Один гребаный день (1/1)
Гордон едва поспевал за своим напарником. Гордо был ловок, быстр и безжалостен, катком прокладывая себе дорогу сквозь комбайнов, не оборачиваясь на трупы павших друзей и врагов. Лица присоединяющихся к ним повстанцев постоянно сменялись, их расстреливали и давили, точно муравьев. Иногда Фримэн, прижимаясь к “мелкому” спиной к спине и отстреливаясь, слышал, как часто он дышит, но при том сосредоточенно молчит.Прихрамывающий, накачанный по самое не хочу личиночным экстрактом, Гордон Фримэн ввалился на территорию Цитадели. Они шли и шли, петляя по темным, с голубоватыми прожилками смолы коридорам, пока не добрались до двух рельсов, доставляющих саркофаги неизвестно куда.
Гордо снял забрызганный кровью и ошметками плоти шлем. Его глаза лихорадочно блестели, по лбу бежала струйка пота, волосы взмокли и растрепались. Гордон переводил взгляд с него на расходящиеся в противоположные стороны рельсы. Медлить было нельзя, так как захваченные во время наступления Аликс и Илайя Вэнсы томятся где-то здесь - если еще живы - но от мысли о разлуке ком подкатывал к горлу.- Развилка, - зачем-то сообщил очевидное Гордон Фримэн.В глубине души он надеялся, что молодой Фримэн начнет отговаривать его от повисшего в воздухе решения разделиться, но тот не оправдал его ожиданий. Зато сделал нечто другое - стиснул в объятиях и поцеловал, жадно, так отчаянно.
Сквозь запах страха и адреналина Гордон снова ощутил тление внизу живота. Двойник напомнил ему, каково это -быть юным и иметь вкус к жизни, в том числе и неуемный сексуальный аппетит. Он до глубокой ночи имел гибкое, отзывчивое тело. "Мой," - шептал львенок, терзая зрелого льва; горячий пот щипал царапины на пояснице. Они ебались до тех пор, пока Фримэн просто не вырубился от изнеможения. Боже. Это был самый сумасшедший трах в его жизни.Оторвавшись от него, Гордо нацепил очки и встал напротив, у параллельной ветки с саркофагами, выжидая, когда Фримэн решится. Гордон сделал шаг к открывшемуся гробу, то же самое повторил двойник. Скобы защелкнулись.На развилке они разминулись; дальше Гордон ехал один. Не слишком быстро, так что удавалось разглядеть много всего, будто Покровители организовали ему экскурсию по Цитадели. Экспонаты, конечно, так себе - транспортники, штурмовики, охотники, страйдеры - вся пиздобратия Альянса. Но хуже всего сталкеры. С ними редко можно было столкнуться за пределами вражеской обители, и то только в чреве вскрытых поездов-бритв, отбывающих из Нова Проспект. Гордон с Барни и другими ребятами безуспешно пытались исцелить изуродованных людей, однако изменения, произошедшие с ними, были необратимыми. В основном эти несчастные, прекратив получать приказы от пуповины Альянса, хрипели по углам в позе эмбриона, бились о стены, либо сбрасывались с высоты. В конце концов Гордон стал пристреливать их из жалости, точно старых собак.Он с горечью вспомнил, как Аликс рыдала над их телами. Для той, что практически не знала жизни до Альянса, у нее было чересчур мягкое и доброе сердце. Но Гордон любил ее за это - почти отеческой любовью.Фримэн встретил на своем пути камеру, и саркофаг понесся быстрее. На перекрестке он взмыл ввысь с такой скоростью, что мужчину затошнило. Ось сооружения изнутри была окутана кабелями разных размеров и расцветок. Когда-то, когда Цитадель еще только монтировалась, они пронизывали Сити Семнадцать, забирались в каждый дом, каждое окно… Ассимиляция - так называл все это надругательство над личностью и потребительское отношение к живым существам Уоллес Брин.Очередное поле заряженных частиц лишило Гордона всего имеющегося оружия, так что он прибыл к Администратору беспомощный и к тому же в клетке.
"Прекрасно, блять".- Моссман, ты тоже это видишь? Моссман?..К моменту его приезда Гордо уже болтался в саркофаге. Гроб выглядел чудовищно посередь помпезно и дорого обставленного кабинета Брина - артибута, более недоступного для простых землян. "Прости", - прочитал Гордон по его губам и покачал головой. Во всем этом нужно винить комбайнов и никого более.Заметив возле мнущейся, явно не знающей, что ответить Джудит грави-пушку, ослепительно сияющую опасным голубоватым светом, Гордон вновь кинул взор на свою копию. Тот скованно пожал плечами, а затем подмигнул. Почему-то это обстоятельство заставило Фримэна немного расслабиться.- Покровители накачали тебя своими порошками и у тебя двоится в глазах, - весело произнес "мелкий".- Ты сошел с ума, Уоллес, - подхватил Фримэн-старший, - Как ты объяснишь это своей маме-личинке?..Им удалось выбить Администратора из колеи, так что тот несколько секунд с сомнением пялился на молчавшую, как рыба, Джудит. Затем он собрался и наставил на двух Фримэнов пальцы:- Камеры не могут лгать. Я выясню, что здесь происходит, и ваши дружки помогут мне в этом.К ним присоединились саркофаги с Илайей и Аликс. Гордон был рад видеть их живыми, хоть Вэнс и выглядел довольно плохо - на лбу проступила испарина, темная кожа приобрела едва уловимый серый оттенок.- Шу’улатои, как зовут их эти болваны, вортигонты, высосут вам мозги. Сначала тебе, бесполезная старая развалина, - Уоллес ткнул в Илайю, - Затем тебе, маленькая неприступная шлюха...Краем глаза Гордон заметил, что Моссман схватила со стола Брина конфискованный мульти-инструмент Аликс. Затем попыталась воткнуть Администратору в бок; после короткой потасовки Уоллес шарахнул грави-пушкой по саркофагам и скрылся в лифте.- Не дайте ему сбежать, Аликс, Гордон и… Гордон.- Гордо, - поправил Джудит Фримэн-младший, помогая остальным узникам выбраться из покореженного металла.- Д-да, - по ее лицу бежали слезы, - Я останусь здесь, с Илайей, он… он...Гордон посмотрел на Аликс.- Она и впрямь переживает за отца. Думаю, ей можно доверять, - произнесла девушка, подбирая свой мульти-инструмент; Гордо тем временем вооружился заряженной грави-пушкой, проверив ее новоприобретенную мощь на одном из пультов управления.Вспомнив, что Джудит так и не рассказала Брину о двойнике, Гордон кивнул. Возможно, Уоллес просто запудрил Моссман мозги, пообещав сохранить ей и ее коллегам жизни.Троица устремилась в погоню за, вероятно уже бывшим, Администратором Земли.