2 (1/1)

''Длинная'', - думает Гокудера, глядя сверху вниз. Не только длинная, но и крутая; номера наверху паршивые, и это нормально для придорожного мотеля. Может - наверняка - он даже не будет первым, кто слетит с этой лестницы и расшибется насмерть. И будет кому позаботиться о теле, и рассказать Тсуне пару небылиц, в которые никто не поверит, но он успеет исчезнуть и спрятаться, пока система раскачается...Стоя на самом краю, носками туфель не ощущая твердой земли, Гокудера чувствует на шее горячие губы. Шепот так близко к уху, что кажется - существует сам по себе, сам формируется извне и проникает внутрь него, или он давно звучит у него в голове...- Я с тобой сделаю все, что захочу, - говорит Ямамото, придерживая его за плечи, - и ты дашь мне это сделать, потому что тоже этого хочешь, потому что я знаю, как тебе будет лучше.Лучше - это не вслушиваться, слова сами по себе не имеют смысла, и он ничего не чувствует, когда Ямамото произносит их.- Я могу убить тебя прямо сейчас, как захочу, и ты не станешь сопротивляться. Не станешь, правда?Не шелохнувшись, Гокудера все еще стоит на краю. Где-нибудь на обрыве над морем дул бы шквальный ветер, и он давно был бы внизу, или может, они оба.- Давай проверим.Ямамото впивается пальцами ему под ребра, причиняя боль, - словно хочет проникнуть ими под кожу, под мышцы, будто изнутри Гокудера пустой, только сердце бьется о стенки полости, и его можно выдрать руками.Или Ямамото хочет вскрыть его, как вскрывают нарыв, и выпустить то, что внутри него, если там все-таки что-то есть.- Или трахнуть тебя прямо здесь, и все сбегутся посмотреть на нас.Все - пожилая семейная пара с ребенком и компания - трое ребят и две девушки. Такие вряд ли смотрят гей-порно, и для них окажется в новинку секс между парнями прямо на их глазах. Они будут в возмущении.- Тебе нравится?На самом деле, Ямамото знает ответ - он же сам сказал, что все знает. Ямамото с силой толкает его в спину.Полностью потеряв контроль над своим телом и своими эмоциями, Гокудера широко раскрывает глаза, и руки инстинктивно тянутся вперед. Он успеет понять, что умрет, или просто потеряет сознание, и ему в любом случае будет очень больно. Эти мысли - самое яркое, что появлялось в его голове за последние несколько дней.Никаких воспоминаний о прожитой жизни, на это нет времени, сквозь сноп искр, как под инфракрасным светом, проявляется: Ямамото все-таки сделал, как пообещал. Сердце перестает биться раньше, чем Гокудера умирает; оно замирает в смертельном ужасе. Сердце не бывает храбрым, это выдумка для неуверенных в себе и солдат.Падение прерывается. Может, прошла десятая секунды. Первый звук, который Гокудера слышит, родившись заново - свое сбитое дыхание, второй - свой всхлип. К глазам приливает горячее, и он воет, заходится в первом приступе рыданий, задыхаясь.Ямамото усаживается вместе с ним на ступеньку, обнимая и молча, он знает, что сказать, но сделает это немного позже, когда Гокудера окончательно восстановит способность воспринимать действительность вокруг себя.Он расскажет, что рыжую итальянку нашли, что она мертва, и через несколько часов Гокудера не спросит опять: ''Кто такая Бьянка?''