Глава 4, или Яркие впечатления первого дня (1/1)

По своему обыкновению злой Енох был, на удивление, флегматичен и почти спокоен. Почти — ключевое слово. Эмма была вне себя от радости, постоянно подходя к юноше: то хваля его, то пытаясь завести беседу, без устали замечая, какое приятное впечатление он сегодня производит; предполагала, что он, наверное, наконец открыл свою душу. Это заставляло Еноха внутренне сгорать от ярости. Стоило только сначала не спать всю ночь, мастеря страшных кукол, быть разбуженным ни свет, ни заря, вымотаться за день и — между прочим, по слёзным же просьбам детей, а не по собственной инициативе! — быть вежливее, чем обычно — так всё, отбоя нет. Прямо местная знаменитость. Ребячество Эммы раздражало безумно — чего привязалась-то? Что она, совсем забыла, что не с Портманом своим ненаглядным щебечет? И — о, Птица! — это же, как минимум, неприлично — все знают о её молодом человеке, а она тут Еноху чуть не на шею лезет! Но самым обидным для него, однако, было не поведение Эммы, которая чувствовала своим долгом посюсюкаться с ним, как с дитём неразумным. Обидным и бьющим по еноховской гордости был тот факт, что глупая девчонка связала его поведение с автобиографическим рассказом новенькой! Будто есть ему дело до этого. Да, была, конечно, жалость с чайную ложку, промелькнуло и восхищение, что аристократичная неженка, считай, четыре года самостоятельно выживала в непривычной для неё обстановке, почти всю войну прожив в настоящем. Но что насчёт него? Он сам пережил две войны, почти не отсиживаясь, в отличие от новенькой, в петлях, а развивая свой дар. Где можно найти столько человеческих сердец и трупов, как не на фронте? Его особенно удачные мертвецы могли даже какое-то время стрелять и бегать не хуже живых! С уверенностью можно сказать, что свой вклад в победу он тоже внёс. Так что, рассказ Риссы не настолько затронул его душу, чтобы изменить своим многолетним привычкам и внезапно подружиться с новенькой. Он, по правде говоря, вообще не хотел с ней дружить.?Сама бегом побежит, узнав меня получше?, — думал он, демонстративно закатив глаза и поднявшись в свою комнату, пока дети убирали со стола посуду.*** Дети действительно были заинтересованы Риссой и рады тому, что такая Странная будет с ними сосуществовать. В петлях, где десятилетиями ничего не меняется, новый человек — просто счастье. Джейкоб и Рисса замечательно справлялись со своими ролями игрушек, но таких, каких не выбросят за ненадобностью, когда изучат вдоль и поперёк. Риссу сразу после обеда Эмма и мисс Перегрин отвели в выделенную ей комнату, так как она, верно, устала с дороги. Эмма обрадовала девушку новостью, что живёт за стеной, и если что-то будет нужно — Рисса всегда сможет к ней обратиться за помощью. Весь второй этаж вообще был отведён девочкам и был снабжён женской душевой, и Рисса была очень этому рада: в её прошлых петлях девочки жили вместе с мальчиками, их комнаты были в одном коридоре и, хоть девушка была вовсе не такой робкой, какой могла показаться на первый взгляд, было не очень приятно в одной ночнушке и с совершенно непрезентабельным заспанным видом сталкиваться по утрам с представителями сильного пола. Так что, можно было сказать, что девушка попала в свой личный Эдем. Единственной спорной радостью была новость о том, что ровно над Риссой располагалась комната Еноха, или, как называла его Эмма — некроманта, и именно поэтому в этой комнате никто никогда не жил. Девушка рассказала об этом Риссе сразу же, как они зашли в комнату, причём — шёпотом и с таким неподдельным волнением, что Рисса если не испугалась, то была сбита с толку: какие проблемы могут быть от тихого мрачного парня, который, по слухам, денно и нощно работает над своими куклами, даже не посещая общую столовую, игнорируя предупреждения имбрины? Эмма ответила на это только то, что иногда Енох бывает грубоват или резок, что он, порой, заигрывается со своими марионетками до глубокой ночи, что-то роняя и разбивая, так что это могло немножечко мешать. Девушка добавила также, что Рисса вправе пожаловаться на это мисс Перегрин, и она решит этот вопрос. Рисса согласно кивнула, но подумала, что не будет ради себя менять чьё-то расписание дня. Если Енох десятилетиями гремел битым стеклом по ночам — значит, что так и надо. Девушка до сих пор думала, что была недостойна вот так вот просто навсегда поселиться у мисс Перегрин иждивенцем, тем более — что-то требовать от здешних старожилов. Мисс Перегрин сказала, что хочет развивать способности телекинеза у Риссы путём тренировок, которые, если всё будет хорошо, начнутся с сегодняшнего завтрашнего дня. Девушка, конечно же, без промедления согласилась. Когда Алма ушла, Эмма осталась ещё ненадолго в комнате новенькой. Огненная девушка рассказала, что перед самым перезапуском петли дети смотрят сновидения Горация, и предупредила, что зайдёт за ней ближе к восьми часам вечера, когда дети играют в саду. Рисса рассыпалась в благодарностях, вновь и вновь повторяя, как рада здесь оказаться, какие милые тут дети и как хорошо её приняли. Она даже порывалась помочь детям убрать со стола, но Эмма её придержала, шутливо погрозив тонким пальчиком и, изобразив голос Алмы, озвучила её недавнее поручение:— Ложитесь в постель, юная леди, у вас есть четыре часа и тринадцать...нет, уже двенадцать минут на сон! Третий раз повторять не пришлось, и Рисса, в чём была, легла на застеленную постель. С пожеланием хороших снов и напоминанием о перезапуске петли Эмма вышла из комнаты, бесшумно прикрыв за собой дверь. Опустившись на мягкую и совсем нескрипучую постель, Рисса почувствовала, как усталость от её путешествия и бессонница накатывают с новой силой, и девушка, прикрыв глаза, сразу же задремала.*** Когда Рисса открыла глаза, на больших старинных часах, стоящих на комоде её комнаты, короткая стрелка ещё даже не дошла до римской семёрки. Она полежала ещё немного с закрытыми глазами, надеясь снова провалиться в сладкую дремоту, но сон как рукой сняло, а сквозь плотно сомкнутые веки пробивался яркий огненно-рыжий свет.

До головокружения резко сев на кровати, девушка вскочила на ноги, подумав, не полыхает ли комната огнём? Сонному сознанию не сразу удалось понять, что свет льётся из окна, а когда до Риссы это дошло — она уже опиралась на подоконник, прильнув к прозрачному стеклу. За прохладным стеклом наблюдался закат невиданной красоты. Солнце ещё только подкатывалось к полоске горизонта, слепя оранжевыми лучами, и Рисса, быстро переодевшись в тёмные джинсы, к которым она очень привязалась, найдя современную женскую одежду намного комфортнее старомодных тяжёлых платьев, поторопилась выйти из комнаты, желая насладиться закатным солнцем сполна.

К удивлению девушки, на её пути она не встретила ни одного ребёнка. Быстро вспомнив, что все сейчас в саду, она спустилась по крепкой лестнице на первый этаж, пройдя гостиную и добравшись до входной двери. В саду перед домом, где росли кусты невероятных форм и размеров, выращенные Фионой, девушка увидела почти всех детей, кроме Горация, Эммы с Джейком и, конечно же, Еноха. Обведя цветочные фигуры взглядом, под одним из кустов Рисса всё же заметила Горация, который, видимо, был судьёй для играющих в футбол мальчишек. Они бегали по вытоптанной зелёной траве, крича что-то друг другу о мухлевании, на что Гораций, стуча ладонью по земле, кричал в ответ, что он тут судья, и всё честно, просто Хью не умеет проигрывать. Тогда обиженный мальчик выпустил целый рой пчёл, который ещё долго гонял мальчишек по импровизированному полю, заставляя стоящую у дома девушку искренне смеяться, прикрывая лицо руками.

Опомнившись, Рисса завертела головой, размышляя, откуда же откроется самый лучший обзор на заходящее солнце, и довольно улыбнулась, вспомнив, что из светящегося окна виднелась водная озёрная гладь.

?Наверное, я должна спросить разрешения у мисс Перегрин?? — Подумала девушка, снова оглядываясь, но теперь в поисках наставницы. Алма нашлась буквально в десяти метрах от неё, и шла она не одна, а с Енохом, который нёс в руках небольшую клетку с какими-то грызунами.?Будет невежливо, если я подойду сейчас, она занята.? Однако же, мисс Перегрин, кивнув вслед уходящему куда-то за дом Еноху, сама позвала Риссу к себе.— Я думала, ты проспишь до самого перезапуска петли, — сказала Алма, как заботливая мать заправляя серебристую прядь волос девушке за ухо. — Как ты себя чувствуешь?— Так хорошо и спокойно, как не чувствовала себя даже в родительском доме, — тихо ответила Рисса, млея от прикосновения тёплой руки имбрины к своей щеке.

— Хорошо, очень хорошо, — сказала мисс Перегрин, поглаживая девушку по голове. — Ты куда-то направлялась?— Да, я хотела попросить у вас разрешение сходить на озеро, посмотреть на закат, — ответила девушка, ковыряя мыском кед землю под ногой. Тепло посмотрев на Риссу, Алма хитро приподняла бровь:— Только если вернёшься к восьми!*** Путь до озера был ближе, чем девушка предполагала. Быстрым шагом она уже через несколько минут добралась до берега, где травяной ковёр резко сменял нагревшийся за день песок, по пути с удивлением рассмотрев целый ряд вишнёвых деревьев, находящихся в самом цвету, и насладившись их ароматом. Рисса подошла к самой воде, едва не промочив тряпичную обувь, и опустила руку в воду, отражающую закатное солнце; поводила по зеркальной глади пальцами, то окуная их глубже в воду, то, наоборот, почти вытаскивая. Наигравшись с темнеющей водой, девушка села под могучее дерево, в широко раскинувшихся ветвях которого заливалась какая-то вечерняя птица. С удовольствием жмурясь, Рисса подставила лицо прохладному вечернему ветру. Солнце медленно заходило за горизонт, и теперь вода, казалось, не полыхала огнём, а налилась кровью до самых берегов, рябя и лениво подкатывая алые волны к берегу. И Рисса следила за этими кровавыми волнами, провожая их взглядом и цепляясь за новые, поглаживая перстень на большом пальце правой руки, с таким же багряным камнем, как и выглядывающая половина солнечного диска.?Интересно, а как выглядит рассвет в этой петле?? — Рисса пообещала себе, что обязательно увидит его своими глазами. Девушка так засмотрелась на всё это великолепие, откинув все мысли и переживания, что, прикрыв на пару минут уставшие от яркого света и напряжения глаза, не заметила, как снова задремала.*** Холодный поток воздуха покрыл девичью кожу мурашками, и Рисса, съёжившись, пробудилась, от удивления задохнувшись. Почти полностью стемнело, ноги от неудобного положения затекли и неприятно покалывали, а на часах было уже почти восемь.

?В это время я должна была уже быть в доме! И угораздило же меня заснуть на час!? — В расстроенных чувствах думала девушка, ища взглядом дорожку к дому, с трудом её разглядев в темноте.

До особняка Рисса добралась бегом, молясь, что если она и опоздает, то чтобы хотя бы ненамного. И, наверное, кто-то из богов её услышал, ведь в гостиную, где дети собрались перед светящимся белым полотном, которое ещё ничего не показывало, девушка вошла лишь на четыре минуты позже, чем должна была. Она беспомощно встала в дверном проёме, не зная, куда ей себя деть, а под сожалеющим и взволнованном взглядом Эммы, колючим — Еноха и укоряющим — мисс Перегрин, Рисса сжалась, обняв себя руками.— Четыре минуты семнадцать секунд, Рисса, — шёпотом отчитала девушку Алма, не желая, чтобы кто-то кроме самой Риссы слышал, что говорит имбрина. — Пообещай мне, что такого больше не повторится. Я волновалась, — совсем тихо прошептала женщина, прижав Риссу к груди. Такая забота показалась Риссе очень странной, если не больной, но настолько она была искренной и чувственной, что девушка едва не расплакалась: никто и никогда не заботился о ней так, как мисс Перегрин, а она, не прожив в доме и шести часов, уже расстраивает наставницу. Рисса могла бы стерпеть её крики, её нравоучения и ворчание, но её разочарование было для девушки чем-то таким, что Рисса никогда бы себе не простила. Хотелось бы отметить, что такое состояние Риссе не было свойственно в принципе. Она была больше похожа на Еноха, но только более уравновешенного, вежливого, терпеливого и коммуникабельного. Быть в компании хороших людей ей нравилось больше, чем гордое одиночество, потому что тогда бы её съели мысли.

Рисса не любила быть один на один со своими мыслями. Слишком уж они были тяжёлыми, печальными. Невыносимыми.— Простите, — прошептала Рисса, сминая кулачками мягкую ткань пиджака имбрины.— Всё хорошо, дорогая. Постарайся больше не опаздывать, ладно? — почувствовав в ответ кивок, Алма отстранились. — Мы смотрим сновидения Горация, присоединяйся. Можешь сесть с Эммой, — она указала на софу, на которой удобно разместились Эмма и Джейк. Огненная девушка, толкнув своего молодого человека, подвинула его, похлопав по свободному месту рядом с собой. Рисса, пользуясь темнотой в помещении, быстро и незаметно пробралась к дивану, оседая рядом с Эммой.— Где ты была?! — Возмущённо прошептала девушка, нахмурив брови, но тут же расслабляясь. Рисса снова была удивлена таким напором — неужели все обитатели так пунктуальны, или же нападения пустот сделали их такими осторожными?— На озере, — только успела ответить Рисса, как их обеих окликнул Джекоб:— Смотрите!

Переведя взгляд на экран, Рисса во все глаза уставилась на саму себя в компании Джейка и мисс Перегрин. Это был тот момент, когда они вышли из петли.— Гораций видел этот сон прошлой ночью, — пояснила Эмма. Девушка заторможенно кивнула — рассматривать себя со стороны чьими-то глазами было, как минимум, необычно. Картинка сменилась, и под общий протяжный вздох дети наблюдали, как Гораций несколько минут примерял разные бабочки. Джейк сказал, что в основном Горацию снится одежда. Третий же сон поверг девушку в крайнюю степень удивления. Экранная Рисса сидела под деревом, её белёсые волосы свет окрасил в алый, и, кажется, девушка крепко спала.— Не может быть... Этого точно никто не мог знать! — Громким шёпотом воскликнула Рисса, переведя взгляд на Эмму и Джейка.— Гораций знает всё, — просто пожал юноша плечами, наблюдая за вытянувшимся лицом девушки.— Обычно Гораций показывает только три сна, — задумалась Эмма. — Но это, кажется, ещё не всё на сегодня. Словно подтверждая её слова, на экране появились два лица. И если Рисса уже надеялась, что не будет больше так остро реагировать на себя в чьих-то сновидениях, то её надежды разбились, а сердце ухнуло куда-то вниз, когда во втором человеке девушка узнала Еноха. Дети в ожидании притихли, полностью обратившись во внимание. И каково же было облегчение Риссы, когда она поняла, что сновидение лишено какого-либо романтического подтекста вообще. Слишком свеж ещё был в памяти рассказ Эммы о том, что в первый день, как в доме появился Джейкоб, Гораций порадовал детишек сном, в котором Джейк и Эмма едва не поцеловались. Рисса даже представлять не хотела, как бы ей было неудобно видеть такую сцену с собой и незнакомым ей человеком. Но радость длилась недолго: стоило девушке разглядеть собственное лицо на экране, как по её хребту прошёл холодок. На как никогда бледном лице сильно выделялись глаза с красной сетью лопнувших сосудов на белках и лиловыми синяками под ними. Скулы стали острее, щёки впали, и весь её вид в целом был до ужаса болезненным, если не сказать, что девушка готовится умирать. Она что-то говорила, с трудом размыкая сухие губы, и потирала висок пальцами одной руки, так как второй держалась за дверной косяк, чтобы не упасть. Было логично предположить, что дверь, которая распахнулась ещё в самом начале видения, вела в комнату Еноха, так как именно оттуда вышел некромант, а за его спиной блестели пузатые банки, в которых плавали сердца самых разных животных — а только ли животных? — в желтоватом растворе формалина.

Енох, увидев девушку, в удивлении и даже некотором ужасе распахнул глаза, уже через мгновение вернув своё самообладание и что-то ответив.

Этот диалог длился не больше двадцати секунд, и закончился он тем, что юноша в ярости захлопнул дверь перед носом Риссы, а она, болезненно съёжившись, опустилась на колени перед дверью, прислонившись спиной к стене. Кто знает, чем бы всё это закончилось, если бы мисс Перегрин не окликнула Горация. Мальчик моргнул и послушно оборвал видение, вытащив монокль.— Эй, Рисса, ты как? — заботливо спросила Эмма. Как себя чувствовала Рисса? Так же, как чувствовал бы себя любой человек, увидевший себя в таком виде во сне мальчика, который видит будущее и никогда не ошибается. Удивление, ошеломление, страх неопределённости...

?Что всё это значит? Должно же быть этому объяснение! Не умру же я в скором времени?? — Задумалась девушка.— Вот это сказочка на ночь, — протянула Рисса, уткнувшись взглядом в свои руки. Все дети, до этого с сожалением смотревшие на девушку, устремили свои взгляды на Еноха. Он, скривившись, поднялся с кресла и быстрым шагом вышел из комнаты, в несколько прыжков преодолел две лестницы и скрылся у себя.— Это просто кошмарный сон, дети, это ничего не значит, — успокоила мисс Перегрин, сама с трудом веря своим словам. Однако, дети действительно вскоре забыли об увиденном, всей гурьбой направившись в сад, прихватив с собой и Риссу. Играя с младшими, девушка отвлеклась от размышлений на тему своего не очень-то радужного будущего, увлёкшись поиском Бронвин и Милларда. И если Бронвин ещё можно было относительно легко отыскать, то невидимку, в середине игры под возмущённые детские крики скинувшего одежду, найти было просто невозможно. Они провозились около часа, пока имбрина не сказала собираться. Енох спустился только к перезапуску петли, прожигая всех одним из тех своих взглядов, от которых становилось холодно и неуютно. Почему-то Рисса чувствовала себя виноватой перед ним, будто сделала что-то очень нехорошее, и очень хотела попросить у него прощение сама не зная за что, но здравый смысл у девушки присутствовал и остерегал её от необдуманного поступка. Она ни в чём перед Енохом не виновата, она даже не разговаривала с ним ни разу, и поэтому пускай всё останется так, как есть. Перегорит и ладно.

?В конце концов, меня предупреждали, что у него непростой характер.?***— Сейчас, осталось несколько секунд! — Воскликнула Эмма, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.— Перезапуск нашей петли — воистину удивительное зрелище, — мечтательно вздохнул Джейкоб. Все расположились на поляне за домом, через которую вилась тропинка до озера. Её было хорошо видно из окна Риссы, и девушка удивилась, что она не заметила полянку раньше. На лужайке росло множество цветов разных форм и оттенков, которые были видны даже в сумерках, а за спинами детей благоухали отчего-то вовсю цветущие вишнёвые деревья. Последний багровый луч солнца падал на поляну, пронизывал тонкие ветви молодых деревьев с маленькими розово-белыми цветочками, и они отбрасывали причудливые тени.

— Пора! — Объявила мисс Перегрин, сверяясь с часовыми стрелками. Резкий порыв прохладного ветра облетел детей, растрепал волосы и одежду. Рисса зябко поёжилась и провела рукой по волосам, стараясь хоть немного их пригладить, и уже собиралась спрятать руки в карманы, как вдруг ладони коснулось что-то мягкое, нежное и невесомое. Подняв кисть на уровень глаз, девушка с лёгкой улыбкой принялась рассматривать небольшой вишнёвый цветочек. Нежно-розовый, с гладкими ровными лепестками-лопастями и тоненькими тычинками в середине соцветия. Рисса аккуратно спрятала хрупкий цветок в карман толстовки.— Сейчас будет самое интересное, — с благоговением прошептала Фиона, большими блестящими глазами посмотрев на Риссу. Новый, ещё более резкий порыв прошёлся в кронах деревьев. Потревоженные птицы заголосили, стайкой пролетев над домом, и в тот же момент вокруг детей закружилось целое облако из цветов. Подхваченные потоком воздуха цветочки облетали с деревьев, лишались в полёте лепестков, плотным вихрем окружая собравшихся людей. Рисса восторженно крутилась на месте, широко распахнутыми глазами изучая цветочную стену, и едва не забывала дышать. Мисс Перегрин стала отматывать время на часах назад, и теперь Рисса наблюдала, как кружившиеся мгновение назад лепестки меняли своё направление, снова собираясь в полноценные цветочки и соцветия, и возвращались к своим веткам, крепко прикрепляясь к ним черешками. Солнце снова показалось над озером, а дальше всё происходило быстро-быстро. Солнечный диск залил всё золотистым светом, оказался в зените и опять стал опускаться. Сад снова потонул в фиолетовом сумраке, на небе зажглась первая звёздочка, серебристая, очень яркая — Полярная. Последний огненный луч исчез в чернильной озёрной воде.***— Как ощущения? Тебе нравится у нас? Эмма взялась проводить Риссу до комнаты, но, зная её болтливость, осталась там на лишние полчаса, засыпая девушку вопросами и бесконечно интересуясь, что запомнилось ей более всего.— Это просто потрясающее место! — С жаром отвечала Рисса, не уставая широко улыбаться. — Дом невероятен, а природа просто сказочно красива! Хотя, запомнились мне именно люди. Вы все такие разные и всех вас я уже люблю, — искренне сказала она. — Вы уже стали для меня одной большой семьёй. Девушки ещё какое-то время просто сидели и обнимались, но, когда в комнату постучалась мисс Перегрин, ища Эмму, подруги обменялись пожеланиями на ночь и огненная девушка покинула комнату Риссы. Девушка сразу же переоделась в длинную ночную сорочку и легла на мягкие перины, подтянув одеяло до плеч.

Рисса уже проваливалась в сон, когда послышался грохот, а у сожителя сверху по дощатому полу стали чем-то цокать, будто десятком каблучков. Эти звуки перемещались, разбегались в разные углы комнаты, и девушка сделала вывод, что некромант живёт не один, а вспомнив рассказы о его живых марионетках — и вовсе загрустила, ощутив свою беспомощность в этой ситуации. ?А ты что думала, в сказку попала?? — сама себя спрашивала Рисса, с головой спрятавшись под одеяло.