Глава сорок шестая (1/2)

…что-то случилось, но нам ничего не сказали,Женщину в зрительном зале бросило в дрожь...Книга открыта на самой последней странице,

Сколько все это продлится... целый день дождь...Сплин «Время назад»

Этим вечером Юле не хотелось ни устраивать вечеринки, ни идти куда-то, хотя обычно ее деятельная натура требовала движения, общения и ярких эмоций. Вместо этого она сидела в комнате, задумчиво курила, уставившись в окно, и думала, думала, думала...

Вспоминалось многое — как они с Андреем еще только поступили в университет и ездили с ночевкой на природу отмечать это событие — фактически незнакомые друг другу люди. Как тем же вечером засиделисьу костра далеко заполночь. Как он играл ей на гитаре, напевая тихим голосом немудреные слова дворовых песен. И она, кажется, именно тогда влюбилась в него, теряя себя в восхищенном взгляде, в игре огня на загорелой коже, в мягком, нежном прикосновении сильных рук... Кажется, это было так давно! А потом... Лав-стори не случилось.Студенческая жизнь — бедовая. Вечеринки, пьянки, гулянки. У нее — поклонники, да и Андрей никогда не был одинок. И со временем все как-то стерлось, перегорело, потеряло остроту и важность первой, самой чистой и искренней любви. Она уже и сама поверила в то, что между ними только дружба — да и что нужно еще? Ведь до сих пор она была единственной девушкой, задержавшейся рядом с Андреем. Такие отношения устраивали обоих — куда ни глянь, сплошная выгода. Вот только с некоторых пор все изменилось, и нет-нет, да и мелькала в ее сердце вспышка ревности к тому, кто теперь занимал мысли Андрея, заставляя его угрюмой тенью бродить из комнаты в комнату.Все началось еще тогда, когда Андрей, поселившись на новой квартире,вдруг перестал заглядывать в гости. Довольно долгое время они вообще общались только по телефону — это они-то! Друзья не разлей вода черти сколько времени! Потом, когда он стал приходить к ней, оставаясь на ночь, словно спуская пар, занимаясь сексом то несдержанно и нарочито грубо, словно злился, то с нежностью и заботой, словно действительно любил. И хуже всего было не покидавшее ее ощущение, что в такие моменты он занимался сексом не с ней.Долго ломать голову над таинственными переменами ей не пришлось — тут бы и дурак догадался, а дурой Юля себя не считала. Для этого ей достаточно было лишь однажды увидеть рядом с Андреем блондинистого пацана по имени Илья — хозяина квартиры, в которой тот снимал комнату. И уже тогда стало понятно, что «это ж-ж-ж – неспроста…» Да и сейчас, вот уже несколько дней, что они жили вместе, она замечала, что ее вечно спокойного и уравновешенного друга словно подменили, уж слишком странно и непривычно он себя вел.

Еслии оставались у нее сомнения, то все они развеялись с приходом Женьки.

Вот уже кого она не ожидала увидеть на пороге своей квартиры днем, да еще и без приглашения на «побухать и потусить». А уж когда ей удалось выпытать из него некоторые подробности недавней вечеринки, да еще отметив его нешуточный интерес к Андрею...

Верить не хотелось, но факты были на лицо. Андрей был с ним, это несомненно. Скорее всего, по пьяни — но это уженеважно! Она передернула плечами, пытаясь как-то уложить в голове осознание этого факта. Слишком неправдоподобно, но...«Надо поговорить. Просто надо все выяснить.» — твердо решила она, затушив сигарету в пепельнице. «Сначала этот бляндинчик, теперь Жан... Боже! Пусть это будет просто эксперимент!» Именно поэтому, наплевав на собственные предчувствия, она и ждала его, как памятные девицы из сказки просидев полвечера у окна.Ближе к полуночи легонько хлопнула дверь, впуская Андрея. Не зажигая света, он разделся, прошел на кухню, зашумела вода. Какое-то время в темной квартире не раздавалось ни звука, а затем, послышались шаги и Андрей вошел в комнату, наполняя ее запахом дождя и сигарет, щелкнул по выключателю, разрушив таинственный полумрак, и, заметив подругу, глядя на нее незнакомым пустым взглядом, бодро поздоровался:

— Привет, Юльч! Как ты?Контраст был разительным. Если бы только еще не видеть его глаз, можно было бы подумать, что все в порядке, как всегда, и ей вдруг пришло в голову, что, наверное, он не первый день выглядит так, только она за его бравым: «Юльча! Как ты, малыш?» и неискренними улыбками ничего не замечала.

— Я-то в норме, — тихо заметила она. — А вот что с тобой, Андрей?— А со мной все хорошо, — уверенно кивнул он, раздеваясь, — лучше не бывает. – Только вот почему-то взгляд отводил по-прежнему.— Андрей... — предостерегающе произнесла она, и, видимо, по ее голосу он что-то понял. Обернувшись, он некоторое время вглядывался ей в глаза, а потом все же сказал совсем тихо:— Юльч, я… — в голосе Андрея зазвучала боль и растерянность, словно прорываясь наружу, и он только выдохнул тяжело: — Я такая сука, Юльч... —и Юлька в очередной раз поняла, что многое прошло мимо нее...Андрей никогда не был чрезмерно самокритичен. В те же редкие случаи, когда он все же признавал, что в чем-то неправ, это выглядело чем-то вроде: «Ну да, я был неправ, но давай об этом забудем и не станем акцентировать внимание».А сейчас... Он не только искренне признавал, что был неправ, но еще и винил себя в этом!

— Почему? — единственное, что пришло ей в голову спросить.— Юль, — устало отозвался Андрей. — Давай не будем об этом, ладно? Итак общая хреновость жизни зашкаливает, — он повернулся к ней спиной, стягивая майку, и Юлька в очередной раз про себя горестно вздохнула: "Какой мужик пропадает!.. Эх..."— Да? — снова вернулась она к разговору. — А знаешь, ко мне сегодня в гости приходил мой давний знакомый Женька. Он же – Жан. Знаешь такого?Андрей замер, словно окаменел в мгновение ока, застыв со стянутой с торса, но болтающейся на руках майкой.

— Чего он хотел? — чуть хрипло, то ли от волнения, то ли от стыда спросил он.

— Тобой интересовался. Где ты, с кем ты... Недвусмысленно так.

Андрей молчал, не зная, что сказать, только напряжение из тела ушло, словно теперь ему уже все равно.Тяжело вздохнув, Юля подошла ближе и обняла его со спины, положив голову на плечо. — Андрей... Что с тобой? — помолчав, она все же спросила: — Это из-за твоего соседа? Ильи, да?

Однако этой заминки ему хватило, чтобы прийти в себя.— Юль, — он медленно отстранился, скидывая, наконец, майку. — Со мной все хорошо. И Илья тут ни причем. Совершенно. Я пойду искупаюсь.Андрей вышел из комнаты, и Юля не стала идти за ним следом, прекрасно понимая, что сейчас ему необходимо побыть одному, и больше он ей ничего не скажет. Вздохнув, она пошла на кухню, налила себе чая, раздумывая. Видеть друга таким было откровенно больно — и непривычно. Юлька сердито нахмурилась. «Да кто поверит, что эта белобрысая тряпка тут ни причем?! Все из-за него, из-за этого чертового Ильи! С него все началось – и давно уже пора бы все это закончить!»

Она недобро ухмыльнулась от пришедшей в голову идеи. «Ну, что ж, если гора — Андрей — не раскалывается, пойдем к этому, так называемому Магомету» Она хмыкнула:

«Готовься, педик. Этого свидания ты точно не забудешь!»*****Щелчок мягко прикрытой входной двери для Ильи прозвучал как выстрел. Подавляя желание сползти по стене на пол и желательно умереть там, Илья медленно побрел в комнату, где упал навзничь на кровать.

Вот теперь точно все.

Точка.

Занавес.

Появление и ошеломительное признание Андрея стало контрольным выстрелом в этой идиотской и порядком затянувшейся пародии на любовь. И сейчас, как ни странно, Илья не испытывал ни боли, ни ревности, только отчаянную усталость.

Плакать?

Обижаться?

Бежать за ним?

Умолять остаться?Снова изображать преданного щенка?

Все это уже было, и страшно надоело. Нужно, наконец, признать и принять: ничего не вышло, и его чувства — только его проблема, а Андрей — свободный человек и имеет полное право жить и любить так, как хочет. А он, Илья?.. А что Илья... Мужик он, в конце концов, или совсем уже обабился с этой дебильной любовью?! Вот сейчас он встанет и как начнет новую лучшую жизнь…

Подняться Илья заставил себя только на следующее утро, благо был выходной день, и не было необходимости срываться в универ после бессонной ночи. В ванной он долго умывался, плеская в лицо ледяной водой, обозвал свое помятое и несчастное отражение "истеричкой" и решительно двинулся в комнату бывшего соседа.

С какой-то фанатичной исступленностью, Илья вычистил и вымыл каждый уголок, изрядно запылившейся за время отсутствия жильца комнаты. Коря себя за глупость и алогичность, он сложил в мусорный пакет все забытые или напоминающие об Андрее вещи: кружку, из которой он пил, диски, которые покупал, пару забытых книг, найденный под кроватью одинокий носок – давно надо было!

Осталось последнее и самое сложное.

На этот раз Илья не стал разглядывать и лить слезы над изображением соседа, а просто смял листки в неряшливый ком и запихнул в найденное на балконе старое алюминиевое ведро. Произведя таким образом тотальную зачистку квартиры, он оделся, прихватил зажигалку, в одну руку ведро, в другую — пакет с воспоминаниямии вышел из квартиры.

*****Припарковавшись возле знакомого подъезда, Юля оглядела окрестности, задумчиво постукиваяпальцами по рулю и обдумывая план действий. Хотя… О чем тут думать? Нужно просто объяснить белобрысой сучке, чтобы оставила Андрея в покое. «План ясен,а вот если в квартиру не пустит или дома его нет?» – мысленно озадачилась она.В этот момент подъездная дверь со стуком распахнулась и на пороге появился предмет ее мучительных сомнений. Кутаясь в шарф и прижимая к груди ведро (!), это ничтожествокинуло какой-то пакет в мусорный бак и не глядя по сторонам побежало во двор. «Что он там с эти ведром в 15 градусный мороз делать собрался?!» — недоумевала девушка. - «Ах, неважно, зато здесь он от меня не уйдет! Попался голубчик!» — недобро усмехнулась она.

Илья обнаружился за детской горкой. Склонившись над ведром, он пытался одновременно уклониться от ветра и поджечь торчавшие из ведра бумаги.

Заметив знакомые ей маленькие книжки-фэнтезийки, которые так любит Андрей, и пару его вещей, она посмотрела на Илью, недобро сузив глаза:—Кто тебе разрешал сжигать вещи Андрея, ничтожество?

От неожиданности Илья резко подскочил, при этом хорошенько приложившись затылком об низкий железный поручень, удивленно и слегка испуганно уставился на девушку, видимо, сразу и не узнав ее.— Ты?! Ты что здесь делаешь?— Танцую! — язвительно протянула Юлька. — И не увиливай. Кто тебе позволил выбрасывать его вещи? — она шагнула вперед, и теперь они стояли лицом к лицу, впившись друг в друга злыми взглядами.Илья опешил от наглости этой девицы: приперлась, орет на весь двор. Но самообладание – вкупе со злостью – вернулось быстро.—Тебя не спросил, что мне делать! Копыта в руки и вали отсюда! Нашлась, командирша… — Че-его? — грозно протянула Юлька. — Ты у меня сам щас полетишь копытами вперед, ошибка природы! Так что рот закрой, когда с тобой разговаривают! Понял? И вещи аккуратно в пакетик сложи, не твои, а я их с собой заберу и Андрею отдам!Она ухмыльнулась: «Ну вот, сейчас и посмотрим, как тебе это, мальчик...»

Илья заметно скривился при этих ее словах: «Какая заботливая! Словно о муженьке дорогом печется! Вещички сложи! Смотри не лопни, стерва!»Он засрежетал зубами:— Слушай, ты!.. ПередайАндрею, чтобы шалав своих больше не подсылал. Ничего ценного он не оставил, а это мои вещи, хочу жгу, хочу через интернет продаю, ясно?

— Шалав, говоришь? — Юля подошла к нему еще ближе, сжав в кулаки наманикюренные пальчики. — Что, рыбак рыбака?... Чем ты-то лучше, целка голубая? Или ты Андрея себе хотел, чтобы кофе было кому варить?

— Вали по-хорошему, — угрожающе процедилИлья. Вот никогда женщин не бил, но ведь новая жизнь началась, все теперь возможно.Юля стиснула зубы, еле сдерживаясь, чтобы не зарядить этому блондинистому. Однако тут же себя одернула: ты леди, настоящая дама. И все же удержаться было слишком тяжело:— Окей, пришибленный, я ухожу. Но только предупреждаю тебя. Если ты еще хоть раз...Договорить ей не удалось: очередной порыв ветра выхватил из кипы несколько листков и закрутил их по площадке. К ее недоуменному удивлению, психованный кретин с воплями тут же сорвался, пытаясь поймать белоснежные клочки. Юля хмыкнула, с откровенным удовольствием наблюдая, как Илья выставляет себя придурком, не делая ни малейшей попытки помочь. И лишь когда один из листков упал прямо перед ней, придавила его кончиком туфельки, распрямляя: «Интересно, что же за рукописи он пытается сжечь?».

На мятой и порядком подранной бумажке был изображен знакомый до каждой родинки ее близкий друг, любитель женщин и, как оказалось, любимец некоторых мужчин. Изображен тщательно, в красках и голым. То есть, нарисованы были только голова и торс, который обрывался на границе паховых косточек по замыслу художника, но и этого было достаточно. Девушка застыла, залюбовавшись прекрасным в своей наготе и притягательности телом. Глядя на мощный разворот плеч, сильную гладкую грудь, аккуратные и как она отлично знала нежные горошины сосков, точеные линии узкой талии, она вспомнила, как сладко и терпко было в постели с Андреем.Юля перевела задумчивый взгляд на Илью, судорожно мечущегося по двору за листками. Эти картинки… Это было нечто слишком интимное. Иными словами, это были не просто эротические фантазии – если она еще хоть что-нибудь понимает в людях.

Она подняла еще несколько листков, внимательно рассмотрела, лишь подтверждая свои выводы, и сунула их в сумку, а затем подошла к Илье.— Илья, послушай, — она тронула его за плечо. – Давай все же поговорим нормально, а? Я же не за тем пришла, чтобы ругаться.— Не о чем нам говорить, — Илья стряхнул ее руку, подхватил ведро и быстро пошел к подъезду, бережно прижимая к груди собранные рисунки.Юлька снова бросила взгляд на зажатый в руке лист, тяжело вздохнула, понимая, что легко не будет,и торопливо зашагала за ним.— Илья! Ну, Илья же! — нетерпеливо позвала она, догоняя парня.

— Вот пристала. Чего тебе еще надо? Если тебе нравится на морозе скандалить, то я замерз, устал, хочу чаю горячего и спать. Езжай домой уже, тебя Андрей заждался, — не оборачиваясь бросил Илья.

— Ага, я приставучая. И хочу всего того же, что и ты — ну, за исключением сна. Правда, Илья, давай поговорим. Я ведь просто так не уеду, — она решительно взглянулана Илью. —А от чашки чая ты не обеднеешь. Давай, поухаживай за девушкой!