Stockholm (1/1)

I Небосвод настолько тяжело нависает над городом, что Брандту всё кажется: вот-вот пойдет снег. Машина плавно тормозит перед нужным подъездом. Ильза выключает фары и этим резко погружает все во тьму?— фонари, что светятся вдоль улицы, почему-то не спасают. ?— Здесь тихо,?— замечает Брандт, не предпринимая попытки оглянуться вокруг?— он видел все еще днем и успел разглядеть до того, как Ильза вырубила габаритные огни новенького ?вольво?. Ильза пожимает плечами, вытаскивая ключи из замка зажигания; Бенджи буднично вклинивается с заднего сиденья: ?— Так ночь на дворе,?— и выпрыгивает из машины, не забыв про свой драгоценный кофр с ноутбуком. Ильза усмехается и говорит ему вслед: ?— Сходи на Сёдермальм.* Вот там уж точно никогда не спят. Данн поворачивается и чересчур радостно показывает ей средний палец. Лютер немедленно вознаграждает его подзатыльником. Бенджи ойкает и подпрыгивает, по-прежнему крепко сжимая в руках лэптоп; Ильза заливисто смеется и тянется к двери, чтобы выйти, но обнаруживает ее уже открытой. Она приподнимает брови. Брандт усмехается и отвешивает донельзя галантный поклон. Ильза одаривает его ответной ухмылкой, прежде чем наклониться в поисках ранее брошенной на коврик обуви. ?— Ты ходила по крышам? —?внезапно спрашивает Уилл. Он все еще не может перестать думать о том, что она сказала несколькими минутами ранее.** Она не удивляется. По крайней мере, Брандт думает, что не застал ее врасплох?— Ильза так не поднимает головы, все ещё поглощенная поисками пресловутых туфель. ?— Мои родители отличались большой бдительностью. ?— Это значит ?нет?? —?спиной Брандт ощущает нетерпеливые взгляды Лютера и Бенджи, но намеренно игнорирует их. ?— Это значит, что я дожидалась, пока они крепко уснут, а затем вылезала на крышу по пожарной лестнице. Уф, наконец-то! Вообще-то, Ильза сама к нему прикасается. Причём делает это совершенно не стесняясь и, очевидно, не вдаваясь во весь смысл широты своего жеста, когда решительно приобнимает Брандта за плечи одной рукой?— только чтобы вновь надеть скинутые во время погони туфли. Надеть их раньше Ильза не успела?— они прыгнули в машину сразу же, стоило только унести ноги со склада. Брандт ответно обнимает ее за талию не потому, что ему хочется, не для того, чтобы она удержала равновесие и не упала, нет. Брандт обнимает ее потому, что у него просто нет иного выхода. Как иначе можно оправдать незаслуженное доверие? Он задается вопросом все то время, пока смотрит ей в спину, заходя вслед за ней в подъезд. Поднимаясь вслед за ней по лестнице. Ожидая, пока Ильза откроет дверь, чтобы пройти вслед за ней в квартиру. Ответ приходит вместе со щелчком выключателя. Лампочка слабая и светит тускло?— видимо, давно не меняли, но Уиллу все равно требуется несколько секунд, чтобы привыкнуть. Ведь все так очевидно. Ему кажется, что слепнет он вовсе не от лампочки, а от разорвавшейся где-то глубоко внутри яркой вспышки. Взгляды Лютера и Бенджи, он уверен, прожигают ему затылок, но это больше не имеет для Уилла никакого значения. Оправдать незаслуженное доверие можно лишь заслужив его на самом деле.I ?— Слушайте,?— Бенджи высовывает голову в открытое окно; восторженно озирается, словно маленький мальчик в канун Рождества. —?А крыши и впрямь близко-близко! ?— Рада, что тебе нравится, Бенджи,?— ехидничает Ильза, не отрывая взгляда от книги. Она сидит в большом читальном кресле возле старинного камина и перелистывает потрепанный сборник скандинавских сказок: спина?— идеально прямая, словно стрела, но ноги скрещены по-турецки, и Брандт по неясной даже ему самому причине, думает, что ему следовало бы отвернуться. Думает. Но почему-то не делает этого. ?— Ты правда жила здесь? —?снова подает голос Бенджи. Лютер делает вид, что не прислушивается к разговору. ?— Угу,?— рассеянно отвечает Ильза, перелистывая страницу. ?— И в каком именно доме? ?— Прямо здесь, Бенджи. Это квартира моих родителей. Воцаряется гнетущая тишина. Бенджи медленно затворяет окно; Лютер выключает ноутбук, а Брандт просто смотрит, не зная, что нужно сказать. И стоит ли говорить что-то вообще. Ильза тем временем преувеличенно спокойно захлопывает книгу и встает с кресла. ?— Спокойной ночи. Увидимся утром. Уилл уверен, что сегодня ему точно не удастся заснуть. А снега все нет и нет.I Снегопад начинается в пять утра?— вместе с едва слышным щелчком замка входной двери. Брандт открывает глаза. Это оказывается удивительно легко сделать?— он и не спал вовсе. Бесшумно выбраться вслед за ней из квартиры тоже оказывается легко. Нелегко?— заново учиться следить за ней: хотя в такой час на улицах Стокгольма никого нет, Уилл умудряется потерять ее из виду. Он по-идиотски радуется тому, что Ильза хотя бы надела пальто, сам не зная почему?— уж в чем Фауст точно нельзя было заподозрить, так это в непрактичности и отсутствии здравого смысла. Да и зимы здесь гораздо теплее, чем принято считать. В конце концов отыскать ее оказывается не так уж и трудно. Ноги сами приводят его прямиком к Катаринахиссен, *** хоть это и противоречит всем законам логики?— вряд ли можно найти здесь хоть кого-то в такое время, но Брандт все равно поднимается, надеясь найти ее в застекленной зоне, а не на самом верху. Догадка оказывается верной. Ильза и вправду стоит в кабине подъемника, но любуется отнюдь не умопомрачительным видом, а пустотой на дне пластикового стаканчика из-под кофе. Брандт не может удержаться от ухмылки, любуясь. ?— Как ты сюда пробралась в такую рань? Подкупила охрану? Она поднимает голову, кажется, вовсе не удивленная его присутствием. Ехидно скалится в ответ: ?— Ага, соблазнила. А ты как? ?— Предпочту промолчать. Не хочу упасть в твоих глазах,?— театральным жестом Брандт извлекает из-за спину картонку с двумя стаканчиками все еще горячего кофе. —?Та-дам! Ильза смеется; в уголках глаз собираются лучики морщинок, ярко подчеркнутые веснушками. Уилл думает, что без косметики она выглядит еще моложе, чем есть на самом деле. ?— Осторожнее, агент Брандт. Будете продолжать в том же духе, я, еще чего не хватало, подумаю, что вы решили на мне жениться,?— глаза ее по-прежнему смеются, но кофе Ильза принимает с благодарностью. ?— Как, миледи? —?он театральным жестом прикладывает ладонь к сердцу и отшатывается в нарочитом ужасе. —?Неужели вы раскусили мои намерения? Это на удивление легко?— не воспринимать ее слова всерьез: отчасти по причине того, что шведское ?вы? разительно отличается смыслом от английского; **** отчасти потому, что он уже успел понять, что флирт для Ильзы?— всего лишь еще одна форма язвительных подтруниваний и беззлобных насмешек. Но главный повод не воспринимать ее слова всерьез, кроется, конечно, в другом?— он просто не имеет на это права. Интересно, спрашивает Брандт самого себя: а с чего он вообще решил, будто имеет на что-то право? ?— Я боялась высоты,?— неожиданно признается Ильза, рывком возвращая Брандта в реальность. ?— Разве? —?он делает глоток кофе; странным образом, абсолютная внезапность сказанных ею слов помогает ему собраться. —?По тебе не скажешь. ?— Мой отец,?— Ильза усмехается: грустно и радостно одновременно. —?Когда я призналась ему, что до чертиков боюсь высоты, он привел меня сюда, но еще выше?— туда, где только сетка висит,?— она мимолетно поднимает голову вверх, указывая направление и со слегка рассеянной задумчивостью отпивает кофе. —?Заставил смотреть вниз на протяжении целого часа. Мама потом весь день смотрела на него так, будто готова была его убить. Брандт смеется. Смех отчего-то выходит совсем безрадостным. ?— Оригинальный подход,?— признает он, не зная, что вообще на это можно сказать. ?— О, поверь мне, я тоже так думала. Пока меня не завербовали. Она подходит ближе к стеклу. Устремляет взгляд вниз, и смотрит внимательно, будто хочет запомнить очертания города до самой последней черточки. Уилл старается последовать ее примеру, но захватывающий дух вид его совсем не интересует; взгляд то и дело возвращается к ее профилю. ?— Ты не виноват в этом,?— Ильза говорит настолько будничным тоном, не отрывая взгляда от окна, что Брандту на мгновение кажется, будто ему послышалось. ?— Что, прости? —?Господи, ну и умеет же она застать врасплох. ?— То, что произошло в Хорватии. Это не твоя вина. Он долго молчит, собираясь с мыслями, но в конце концов, не придумывает ничего лучше, кроме как сказать правду: ?— Я должен был предупредить тебя. ?— Ты выполнял приказ. ?— Это меня не оправдывает. Ты же никогда не выполняешь приказов. Ильза неожиданно звонко смеется: ?— Это комплимент? Уилл отвечает не раздумывая: ?— Да. Ильза смотрит на него долгим непроницаемым взглядом, бездумно покручивая в руке опустевший пластиковый стаканчик, а затем, словно решившись на что-то?— подходит к нему в два широких стремительных шага и целует его в щеку. Брандт чувствует себя так, будто его только что оглушили электрошокером, но он при этом почему-то забыл упасть. ?— Ты не виноват. Никто из нас не виноват, Уилл. И спасибо за кофе. Ильза мимолетно сжимает ладонью его локоть. Брандт не произносит ни слова, пока они вместе спускаются обратно вниз?— прикосновение теплится крохотными искорками тока на рукаве его пальто. Он умеет читать между строк. Иногда, оправдывать чужое доверие означало делать вид, что веришь в ответ, пусть даже зная на самом деле, что сказанное?— это всего лишь очередная вынужденная ложь.Над городом занимается рассвет.