Глава 13 (1/1)

?Невольная податливость?Выезжать в столь неспокойную погоду в город не считалось безопасным, ребята вполне могли обречь себя на ночевку в круглосуточном магазине.Дилан без доверия изучил темное небо, уловил тихую вспышку вдали горизонта и вздохнул от безысходности: одно дело застрять с Шелл и Ником, другое?— с Крисом и Сьюз. Компания хоть куда: девушка, которая хрен чего хотела от жизни, и парень с беспричинной неприязнью в адрес О’Брайена.И оба пьяны. Ми-ло.—?Кто за рулем, тот не бухал,?— Крис подошел к машине и весело бросил ключи Дилану. Тот поймал и попутно принял решение отпустить ситуацию. Слишком часто он тревожился о том, над чем у него не имелось контроля, только лишние нервные клетки поражал своим мысленным копошением. Пора сфокусироваться на себе, а не на мире вокруг.Сьюз, надев наушники, полностью погрузилась в небытие, пританцовывала и покачивала головой. Если бы этим занималась Эффи или Шелл, они бы обязательно подпевали, а Майл двигалась в молчании.О’Брайену удалось отключиться?— сконцентрировался на вождении, да и ?товарищи? вели себя тихо, что, честно, непривычно: Кристиан постоянно пялил в телефон, сидя сзади со Сьюз, девушка продолжала слушать музыку, иногда курила, ладонью играя с ветром, треплющим её волосы. Она давно не обновляла цвет, оттенок медленно менялся, натуральный темно-каштановый, ближе к шоколадному невольно привлекал внимание, добавляя образу Майл строгости. Дилан нечасто задумывался о том, где она росла, какими были её родители, как вышло, что она оказалась в такой жизненной ситуации? Почему ненавидела свое настоящее имя? Наверное, даже фамилия Майл?— не её. Бежала от прошлого? В чем причина?Скорее всего, никто не знал. Сьюз позиционировала себя, как девушку легкого поведения, с ветром в голове, но что-то в её образе частенько давало сбой.Раз даже Кристиан это отмечал.Дикенс подпер щеку ладонью, покуривал сигарету без наслаждения и краем глаз наблюдал за Сезанной, раздумывая о чем-то своем, отдаленном и неизвестном.И как Ник набрал эту ?группу?? Он ведь уже с ними приехал в дом Джуз. Кристиан из Милфорда, Сьюз?— неизвестно откуда. Как они встретились и как давно знакомы?Без приключений добрались до магазина, погода продолжала держать в напряженном ожидании. Небольшой список покупок Дилан открыл в сообщении от Шелл. В поздний час зал магазина пустовал. Работала одна одинокая касса, немолодая кассирша потягивала горячий чай и бесцельно копалась в телефоне. Сьюз шла впереди, покачиваясь под музыку в наушниках, Кристиан за ней с тележкой, а Дилан?— заключал цепочку. Хотя логичнее было бы ему идти первым. Но именно с такого ракурса парень сумел в очередной раз лицезреть не совсем понятное?— то, как Крис наблюдал за передвижением Майл. Довольно часто О’Брайен ловил Дикенса за подобным и что-то внутри, давно ставшее частью его личности, тревожно засигналило. Наверное, не самый подходящий момент, но Дилан решил воспользоваться полной отрешенностью девушки и переговорить с Кристианом.Дикенс выбирал между одним сортом кофе и другим, со вкусом ванили, когда Дилан остановился рядом, глянув на отдалившуюся в отдел чипсов Сьюз:—?Даже не думай,?— взял с полки горький кофе.Крис лениво отлип взглядом от этикеток и посмотрел на него:—?Чаво?—?Даже не думай затащить её в постель,?— сохранил суровый тон, но Крис?— в этом весь он?— продолжал общаться с непринуждением, будто бы ничего в этом мире его не касалось и к нему не имело никакого отношения:—?У тебя синдром ?старшего брата??Дилан вздохнул:—?Типа того.Всё? В принципе, это всё, что он хотел сказать, потому толкнул тележку, тем самым желая привести Дикенса в движение. Тот продолжил идти, ненадолго погрузившись в свои мысли, что нельзя было понять по выражению его лица?— больно простое, ничем не озабоченное.Как и голос, не выдающий никаких эмоций:—?Хочешь спиздану кое-что, но от всей души?Дилан, который хотел уйти подальше вперед, невольно сбавил шаг, ровняясь с Крисом:—?Давай,?— по-прежнему не смотрел на него.От всей души? Сейчас будет или гадость, или сарказм, или ругань. По крайней мере, Дикенс не выглядел настолько пьяным, чтобы позволить себе признаться в чем-то личном и искреннем.Оба парня смотрели на Сьюз, машинально контролировали её зрительно, зная, как быстро она могла исчезнуть. А потом не появляться день, два, три…—?Она мне в чем-то нравится.О’Брайен не был готов, потому хмуро уставился на профиль Дикенса, а тот не спускал привычно спокойного взгляда с Майл: девушка выронила две пачки чипсов с красным перцем. И от злости, что не мелькнула на лице, придавила одну из них ногой.Пф, чисто Сьюз, нечего добавить.—?Именно поэтому мы не переспим,?— Крис вновь проявил глупую веселость, которую Дилан не смог оценить, и пихнул О’Брайена плечом?— не дружеский жест. Между ними все действия воспринимались с издевкой.—?Так что не переживай за её невинность… которой нет,?— прыснул и сам удивился:?— Хотя, чего тебе рассказываю? Ты же с ней спишь,?— и зашагал вперед. Он не ускорил шаг, это Дилан замедлился, намереваясь отстать и обдумать услышанное.Конечно, он понимал, что Дикенс жил со своими тараканами в башке, но Крису удалось удивить О’Брайена.Нравится и поэтому не спит? Нравится и поэтому не будет?К слову, это объяснило все их межличностные конфликты, которые до сего момента казались безосновательными. Теперь неприязнь со стороны Криса хотя бы оправдывалась.Быстренько набрали еды по списку, быстренько расплатились мятыми купюрами, быстренько вернулись на парковку. Потому что Сьюз начала дремать на ходу. Она в нетрезвом состоянии превращалась в настоящего капризного ребенка, поэтому парни слаженно попытались ускориться.Дилан ставил пакеты в багажник, пока Крис стебал Сьюз, у которой не получалось поджечь кончик сигареты?— девушку раскачивало под напором ветра. О’Брайен проверил, все ли на месте, сверил с чеком, потому что этого требовала Ниллс, и устало взялся рукой за крышку багажника, намереваясь захлопнуть, как вдруг внимание привлек громкий сигнал машин. Обернулся, заметив, как на дороге несколько автомобилей сбавили ход, потому что им перерезали путь велосипедисты.Один из них, видимо, съезжая с тротуара, грохнулся и теперь сидел на проезжей части, второй слез с велика и пытался поднять друга.Дилан присмотрелся, значительно нахмурился и выдал короткое:—?Дура,?— рывком захлопнул багажник.Дерек помог Эффи подняться, та без остановки смеялась, пока рассерженные водители, сигналя, гнали их с дороги.***Это нормально?Стою на крыльце, пальцами перебираю связку ключей. За спиной?— ночь. В груди?— мрак. Мое хмурое лицо устает выражать неоднозначные эмоции. Опьянение сказывается на состоянии, но почему-то внезапно я начинаю чувствовать то, от чего намеренно убегаю.С губ слетает вздох. Открываю дверь и вхожу в темную прихожую. Закрываю. Опускаю руки. Все перед глазами смешивается, покачивается, будто нахожусь на палубе корабля. Приятное первичное влияние алкоголя начинает сходить?— и на меня накатывает тоска, апатия. Знала, это обязательно произойдет, но почему-то все равно купила бутылку вина. Хотелось снова улететь из этого мира и прекратить его ощущать.Хочу миновать поворот в гостиную, как тишину разрывает резкий свист. Вздрагиваю плечами, чуть не накрыв ладонью сердце, и оборачиваюсь, заглянув в темное помещение с камином. Как-то без проблем нахожу на диване Кристиана и шепчу:—?Напугал.Дикенс лежит на спине, одна нога вытянута, вторая?— согнута, голову подпирает ладонью. Смотрит на меня с естественным для себя прищуром. Странная привычка, будто относится ко всему вокруг с недоверием.Не знаю, зачем притормозила и вообще задержалась здесь. Общение с этим парнем не заканчивается ничем приятным?— каждый раз остается неоднозначный осадок.—?Тебя кто-то обидел? —?парень задает… странный вопрос. Как всегда.—?Чего? —?щурюсь. Я ослышалась?Кристиан с прежним равнодушием объясняет:—?Выглядишь убого.Смотрю на него, нетрезвым разумом анализирую услышанное, а после… после?— ничего. Зачем-то пожимаю плечами и отталкиваюсь от стены, продолжив идти к лестнице.Все-таки Кристиан Дикенс?— человек специфичный. Как и все, кто окружает моего брата.Кое-как ковыляю на второй этаж, принимая истину?— да, ступеньки определенно мои враги номер один в состоянии опьянения. Хотя, в детстве я и без алкоголя постоянно слетала вниз. Даже забавно: тот комментарий О’Брайена насчет лестницы?— он отнес его к происходящему в тот момент или помнил о моей любви не замечать ступеньки? Особенно последнюю.Иду по этажу, смотрю под ноги, зачем-то считая каждый свой шаг?— попытка понять, насколько протрезвела? Судя по боли в голове?— процесс пошел.Практически сразу различаю мелодию. В такой тишине глупо было бы не уловить игру струн. Невольно останавливаюсь напротив двери в комнату Николаса и прислушиваюсь, чуть наклонив голову. Играет на гитаре. Для Шелл?Не знаю, чем вызвано резкое ухудшение моего настроения: перепад от равнодушия к неприятной плаксивости происходит внезапно, я не успеваю здраво оценить свое состояние. Просто принимаюсь тереть веки, старательно уничтожая слезы, с болью втирая их в кожу, когда неожиданно для самой себя ощущаю чужое присутствие. Что странно, учитывая дремлющую в этот момент бдительность.Оборачиваюсь и снова вздрагиваю всем телом, позволив себе приложить в груди ладонь, ведь сердце заводится и скачет, как сумасшедшее:—?Что ж вы все… —?роняю шепотом и отворачиваюсь к стене. —?Боже.Конечно, мою реакцию смело можно оправдать. Одно дело столкнуться в темноте с Кристианом, другое?— с Диланом. Каждый раз, блин, как в первый. По-моему, моя нервная система давно мертва.—?Привет,?— О’Брайен говорит шепотом и, спрятав ладони в карманы джинсов, медленно шагает в мою сторону, хотя изначально явно собирался отправиться к себе из ванной. Я напряженно ссутулилась, похожим образом сунув ледяные пальцы в карманы кофты. Опускаю взгляд и шаркаю к своей двери.Стоит тратить время и объясняться, почему мне лучше не вести разговоры с О’Брайеном? Тем более вести разговоры в темноте ночи посреди безлюдного коридора?Кажется, я протрезвела.Кажется, меня сейчас стошнит от тревоги.Касаюсь ручки ладонью, когда Дилан с непринуждением тормозит рядом, ногой подперев дверь, дабы не дать мне её открыть. Моргаю. Чувствую, как напряжение растекается холодом по венам, уничтожая остатки опьяняющего жара.Теперь мне холодно.Парень до кучи прижимается спиной к поверхности двери, поставив меня перед фактом: неприятного столкновения не избежать. Не знаю, есть ли у меня силы для эмоциональной битвы. Чувствую себя паршиво.—?Шелл говорит, ты совсем не справляешься на работе,?— Дилан начинает беседу, и, честно, не знаю, как отреагировать. —?Считает, тебя что-то беспокоит.Мой взгляд принимается бешено носиться из стороны в сторону. Может, я чего-то не понимаю? Может, я совсем деградировала? Но… что это за… Что?—?Ничего,?— не понимаю, отвечаю ли впопад. Скорее?— нет. Продолжаю пялиться под ноги, хмуря брови до болезненного покалывания во лбу.—?У тебя хватает сил на себя?Я?— дура?.. Нет, правда? Что за вопросы он задает?Мое напряжение по-прежнему клубится в груди, но непонимание вытекает наружу?— и смотрю искоса на парня, глупо приоткрыв рот:—?Что? —?звучит устало. Я искренне не понимаю…А вот Дилан омерзительно спокоен и собран, на меня смотрит вполне адекватно. Значит, все-таки у меня беды с башкой?..—?Когда я работал на постоянке или учился,?— он объясняет,?— у меня не хватало сил для чего-то своего. Ты же пишешь. Давненько не видел тебя за работой.—?Потому что я сижу в комнате? —?вновь бегаю взглядом.Что. Происходит.Настолько отупела от алкоголя. Сил понимать ситуацию нет. Странный день.С намеком откашливаюсь и тяну ручку на себя.Но Дилан не отходит:—?Если что-то идет не так?— лучше пережди. Пройдет какое-то время?— и силы снова появятся, как и желание. Или искать источники вдохновения и каждый раз заправлять себя.Тут я выпадаю. Окончательно. Напряжение истощается. На смену ему приходит то ли возмущение, то ли… черт знает, что. Я не понимаю, что чувствую.Пялюсь на О’Брайена, как на кретина:—?Ты даешь мне совет? Или… —?морщусь, зачем-то оглядываясь по сторонам, и касаюсь ладонью лба, задав вопрос в глубины своего сознания:?— Что происходит?И, не дав парню отреагировать, сильно дергаю на себя ручку. Он отходит от двери, выпустив ладони из карманов. Я продолжаю сверлить его недоверчивым взглядом:—?Почему ты говоришь со мной об этом?Почему не Николас, не мать или отец. Почему ты?О’Брайен никак не реагирует на вопрос, просто заключает:—?В общем,?— отступает,?— говори об этом с кем-то.—?У меня нет друзей,?— не сдерживаюсь от ядовитого смешка, в ответ на который Дилан улыбается:—?Одна Шелл Диана Ниллс тихо плачет в сторонке,?— открывает дверь в свою комнату. —?Ты ей нравишься.Щурюсь.Где-то над домом бьет гром. С такой силой, что паркет под ногами дрожит. Вздыхаю и качаю головой?— откидываю мусор. Ухожу в комнату, оставив парня без ответа, которого он явно ждал. Почему-то.***—?Иди на хер,?— Кристиан не церемонился.Лежал с закрытыми глазами на диване. Когда он в последний раз ночевал у себя? Уже не мог вспомнить. Постоянно тусовался здесь. Наверное, бежал от проблем, в частности от нерешенных вопросов и задач, от одиночества и собственных тревог. Вообще, он не производил впечатления человека, способного о чем-то беспокоиться. Вечно на расслабоне, вечно под кайфом, вечно с неуместными шуточками. Отчасти казалось, парень такой же социально неприспособленный, как его товарищи, но на деле Дикенс просто не желал создавать вокруг себя шум. За короткую, наполненную не самыми приятными моментами жизнь он излишне истратил свою энергию.Это роднило его со всеми ?жителями? дома Джуз.Усталость.—?Ничего я тебе не дам,?— не было необходимости разжимать веки?— он чувствовал аромат духов. —?Мне еще нужны яйца.На пороге кухни стояла Майл:—?Интересно, зачем?Дикенс лениво открыл глаза и приподнялся на локтях, уставившись на девушку в неприлично короткой красной юбке, черном топе и темной джинсовой куртке. Где она брала всё это шмотье?—?В чем проблема? —?Крис не в настроении, перепалки со Сьюз?— дело обыденное, но сейчас ему хотелось молча перетерпеть неясное внутреннее копошение. —?Ты вроде не глупая,?— отвернулся?— лег спиной к Майл, проворчав:?— Лезешь, куда не стоит.—?Откуда тебе знать? —?Сьюз фыркнула и направилась в сторону прихожей. —?Еблан.Крис распахнул веки и резко присел, с раздражением повысив голос:—?У тебя какие-то ментальные месячные?Сьюз вытащила одну ладонь из кармана джинсовки и продемонстрировала парню средний палец, после чего исчезла за стеной. Крис не лег. Хмуро всматривался в темноту прихожей. Раздался громкий хлопок двери, послуживший ударом по башке, и парень вскочил, с разъяренным от непонимания рассудком бросившись следом.Распахнул входную дверь. Сьюз, успевшая отойти от калитки, коротко оглянулась и ускорила шаг, ругнувшись под нос. Кристиан вышел с территории дома и рассерженно процедил:—?В чем твоя проблема, Сезанна?!Сезанна.Сьюз развернулась. Злым взглядом впилась в лицо Кристиана?— тот остановился, ощутил неладное, но поздно прикусывать язык. Подсознательно он понимал, что её настоящее имя?— красная тряпка для быка. Но эмоции взбунтовались.И не только у него.Сьюз в гневе широкими шагами приблизилась к парню и размахнулась, готовясь нанести неслабый удар по щеке ублюдка, но Крис без труда перехватил её запястье, с неясными эмоциями проворчав:—?Че творишь? Я?— парень. Я сильнее.Взгляд девушки сверкнул стеклом. Широко распахнулись глаза. Кажется, губы онемели и разжались. На мгновение Кристиан замер, проанализировав свою фраза, попытался понять, что вызвало такую реакцию?— определенно новое выражение лица, прежде он подобное не видел.Почувствовал, как задрожала рука Майл, и остолбенел. Забегал вниманием со своих пальцев на ее лицо:—?Эй… —?отшатнулся, зачем-то откинув от себя чужую ладонь, но не успел толком… извиниться? Понятия не имел, чем хотел завершить этот странный ?разговор?, как вдруг весь вид девушки обрел мрачность, она схватила его за футболку и рывком дернула на себя.Плюнув в лицо.Дикенс дернул головой, наверное, от шока, от неожиданности, от нереальности произошедшего. Застыл, как дурак, на тротуаре, ладони удержав на уровне шеи, смотрел в спину убегающей девчонки и… и на том всё. Даже его взгляд не изменился?— остался ровным, холодным. Расслабленным.Смахнул со щеки чужую слюну, опустил руки. Сьюз свернула с улицы, пропала за невысокими домами, умчалась в ночь.А над макушкой прогремел гром. Капли дождя внезапно покрыли его тело, разбиваясь о кожу, ткань одежды, увлажняя волосы.Крис лениво вскинул взгляд. Мысли молчали, что необычно для столь эмоциональной ситуации.Слишком быстро равнодушная серость сменилась грозовой агрессией.Дилан сидел в ожидании дождя. Логичнее было бы попытаться уснуть, но позднее время?— время вдохновения. О’Брайен никогда не числился человеком творческого клада. Но жизнь?— та хрень, которая постоянно удивляет. И Дилан поражался до сих пор. Откуда взялось его увлечение? Никаких предпосылок, никакой ранней заинтересованности. Просто в один момент переклинило?— и с тех пор это его верный способ уйти от мира. Работа руками?— то, что требуется людям, страдающим от депрессии, тревожных расстройств, эмоциональной нестабильности. Любая деятельность руками помогает выбросить накопленные эмоции, расслабиться, переключиться с ментального на физическое, сконцентрироваться на работе непосредственно пальцев.Если человек чувствует, как медленно скатывается в апатию, как его накрывают депрессивные мысли, как из неоткуда возникает тревога или паранойя, нужно срочно начать что-то делать. Даже простая уборка?— не заметишь, как переключишься, как эмоции улягутся, как будет проще мыслить, будто работа руками каким-то образом наводит порядок в голове и в душе.Это верный выход, когда фокусируешься лишь на мыслях, перескочить на тело и занять чем-то именно тело.Шелл работает в земле, занимается садом. Николас?— играет на струнных инструментах. Дилан?— рисует.Интересно, если бы О’Брайен понял это раньше, каким бы человеком он был сейчас, где бы находился и чем занимался? Хотя чего теперь об этом думать? Если он уже был определенным человеком и находился в определенном месте. В этом заключалась философия Дилана?— концентрируйся на настоящем, откинь прошлое и не парься о будущем.Ведь именно размышления о том, что было, и о том, что будет, вгоняли его в уныние.Сел на подоконник, дабы иметь возможность наблюдать за грозовыми вспышками и тем хаосом, что устроил дождь, уложил скетч на колено и включил настольную лампу.И тут же выключил, не отдернув руку от кнопки. Взгляд сам среагировал на движение.Во дворе бродила Эффи?— еще одна поклонница бушующей стихии, ищущая в ней вдохновение. Правда сейчас сидеть перед ноутбуком не хотелось, не хотелось выжимать из себя строчки, слова, буквы. Ничего не шло и просто так пойти не могло?— Райдер начинала чувствовать отвращение к тому, что любила, начала сомневаться в нужности и важности этого хобби.Может, Дерек прав? Может, всё дело в привычке? Может, ей и не нужно потеть над экраном? Может, просто страшно принять истину, что ей больше нечего делать? Если убрать книги, что останется? Ничего… У Эффи Райдер больше ничего и нет. И Дерек пообещал её занять. А верный ли это шаг?— искать в другом человеке увлечение? Увлекаться другим, потому что самой нечем заняться? Так, просто, от скуки.Поэтому сейчас она кружилась. Отложила на утро все свои тревоги, вышла во двор и пьяная кружилась, босыми стопами утопая в лужах на траве.Дилан подпер ладонью подбородок. Принялся наблюдать. Выражение лица не читалось, эмоций в парне бурлило столько же, сколько у деревянной зубочистки. Райдер вскинула голову и руки, кажется, что-то напевала, если судить по движению губ, ловила пальцами тяжелые капли дождя и улыбалась. Вот так просто переключилась и растворилась, будто прекращала являться тем, кем являлась.Раньше О’Брайена раздражала эта её особенность?— в любой момент исчезнуть, окунуться куда-то в себя, уйти в дебри своего сознания. Сейчас он изрядно завидовал. Эффи имела возможность сбежать, даже будучи запертой в комнате. Она часто так поступала. Наверное, это помогало сохранить рассудок. Просто эта особенность явно выходила за рамки нормы, и девушка погружалась в свой мир чаще, это походило уже на болезненную зависимость. Поэтому никто из семьи Райдеров не верил в то, что у Эффи получится прижиться в реальном мире.Каким образом, если этот самый мир она отрицала? И он не был для неё важен. На первом месте?— её собственный.Даже сейчас. Эффи танцевала, не боясь быть увиденной. Не боясь каких-то иных внешних факторов. Существовала только она.Дилан опустил взгляд на свой скетчбук, наблюдал за тем, как выводил женскую фигуру в движении, перескакивал вниманием на Эффи, схватывая положение её рук, ног, головы… Старался запечатлеть на бумаге. Скорее всего, неосознанно. Или все дело в пробудившейся зависти. Парень не мог чувствовать ту же легкость, не мог также полноценно абстрагироваться, потому решил хоть каким-то образом заполучить частичку эмоциональной свободы.О’Брайена когда-то раздражала Эффи, а теперь он стремился научиться быть как она.—?Что делаешь?Дилан подозрительно вздрогнул, выронив карандаш, схватил его у самого пола и соскочил с подоконника, резко задернув штору.Николас, заглянувший в комнату друга, чуть изогнул брови, не сдержав усмешки:—?Чем-то непристойным занимался?Да, наблюдал за твоей сестрой.О’Брайен фальшиво улыбнулся, еще раз поправил штору, и бросил на кровать скетчбук:—?Рисовал.***Он держал холодный нож, прятал его за спину, дрожал от одной мысли о том, на что собирался решиться. Оружие тянуло к полу, он не справлялся с ношей. Но сильнее страдал от бездействия, от понимания, что происходило. Он больше не мог с этим мириться, не мог существовать, переживая всё то, что переживал, зная, что кто-то еще разделял его чувства.Николас хотел с этим покончить.Ребенок, который в семь лет взялся за нож, чтобы уничтожить монстра.—?Что ты делаешь? —?Мужчина был выше, сильнее, но смотрел настороженно. Почему? Потому что у Николаса особые глаза. Светлые, пугающие с узкими зрачками в момент напряжения. Они горели, сверкали. Не было в них ясности. Только страх, сплетенный с ненавистью.Лампочка на кухне горела тускло, на плите кипела вода в кастрюле. Мужчина стоял у стола с тарелками в руках, смотрел на мальчишку и терпел покалывание в груди.В руках ребенка?— нож. Ребенок всё понимал. Ребенок всё осознавал. Это пугало сильнее, чем возможность быть раненым.—?Что ты делаешь? —?он повторил вопрос, а Николас всё ещё не мог дышать.Уничтожь монстра.Мальчишка взял нож в обе руки. Напряженно переступил с ноги на ногу, пальцами стиснув рукоятку. Оружие дарило леденящий душу холод. Этот холод полностью захватил его тело и разум.Он сможет?Мужчина, смотревший все эти минуты мучения в его глаза, вдруг перескочил вниманием в сторону. Николас не смог проигнорировать, и его взгляд скользнул следом.На Эффи.Девочка стояла за порогом, наивными, распахнутыми глазами изучала брата. Опустила взгляд, остановила на ноже в его руках. Мгновение?— и зрительный контакт с братом восстановлен.Николас замер. Телом затрясся, оружие задрожало. В ушах снова возник тот самый шум, нарастающий с каждой прошедшей секундой. Взгляд больше не пронзал, зеленый оттенок радужек заметно потемнел от охватившего мальчишку ужаса.Выронил нож. Помчался прочь, но шум его проследовал.С трудом вдохнув, Николас вырвался из сна, на физическом уровне прочувствовав, как дискомфорт эмоциональный доставлял дискомфорт телу, как грудная клетка сдавлена, как дыхание сперто, как разгорался его рассудок. В первое мгновение парень не понимал, где находился: сдавливал и разжимал веки, пытаясь отогнать мерзкий кошмар, ладонями тер лицо, тормошил волосы. И он находился в панической неизвестности до тех пор, пока Ниллс не схватила его за плечо:—?Ты чего? —?она привыкла к его ночным кошмарам, поэтому, проснувшись, моментально пришла в действие, хотя перед глазами всё раскачивалось?— девушка не до конца пробудилась. Сама еле разлепляла веки, еле формировала мысли в голове, но пальцами крепко держалась за Николаса, физически давая ему понять, что он не во сне.Райдер с хриплой одышкой бросил на Шелл короткий взгляд, после чего вновь опустил голову и сжал веки, ладонью отыскав пальцы Ниллс. Стиснул. Девушка нахмурилась, окончательно избавившись от сонливости:—?Ники? —?пыталась рассмотреть его лицо в темноте. —?Что-то болит?Николас свободной рукой накрыл живот, чувствуя, какая резкая боль пронзала в районе желудка.Ребенок, который не смог уничтожить монстра, и монстр продолжил жрать его.Ребенок, который вырос и не смог смириться, а потому, не осознавая, уничтожал себя.***Пар-ши-во.Вдох. Выдох. Боль в животе отзывается на попытку нормализовать дыхательный процесс.Вскидываю голову, смотрю в потолок кухни?— на нем пляшут солнечные зайчики. Погода за окном прохладная, солнечная, приятная. Так всегда после ливня.На часах двенадцать дня, не сказать, что я проспала больше десяти часов. Ворочалась, ворочалась… только после рассвета начала впадать в дремоту. Странная ночка выдалась. У меня больно неоднозначные чувства.—?Ну ты даешь,?— Шелл бродит вокруг меня, то градусник подсунув, то вручив стакан теплой воды, то поставив тарелку куриного супа, то убрав её… —?Почему меня не позвала тусить? —?неожиданный вопрос.Я, переживая сильную головную боль, возвращаю лицо в былое положение и удивленно моргаю:—?Ты меня видела? —?во дворе? Когда? Мне казалось, все уже давно спали.—?Наш ночной бдец,?— девушка в веселой расцветки футболке отмахивается. —?Один из них,?— снова разбавляет воду в моей кружке кипятком, чтобы пила теплое. —?Дилан,?— уточнение, заставляющее меня напрячься.Не знаю, какой ответ подойдет… Всё, что меня сейчас заботит, это дискомфорт.Касаюсь пальцами висков?— и Ниллс тут же активирует свой режим ?мамочки-гусыни?:—?Голова?Приходится кивнуть.—?А живот?Снова киваю.—?Сейчас феечка Шелл отыщет волшебное снадобье,?— она почему-то такая активная… даже завидно. —?А пока пей это,?— и кладет мне в ладонь капсулу. Не спрашиваю, что это, просто запиваю водой и бесцельно наблюдаю за передвижением Ниллс. Она собирается приготовить обед. Такая воодушевленная. Но что-то в её настроении кажется неестественным, будто она выжимает из себя положительные эмоции.Но в данный момент меня интересует не её поведение, а:—?Как это произошло у вас? —?внимательно смотрю в затылок девчонки, пока та не оглядывается, вопросительно подняв брови.—?У тебя с Николасом,?— не отступаю, потому что это важно?— я хочу понимать, чтобы разобраться в своих ощущениях. —?Как ты поняла, что… что ты смогла бы быть с ним? Что ты чувствовала? —?и повторяю самое важное:?— Как поняла?Девушка вскидывает взгляд в потолок, вытирая мокрые ладони о полотенце, и задумчиво мычит.—?Знаешь, у нас все было… сложно,?— улыбается. —?Неудивительно, да? —?выдвигает стул напротив и садится, продолжая копаться в себе и в воспоминаниях. —?Просто… мы долго пытались сдружиться. А потом как-то… я тебе объясняла,?— складывает влажное полотенце на столе. —?Для меня он?— иное существо. Поэтому я чувствую к нему что-то… космическое,?— выражение её лица заставляет задуматься, Шелл выглядит такой… трудно объяснить. —?Внеземное. Это… я не могу описать,?— она смеется, скрывая неловкость, и вдруг восхищенно проводит ладонями по рукам. —?У меня мурашки.Я почему-то хмурюсь, опустив взгляд в стол, и Ниллс заметно напрягается, откашливается:—?У нас все развивалось не по прямой линии. Любые отношения?— это американские горки.Поднимаю глаза. Слушаю.—?Он не знал, что мне, кхм,?— ерзает, почесав затылок,?— шестнадцать.—?Что? —?срывается с языка шепотом. —?Погоди… —?отвожу внимание, пытаясь разобраться во временном отрезке.—?Мне было пятнадцать, когда мы впервые встретились,?— Ниллс помогает. —?Ему девятнадцать.—?О-у,?— роняю.—?Да. О-у,?— Шелл соглашается и скованно улыбается, снова развернув полотенце. —?Не только его я ввела в заблуждение своим образом жизни,?— не смотрит на меня. —?Наши отношения начали развиваться, когда мне исполнилось шестнадцать. Ему?— двадцать. А потом он узнал. От Джуз.—?О-у,?— повторяю, без эмоций, хотя понимаю, насколько это… неправильно. Не только моя реакция, но та ситуация в целом.Ниллс пытается улыбаться:—?Он меня чуть не прикончил. Он бы… —?её пальцы дрожат, пока играют с тканью полотенца,?— будто он бы этого себе не простил. Ну, знаешь… секс с малолеткой.—?Думаю, да,?— отвечаю без заминки.—?Мы кое-как договорились. Если вытерпим друг друга до моего совершеннолетия, то… в общем, я человек-терпила,?— смеется. —?Хотя, скажу по секрету, пару раз я почти его сломала. У меня рука набита…—?Знать не хочу,?— невольно улыбаюсь.—?А я ведь могу рассказать,?— Шелл хитро сощуривает веки.—?Прошу, нет,?— вяло смеюсь.Ненадолго замолкаем. Вода в кастрюле на плите начинает закипать, окна запотевают.—?Получается, это первый год? —?делаю вывод.—?Да,?— Ниллс тоже погружается в свои мысли. —?Мне стукнуло восемнадцать восьмого марта. И вот мы официально вместе,?— чувствую её внимание на себе, но не поднимаю взгляд. Пытаюсь анализировать услышанное и сопоставить с собственными ощущениями.—?Слушай… —?девушка прекращает улыбаться. —?Не знаю твоей ситуации, но скажу вот что: если есть хоть малейшая причина для сомнений?— это не твой человек.***Шелл застала Николаса за работой: парень сидел на полу в комнате, с серьезным видом перебирал струны гитары, рядом лежала открытая тетрадь, в которой он фиксировал мелодию, несмотря на то, что не особо разбирался. Придумал какой-то свой метод записи музыки. Он же этому не учился.Оглянулся на Ниллс, девушка держала в руках тарелку куриного супа?— разговор с Эффи вывел её из строя, потому готовка обеда застопорилась на этапе кипячения воды.—?Завтрак тире обед,?— Шелл поставила тарелку на стол, парень без энтузиазма кивнул, чем вызвал подозрения. —?Не голоден?—?Сейчас поем,?— он поспешил ответить?— есть не хотелось: желудок до сих пор вздут, чувство тошноты не отпускало. —?Спасибо.Продолжил наигрывать мелодию. Ниллс невольно провела ладонью по руке?— мурашки вновь покрыли кожу. До сих пор. Она реагировала на этого парня так же, как реагировала изначально. Три года прошло. Действительно, как такое объяснить?Шелл опустила за его спиной и, без вступительной речи, обхватила его тело руками, прижавшись щекой к затылку. Сердце взбунтовалось. Лицо обдало жаром. Ладони запотели. Она крепко стиснула пальцами ткань его футболки и зажмурилась, прислушиваясь к ощущениям.Хотелось его поглотить. Полностью. Все его тело. Руками. Ногами. Даже укусить. Быть настолько близко, насколько это возможно. Быть настолько единым организмом, насколько это позволяла человеческая природа.—?Напугала,?— Николас проговорил спокойным тоном. Его сердце не скакало. Оно ровно билось. Его не охватывал жар.Именно отсутствие открытой реакции постоянно смущало Шелл. Она ориентировалась на свои эмоции и чувства, полагая, что если человек действительно любит, значит, он ведет себя так же, как она. Но Николас был другим человеком. Иначе реагировал, иначе демонстрировал.Наверное, Ниллс еще не скоро сможет смириться с его особенностями. Они слишком разные люди.—?Что за внезапные нежности? —?Райдер что-то записал в тетрадь. Девушка не отлипала, но веки разжала, выдохнув:—?Я люблю тебя.Николас пару раз моргнул?— и продолжил играть со струнами. Вот и вся реакция.Он никогда не говорил это в ответ. Никогда не говорил о своих чувствах.Шелл не разу не слышала от него: ?Я люблю тебя?.Но Дилан помогал ей понять Райдера, потому девушка слабо улыбнулась и щекой прижалась к плечу парня, поинтересовавшись с задором:—?Займемся сексом?Наконец, лицо Николаса сменило выражение: он улыбнулся. Оторвал взгляд от тетради и чуть отклонился, чтобы посмотреть в глаза Ниллс, изогнул брови в немом вопросе. Девушка хлопала ресницами:—?Чего?—?Ничего,?— он хрипло ответил, вновь уставившись в тетрадь. —?Ты забавная.—?Только понял? —?она мило наклонила голову, чтобы лучше видеть его профиль. —?Твоя девушка не только физически развита, она еще и шутки шутит.Райдер пропустил смешок. Улыбался, хоть и в свойственной себе манере. Ниллс коленками обхватила его бедра?— теперь она держалась за него, как обезьянка: руками и ногами.—?Давай сходим сегодня к домику у озера? —?попросила, подбородком уткнувшись ему в спину между лопаток.—?Зачем?—?Поплаваем.—?Ты же знаешь,?— напомнил. —?Не люблю плавать.Девушка сощурилась:—?Я буду голой.Николас лишь вздохнул и отложил гитару, чтобы чуть повернуться к Шелл и взглянуть на неё с прежним равнодушием. Ниллс не растерялась и проворчала:—?Знаю, тебе мои телеса не интересны, но мог хотя бы притвориться.—?Я не потому с тобой,?— Райдер нахмурился, выглядел уж больно серьезным. Шелл просто шутила, но не смогла вовремя остановиться, потому уточнение слетело с губ:—?А почему?Медлить было нельзя, поэтому Николас наклонился к её лицу, в попытке коснуться губ:—?Лучше займемся сексом…—?Лучше позавтракай,?— Шелл отстранилась и вскочила на ноги, ткнув пальцем в сторону тарелки. —?А потом сходим к озеру,?— Николас внимательно смотрел на неё. —?Вдруг встретим приведений,?— с искренним восторгом девушка попыталась вызвать у парня интерес, но тот лишь усмехнулся.—?Чего улыбаешься? —?Шелл уперлась руками в бока. —?Однажды я там видела саму смерть. Жаль, так и не смогла подружиться.Губы парня вдруг дрогнули, но растягивать их в вялую улыбку он не прекратил.На разбитом экране телефона Кристиан еле мог рассмотреть мобильный номер. Парень сидел на крыльце, покуривал сигарету, выпуская никотин над головой, и неуверенно водил большим пальцем над значком вызова. Позвонить? Или написать? Или ну её к чёрту?Человек нередко выбирает путь наименьшего сопротивления. Дикенс славился своей любовью закрывать глаза, утаивать от себя какие-то проблемы, избегать их?— рано или поздно они сами рассосутся. Правда, чаще бывало наоборот.В данный момент парень терзался. Принять привычное решение оказалось непривычно сложно.Позвонить Сьюз или написать? А нужно ли вообще? А для чего? Что он ей скажет? Во-первых, это неуместно. Во-вторых, она не возьмет трубку. К чему тогда эта ?душевная тирания??И откуда она вообще взялась?Крис зло хмыкнул и убрал телефон в карман джинсов, более не желал думать.Не в его характере думать о других.***Мне срочно требуется доза ?свободного полета?. Конечно, сигануть с крыши я не собираюсь. Есть вариант получше?— качели. Нередко, проводя на них время, мне в голову приходят хорошие идеи, мысли, решения проблем, которые я так рьяно стараюсь утаить от себя. И дело не только в моей непонятном жизненной ситуации. Впервые за долгое время мне сложно разобраться в себе и своих чувствах, желаниях.Необходимость работать там, где мне не место. Необходимость учиться там, где мне не место. Необходимость находиться там, где мне не место.Мне так не хочется решать все эти вопросы. Не хочется усерднее трудиться в кафе, не хочется открывать учебник по экономике и готовиться к пересдачам, не хочется мириться с присутствием чужаков в родном доме.Не хочется перезванивать матери. Но придется. Когда-нибудь. Точно не сегодня.Голова гудит. В висках стучит кровь. Неясная вибрация обдает руки. Дрожь?Встаю на пороге террасы, расслышав голоса и только после обратив взгляд в сторону дворика. Да, сегодня определенно не мой день.Небо пасмурное, погода явно не располагает к прогулкам, а эта компания все равно проводит время на улице. Шелл сидит на траве рядом с клумбой, вырывая сорняки, Николас на моих качелях, перебирает струны, а Дилан носится от мелкого мальчишки-блондина. Не помню, как его зовут. И знала ли я вообще? Голубоглазый ребенок весело верещит, пытаясь ухватиться за джинсы парня, но тот уворачивается от его рук, и, честно, что-то в его поведении вызывает напряжение. Я нередко замечаю за собой данную особенность анализа чужого поведения?— Дилан явно не испытывает чистых положительных эмоций, играя с ребенком, в его действиях просматривается осторожность, а в глазах скрытая за улыбкой тревога. Будто он на самом деле не желает лишнего контакта с мальчишкой.И для него эта игра не очень-то приятна.Не знаю, как подобное происходит в моей голове, как наблюдение за другими запускает столь непонятный механизм анализа. Просто в один миг мое внимание фокусируется на этих двух, я складываю руки на груди и встаю напротив панорамного окна террасы, рядом с горой из книг. Наблюдаю с предельным интересом, разум сам принимается оценивать и искать причины.Я с ума сошла? Или правда нахожу ситуацию достойной моего времени?Просто… Дилан никогда не любил детей. Сколько себя помню, сколько его помню. Довольно долгое время я полагала, что его чувства?— это слепая ненависть, но однажды произошло то, о чем я почему-то задумываюсь только сейчас.Не помню, сколько мне было, ходила в школу?— точно. К нам в гости пришли друзья отца с их сыном. Мальчишке?— от силы три годика. Дилан?— здоровый такой подросток, лет шестнадцати. И сколько во мне было удивления, когда О’Брайен, буквально мой ночной кошмар в человеческом обличье, шарахнулся в угол гостиной, стоило этому мелкому созданию неожиданно схватить его за ногу. Помню, как замерла, отвлекаясь от чтения. Помню, как озадаченно наблюдала за попытками парня выбраться из помещения, избежав контакта с ребенком. Тогда на его лице не было агрессии. Мне показалось, он испытывал страх.Потому сейчас я с таким интересом слежу за этой странной игрой. Спустя столько лет О’Брайен продолжает ощущать дискомфорт рядом с детьми? Чем это вызвано? Откуда такая…Хмурюсь, неосознанно приходя к одному из предположений. Тот факт, что мой мозг вообще разумно относится к мыслям о Дилане, уже настораживает, а тут ещё и такое умозаключение…Что если… ну… у всего ведь есть причина, так? Что если страх и дискомфорт, которые ОБрайен испытывает по отношению к детям, как-то связан с тем, что его отец болен педофилией? Если так подумать, я никогда не пыталась рассмотреть Дилана с точки зрения его жизненного ?опыта?, его обстоятельств и, скорее всего, определенной детской травмы. Почему-то мой мир мною же и ограничивается, моими же тревогами и обидами, хотя, очевидно, я не одна страдаю от пережитых травмирующих событий. Николас, Дилан, да даже родители.Кто его знает. Чужая душа?— потемки.Внезапно мой рассудок выдает новую мысль. Внезапно что-то внутри меня сжимается, в районе ребер, прямо рядом с желудком. Необъяснимое ощущение чего-то интересного, чего-то захватывающего и совсем нового для себя, даже пугающе непривычного. Но эта идея зажигает во мне желание взяться за что-то новое, за то, что меня способно увлечь.Что если для своей книги использовать образ не Дерека, а некий симбиоз Николаса-Дилана? Со всеми их проблемами, жизненной историей, сложностями и…Стоп. Вздохнула. Выдохнула. Но сердце не успокоилось.Потому что во мне не гаснет интерес. Это был бы неплохой опыт?— попытаться написать о чем-то новом, о других людях, самостоятельно отыскать причины становления именно таких личностей.Изначально дурные герои? Нет, ведь все мы были детьми. Значит, что-то сделало их такими. Но какие они сейчас, в конкретный момент времени? Совсем не такие, какими помню их пару лет назад.?Кем? они были раньше?Почему стали ?теми??И что изменилось теперь?Причины.Касаюсь пальцами груди, чуть опустив взгляд,?— сердце бьется, словно сумасшедшее. По-моему… мне стоит прямо сейчас сесть за работу!Поднимаю голову, в последний раз исследуя вниманием ребят: Шелл уже стояла напротив Николаса и восхищенно тычила ему в лицо ладонью, по которой ползал шмель. Брат от этого зрелища не в восторге, пытается отстраниться от насекомого и в итоге спрыгивает с качелей, гитару?— самое дорогое?— прихватывает с собой, а Ниллс несется за ним, смеясь над его трусливостью. Я невольно улыбаюсь. Определенно, огромное влияние на Николаса имеет Шелл.Рада, что у него есть такой светлый человек, во всем видящий хорошую сторону.Перевожу взгляд на Дилана с ребенком и… Резко отворачиваюсь, сильно нахмурив брови?— исказив лицо безразличием.Потому что О’Брайен смотрит на меня, пластиковой лопаткой удерживая ребенка на расстоянии.Быстро ухожу на кухню, захлопнув за собой дверь. Не позволяю резкой смене эмоциональных полюсов подавить мое желание сесть за работу, а потому…Мысли обрываются. В кармане мягких штанов вибрирует телефон. Останавливаюсь рядом с порогом, через силу вынимаю мобильный и… наверное с облегчением выдыхаю.Дерек. Не мама.Но сейчас мне почему-то даже с Дереком не хочется говорить. Просто бежать в комнату. Просто сесть за ноутбук…Но это будет неправильно по отношению к нему. Он ведь не игнорирует меня.Морально заметавшись, я выбираю путь меньшего сопротивления?— отвечаю.—?При… —?не успеваю произнести, зачем-то натянув на лицо улыбку, как вдруг Дерек обреченным тоном перебивает:—?Мы можем увидеться?Хлопаю ресницами и смотрю на настенные часы:—?Сейчас? —?не то, чтобы поздно, но мне как-то не до прогулок…—?Да,?— он дает ровный ответ.Упираюсь рукой в талию, пялюсь под ноги и значительно недолго мечусь меж двух огней, так как мне не хочется быть неудобной. В конце концов, Дерек ради меня поздним вечером приезжает на другой конец Милфорда. В конце концов, это первый парень, который обратил на меня внимание и который сам идет на контакт. Что тебе еще надо, Эффи? Часто я себя не понимаю…—?Давай,?— киваю.—?У маяка,?— он уточняет.—?Хорошо,?— шепчу, ощутив разочарование. Не могу объяснить, чем оно вызвано…На улице раздается визг. Оглядываюсь. Слышу журчание воды. Что там происходит?Дерек бросает ?до встречи?, вновь завладевая моим вниманием. Молча киваю и сбрасываю.Смотрю на экран и… опять. Неясные чувства. Не могу в них разобраться. Они какие-то… не совсем те, которые, как мне кажется, должны охватывать, если человек тебе нравится. Дерек мне нравится, но… боже.Накрываю ладонью горячий лоб. Почему всё так сложно? Почему у меня в голове всё так сложно? Откуда это неуместное чувство обязанности? Или это не обязанность? Что это вообще? Что я чувствую?Надо быть проще.За спиной дверной хлопок и шаги. Я оглядываюсь и, несмотря на сильное желание, не спешу убежать прочь, наоборот крепко врастаю ногами в пол, хмурю брови и сдавливаю губы, безэмоциональным взглядом врезавшись в О’Брайена. Парень входит на кухню, подтянув край влажной футболки к мокрому лицу?— пытается вытереться? Там начался дождь? Стреляю взглядом в окно: нет, никакого ливня. Значит, они опять играли со шлангом? В такую погоду?Зачем-то мой нечитаемый взгляд спускается ниже, на уровень открытого торса.Мелькнула первая странная мысль.Худой. Плохо ест? Вряд ли он спасается от желания Шелл всех накормить. Николас такой же худой. Оба выглядят нездоровыми. Хотя, у всех в этой компании беды с башкой.Мелькнула вторая странная мысль.Отношения подразумевают секс, верно? Хотелось бы мне секса с Дереком? И почему этот вопрос возникает именно сейчас, конкретно в данный момент?Дилан чуть опускает руку, которой прижимает край футболки к лицу, и забавно… да, забавно дергается, взглядом наткнувшись на меня, даже назад отступает и принимается нервно поправлять ткань влажной одежды:—?Чё?Смущен? Или… я не понимаю его эмоций. Выглядит взволнованным. Будто девчонка.—?Ни-чё. —?Нахожу оправдание своему поведению:?— Просто пытаюсь отомстить. За тот казус.Парень быстро схватывает?— и на его лицо возвращается привычная усмешка:—?В таком случае, жду тебя вечером в своей комнате,?— прячет ладони в карманах джинсов, сделав пару шагов к столу. —?Постараюсь быть вовремя и в одном полотенце.Ни один мускул на моем лице не дрогнул:—?Не смешно,?— бросаю и отворачиваюсь, чтобы уйти.—?Будь смелее.Останавливаюсь. Опускаю руки. Выдыхаю. И медленно оборачиваюсь, устало взглянув на парня, который почему-то выглядит крайне расслабленно.—?Что? —?пожелала заполучить объяснение, а то его внезапные вбросы начинают раздражать.Дилан пожимает плечами:—?Чего в стороне стоишь? —?точно, он же заметил меня. —?Вышла бы к нам.Не сдерживаю неприятный смешок:—?Самому не смешно?Парень никак не реагирует, потому продолжаю нервно смеяться:—?Даже представить эту картину не могу,?— прижимаю к губам ладонь. —?И-дил-ли-я. Которой нет,?— качаю головой. —?Нелепо.Собственный смех?— реакция?— насторожила. Я то ли мычала, то ли хихикала в ладонь, не зная, как остановиться.—?Тоже долгое время придерживался данного мнения,?— О’Брайен почему-то не издевается над моим поведением, даже не акцентирует на том внимания, а говорит со всей серьезностью. —?А потом понял?— это все лишь ограничения, выстроенные моим сознанием,?— стучит пальцем по своему виску. —?Страх потерять установку. Ты просто боишься. И придумываешь отговорки.Смеяться прекращаю. Исподлобья, недобро гляжу на парня, фыркнув:—?Ты не понимаешь.—?Конечно,?— Дилан усмехается, бросив взгляд под ноги. —?Все мы не понимаем. Одна ты понимаешь всё,?— звучит с явным сарказмом.Молчу. Смотрю на него и слегка хмурюсь, вдруг решившись озвучить вопрос. Для понимания взаимоотношений этих ребят и, возможно, в попытке разобраться в их отношении ко мне.—?Как ты относишься к Шелл? —?представляю, как это неуместно. Но я никогда не умела вести разговор.—?Внезапно,?— Дилан поморгал, кажется, не особо удивился резкой смене темы. Может, помнит о моей манере общаться? Скорее всего. В детстве я была такой же.Жду ответа. Парень напряженно вздыхает, без желания ответив:—?Она?— мой лучший друг.—?Почему не я?Щурюсь, наполнив свой взгляд неприязнью. Мне требуется понять?— что со мной не так?Причина.О’Брайен теперь уже с открытой внимательностью изучает мое лицо. Не могу предположить, о чем он думает, но выглядит так, словно я поставила его в затруднительное положение.—?Почему одного выбирают жертвой. А другого?— другом,?— продолжаю развивать свою мысль.И Дилан наконец-то реагирует, нахмурившись и нервно дернув кольцо в ухе:—?Ты чего так зациклена на обидах и прошлом? —?спрашивает таким тоном, будто выражает негодование, словно мое прошлое?— пустой звук, мои проблемы?— не проблемы вовсе. Или это лишь мое восприятие? Я ведь привыкла оценивать любые действия или слова со стороны парня в негативном свете.В любом случае, во мне пробуждается злость:—?Да потому что… —?неожиданно для самой себя делаю угрожающие шаги к Дилану, а тот с каменным лицом отступает, лишь нервно перебрав ткань футболки:—?Потому что ?что?? —?перебивает, сохраняя свою решительность. Которую я почему-то воспринимаю, как конфликтность.—?Ты же якобы умнее меня,?— он щурится,?— по крайней мере, позиционируешь себя таковой. Но…—?Думаешь, это так просто? —?от нелепости происходящего меня вновь пробивает на смех. —?Взять и отпустить? —?пальцами путаюсь в русых волосах, зачесывая их к затылку.—?Я в равной степени понимаю, как это тяжело, а порой?— невозможно,?— Дилан не прекращает меня раздражать своим… не знаю, чем именно, он просто мне не нравится. —?Но ты фокусируешься только на плохом, на прошлом.Уставилась на него. Приоткрыв рот.—?Бред,?— выпаливаю, заметавшись взглядом по кухне.—?Я сказал тебе,?— О’Брайен перестает контролировать тон, и нотки злости в его голосе действуют, как удар по голове.Забываю, с кем имею дело.Он может мне навредить.—?Что? —?несмотря на малый процент осознанности происходящего, я по-прежнему выражаю раздражение.Дилан упирается ладонями в бока, вновь коротко шагает назад, зачем-то оглядываясь, и опускает руки, восстановив наш зрительный контакт.—?Тогда. Сказал,?— он в очередной раз дергает свое кольцо в хрящике ухе. —?Что хотел бы с тобой дружить,?— через силу давит из себя данное ?признание?, способное вызвать только неприязнь.От хмурости мускулы напряженно постанывают, пока пытаюсь разглядеть… непонятно что на лице парня, одновременно с тем переживая внутри себя неоднозначные чувства.Никакого положительного отклика на его слова. Лишь режущая обида и злость, непонимание и абсолютное неприятие, что отравляют мне жизнь.Зациклена на прошлом? Да. Верно. Это ужасная истина. Страшнее иное?— я прекрасно понимаю, что должна двигаться дальше, но перестать чувствовать не удается. Каждый раз, как бы долго я не внушала себе праведные мысли и идеи, каждый раз возвращаюсь к тем же эмоциям. Дилан понимает меня? Николас понимает меня? Они чувствуют то же самое? В таком случае, они должны знать, как работают воспоминания и зафиксированные за ними эмоции.Он внимательно смотрит на меня, словно пытается понять, насколько его слова затрагивают меня. Я… Это глупо. Это…Мне сложно даже предположить, что он может быть другим. Настолько это невозможно для моего сознания, настолько в рассудок впечатался его образ. То, что я наблюдаю за ним сейчас, идет в жуткий диссонанс с воспоминаниями. Здравый смысл осознает?— в О’Брайене что-то изменилось, но ребенок внутри меня не позволяет ему верить.—?Я не верю тебе,?— шепчу, более не вынося собственных размышлений.Дилан остается молчаливым, взгляда не отводит. После долгого зрительного контакта лишь кивает, и я, чувствуя себя эмоционально истощенной, отворачиваюсь, вялым шагом покинув кухню.Хотелось ли бы мне поверить? Нет. Не за чем.Но… я ведь продолжаю об этом думать.Сижу на той самой лавке, смотрю на тот самый горизонт, слушаю те самые волны?— и ничего ко всему этому не чувствую. Прохладный ветер обдает лицо, играет со спутанными волосами. Кожи изредка касаются соленые капли бушующих волн. Сутулюсь, локтями уткнувшись в колени, пальцами сжимаю плечи.Не стоит врать себе. Меня это волнует. Я на этом зациклена. И я просто не способна отпустить ситуацию, потому что эмоции, связанные с ней, не проработаны, не осознанны, не приняты и не пережиты.Зря я вернулась в Милфорд. Дурацкая затея?— пытаться что-то исправить.Зря я решилась вырваться из ямы. Гораздо проще отдаться течению.Зря осталась в доме Джуз. Зная, с кем придется сожительствовать и чем это грозит.Унынием. Апатией. Бессилием. Отсутствием энергии, желания двигаться.Отсутствием стремления жить.Взгляд медленно касается пасмурного неба?— где-то в облаках блуждают крикливые чайки.Я… как часто я больше не хотела жить?—?Привет.Моргаю, нехотя перевожу внимание на Дерека?— парень выглядит подавленным, но, видимо по привычке, скашивает уголок губы, пытаясь создать хотя бы подобие улыбки.—?Что случилось? —?хмурюсь, перепрыгивая с мыслей о себе на тревогу в адрес блондина.Тот снимает рюкзак с плеч и со вздохом садится рядом, дернув молнию в сторону:—?Выпьешь со мной? —?демонстрирует мне бутылку вина.—?Конечно,?— больно просто слетает с губ.Не хочу сейчас думать.Молчим, пока делаем первые глотки из бумажных стаканчиков, которые Дерек прихватил с собой. Значит, изначально намеревался выпить. Что-то случилось?Посматриваю на него, сам парень выглядит как обычно: уложенные волосы, сияющее лицо, хороший свитер и светлые джинсы. Ничего в его виде не говорит о каких-то переживаниях, только если взгляд больно стеклянный, направленный в сторону горизонта.Не знаю, что случилось, просто чувствую свою обязанность быть рядом.—?Всё в порядке? —?решаюсь спросить.Дерек натягивает на лицо улыбку и коротко смотрит на меня:—?Да. Простыл, правда, немного,?— голос не звучит хрипло.Меня пронзает чувство вины:—?Извини.—?Ты-то при чем?—?Носилась, как дура, по берегу,?— дергаю края стаканчика пальцами. —?И тебя потянула.—?Было весело,?— парень пожимает плечами и вновь смотрит на меня.Почему я раньше не обращала на то внимание? На то, какими стеклянными кажутся его голубые глаза?—?Извини,?— повторяю?— чувство вины так просто не подавить. —?Давай куплю тебе лекарства?—?Дома все есть, спасибо,?— он смеется, но как-то зажато. —?Я могу себя обеспечить.Не смотрю в ответ, смущаюсь его внимания.—?А ты… —?запинаюсь. —?С родителями живешь?Дерек никогда не говорил о них, не рассказывал о своей семье.Парень отворачивает голову, изучает водный горизонт и ровным тоном проговаривает, словно заученный текст:—?Да, но сейчас они в Нью-Йорке. Заезжают на выходных. К сожалению, работа не позволяет видеться чаще. Но обещали взять отпуск на последние недели лета. Свидимся.—?У вас дружная семья? —?поглядываю на его профиль, чтобы отыскать какие-то эмоции, но его лицо остается невозмутимым.—?Конечно.—?Ты один в семье?—?У меня есть брат и сестра.—?Здорово,?— шепчу и улыбаюсь.Но Дерек не улыбается:—?Да.Не понимаю. Он не хочет говорить о них? Или просто… Не понимаю. Что-то мешает мне анализировать его поведение и настроение. Что-то… смущение? Какие-то чувства? Обязанность просто слушать и быть рядом? Он же был рядом, когда мне это требовалось.—?А у тебя? —?Дерек прерывает мою оценку своих ощущений.И со вздохом укладывает голову мне на плечо, заставив ссутулиться от напряжения, охватившего все тело. Возможно, меня сковывает какое-то другое чувство. Я плохо себя понимаю последнее время. Поэтому мне так нравится опьянение?— оно помогает избегать мыслей.—?У меня?— брат,?— больше не улыбаюсь и делаю глоток, прежде чем продолжить. —?Старший.—?Старшие братья?— это ужас,?— усмехается, продолжая наблюдать за темнеющим горизонтом. —?Мой меня штурмовал всё детство.—?А мой… мы друг друга… не замечаем,?— с волнением рассказываю, что-то внутри не хочет обсуждать мою семью. —?Вот.—?Это даже лучше. Меня вот замучил. Лучше бы не видел.—?Не знаю,?— не могу согласиться. —?Мне… не хватает этого. Иногда. Понимания, каково это?— отношения между членами семьи.—?Тебе не хватало внимания?—?Не знаю. Внимание было, но… своеобразное. Не такое, какое мне было необходимо.—?Я подарю тебе внимание.В который раз сердце в груди сжимается. Или что-то его очевидно сдавливает.Пытаюсь чуть повернуть голову, понять, как выглядит Дерек, как выглядят его глаза, оценить его эмоциональное состояние. Мои щеки пылают от смущения, а он?— такой же… стоп, странно, мне казалось он загорелый, а сейчас передо мной довольно бледный парень. Но даже эта бледность?— аристократическая, какая-то возвышенная, не как у других.И снова сердце падает, одним ударом вышибая ребра, когда чувствую, как парень еле касается пальцами моей ладони, с тяжким вздохом прикрыв веки.Замираю. Не двигаюсь. Не знаю, могу ли.Углубляюсь в самоанализ. Мне нужно понять, что я чувствую и что эти чувства означают.Они определенно есть, но не совсем такие, какими я себе представляла. И их разбавляет неуместное напряжение на физическом уровне. Будто отторжение.Господи.Прикрываю веки и старательно слежу за дыханием, хотя дискомфорт постепенно лишь усиливается.Словно всё это?— не то, чего мне хочется, не то, как мне этого хочется.Он?— первый парень, который обратил на тебя внимание, который тебя слушает, который не делает ничего, что могло бы тебя оттолкнуть. Слушает, приходит, когда ты просишь. Ты ему интересна. Ты ему определенно нравишься.Чего тебе еще нужно, Эффи?Еле шевелю пальцами, заставляя себя ответить на действие Дерека,?— мы сжимаем ладони друг друга.Правильно. Просто будь взрослой. Просто будь как все.Будь нормальной.***Он?— дурак.Кристиан Дикенс?— дурак. Дурной какой-то.На дворе глубокая ночь, он пялился в потолок гостиной, сидя на диване, одну рука спокойно лежала под головой, ладонью другой дергала телефон, нанося незначительные удары по коленке. Чего он ждал? Нет, правда, что за неспокойное состояние? Бросал взгляды на экран, включал и выключал его. Ждал. Или не ждал. Просто сидел. Просто не спал. Просто… вроде не думал ни о чем, но в голове что-то кипело.Когда со стороны прихожей послышался грохот двери, парень очнулся?— будто дремал. Мысли прояснились, но не до конца. По крайней мере, Дикенс начал осознавать, где находился. Поддался очередным не анализируемым действиям. Поднялся, спрятав телефон в карман джинсов, и побрел к порогу гостиной, хорошо ощутив, как головная боль видоизменилась, превратившись в пульсацию.Крис ни о чем не думал весь день, он в принципе не думает ни о чем, но на подкорке сознания кое-что возилось?— перебирало его слова, разбирало поведение.Наверное, Дикенс злился. Но, опять же, он не знал, на кого и по какой причине.Парень рассчитывал, это стерва Сьюз вернулась. Настроение располагало к ссоре, выяснению отношений и прочему, ему несвойственному разбирательству с другими людьми.Но это была всего лишь Эффи.Шелл не подала виду?— уткнулась в подушку, ровно и тихо дышала, даже не шевельнулась, когда Николас присел на кровати. В таком положении он провел долгие минуты. Девушке не привыкать. В этот раз Райдер просидел больше часа, иногда Ниллс удавалось подглядывать?— Ник просто рассматривал свои ладони, иногда вниманием обдавал дверь в комнату, иногда взглядом касался её лица. Шелл не знала, насколько хорошо притворялась. Сегодня она чувствовала себя уставшей, потому ей не приходилось ?делать вид??— она правда дремала.А когда Ник понял, что она задремала, осторожно встал с кровати и мягкими шагами направился к двери. Вышел, прикрыл до щелчка. Осмотрел темный коридор. Послушал тишину. Даже из комнаты О’Брайена не лился свет. Он спал. Погода располагала, дарила приятную сонливость и вялость, но Николас не мог ей поддаться по причине своей тревожности.Парень подошел к двери в комнату Эфф. В очередной раз навострил уши. Ничего. Будучи собой, не постучал. Открыл дверь легким давлением на ручку и заглянул в помещение, где царила ночь.Привыкшие к мраку глаза без проблем отыскали сестру на кровати: она спала в одежде, даже не разулась, вокруг неё валялись какие-то листы бумаги. Мятые, порванные. На полу?— её записная книжка. На столе ноутбук. В целом?— комната тонула в беспорядке. Шкаф открыт, вещи на полках мятые, сваленные в кучу, какие-то кофты висели на стуле, какие-то брошены на пол.Так всегда происходило. Если в голове Эфф был хаос, этот хаос охватывал и её окружение.Это свойственно всем Райдерам.Но у Николаса была Шелл: она всегда убиралась в его комнате, убиралась в его голове. У Эффи, судя по всему, нет такого человека.Ник продолжал стоять на пороге, смотреть в спину спящей сестре и чувствовать свою вину.Почему он ничего не сделал?Но Дилан прав?— есть ли толк от этих мыслей сейчас? Теперь, когда прошлое осталось там, в Бруклине.Ему необходимо что-то делать. Для неё.