Глава II. Следы на снегу (2/2)

Сердце Герды ушло в пятки, когда Лорген произнёс последнее слово. Оно совершенно точно означало, что он потерял всякую надежду найти Кая живым.

- Опо…знать?! Да что же… Вы что, не думаете, что он может найтись живым? – чувствуя, как перехватывает дыхание, спросила Герда. Ей хотелось думать, что она ослышалась, ошиблась.

Мужчина снял очки и потёр переносицу. Вблизи вид у него был ещё более усталый и удручённый. Он явно избегал смотреть в глаза Герде.- Боюсь, наши шансы невелики, фрекен Нильссон. Кай выбрал один из самых опасных участков гор – Холодное Сердце…- Я знаю, знаю! – нетерпеливо воскликнула Герда. Это было не слишком-то вежливо, перебивать преподавателя, но она не могла совладать со своими чувствами. Больше того, в голосе господина Лоргена Герда услышала отголоски той обречённости, которая звучала в словах её бабушки. Едва ли университетский преподаватель верил в фольклорную нечисть, он говорил о лавинах, труднопроходимых участках, опасных пролётах и обрывах, но уверенность в печальном исходе у него была та же самая. – И всё же должен быть шанс!

- Должен быть… Мне очень жаль… Мы останемся здесь на ночь, но, конечно, с наступлением темноты вести поиски невозможно, вы понимаете. А на завтра передают новую бурю, куда более сильную, чем сегодняшняя, и, если прогнозы не изменятся, мы будем вынуждены прекратить поиски и свернуть лагерь, чтобы не допустить новых жертв, - он говорил с медлительно рассудительностью бывалого путешественника и поисковика, который понимает, что тот, кто отдаёт свою судьбу в руки свирепой горной природе, очень сильно рискует. Должно быть, Кай был не первым и не последним в его биографии, которым придётся пожертвовать, чтобы ?не допустить новых жертв?.Но для Герды Кай был единственным.- Я хочу помочь, - голос её дрожал.Преподаватель вновь водрузил очки на нос и внимательно посмотрел на девушку.- Вам лучше всего бы отправиться домой и ждать вестей там. Гарантирую, вы будете узнавать…- Не хочу я ничего узнавать! Поймите, господин Лорген, Кай мне как брат, - это было не совсем так, но думать об этом Герде сейчас было невыносимо, - моей бабушке словно ещё один внук. Словом, он не просто друг, он член моей семьи, а мы – его семья, как и его отец. Пока его здесь нет, я хочу быть полезной… помочь в поисках. Вам ведь дорог каждый человек, неправда ли?

Лорген выглядел сомневающимся. Он пристальнее оглядел Герду, и под этим взглядом она ниже натянула шапку на уши. Во всяком случае, она была одета тепло.

- Вы хоть когда-нибудь были в горах? Поднимались на вершину?

- В выпускном классе мы ходили в поход на пять дней. Правда, это было летом, и мы больше всего времени провели в лесу… - она хорошо понимала, куда клонит преподаватель. Наверное, допускать до поисков на таком опасном участке полного дилетанта было не только глупо, но и опасно, но сердце Герды отказывалось воспринимать любые доводы, какие предлагал разум. – Но ведь не обязательно подниматься на гору или спускаться в ущелья… Кай может быть и в лесу… заблудиться или пораниться, а я окончила курсы первой помощи. Я неплохо ориентируюсь на местности, могу поискать в лесу… Господин Лорген, - набравшись храбрости – или дерзости – заявила она, - я всё равно отправлюсь его искать, просто не могу сидеть на месте, даже если вы не дадите мне на это позволения.Некоторое время Лорген молча обдумывал её слова. Их прервал Ганс:- Профессор, я пойду с вами! Я не могу сидеть на месте, - сам того не зная, он повторил слова Герды.Мужчина перевёл взгляд с девушки на Ганса и обратно, и вид у него стал ещё более обречённым.

- Каю несказанно повезло с друзьями… - пробормотал он.- Уле! – позвал кто-то. – Нужно выдвигаться, у нас осталось немного времени.

Один из студентов сунул в руку преподавателю кружку с кофе, и Лорген наполовину опустошил её одним глотком.

- Хорошо, - он снова посмотрел на Герду. – Я всё равно собирался организовывать группу, чтобы прочесать лес… Но пообещайте, что вы будете слушаться своего руководителя, не оторвётесь от остальных, не отклонитесь от маршрута… Не в моих обычаях брать в поисковые группы новичков, незнакомых с опасностями лесов и гор, и это вообще против всех правил, но у нас и впрямь каждый человек на счету.- О, спасибо! – воскликнула Герда, схватила свободную руку преподавателя и потрясла её. – Спасибо!Никто из поисковиков не разделял её радости, но девушка прямо-таки воспрянула духом. Может быть, она тоже потерпит неудачу, однако любое дело сейчас казалось Герде лучше невыносимо тянущихся минут ожидания. Действие дарило ей надежду.

Герда не собиралась отрываться от группы, не была так самоуверенна, чтобы отправляться на поиски самой – несмотря на то, что наговорила господину Лоргену. Она тщательно – насколько это позволяла спешка – изучила карту местности, которую ей выдали, и быстро научилась управляться с компасом. У неё был небольшой термос с горячим чаем, сухарики и сандвичи, сумочка с антисептиками и перевязочным материалом – как и у всех поисковиков, ведь, хотя и не предполагалось, что группа разделится, все знали непредсказуемость северной природы. Она постоянно оглядывалась, опасаясь потеряться, негромко перекликалась со своими товарищами, так же как и негромко выкрикивала имя своего друга – её предупредили, что слишком громкий звук в горах может вызвать лавину, способную похоронить всю их группу. Лес был ещё не обследован, снежное покрывало оставалось нетронутым, на деревьях лежали никем не потревоженные снежные шапки. Герде объяснили, какие следы оставит турист, если пытается отыскать дорогу домой, если ранен или если его кто-то преследует, и девушка внимательно обследовала снег, кору и ветви деревьев. Все её мысли были направлены лишь на то, чтобы не упустить какой-нибудь след, который приведёт её к Каю. И она так увлеклась, что почти перестала поднимать голову, оглядываясь на других парней и девушек из поисковой команды, не так часто отзывалась на своё имя и окликала других. Она не заметила, когда голоса и скрип снега под чужими шагами стали затихать……пока не осталась одна.

В лесу царила мёртвая тишина, словно на много миль вокруг не было ни одной живой души, хотя Герда отлично знала, что совсем недалеко разбит лагерь и бродят не меньше полусотни человек. Остановившись, девушка повертела головой, надеясь увидеть знакомые силуэты среди деревьев. Но нигде не мелькали яркие куртки, не слышались голоса или шаги. Тем временем солнце стало садиться, напоследок пронзив кроны деревьев над головой Герды оранжевыми лучами, словно мечом. Отразившись от белого снега, они на несколько мгновений ослепили девушку, и её даже замутило от ярких пятен, замелькавших под веками. Или же её мутило от страха, да только признаться самой себе в этом она не могла. Не могла она и признать, что опасения преподавателя оправдались, и она всё-таки потерялась. Когда, наконец, Герда открыла глаза, и очертания мира выплыли из водоворота мелькающих радужных мушек, на лес опустились сумерки.

- Кристиан… - робко позвала она руководителя их небольшого отряда, и её голос противно дрожал от страха. – Элен…

Но никто не откликнулся, лишь эхо вторило её зову. Сердце гулко стучало в груди Герды, к горлу подступил ком. Она запрещала себе думать о последствияхночевки в заснеженном лесу, которого не знала… и о лесных духах, колдуньях, Снежной Королеве. То, что казалось глупыми сказками при ярком свете дня, обрело совершенно другие очертания в сумерках. Стало реальнее. Теперь Герде больше не хотелось смеяться над бабушкиными предрассудками, теперь она готова была поверить… знать бы только, как защититься…

Трясущимися руками Герда достала из рюкзака фонарик – яркий сноп света выхватил молчаливые древние сосны и кедры, вдали снег сверкал на вершине горы. Холодное Сердце. Герда задержала взгляд на его вершине, и на миг ей даже померещился ледяной замок. Она быстро отвела взгляд, опасаясь за свой рассудок. Если вот так бояться собственной тени, каждого шороха, можно и впрямь сойти с ума. Она понимала, что ей нужно всего лишь держать путь на вершину горы, ведь у её подножья был разбит лагерь спасателей. Казалось, Герда покинула его давным-давно, но на самом деле не могло пройти больше полутора часов. Для верности девушка взглянула на наручные часы, но лишь обнаружила, что они остановились. Она постучала ногтем по стеклу, но, конечно, это не помогло. Стремительно темнеющее небо было затянуто низкими тучами, обещавшими снегопад, а, если бы на нём и сверкали звёзды и светила луна, Герда всё равно не умела ни ориентироваться, ни определять время по небесным светилам.Страх захлёстывал её всё больше и больше – казалось, Герда осталась одна в целом свете. Ночи Йоля, тёмные, холодные, полные самых странных существ… Легко было отмахнуться от всего этого, сидя дома в тепле и уюте, но не здесь. Она так переживала за Кая, но теперь, как и он, стала пленницей этого угрюмого леса. Если бы только они встретились! Все страхи бы отступили, и вместе они непременно нашли бы путь домой.

- Кай, где же ты? – чуть не плача пролепетала девушка.Ответом ей служила тишина. Герда заставила себя сделать шаг, затем ещё один, и ещё. Это оказалось не так уж и трудно, и через несколько минут она уже шагала по лесу, почти не сводя глаз с заснеженного пика Холодного Сердца. Она запретила себе думать обо всём, кроме самого насущного: поиска выхода из леса. Герда направляла фонарь строго перед собой, словно вокруг неё не сгустилась тьма – весь остальной лес, кроме избранной ею предполагаемой тропы, перестал существовать. Быть может, кто-то бы назвал её глупой и неосмотрительной, но ей это было необходимо, чтобы продолжать мыслить здраво.

Вдруг в глаза Герде бросился неожиданно чёткий след на снегу. Сперва она даже подумала, что ей померещилось, но при ближайшем рассмотрении удостоверилась, что следы реальные. Она даже прикоснулась к снегу, ломая чёткий отпечаток чьих-то ботинок. Несомненно, здесь прошёл мужчина в тяжёлых ботинках внушительного размера – и недавно, потому что иначе след бы запорошило снегом. Но почему тогда Герда не слышала шагов? След был одиноким и вёл куда-то в лесную чащу, и что-то остерегло девушку сразу же броситься по следу… Но, чем дольше она присматривалась, тем больше Герде казалось, что именно такой рисунок имела подошва ботинок Кая. Она не была вполне уверена, но ухватилась за это предположение, словно утопающий за брошенную ему верёвку. В любом случае, кто бы это ни был, это был умудрённый опытом путешественник, раз забрался в такую даль ночью. И он, несомненно, поможет ей.

Она быстро пошла по следу, петлявшему между деревьев. Тот, кто шёл здесь перед Гердой, был очень уверен в том, что делает, и шёл прямо, не сворачивая никуда и, насколько могла судить Герда, почти не останавливаясь. Более опытные следопыты могли бы сказать по этому следу, высоким был человек или низким, шёл налегке или с обычной для туристов поклажей, могли бы, может быть, даже определись возраст… А Герде оставалось лишь надеяться на то, что след приведёт к Каю.

Не сразу Герда обратила внимание даже на то, что значительно отклонилась от выбранного сначала пути – и ориентира. Лишь через некоторое время, подняв голову, она сумела рассмотреть в свете фонаря блестящую шапку на Холодном Сердце – оно осталось справа от неё. Но, увлечённая следом, она не стала возвращаться. В следующий раз, когда она решила свериться с вершиной горы, тьма поглотила её, и, сколько ни пыталась, Герда не смогла рассмотреть её в сгустившемся мраке. Но теперь она не слишком расстроилась и даже почти не боялась: она предвкушала встречу с Каем и надеялась только на то, что он не ранен. Казалось, Герда уже достаточно долго шла по цепочке следом и начала уставать, но не давала себе даже времени на отдых, опасаясь снегопада, который мог скрыть следы. На ходу девушка съела несколько сухарей и отпила немного чая из термоса, натянула шарф повыше на замерзающее лицо. Она старалась не думать о том, что будет, если она не нагонит хозяина тяжёлых туристических ботинок – она ведь даже костёр не сумеет разжечь и наверняка замёрзнет насмерть. Но, отгоняя от себя подобные мрачные мысли, Герда шла и шла, пока, наконец, следы не привели её к горе, а, вернее, к небольшой пещере. Следы обрывались здесь.- Эй! – крикнула Герда вглубь пещеры, где мрак был ещё более густым, чем снаружи. – Есть кто? Кай!

Ответило ей лишь эхо, как и в лесу. Сердце девушки упало: неужели весь этот путь был бессмысленным? И как ей вернуться обратно? Герда водила фонарём туда-сюда, пытаясь отыскать хоть какие-то признаки присутствия человека, и вдруг обнаружила настоящее сокровище, вселившее в неё сокрушающую надежду. У входа в пещеру, прислонённый к каменной стене, стоял рюкзак Кая. Герда без труда узнала его: на замке привычно висел бисерный брелок с вышитыми инициалами Кая, который она подарила ему на именины. Схватив рюкзак, девушка прижала его к груди, словно это и был её друг. Теперь у неё не осталось сомнений, что Кай где-то рядом. Но почему он не отзывается? Быть может, ранен, быть может, без сознания… Такой опытный путешественник, как он, ни за что не бросил бы столь ценный в лесу рюкзак со снаряжением – значит, это был знак, оставленный Каем, чтобы его обнаружили… и спасли. Безо всякого страха Герда вступила в тёмную пещеру, понукаемая стремлением поскорее найти его и помочь. Удивительным было лишь то, что она одна из всей группы опытных туристов, скалолазов, спасателей смогла найти след Кая. Но думать об этом она будет потом, когда убедится, что Кай в порядке.

Герда выкликала его имя снова и снова, осторожно ступая по пещере и освещая фонарём каждый дюйм каменного убежища. Никто не отзывался, но она упорно шла и шла вперёд, без труда находя объяснения тишине. Совершенно неожиданно – так же, как и обнаружилась, – пещера закончилась: Герда просто упёрлась носом в каменную стену. Не поддаваясь нарастающей панике, она обследовала стену, не пропуская ни одного дюйма, сперва осмотрев её, затем обшарив ладонями в поисках трещин, разломов, невидимых глазу проходов. Ничего.- Кай! – завопила она, что есть мочи, и всё её спокойствие было сметено ужасом и отчаянием, захлестнувшими с головой. – Где же ты?!

Её крик отбился от стен пещеры, заполнив пространство перезвоном его имени. Уронив фонарь, Герда сползла по стене на каменный пол, изо всех сил зажимая уши, чтобы только не слышать… Девушке казалось, что она сходит с ума. Фонарь, ударившись о камень, погас, но Герда не обратила на это никакого внимания. Она зажмурилась, закрыла уши, свернулась в комочек на полу пещеры, мечтая только о том, чтобы всё случившееся с нею в этот бесконечный день оказалось дурным сном. Самые дурные мысли вырвались наружу, не сдерживаемые больше рациональным мышлением и надеждами, пульсировали в висках, отравляли сердце, парализовали тело.

Сколько так просидела, Герда не знала. Очнулась она только когда почувствовала, что кончики пальцев ног и рук замерзают, несмотря на тёплые носки и перчатки. Клонило в сон, но Герда заставила себя разлепить глаза, помня одну непреложную истину, которую каждый житель Эренделла впитывал с детства: нельзя засыпать, если тебе холодно. А, какое бы отчаяние не охватило её, Герда всё ещё не хотела умирать. На ощупь она отыскала в своём рюкзаке термос и сделала несколько глотков чая, немного приходя в себя. Её постигла неудача, но она не сделает лучше никому, если вот так глупо погибнет здесь. Нужно выбираться и как-то отыскать обратный путь в лагерь. Фонарь её не работал, и, подавляя новый приступ паники, Герда принялась шарить в рюкзаке Кая. Но тут ей показалось, что она видит отблески света. Забыв о фонаре, она кое-как поднялась и поковыляла к выходу из пещеры, одной рукой опираясь на стену, в другой сжимая рюкзак Кая. Должно быть, кто-то из ребят нашёл её; Герда была так рада, что готова была спокойно снести все упрёки от господина Лоргена и других. Когда глаза Герды привыкли к свету, она ахнула, замерев: у входа не было никого, и свет этот оказался не лучом электрического фонаря, а самым настоящим солнечным светом. Сердце Герды билось где-то в горле, но всё же она сделала ещё несколько шагов и, боязливо вжимая голову в плечи, вышла из пещеры. Её зрение её не обмануло – над головой и в самом деле ярко сверкало зимнее солнце. Несколько раз моргнув, Герда стащила с руки перчатку и ущипнула себя за руку. Было больно настолько, что она даже вскрикнула, но яркий солнечный день никуда не исчез. Но не могла же она просидеть в пещере всю ночь? На всякий случай Герда снова посмотрела на часы, но те по-прежнему не шли. Тут ей в глаза бросилось ещё кое-что: когда она входила, деревья подступали к пещере вплотную, теперь же Герда оказалась на голой каменной площадке у подножья горы… С каким-то суеверным ужасом девушка начала понимать, что и в другом пещера отличалась от той, в которую она вошла – не было нагромождения камней у входа, да и сам проём был явно шире. Даже гора была словно бы другой.

Пытаясь разубедить себя, Герда подняла голову, осматриваясь. Вершина горы терялась в прозрачной синеве, словно бы врезаясь прямо в небеса, но девушка без труда узнала её: она была прямо у подножья Холодного Сердца, которое вообще-то осталось в стороне от её пути, когда она шла по следу. Руки Герды задрожали, рюкзак Кая выпал из ослабевших пальцев на снег. Что-то блеснуло в вышине, и, прикрыв глаза рукой, девушка присмотрелась. Прямо над нею, на вершине Холодного Сердца, купаясь в солнечных лучах, переливался всеми цветами радуги огромный и ошеломляюще красивый дворец изо льда.