигринт снова согнул спину, проверяя, как далеко назад он сможет посмотреть, не двигая шеей.– В нашей славной академии все должно подчиняться правилам, что диктуют нам догматы ситхов. У каждого есть свое место в этом механизме, и никто не смеет брать на себя больше, чем ему позволено. Не все уважают эту истину.За спиной Арзанона солдат выстрелил в стоявшего на коленях аколита.– Некоторые считают себя выше нее. Не сомневаюсь, что и ты – один из них. Но сегодня ты станешь орудием, что покарает покусившихся на установленный навеки порядок. Возможно тогда семена сомнения, посеянные в твоем сердце гордыней и самонадеянностью, будут уничтожены.Арзанон сжал правую руку в кулак. Несмотря на комичность речи, конкретно этот жест выглядел внушительно.– Несколько дней назад группа аколитов самовольно покинула стены нашей великой академии. Ведомые глупостью и жаждой крови, они отправились в Дрешде – в отличии от академии, там никто не смог бы оказать им сопротивление. Твоей задачей будет устранить их, доказав, что своим поступком они показали лишь свою слабость и страх перед настоящим могуществом.– Прошу прощения, мой лорд, – Лигринт изобразил на лице борьбу. Он в любом случае не планировал просить об одолжении прямо сейчас, но Арзанону все же стоило продемонстрировать, что тот так хотел увидеть. – Я докажу, что достоин называться истинным ситхом, мой лорд, – капелька драматизма и мнимой самонадеянности, которую Арзанон сам приписал ему, не помешает.Еще один аколит упал на землю с простреленным черепом.***Безжалостный жар звезды. Безжалостные удары песчаного вихря. Три пока еще живых фигуры в свалявшихся и намокших от пота плащах медленно продвигались через бурю. Глаза их горели, а на устах застыли улыбки. Они скоро умрут, в этом никто не сомневался. Они совершили достаточно, чтобы даже ситхи сочли количество пролитой крови чрезмерным. Но аколитам было все равно. Их ведь и так отправили сюда на смерть. Все обещания оказались ложью. Гордость родителей, торжество обряда инициации, яркий блеск медальонов, первое пьянящее прикосновение темной стороны… Все это было блажью, затмевавшей глаза, не дававшей рассмотреть скрывавшийся за ореолом многовековых традиций единственный ритуал, что имел значение. Ритуал лишения жизни.Они знали кодекс с самого детства, понимали, что путь ситха очерчен кровью, а на каждой развилке нужно оставлять труп, даже если свой собственный. Но все равно почему-то оставались слепы к истине. И только загнанные в угол, они окончательно отдали себя в объятия тьмы, ибо только она приветствовала их и продолжала гнать вперед. Взамен она требовала только одно: реки крови. Теперь аколиты снова шли по пути ситхов, но не потому что так велели их смотрители, а потому что это был единственно возможный путь.Темный силуэт вырос позади них будто бы прямо из песка. Фигуры остановились и достали мечи, с которых до сих пор не сбежали последние алые капли. Это было не возмездие, но дар от самой темной стороны, что будет преподнесен не безразличной рукой палача, но хваткой истинного воина. Покорные слуги тьмы принесли ей дары, и та вняла их призыву. Аколит двигался стремительно, став одним целым с песчаным вихрем. Росчерками клинка он сплетал защиту от града обрушившихся на него ударов, но кровь все равно пролилась на красный песок. Теперь их смерть точно будет отмечена покровительством темной стороны. Рана не замедлила аколита. Из-под капюшона показалась еще одна пара горящих глаз. Через пару секунд крови стало больше, а еще через несколько мгновений Коррибан прикрыл щедрые дары своей песчаной скатертью.Аколит стоял неподвижно. Глаза его были закрыты, но внутри не было покоя. Он взывал к той, во имя которой был совершен обряд, чтобы она дала ему сил не упасть. Из этой схватки он вышел победителем, а значит оковы небытия, что вместе с гравитацией тянули его в могилу, должны быть разорваны, ибо таков был договор. И темная сторона исполнила свою часть сделки.***Облачение было разорвано. Опять. Если уж не бою на мечах, то починке одежды академия ситхов обучала превосходно. Но на это уже не было времени. Пришлось натянуть грязно-желтого цвета рубашку и быстро смастерить накидку из длинных кусков ткани, как делали многие аколиты для защиты от ветра и песка. Так Лигринт собирался на вылазку в гробницу Марки Рагноса. Рана в боку оказалась не особо серьезной и через пару дней уже почти не беспокоила, хотя крови отняла прилично – таковой оказалась цена за согласие Арзанона транспортировать его на Дикую равнину.Долина темных повелителей. Никогда ей не знать покоя. Только сейчас, наблюдая из кабины спидера за проносящимися мимо пейзажами долины, Лигринт понял, насколько огромной была эта трещина в коре красной планеты. Когда-то она вполне могла быть устьем мощной реки, но волны давно уже не бились об отвесные скалы, и теперь в них ютились крылатые твари, которым хватало сил подниматься на такую высоту.– Вы могли избавиться от тех троих аколитов в любой момент, но отправили против них лишь одного юнца. Но почему? Зачем вам нужна была его смерть? – спросила девушка в форме офицера службы безопасности, когда Лигринт отошел на почтительное расстояние от спидера. Она не сомневалась, что Арзанон не будет врать. Он доверял ей, и не только благодаря ее званию.– Опасность отдавшихся тьме без остатка не стоит недооценивать, даже если это всего лишь кучка аколитов. Но последствия их глупости редко выходят за рамки того, что можно сделать виброклинком. От того же, кто мнит себя способным обуздать тьму, можно ожидать чего угодно.Офицер посмотрела вслед аколиту. Ветер трепал края накидки, бесформенной поволокой скрывавшей очертания его силуэта. Но что-то не давало ей усомниться в том, что за этой непрозрачной вуалью скрывались расправленные плечи, выражавшие непоколебимую решимость.– Наша задача – поддерживать сложившийся порядок любой ценой. В ордене и так достаточно тех, кто считает себя выше писаных и неписаных правил. И, как бы я не старался, боюсь, что именно это станет причиной нашей погибели.Грузовая платформа опускалась вдоль скалы. Раскинувшаяся впереди равнина была настолько огромной, что даже небо над ней не казалось таким уж бескрайним. Она будто загибалась вверх на горизонте, и Лигринту казалось, что он уже падает прямо в ее объятия, и даже скала позади не могла стать ему опорой. Никогда еще взгляд юноши не улетал так далеко вперед, не встречая преград. Схематичное изображение на карте ни шло ни в какое сравнение с реальностью. Когда платформа коснулась земли и Лигринт сделал первые неуверенные шаги по твердой почве, он все еще опасался, что равнина каким-то образом притянет его к себе, и он останется навечно заточен прямо посреди нее, удерживаемый сильной хваткой этой планеты и вынужденный вечно созерцать бездонное небо над головой.Стараясь отогнать все беспочвенные страхи, аколит быстрым шагом двинулся вдоль скалы туда, где, согласно карте, должен был располагаться ближайший аванпост. В той стороне уже виднелись какие-то постройки. Планируя свой маршрут, Лигринт изначально хотел остановиться в лагере одного из отрядов коррибанского полка, размещенных в долине, но те, похоже, сменили место дислокации, а информацию об их текущем местоположении он раздобыть не сумел. О том аванпосте, куда он направлялся, известно было только то, что эта была некая лаборатория, основанная неким лордом Реннингом, и, приблизившись поближе, Лигринт понял, почему сведений о ней было так мало.Лаборатория больше всего походила на временный лагерь, который в один день стал постоянным. Несколько жилых блоков из серого металла прижимались к самой скале, будто ища у нее защиты. Чуть более уверенно стояла сама передвижная лаборатория, судя по количеству генераторов это была именно она. Красный песок кое-где пытался забраться на остовы строений, но сил ему пока не хватало.Внезапно дверь жилого блока ушла вверх, и на свет выпрыгнул полный мужчина в черном облачении, вмиг разрушивший своим видом атмосферу запустения. Удивительно быстро оббежав вокруг нескольких блоков, мужчина направился в сторону Лигринта.– Аколит, у меня нет на тебя времени. Спроси Малору, – буркнул толстяк себе под нос, поравнявшись с юношей. С его лица не сходило обеспокоенное выражение. В ответ Лигринт лишь пожал плечами и побрел дальше.Подойдя поближе к металлической коробке, он остановился. Изнутри ясно слышались звуки ударов различных предметов о стенки блока и приглушенные слова проклятий. Прождав несколько минут и убедившись, что буря и не думает утихать, Лигринт взобрался по короткой лестнице и разблокировал дверь.– Он улетел, да?! – налетела на него девушка с черными волосами, – И оставил меня одну с этим разбираться?! Великолепно! Просто великолепно!Предметы полетели в стену так быстро, что Лигринт не успевал их идентифицировать. Устав следить за траекторией снарядов, юноша окинул взглядом помещение – довольно просторную комнату отдыха, одна стена которой была скрыта за стеллажом и несколькими столами со странного вида инструментами, коих с каждой секундой становилось все меньше. Когда их совсем не осталось, Лигринт ожидал, что стол тоже сейчас поднимется в воздух, но этого не произошло. Он перевел взгляд на девушку. Та тоже посмотрела на юношу, на этот раз чуть более осмысленно.– Ты только что имел честь познакомиться с моим учителем – лордом Реннингом.– Я так понимаю, доверия и взаимопонимания между вами нет.– Доверие?! Взаимопонимание?! Он же сумасшедший! Неужели с первого взгляда непонятно?! Я убила двенадцать человек во время обучения, и все ради того, чтобы попасть к этому идиоту?! – Она снова начала закипать, но быстро себя одернула, заговорив чуть более спокойно, но желчь так полностью и не ушла из ее голоса. – Я просто не понимаю, как Сфера биологических исследований может выделять на это средства. Просто не понимаю.– Ты ведь Малора, верно?– Верно, – удивительно, как легко она могла переключаться с праведного гнева, что, по ощущениям Лигринта, был по-настоящему искренним, на вот этот вот милый приветливый голос.?С ней надо быть настороже?– Мое имя Лигринт. Мне нужно попасть в гробницу Марки Рагноса по ту сторону равнины. Не против, если я здесь переночую?– Раз так, то мне будет нужна твоя помощь кое в каком деле, – заговорщически ответила Малора, качнув двумя темными прядями. Меньше минуты назад она была просто вне себя, а сейчас уже пыталась сыграть на его пристрастиях. А ведь Лигринту и правда хотелось ей подыграть, чертовке.– И в каком же?– Этот жирный кусок псиного навоза приказал зарубить целую свору тук’ата для его идиотских экспериментов. А сам убежал в академию! Сказал, что этот придурок Элизис опять во что-то вляпался. Никогда не интересовался своими учениками, и тут вдруг так заботы преисполнился, что все дела побросал!Малора понизила голос и, судя по всему, начала передразнивать манеру своего учителя жестикулировать, делая странные пасы руками.– ?В поисках ответов на загадки, что дает нам Сила, мы должны искать везде и всюду. Это означает, что Малора только и будет делать, что копаться во внутренностях тук’ата. Ибо такова воля Силы?.Лигринт не мог скрыть улыбку.– Чего ты улыбаешься? – немного обиженно сказала Малора, хотя именно этой реакции она и добивалась. Чтобы сказать именно эту фразу. Коварная.– Тебе нужно помочь нарезать тук’ата?– Ага!– И на этом все?– Ага!– Не думай, что я не заметил.Малора притворно насупилась.– Ну, есть один грешок на уме, – сказала она, глядя в пол.– Мне нужно точно знать, как высоко ты метишь.– Вообще-то я уже на ступеньку выше, так что особо не наглей, – Малора надменно вздернула носик. – Пока просто хочу избавиться от Реннинга. Саботировать проект – не главная цель. Скорее просто как приятный бонус, – Лигринту уже нравился ход ее мыслей, но он еще не понимал, на что мог рассчитывать взамен.– Сфера биологических исследований, говоришь?– А не слишком ли много вопросов, юноша? Вы же еще аколит, не правда ли? Кто там у вас смотритель? – Малора сложила руки на груди и перенесла вес на одну ногу, всем своим видом показывая, что она и так сказала достаточно. Настал его черед.– Харкун.– А, лорд Заш… – девушка таинственно прищурилась. Лигринт сначала принял это за блеф, но Малора похоже и вправду была заинтересована, – Думаю, более длительное сотрудничество тоже возможно. Если ты выживешь, конечно.– И тебе удачи.– Так ты мне поможешь? С целой стаей я правда сама не справлюсь, – Малора как-то по-новому посмотрела ему в глаза.– Ну ладно.– Спасибо-спасибо-спасибо!?А я точно по тем причинам во все это ввязываюсь??***– Ur-kaa!Слова нечеловеческого языка раздались над песками покруженной во тьму равнины. Голос человеческой женщины, что произносил их, казался неузнаваемым, поскольку принадлежал не ей, но поколениям взращенных темной стороной, чья кожа цвета песка Коррибана стала символов могущества первых древних империй. Тук’ата резко повернули морды, и алые глаза сфокусировались на Малоре. Они не атаковали, но их рык будто демонстрировал, что они не покоряться единому слову.– Haa, neyo la yud masur kee!В пылающих глазах отразился голод и животная ярость. Они почуяли обман.Малора вскинула руку и тьму нарушила яркая вспышка. Долей секундой позже уже два столпа пламени сливались в один, пожирая кожу и мышцы гончих. Но целью людей была не сама смерть, а лишь то, что она оставляла за собой, потому скоро они уняли свой смертоносный вихрь и обнажили мечи. Вожак стаи первым ответил на призыв клинков, но безрассудный прыжок оставил его без передней лапы и с глубокой рубленой раной на боку. Поверженный и опозоренный, он в агонии бился костяными отростками о песок, что все сильнее пропитывался его кровью. Остальные гончие уже окружили двух людей, но не смели идти дальше. И только одна из особей тщетно пыталась убедить членов стаи атаковать, вопреки лаю заходившегося рвотой вожака. Окончательно выйдя из повиновения, гончая в одиночку накинулась на врага и тут же была обезглавлена точным ударом меча. Так алые глаза не увидели позор, что стая навлекла на себя. И пускай тело тук’ата было выпотрошено и осквернено, но смертельная рана, что была нанесена в бою, даровала ей покровительство темной стороны.Через несколько часов девушка и юноша завалились в жилой блок с ног до головы покрытые кровью. Посмотрев на юношу сверху вниз, Малора рассмеялась. В темноте снаружи кровь рассмотреть было трудно, и она не ожидала, что они измарались так основательно.– Что смешного? – спросил Лигринт, переводя взгляд со своей одежды на нее, хотя по его ухмылке было понятно, что он думал о том же самом.Вместо ответа Малора заткнула мальчишке рот. Несколько секунд спустя тот отстранил ее, чтобы отдышаться.– Так вот что тебя, оказывается, возбуждает. С такими наклонностями тебе прямая дорога в сферу биологических исследований, не иначе.Проводить рукой по окропленному телу оказалось гораздо приятнее, чем она ожидала.***Лигринт ушел за несколько часов до рассвета. После всех ночных приключений Малора сопела совсем как обычная девушка своих лет. Лигринт сам удивился тому, как ему удалось восстановить силы за столь короткий сон. Оставшееся ощущение легкого недосыпа не давило на него, скорее наоборот – гнало вперед, как во времена обучения у Хексид. Юноша втянул в легкие разреженный коррибанский воздух. Даже на этой планете в ранние часы он будто бы ощущался чуть более насыщенным. Из-за горизонта вспыхнули первые яркие лучи, заставившие Лигринта зажмуриться. Небо было удивительно чистым и не мешало звезде дотягиваться своим светом до каждого камушка и аккуратно очерчивать короткие, но отчетливые тени.Привыкнув к необычно светлому утру, Лигринт снова поднял взгляд, в очередной раз убеждаясь, что долина в этом месте расширялась настолько, что не было видно ее другого конца. Тщетно вглядываясь в сторону горизонта в поисках скал, аколит увидел то, с чем он так хотел больше не встречаться. Надвигавшаяся песчаная стена находилась пока на достаточном отдалении, но в течении получаса Лигринт вынужден был с ней столкнуться. Юноша развернулся и посмотрел на оставшиеся позади скалы и приятное голубое небо над ними. Никогда этой долине знать покоя. Больше аколит не смотрел себе вслед до самой встречи с бурей. Не поднял он взгляд и когда вокруг него выросли гигантские статуи воинов темной стороны. Уже на подходе к гробнице Марки Рагноса ураганный ветер отступил, признавая, что отныне начинаются владения куда более могущественных стихий.Гробница вырастала прямо из скалы, окружая приближавшийся к ней темный силуэт своими каменными объятиями. Пройдя мимо двух последних статуй, аколит оказался в своеобразном внутреннем дворе. Повсюду были раскиданы археологические инструменты и аппаратура, как если бы целая армия потерпела поражение и оставила на поле боя все свое вооружение. Не оглядываясь лишний раз по сторонам, Лигринт направлялся к ступеням, что уходили вверх почти до середины возвышающейся впереди скалы. Подъем по ним казался дольше, чем многокилометровый переход через всю равнину. В последний раз преодолев притяжение Коррибана, и снова не оглядываясь на красные просторы позади, аколит ступил во тьму.Он сразу ощутил на себе их взгляды. Изгнанные, потерянные, сломленные – они появлялись отовсюду. Сотни рук тянулись к аколиту, но не смели прикасаться к нему. Воин тьмы, воплощение всех их мечтаний и стремлений, символ упущенного шанса, перешел порог их пристанища, доказывая своим существованием ничтожность их жалкой жизни, но одновременно придавая ей новый смысл. Их мольбы тьме оказались услышаны, и та ниспослала им повелителя. Ученики склонились перед темным силуэтом, что продолжал следовать мимо них. Они протягивали ему свои величайшие дары – клинки, что когда-то служили им самим, доспехи убитых солдат, вырванные клыки тварей.Повелитель прошел мимо, так и не посмотрев в их сторону. Аколиты беззвучно кричали и рвали на себе кожу, но воин тьмы не оглянулся и теперь. Он видел изгнанных еще более низшими существами, чем те могли предположить. Для повелителя не было позором признать свое поражение в битве, для которой его собственного могущества было недостаточно. Он не считал зазорным оставить неразгаданной великую тайну, если пока не мог сорвать нужные печати, чтобы найти ответ. Но пасть ниц перед кажущимся идеалом, признать непокоримой гору, что сама нуждалась в тверди, чтобы возвышаться над ним – никогда.Лигринт шел вперед. Туда, где внутри камня покоился древний голокрон.