Часть двадцать пятая (1/1)

Первым пришло осознание, что я жива, но глаза открывать не торопилась, изо всех цепляясь за темноту сна. Ощущение собственного тела приходило медленно. Я поняла, что ничего не болит, и я лежу на чем-то мягком и пахнет… пахнет кофе?Мысль выбила из дремы, и я очнулась. Белый потолок в звездочках… Дома! Я резко поднялась в кровати, своей кровати. А затем почувствовав на себе взгляд, повернула голову и увидела Лену. Та стояла с мягкой улыбкой в дверях с дымящейся чашкой кофе в руке. Я и сама не поняла, как уже обнимала ее, а по щекам текли слезы.Когда Лисица упомянула сестру, я подумала, что случилось нечто ужасное. Как же здорово, что с ней все порядке. А еще я наконец-то дома! И все было сном, ужасным, долгим сном. Отпускать ее не хотелось, как же я соскучилась. Наверное, мое поведение выглядит странно, ведь для нее прошло всего несколько часов. Это для меня они протянулись мучительными днями в сновидении. Лена замерла, не проявляя ответной нежности, и молча позволяла себя обнимать.—?Прости,?— смущенно пробормотала, вытирая слезы и выпуская сестру из объятий,?— мне приснился страшный сон.—?Какой же? —?ее голос прозвучал как-то отстраненно и холодно, и совсем не вязался с улыбчивым выражением лица.Что с ней? Может, поссорилась с Вадимом, или Ефросиний опять начудил, и поэтому настроение плохое.—?Неважно. Просто страшный сон, где я попала в другой мир и не могла проснуться.—?А сейчас ты где?Я запнулась. Что за странные вопросы? Хотя, если приступ нарколепсии длился долго, неудивительно, что она так себя ведет и такое спрашивает. Я опять заставила ее переживать.—?Со мной все в порядке. Я понимаю, что я дома. С тобой. Все хорошо, правда. Но я запишусь к врачу, и сходим вместе, чтобы ты не волновалась.Но на сестру мой извиняющийся тон и беззаботность не подействовали. Ни единой новой эмоции на лице. Словно маска. Все с такой же легкой улыбкой, которая будто приклеилась к ее губам, она спросила:—?И где твой дом?—?Солнечная система. Планета Земля третья от солнца. Материк Евразия, страна Россия. Продолжать?Молчание.—?А сейчас я дома, в своей комнате, но по ощущениям как на допросе. Ты хотя бы скажи, в чем меня обвиняют,?— попыталась отшутиться.—?Хорошо,?— Лена подошла и взяла мое лицо в ладони,?— а кто я?Я смотрела в ее глаза, и почему-то думала о чашке кофе, которую еще пару секунд назад она держала в правой руке. Я не видела, как она ставила ее куда-либо.—?Ты?— моя сестра Елена Владимировна.Уголки ее рта поползли вверх, на губах заиграла довольная улыбка и такая чужая.—?А кто ты?Я не знаю, почему вдруг запнулась, Губы сомкнулись и будто онемели, не желая отвечать. Внутри поднялся протест и тревога.—?А я… твоя сестра… —?я внимательно смотрела на ее лицо, ожидая реакции.Лена хмыкнула, сощурив глаза, будто мой ответ ее позабавил.—?И как же зовут мою сестру? —?насмешливо протянула, склоняясь ко мне. На лице ощутилось ее дыхание.Я дернула головой, но она крепко стиснула пальцы, удержав.—?Имя. И представь детально, где ты сейчас находишься, чтобы я мог лучше увидеть.Серые глаза Лены засветились красным. В голове запульсировала боль, нарастая. По ней будто били маленькие острые молоточки. Тук-тук-тук!?Впусти меня, открой свои мысли, или я раскрою тебе череп и сам посмотрю, что ты там прячешь?.—?Отпусти! —?я оттолкнула сестру, вырываясь.Слегка запрокинув голову и прикрыв глаза, та рассмеялась. Колючий смех окатил ледяной волной осознания. Кровь набатом застучала в висках.—?Ты не моя сестра…Она ухмыльнулась, отчего черты лица уродливо исказились. Воздух завибрировал, стены, пол и потолок комнаты пошли рябью. Шатаясь, я отступала назад, не зная куда бежать и спрятаться.—?Ты сопротивляешься. Это совершенно бесполезно.Лена вдруг исчезла, просто растворилась в пространстве, а в следующую секунду уже стояла передо мной:—?Но мне нравится. Позабавь меня еще немного.Резкий удар в грудь?— и я полетела вниз, сквозь пол, в густую, холодную темноту. И чем глубже погружалась, тем сильнее горечь разъедала сердце. Внутри селилась апатия и безразличие. Кошмары, видения, иные реальности, приступы нарколепсии. Я совсем запуталась. Новые вопросы возникали один за другим, порождая новые проблемы и новый виток жуткой яви. И не было никого, кто бы пояснил, что происходит, и как верно поступить. Единственный лучик света, пусть бы он оказался лишь сном, но и тот обернулся очередным кошмаром.Всем своим существом я устремилась во мрак, закутываясь тьмой как одеялом, стараясь дышать ею и пропитаться насквозь, растворяясь. Единственное, в чем я была теперь уверена, что больше не хочу просыпаться.***Когда спины коснулось что-то, я упрямо зажмурилась, изо всех сил цепляясь за темноту забвения. Но меня словно насильно вытягивали на поверхность сна. В конце концов, после непродолжительной борьбы, я ощутила, что снова лежу на кровати. Только уже явно не на своей. Мягкий шелк постельного белья приятно холодил кожу. В воздухе витал волнующий и такой знакомый запах. Острая свежесть грозы и печальная, горькая сладость замерзших хризантем. Я невольно вдохнула, стараясь вспомнить, и от этого окончательно пришла в себя.От досады захотелось расплакаться. Мысленно отвесив себе оплеуху, попыталась расслабиться. Возможно, получиться снова вернуться в бессознательное небытие.Я спокойна. Как белое, нежное облако в чистом лазурном небе. И не чувствую тревожного запаха, который так напоминает аромат… Внезапное озарение прогнало подкрадывающуюся дрему. А когда уха коснулся теплый, мягкий воздух, сердце и вовсе сделало кульбит в груди.Нет, не может быть. Мне показалось.Мягкий ветерок тем временем игриво пощекотал шею, затем дотронулся до ключиц и исчез.Что происходит?Грудь опалило горячее дыхание, я замерла, внутренне заметавшись в панике. Господи! Я без одежды?! И рядом кто-то есть?! Кровь жаром ударила в голову. Если раньше открывать глаза было страшно, то теперь еще и стыдно. Не придумав ничего лучше, постаралась не шевелиться, усиленно притворяясь, что еще сплю. Но тело сковало от волнения, мышцы скручивало, и я еле удерживалась, чтобы случайно не дернуться.—?Ты покраснела,?— мягкая усмешка. Этот тембр и тихий хмык я узнала бы из миллионов похожих. Сомнений в том, кто сейчас находится рядом, не осталось.—?Наверное,?— интимно выдохнули мне в ухо,?— это очень интересный сон, раз ты так не хочешь просыпаться.Я хочу проснуться! Я хочу проснуться, пусть даже в предыдущем кошмаре с Лжеленой только не с Азазелем!—?Как же мне тебя разбудить… —?от хриплых мурлыкающих ноток в голосе по спине прошла дрожь.Легкое прикосновение к уголку губ?— дотронулся кончиком пальца. Замерев на пару секунд, повел подушечкой по нижней губе, медленно, чуть надавив на середине и, доведя до другого уголка рта, убрал руку. На коже остался зудящий след, который тут же растаял в горячем дыхание. Он меня поцелует? Но Азазель отстранился, и по языку вместе с согретым его дыханием воздухом, растекся томящий вкус несостоявшегося поцелуя.Кровать справа скрипнула, продавливаясь под тяжестью тела, когда Азазель пододвинулся ближе. Боком я ощутила исходящее от него тепло и шелковистое касание обнаженной кожи. Он без одежды?!Пока я пыталась справиться с новой волной паники, Азазель повел кончиками пальцев по моему плечу и, спустившись до ладони, обхватил запястье. С закрытыми глазами восприятие обострилось, и я чувствовала каждый миллиметр ласкаемой им кожи. Он нежно поцеловал сперва запястье, а затем ладонь.Если острый демонический слух до этого не услышал отчаянно колотящееся о ребра сердце, то сейчас определенно уловил губами мой участившийся пульс. Я понимала, что притворяться уже глупо, но если открою глаза, то прелюдия закончится, и начнется настоящая игра.Печально-панические размышления прервались ощущением биения чужого сердца под ладонью. Азазель прижал мою руку к своей груди. Сердце, которое баюкало меня, когда я была кошкой, теперь билось прямо мне в ладонь, ровно и безмятежно. Я вдруг поняла, что всегда хотела прикоснуться к нему, его глухие вибрации действовали успокаивающе. Один, два, три, четыре…Что он делает?Азазель повел моей рукой по бугоркам ребер и следом на живот. Необычное ощущение, словно трогала живой камень. Под теплой атласной кожей скрывалась сталь мышц. Я попыталась вспомнить, сколько кубиков у мужчин на прессе, с нарастающей паникой отмечая, что он опускает мою руку дальше вниз. А брюк на нем тоже нет, мелькнула мысль и… О, господи, я же не дотронулась?! Под смех Азазеля, я выдернула руку и распахнула глаза.—?Вот и проснулась,?— Азазель навалился на меня всем телом, вдавливая в кровать.Все попытки его спихнуть были быстро пресечены. Удерживая за запястья, он прижал мои руки на уровне головы.—?Пришло время нам познакомиться поближе, котенок.