Арка 2. Глава 6 (2/2)

— Интуиция даёт мне подсказки, но не говорит, прихожу я к верным выводам или нет. Поэтому не воспринимай мои слова как истину в последней инстанции – я могу и ошибаться.

Паша сел на подлокотник кресла, заставляя Арсения подвинуться.

— Несмотря на всё это, моя версия сейчас самая правдоподобная. А чтобы ты не задавал мне кучу вопросов, поясню: кицунэ – создания изначально бесполые и бестелесные, которые существуют в форме сгустка теневой энергии в Нижнем Мире. По достижении определённого возраста эти демоны получают способность принимать как человеческий, так и полноценный звериный облик, но исключительно лисий. Соответственно, чем старше лиса, тем больше у неё хвостов и демонической силы. Максимальное количество хвостов – девять. А теперь вдумайся, насколько опасной может быть кицунэ, если созданные ею иллюзии приходится уничтожать голубым огнём – магией, которая на порядок выше, чем красный огонь Арсения.

— Я бы не сказал, что она прям на порядок выше, но да: сила иллюзий впечатляет, — согласился Арсений. — Поэтому в интересах нашей же безопасности выйти на демона раньше, чем он на нас. Но вся фишка в том, что план перехвата не сработает: радары и обряды поиска на кицунэ не действуют. В связи с этим, Антон, — Бог Войны вложил в эти пять букв глубочайшие извинения, — твоё предложение с наживкой актуально как никогда. Только ловить будем не мы, а нас.

— Я на эту хуйню не подписывался, — моментально отрезал Шастун.

— Да ну? — Арсений хитро улыбнулся. — А на груди у тебя совсем другое значится.

Прежде чем из Антона полился поток не самых лестных слов в чужой адрес, Паша успел перехватить инициативу:— Лясь, кто-нибудь из твоих понимает язык животных?

Богиня Плодородия, о чём-то увлечённо беседующая с Катей, резко прервала разговор и подняла голову, смотря на замершего в ожидании Пашу. Пусть она и не обладала ментальной магией, как её возлюбленный, но ход его мыслей уловила сразу: расспросить других лисиц об инциденте недельной давности точно лишним не будет. А уж пригодится полученная информация в дальнейшем расследовании или нет – никто не знает.

— У меня есть одна талантливая вирява, которая в совершенстве владеет анимагией. Я вам её одолжу, — пообещала Богиня Плодородия, отодвигая пустую чашку в сторону. — Это всё, чем я могу помочь?— Пока да, — Паша тепло улыбнулся, получая в ответ наполненный нежностью взгляд. — Спасибо, Лясь.***Устраивать ушастый допрос поручили, естественно, бедовой парочке на ?А?, пообещав им помощь в двукратном объёме: не только виряву, но и Оксану к ней в придачу. Встречаться у Рога Изобилия Арсений почему-то отказался, поэтому добираться до пункта назначения все договорились своим ходом.

Как так вышло, что они с Богом Войны не рассчитали время и припёрлись на полчаса раньше условленного, осталось для Антона загадкой. Хотя заморачиваться он не стал: сел на ступеньки возле входа в зоопарк и принялся бесцельно листать соцсети. Понятное дело, что с фейкового аккаунта и без каких-либо сообщений в духе: ?Привет, я Антон. Помнишь меня? Да-да, тот самый, которого насмерть сбила машина. Ну так чё, пообщаемся??.

Он же не конченный придурок. Просто интересно, чем сейчас люди живут – вот и всё. Не то чтобы Антон скучал, живя среди магических существ, но надо же чем-то скрашивать время ожидания.Когда лопаток Антона коснулось что-то тёплое и широкое, он непроизвольно вздрогнул, чудом не выронив телефон. Повернул голову вбок и буквально уткнулся носом в чью-то макушку, вдыхая знакомый, успокаивающий запах.

Арсений.

— Вскроем главные ворота, полезем через забор или поищем альтернативы? — весело спросил Бог Войны.

Он привалился к Антону спиной, откидывая голову ему на плечо, и стал смотреть в чёрное беззвёздное небо, освещаемое серебряным диском луны.— Давай сначала Окс дождёмся, а потом уже во все тяжкие?

Антон зевнул и провёл ладонью по лицу, отгоняя назойливый сон.

— Знаешь, если бы мы пошли днём, сейчас бы уже были внутри, — невзначай заметил Шастун.

— Возможно, — Арсений поелозил затылком, устраиваясь поудобнее. — Но лавировать через толпы народу не слишком прикольно, да и сами лисы – ночные животные, поэтому лучше разговаривать с ними в соответствующее время суток.

— Справедливо.Дальше Антон диалог не продолжал.

Он сидел молча, кусая обветренные губы и чувствуя, как волосы Арсения щекочут шею, щурился, хмурил брови и старательно высматривал одолженную Ляйсан помощь. Единственное, что его отвлекало – это неимоверный жар, исходящий от Бога Войны. Антон бы сравнил свои ощущения с теми, когда врубаешь подогрев сидений на полную мощность или топишь камин зимой: вроде уютно и комфортно, а вроде душно пиздец и хочется немедленно куда-нибудь деться, чтобы не задохнуться.

Антон внезапно вспомнил свой душевный разговор с Агни, а следом –тот факт, что он в признаниях абсолютный ноль. Даже минус, скорее. Все его отношения завязывались сами собой, без проявления особой инициативы: просто в какой-то момент Шастун понимал, что больше не свободен. К тому же, чужая реакция на романтические заявления – это всегда неожиданность, причём необязательно приятная. И Антону было страшно даже представить, как Арсений может к подобному отнестись.?А что если пустить всё на самотёк? — Шастун снял с мизинца кольцо, разглядывая плетёный металлический узор. — Пусть идёт, как идёт. Я ведь даже не знаю, что ему говорить… Го мутить? Твои родители случайно не уголь и розжиг, тогда почему ты такой огонь? Я таких, как ты, никогда не встречал и вряд ли когда-нибудь встречу, потому что я уже и так мёртвый? Ёбаный пиздец?.

Антон закрыл глаза рукой и зажмурился, стараясь совладать со своими мыслями, чувствами и желаниями одновременно. А потом, когда решительно отбросил все сомнения и уже приготовился опозориться, услышал сзади расслабленный голос Арсения.

— Ты знал, что в этом месяце полное лунное затмение и великое противостояние Марса совпадают? — спросил Бог Войны, продолжая любоваться далёким небом. — Это довольно редкое астрономическое явление. Встретишь его со мной?

— Что?

Шастун обернулся так резко, что потерявшему опору Арсению пришлось срочно вцепиться в ступеньки, дабы не упасть.

— Вообще-то, предупреждать надо, когда так делаешь, — пожаловался Арсений. — Я что-то не то сказал?— Нет, — буркнул Антон.

— Тогда почему такая бурная реакция?

— Просто предложение неожиданное.

?Настолько, что я не успел сказать тебе одну важную вещь, — с толикой грусти подумал Шастун. — Хотя, наверное, это к лучшему?.

— Ты прав: стоило начать с другого, — спустя секунду раздумий согласился Арсений. — Тогда зайду издалека. В Магическом Мире, как и в Обычном, есть праздники. Информация о них была передана людям задолго до становления первых государств, какое-то время ценилась и оберегалась, но с развитием науки стала считаться сущим бредом, в который верят только необразованные крестьяне. Сейчас эти праздники, привязанные к космосу и природе, популярны среди последователей неоязыческих религий, многие из которых, сами того не осознавая, являются абелитами. Основных праздников у нас восемь: Самайн (он же Хэллоуин); Йоль (зимнее солнцестояние и Рождество); Имболк совпадает по датам со Сретеньем; Остара (весеннее равноденствие); Белтейн люди называют Вальпургиевой ночью; летнее солнцестояние (Литу) мы пропустили из-за твоих постоянных недомоганий и обмороков; в начале августа отмечают Лугнасад, а в сентябре – Мабон (осеннее равноденствие). Ещё к этому плюсуются затмения, парады планет, звёздные дожди и прочие астрономические явления, о которых ты наверняка слышал.— Как ни странно, я и о праздниках ваших краем уха слышал, — признался Антон. — Кстати, ?Марс? классно рифмуется с сокращением твоего имени.

Шастун повернулся к Богу Войны спиной, вновь ощущая исходящие от него волны тепла, и продолжил созерцать безлюдную улицу.

— Знаю, — Арсений улыбнулся, притираясь к орудию ближе. — Марс символизирует войну и кровопролитие, огонь, жестокость, чудовищную агрессию, но в то же время – храбрость, жертвенность, готовность идти на подвиги. И когда он взойдёт на небо, я хочу, чтобы ты был рядом со мной.— Если для тебя это важно, то буду.Пока Арсений переваривал полученный ответ, Антон успел различить на горизонте две женские фигуры, медленно приближающиеся ко входу в зоопарк. Ровно к назначенному времени: ни минутой раньше, ни позже – такой пунктуальности только поучиться.

— Арс.

— А? — мгновенно откликнулся тот.

— Встаём.

Антон по Оксане успел соскучиться, поэтому встретил её крепкими объятиями и лёгким чмоком в румяную от ночного холода щёку. Его вид из лучисто-радостного внезапно стал растерянным и смущённым, когда орудие заметил девушку, стоящую у дриады за спиной.

В детстве, ещё совсем маленьким, он с упоением слушал бабушкины сказки про русалок, живущих в лесных озёрах. Дивной красоты водяных дев с певучим голосом, которым те завлекают заблудшие души, чтобы потом убить. И пускай в те времена он ещё не знал разницы между миролюбивыми русалками и Нечистью-сиренами, страшно ему всё равно было до ужаса. Когда же Антон вырос и поумнел, к нему пришло будничное осознание: его просто-напросто запугивали, чтобы он не убегал от дачи чёрт знает куда, рискуя свалиться в ближайшую канаву или заблудиться в лесу. Но сейчас эти сказки про прекрасных созданий снова ожили.

Волнистые светлые волосы девушки были заплетены в косу – лёгкую и небрежную, из которой выбивалось несколько длинных прядей. А большие серо-голубые глаза, отливающие свинцовым в уличном полумраке, смотрели на Антона приветливо и радушно.

?Красивая?, — промелькнуло у него в голове.

— Меня зовут Настя Задорожная. Можно просто Настя, без прозвища, — с улыбкой представилась вирява. — Я к вам от Ляйсан в качестве зоолога-переводчика.— Круто. Рад знакомству, — Шастун протянул девушке немного вспотевшую ладонь. — Я Антон.

Весь спектр эмоций, испытываемых им в данный момент, звенел в груди Арсения гулким эхо, неприятно царапая лёгкие. Бог Войны выдержал ровно минуту, прежде чем отвести взгляд в сторону и погрязнуть в иррациональной обиде, навалившейся на него всем своим весом.

Ревность – чувство глупое и эгоистичное, но сверхъестественным существам оно не чуждо.

— Ну что, пошли? — спросила Оксана, получая в ответ утвердительные кивки. — Тогда веди, Насть.Вирява решительно направилась вдоль стен зоопарка, не тратя ни секунды на раздумья: она шла настолько чётко и выверенно, словно делала это по карте с заранее намеченным маршрутом. Антон сразу вспомнил Диму с его навигационной магией, благодаря которой им не пришлось тогда плутать по парку в поисках злосчастной скамейки. Антон относительно недавно задался вопросом, есть ли глобальная разница между врождённой и приобретённой магией, потому что вещи это всё же неодинаковые. По логике казалось, что приобретённая должна быть слабее, хотя утверждать наверняка Шастун не брался.

— Вы сюда часто приходите? — обратился он к Оксане, замедляя шаг, чтобы та смогла с ним поравняться.

— Лично я в этом зоопарке впервые, — призналась дриада. — Но расслабься: Настя знает дорогу.

— Она тут работает или что-то другое?— Или что-то другое, — с лёгкой насмешкой произнесла дриада. — Тебе её прозвище совсем ни о чём не сказало, да?

— Нет, потому что прозвища не умеют говорить, — парировал Антон.

— Очень смешно.

Оксана фыркнула, косясь на широко улыбающееся орудие, и объяснила:

— Помимо способности понимать язык животных, вирявы очень хорошо ориентируются на местности и помогают заблудившимся путникам (будь то человек или сверх) вернуться домой. Если сравнивать, то они выполняют роль живого компаса или навигатора. На счету Насти, насколько я знаю, больше тысячи спасённых жизней.

— Фига, — поражённо выдал Шастун, смотря на светлую косу, мерно покачивающуюся впереди. — Настя такая…— Скромная? Талантливая? Привлекательная? Подбери челюсть, а то Арсений скоро воспламенится от ревности.

Оксана весело подмигнула растерявшемуся от таких заявлений Шастуну и в следующий миг оказалась впереди, беря Настю под руку. Антон обернулся через плечо на идущего позади Бога Войны и остановился посреди тротуара, дожидаясь, когда тот подойдёт ближе.

Антон чувствовал в груди глухое жжение на протяжении десяти последних минут, но никогда бы не подумал, что это чужая ревность.

Изжога, скорее.

— Арс, с тобой всё нормально? — аккуратно поинтересовался Шастун.

Он постарался заглянуть собеседнику в лицо, чтобы понять, пошутила Оксана или сказала правду, но Бог Войны на своё орудие даже не посмотрел.— Нормально, просто настроения нет, — на отвали бросил Арсений.

По бесцветному тону и опущенному вниз взгляду Антон догадался, что ему сейчас нагло соврали, но больше с расспросами не лез, памятуя о тактичности.Будь Шастун чуточку посмелее, он бы резко Арсения тормознул, развернул за плечи к себе, заставляя посмотреть прямо в глаза, и на выдохе произнёс:Представь, что у тебя есть любимая игрушка. Сложная, с противоречивым характером и обожающая загоняться по всякой фигне, но она дорога твоему сердцу. До боли дорога. А потом ты приходишь в магазин и видишь на витрине какую-нибудь новую машинку. Красивую, классную, именно такую, о которой когда-то мечтал, но отчётливо понимаешь, что любимую она никогда не заменит. Поэтому перестань себя с кем-то сравнивать, Арс.И эта пламенная речь сто процентов дала бы положительный результат, если бы Антону хватало смелости. Но ему не хватало, поэтому озвучивать свой воодушевляющий монолог он не стал. Зато, подойдя к ветвистому дереву, по которому решено было перелезть через стену зоопарка, случайно произнёс вслух то, что предназначалось ему самому, но никак не Арсению:— Какой же ты клоун, блять.

Внутренности Антона обдало жгучим холодом, когда он осознал, что и кому сказал.

Шастун сглотнул, ловя на себе вопросительный взгляд сидящей на ветке Оксаны, а потом с замиранием сердца повернул голову, натыкаясь глазами на два штормящих голубых океана.

Пиздец.

— Может, я и перегнул палку, — ледяным тоном произнёс Бог Войны, подходя к дереву и цепляясь за первый выступ, — но ты её сейчас нахрен сломал.

— Прости, Арс, я не... — Антон проводил взглядом растворившуюся в зелёной кроне фигуру. — Я глупенький просто. Арс?

Если бы у Антона были собачьи уши, он бы виновато прижал их к макушке и тихонечко заскулил, прося прощение за всё произошедшее. Но его природа такой редкой мутацией не наградила, поэтому Антон чертыхнулся и последовал примеру остальных: забрался на широкую нижнюю ветку, переползая по ней на сторону зоопарка, и спрыгнул вниз, морщась от прострелившей ступни боли.

Вольер с лисицами нашёлся достаточно быстро, благодаря всё той же Насте и её магии. Как и сказал Арсений, животные не спали: носились туда-сюда, взрывая когтистыми лапами землю и игриво покусывали друг друга, вертясь огненно-рыжими волчками. Почуяв виряву, они синхронно остановились и замахали пушистыми хвостами, срываясь на радостное тявканье.

— Ну привет.

Настя села на корточки у вольера и прислонила ладонь к железным прутьям – несколько чёрных носов сразу прижались к её коже, вызвав у девушки широкую улыбку.

— Мы к вам по делу пришли, — не стала томить она. — Отсюда недавно сбежала чернобурка по кличке Бузёныш, и никто из нас не может понять, в чём дело. Вы не замечали за ней ничего странного?

Лисы начали переглядываться, а потом вдруг наперебой затявкали, поднимая хвостами клубы пыли.

— Что они говорят? — Арсений наклонился, чтобы рассмотреть мельтешащие внизу морды с горящими янтарными глазами.

— Тише-тише, я вас поняла, — успокаивающе сказала Настя.

Она стала поглаживать разнервничавшихся животных сквозь металлическую ограду, и те моментально затихли, навострив уши.

— Бузёныш здесь невзлюбили сразу, — начала пересказывать услышанное Настя. — У неё была какая-то чересчур давящая аура, будто в воздух выплеснули что-то тяжёлое и вязкое. Она ни разу за всё время не подошла к людям, всегда наблюдала за ними издалека или пряталась в укрытии, выходя только ночью. Самое интересное, что в её присутствии обязательно случались несчастья: дети роняли мороженое, теряли игрушки или ни с того ни с сего ругались с родителями; люди часто резались о прутья, хотя никаких острых выступов на них не было; а некоторым кормителям при входе в вольер резко становилось плохо.

Одна из лис несколько раз отрывисто тявкнула, и остальные согласно качнули мордами, соглашаясь с ней.

— Но самое необычное происходило с едой, — продолжила переводить Настя. — Иногда её будто окружал невидимый барьер, за которым лакомства лежали абсолютно нетронутыми. Но когда он исчезал, еда тоже испарялась, и вместо неё лежали обглоданные кости. В итоге лис приходилось кормить гораздо чаще положенного, чтобы избежать смертельных истощений, которые так или иначе были у всех, кроме Бузёныша.— Не знаю, как вам, а лично мне очевидно, что здесь каждая деталь связана с ментальной и иллюзорной магией, — твёрдо сказала Оксана. — Насколько я поняла из рассказа Айдара и Вити, сейчас мы отталкиваемся от версии с демоном-трикстером. Так вот, я думаю, что Паша на сто процентов прав.

— Теперь уже на сто десять, — невесело отозвался Арсений. — Видимо, кицунэ здесь заточили, раз выбраться наружу самостоятельно она не могла. И ей было скучно настолько, что она развлекалась иллюзиями.

Бог Войны прошёл вдоль железной сетки, на пробу тыча в неё пальцем.— Я даже вижу место разрыва и следы магического барьера, причём довольно мощного. Вопрос только в том, кому понадобилось его разрушать. Можешь спросить? — обратился к виряве Арсений.

— Конечно, — кивнула та, ласково ероша шерсть на доверительно подставленной морде. — Вы что-нибудь помните с той ночи?

Лисы опять затявкали, но гораздо тише и с очень длинными паузами, как будто сами сомневались в том, что говорили.

— Они уснули, но не сами, — Настя нахмурилась, вслушиваясь в чужие слова. — Не уверена, что правильно интерпретировала, но их заставили это сделать, использовав магию. Когда лисы очнулись, в изгороди уже была дыра, а Бузёныш из вольера пропала. Они тоже пробовали выбраться через лаз, но не смогли, потому что невидимая стена преграждала им путь. Потом эту дыру заделали, и всё вернулось на круги своя.

Вдруг вдалеке зашелестели кусты. Спустя мгновение из них показалась острая белая морда с двумя рыжими пятнами вокруг глаз. Холёный крупный лис не торопясь вылез на свет и гордо направился к гостям, таща за собой пышный белоснежный хвост. Он недоверчиво обнюхал Настину ладонь, повёл усами и спустя мгновение приветственно ткнулся в неё носом, приглашая девушку к разговору.

— Ты знаешь, что тогда произошло? — осторожно спросила вирява.

Лис коротко кивнул. Сел, оборачивая лапы хвостом, и начал пронзительно тявкать, пересказывая Насте произошедшее, а когда закончил – стрельнул глазами в сторону, прося её перевести его историю остальным сверхам.

— Он спрятался в кустах и специально притворился спящим, когда услышал шаги, поэтому сонная магия его не коснулась. Несмотря на некоторые пробелы в понимании, лис уверен, что ночные гости предложили Бузёнышу сделку: они помогают ей выбраться на свободу, а та взамен кое-кого устраняет.

— Класс, — усмехнулся Антон. — Получается, нас заказали.

— Да хрен бы с этим, — Арсений посмотрел белому лису прямо в глаза: — Кто ?они??Тот дёрнул ушами и непонимающе взглянул на виряву.— Нам интересны личности тех гостей, отличительные черты их внешности, поведение. Может быть, что-то ещё, — объяснила Настя.Выслушав очередную порцию лающих звуков, она продолжила:

— Их было двое: один растворил ограду дымом из ладони, но лис, к сожалению, не рассмотрел его лицо за маской, а второй – чёрный человек.— Из стиха Есенина, что ли? — вскинул бровь Антон.

— Нет, лис имеет в виду ту черноту, которая иногда появляется на телах людей. Татуировки, я думаю. Они его очень впечатлили: разные буквы на лице, шее, руках – на всех открытых участках кожи, в общем. О, и ещё длинный шрам на горле.

— Зашибись, — устало вздохнул Антон. — Демон-киллер, загадочная маска и аноним-чернильное пятно. Что дальше? Покемоны?

— Кажется, я знаю, кто это.

Арсений обвёл присутствующих взволнованным взглядом, чувствуя, как стремительно уходит из-под ног земля. Его сердце колотилось в груди с бешеной скоростью, разгоняя по венам кипящий адреналин, и рвалось наружу, грозя скрошить в пыль хрупкие рёбра.

Арсения пробирал холод, жар, снова холод, колол иглами пальцы, бился током в костях и сжигал подчистую нервные клетки при одной только мысли:

Он.Ошибки быть не могло: Арсений лучше других знал, откуда этот шрам на горле, потому что сам же его и сделал. Видел предсмертную агонию чужого орудия и растекающуюся под ним лужу крови, видел последний глоток живительного воздуха и тяжёлый подъём грудной клетки. Видел всё, каждую мелочь, и похоронил это чудовищное воспоминание вместе с истлевшей империей. А сейчас вдруг узнал, что крышка гроба на протяжении стольких лет была открыта.

— В своей жизни я видел только одно орудие, с ног до головы покрытое метками, — с трудом произнёс Арсений.

От присутствия рядом Антона его душа заныла, затрещала по швам, и сюжеты из прошлого замелькали перед глазами ворохом разноцветных картинок.

?Я очень хотел, чтобы ты не знал, — Арсений нашёл в себе силы поднять на Шастуна затуманенный бурей эмоций взгляд. — Но скелеты из моего шкафа отчаянно просятся наружу?.

— Его зовут Эд, — после долгой паузы произнёс Бог Войны. — И все эти метки он получил от моего брата.