Том 2. Часть 5: Глава 42 (2/2)
— Ты рассказываешь мне историю сотворения мира, верно? — Да. Каждому из оставшихся двенадцати людей была дарована ветвь дерева. Каждую из ветвей обвивала змея, и на каждой росло по три плода. Змеи спустились с этих ветвей и своими телами подняли небо ввысь, а плоды упали вниз и обратились в земли, королевства и троны. Затем каждая ветвь превратилась в кисть для письма.
Этот миф о сотворении мира отличался от любого из тех, что Ёко слышала ранее.
— Те змеи стали великими столпами, земля олицетворяет народ, королевство — законы, по которым живёт этот народ. Ну а трон символизирует справедливость и добродетель. Хотя иногда его трактуют как олицетворение сайхо и министров королевства. Ну а кисть означает историю этого народа, — усы Ракушуна шевельнулись. — Никого из нас в то время не было на свете, так что никто не знает, насколько правдива эта история. — Естественно. Когда она была маленькой, она читала о китайской мифологии в одной из детских книжек, правда сейчас она не могла вспомнить ничего. Но даже так Ёко сомневалась, что она смогла бы найти какие-либо совпадения. — Итак, этот Тентей — это главный бог, верно? — Да, можно и так сказать.
— Значит, если ты собираешься кому-то помолиться, следует молиться Тентею, верно? ?Молиться?? — читалось в глазах Ракушуна, озадаченно склонившего голову.
— Э-э, ну, если ты желаешь ребёнка, то да, тебе следует обратиться к Тентею.
— А помимо этого? Как насчёт помолиться о богатстве и процветании? — Если ты ищешь богатства и процветания, то можешь попробовать обратиться к Гьётею. К слову, существует несколько культов, которые почитают Гьётея. Чтобы спастись от стихийных бедствий, молись Утею, а защиты от ёма проси у Котея.
— Значит, они все отвечают за разные вещи, да? — Верно, и у каждого из них существуют свои культы и последователи. — Но обычно люди не молятся, да? — Нет необходимости. Если погода будет хорошей, урожай также будет хорош. То, какой будет погода, решают на небесах. Но дождь идёт для всех одинаково — для счастливых и для грустных, для добродетельных и не очень. А если его не будет, будет засуха. И нет никакой пользы в том, чтобы молиться об этом. Ёко была ошарашена этим высказыванием.
— Да, но если будет потоп, разве это не вызовет кучу проблем? — Дабы предотвратить наводнения король приказывает построить дамбы и запруды.
— А как насчёт заморозков? — Чтобы во время заморозков не было голода, король должен мудро распределять пищу между населением.
?Я не понимаю этого?, — подумала Ёко. Ей было понятно лишь то, что местные люди значительно отличались от людей, к которым она привыкла.
— Значит, ты говоришь, никто здесь не молится, чтобы сдать экзамены, сберечь деньги, и всякое такое? На этот раз Ракушун выглядел удивлённым. — Разве такие вещи не зависят от усилий самого человека? Почему о них нужно молиться? — Ну, да, но…
— Если ты будешь хорошо учиться, ты сдашь экзамены. Если ты будешь хорошо работать, ты заработаешь денег. Как именно, по-твоему, здесь должны помочь молитвы? ?Так вот оно что?, — мысленно усмехнулась Ёко. Никто здесь не скрещивает пальцы на удачу, и не просит у богов милости в обмен на обещание стать лучше. Так что если тебе представился шанс, допустим, продать кайкяку в рабство, дерзай, подзаработай на стороне, в чём проблема? Ты же сам за всё в ответе и перед богами ты не отвечаешь. — Да, кажется, я поняла, — пробормотала Ёко. Но, видимо, её слова прозвучали слишком холодно, потому что, услышав их, Ракушун разочарованно опустил усы. Обычно Ракушун признавался в этом только себе, но он действительно хорошо учился и обладал необычайно острым умом. Должно быть, ему было очень обидно осознавать, что несмотря на всё это он всегда будет обузой для своей матери, только потому что он был рождён хандзю, получеловеком.
Ракушун собирался расспросить побольше о Ёко и о Японии, но Ёко уже не хотелось разговаривать. И вот, на шестнадцатый день их путешествия, случилось первое нападение.