Глава сорок пятая (2/2)
Со всей силы двинув кулаком по стене, он прижался лицом к холодному стеклу, закрыв глаза, с горечью думая о том, что поздно винить кого-то в чем-то. И что это не просто мысли – а вдруг? А если?
Илья — сосед, друг… Пацан! — а в будущем – мужик… И – темный взгляд голубых глаз с расширенными зрачками, жадный поцелуй, его тело в руках – и желание, желание, желание… Снова всплыли воспоминания о ночи – но вместо Женьки был Илья, горящий от возбуждения, податливый и непокорный, влажный от пота и страсти. Андрей сжал виски ладонями до боли. «Я схожу с ума!!!»Рванув из дома, он вылетел на улицу. Ночная прохлада мгновенно остудила его. Прикрывая глаза, он с наслаждением подставил лицо ветру, поддавшись призрачному покою ночи; достал сигарету – последнюю – и, закурив, побрел в сторону детской площадки. Мерный скрип качелей вернул мыслям логичность, успокоив эмоции.«Надо просто пойти и выяснить все на месте. Сесть и поговорить. Обо всем»Но что сказать? Не знаю, Иль, что у меня в мозгах творится, но я бы тебя трахнул, пожалуй. Только не обессудь, если потом мне на тебя смотреть будет противно. Так?!» — нервный смех разрезал тишину, заставив пугливо замолчать какую-то пташку, поющую ночные серенады.«Ни черта подобного. Сам сначала в своих тараканах разберись, а потом уже к Илье иди. И – точка!»
Однако и на следующий день, и через неделю в душе Андрея так и царил хаос. Мысли крутились по кругу, не принося покоя, изводя и выматывая, заставляя ненавидеть и себя, и Илью, и даже Юльку, которая – от греха подальше! — старалась не показываться другу на глаза, пропадая где-то вечер за вечером. С трудом пережив еще одну субботу сомнений и самокопаний, Андрей со злостью хлопнул ни в чем не повинной дверью и пешком направился к Илье.У знакомого дома Андрей остановился, неспешно вытащил сигарету и закурил, убеждая себя, что он не оттягивает момент, а просто курить хочется. Мысленно облив себя презрением и выкинув недокуренную сигарету, он поднялся и позвонил в дверь ставшей уже родной квартиры, не давая себе передумать.
За дверью привычно грохотала музыка, поэтому его звонок явно услышали не сразу.
— Да? — Илья не сразу понял, кто стоит за его дверью, а, узнав, замер, разглядывая Андрея.
— Привет, Илья, — негромко поздоровался Андрей, чувствуя, как вспотели ладони. — Мы можем поговорить? — взгляд пробежал по соседу, мгновенно отмечая все изменения: немного бледный, под глазами синяки — небось, опять всю ночь за компом просидел, как будто похудел...— Зачем? — выдавил хрипло Илья, застыв истуканом на пороге. Никак не удавалось оторвать судорожно сжатые пальцы от ручки входной двери, перестать глазеть на Андрея ивыговорить что-то более развернутое. Поговорить? О чем им разговаривать? Когда только-только немного отболело и рана в сердце затянулась коркой?— Э-э... — Андрей запнулся о собственный выдох. Вот и о чем? Вспомнилась отрепетированная тирада, и он невольно поморщился. — Может, все же запустишь меня в квартиру? — немного резко спросил он. — Или так и будем на пороге разговаривать?- Ну, заходи, — Илья посторонился, пропуская и закрывая за Андреем дверь. — Чай пить не приглашаю, извини! — В тесном коридорчике было не развернуться, но Илья упрямо и демонстративно привалился к стене и выжидающе уставился на бывшего соседа. Тяжелую паузу несколько нарушало музыкальное сопровождение.Андрей нахмурился.
— Черт, Илья! Все и так сложно! Ты не мог бы не усложнять еще больше? Я всего лишь пришел поговорить, — он взъерошил и без того растрепанные волосы, раздраженно глядя на соседа. Илья явно не горел желанием с ним разговаривать, глядя зло сощуренными глазами. Снова глубоко вздохнув, Андрей попытался еще раз объяснить, зачем он пришел. Вот только сложно объяснять то, чего сам не понимаешь. Особенно непримиримо настроенному против тебя собеседнику.
— Ты злишься на меня? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.— Сек, — Илья неожиданно оторвался от приглянувшейся ему опоры, обошел удивленного Андрея и скрылся в комнате. Через минуту стала понятна причина столько странного поведения — музыка резко стихла. Появившийся на пороге Илья криво усмехнулся: — Нарушает торжественность момента. И я не злюсь, на хер надо. Ты съехал, наши дороги разошлись. Поэтому с трудом улавливаю тему нашего разговора.— Охрененно просто! — все же не выдержал Андрей. — Я, блядь, с твоей простоты душевной просто офигеваю!!! — стиснув зубы, он попытался побороть душившую его ярость — от унижения, от самого этого тона Ильи, от... всего! — Сука, Иль, какая же ты сука! — он хрипло рассмеялся, зло глядя на бывшего соседа. — Какого хрена?! Какого хрена ты сушил мне мозг все это время, а? Ну вот просто объясни мне, зачем? Я, блядь, из-за тебя пидорасом стал!!! Я в зеркало смотреть не могу! Я спать не могу! Потому что меня от себя самого блевать тянет, ты понимаешь? А ты, блядь, не улавливаешь суть нашего разговора! — он резко замолчал, глядя на Илью пустыми глазами, сжимая кулаки, чтобы не вцепиться в него, и снова тихо переспросил: — Зачем, Иль?— Мило, Андрюшенька! Спасибо, что заглянул! Я как раз уже неделю не слышал от тебя, какая я сука, блядь и как ты еще меня ласково называл?Мозг тебе сушил? Я? Чем именно, стесняюсь спросить? Тем, что боялся при тебе слово лишнее сказать? Обидеть тебя? Только бы ты не свалил? Как меня ваша семейка заебала уже! Что вы лезете ко мне? Я кажется, тебе трахаться не предлагал, от одного поцелуя пидорасом не сделаешься. Так что любуйся на себя дальше — ты стопроцентно невъебенно натуральный мудак! — выкрикнул ему в лицо взбешенный Илья, с трудом заставляя себя держаться на расстоянии и не броситься на Андрея.— На хуй иди, урод! — прошипел в ответ Андрей. — Благодаря тебе и твоей сраной неземной любви, я уже не стопроцентный натурал, не беспокойся! Ах, Андрей, — передразнивая нарочито высоким голосом продолжил он, — так люблю тебя, так люблю, что просто сил нет! Просто настолько люблю, что пойду и поебусь с первыми встречными! Ах, я такой несчастный, такой бедный и нелюбимый, что аж ходить не могу! — не выдержав, Андрей пихнул его к стене и, приблизив лицо почти вплотную, яростно прошипел: — Вот на хуя, Иль?.. На хуя я тебе нужен был?! Ты же мне, сука, всю жизнь поломал! На хуя???— Что ты сказал?! Повтори! — Илья замер, перестав вырываться из рук соседа. Распахнутыми глазами искал в лице Андрея подтверждение услышанному жестокому откровению: — Ты... ты был с кем-то?
Метаморфоза была поразительной. От раздраженности и безразличия в глазах Ильи не осталось ничего. На их место пришла боль. Причем такая, что Андрей слегка отшатнулся от своего соседа. Кулаки сами собой разжались, он тихим, призрачным шепотом спросил, пытаясь скрыть вину в голосе, обличающую его лучше любого признания:— Тебе же все равно, ты сказал, — прозвучало жалко, и он понял это сам. Только вот смотреть на Илью сейчас было выше его сил.
Трусливо отстранившись, он снова взглянул на оцепеневшего соседа и устало взъерошил волосы.
— Прости, — вырвалось раньше, чем он успел подумать о том, за что просит прощения. Впрочем, это уже совсем неважно. Постояв и так и не дождавшись от замершего Ильи какой бы то ни было реакции, он развернулся и, тихо прикрыв за собой дверь, вышел из квартиры, не дожидаясь того момента, когда Илья вышвырнет его сам.