Ужин у костра (1/1)

На час Стайлза оставили в покое. Веселились у костра, пили пиво, гоготали, отдельные беты заканчивали с палатками. Слоттеру принесли большое раскладное кресло. Усевшись в него, он курил трубку и иногда свысока вступал в общую беседу, как судья или правитель. В общем, эти роли у чистокровного альфы никто не брался оспаривать. Со всем соглашались и шустро бегали по его поручениям. Над лагерем стелился дым, и с каждой минутой гуще становился запах… горящих волос, палёной кожи, жарящегося мяса. Так, наверно, воняло от костров инквизиции. Стайлз старался об этом не думать, не представлять нанизанное на вертел тело молодой женщины. Сначала он опустился на траву у заднего колеса джипа, очень похожего на его собственный, закрыл глаза, попытался поразмыслить над способами своего спасения, но в эту сторону дул ветер. Тошнотворная вонь облизываемой огнём человечины мешала сосредоточиться. В пустом желудке не прекращались спазмы. Страх, что его заставят съесть кусок приготовленного блюда, ноющей болью резал затылок. Стайлз готов был вскрыть себе черепную коробку, лишь бы выковырнуть оттуда ужасные мысли. Он встал с земли и слонялся по лагерю, ходил меж палаток и машин, ища уголок, где запах не так силён. Но только он находил такое, устраивался, как ветер менял направление, и всё приходилось начинать сначала. Тогда Стилински перестал присаживаться, а просто бродил туда-сюда, занимая мозг рассматриванием палаток. Они были добротными, из плотного, защитного цвета брезента, скорее военные, чем туристические. Три среднего размера и одна большая, больше похожая на шатёр. Предназначалась, конечно же, альфе. Полог входа был раздвинут. Пол у дальней стены устилали тёмные лохматые шкуры и самые обычные одеяла, на них лежали два свернутых в рулоны спальных мешка коричнево-белой расцветки. Ближе стоял раскладной столик и по бокам от него?— стулья. В сводах палатки имелись маленькие, затянутые слюдой окошечки. Совсем стемнело. Угли прогорающего костра, потрескивая, красной россыпью мерцали во мраке. Вверх то и дело взмывали крупные оранжевые искры. Оборотни собрались вокруг. Сидели на притащенных брёвнах, смеялись, зубоскалили. Стайлз старался не прислушиваться к их разговорам и не смотреть туда, берёг свою психику. Чувствовал на себе внимательный взгляд Слоттера, который хоть и поддерживал беседу, не переставал наблюдать за ним. Стайлз уклонялся от этого взгляда, неизменно поворачивался спиной, загораживался. Обусловленный час длился мучительно долго, но он закончился. Вонь постепенно трансформировалась в манящий аромат обыкновенного барбекю, щекотала ноздри и пустой желудок. Это было ещё отвратительнее! Беты нахваливали ужин, суетились, помогая друг другу, разламывали тело на куски, как рождественскую индейку, выкладывали на большое блюдо. Стайлз этого не видел, стоя за палаткой, он только слышал комментарии. —?Рёбрышки! Не жалей рёбрышек! —?А кому от задницы кусочек? Смотрите, какая сочная! —?Сиську себе положи! Ты же любишь сиськи? —?Коннору тоже рёбрышек. Позажаристее ему! На отдельную тарелку положи! Сонм голосов. И смех, смех, смех. Только прихвостни?— вожак молчал. Стайлз начал успокаиваться, что про него забыли. Он не прочь был поголодать, поискать в тёмной чаще ягод, орехов или, на крайний случай, корешков. Даже пожевать травы. Голова раскалывалась. Вдруг раскатистый хриплый голос прервал его иллюзии. —?Нашему маленькому гостю кусок повкуснее выберите,?— приказал Слоттер и позвал громче:?— Эй, человеческий детёныш! Иди к столу! Или ты забыл про моё приглашение? Стилински высунулся из-за палатки, но дальше не смог сделать и шага. Все прихвостни отвлеклись от жаркого и, пересмеиваясь, обратили взоры на него. Но Стайлз будто прирос к этой пяди земли. Он не боялся Коннора?— альфа был ему противен своей мерзкой сущностью убийцы. А Слоттер смотрел на него в упор, в усмешке изгибались не только губы, насмешливыми были и глаза. Жестокая мразь! —?Идёшь? Или тебя привести? —?спросил Слоттер и через секунду Стайлзовых колебаний дал отмашку:?— Приведите его. —?Не надо! —?сработал у парня защитный рефлекс. —?Я иду. Сам иду. —?И он действительно пошёл. На свет догорающего костра, туда, где запах жареного мяса был особенно силён. Голод уже досаждал, да лучше сдохнуть, чем стать каннибалом. Беты расступились. Стайлз остановился перед альфой, старательно отворачиваясь от вертела, с которого свисала обожжённая, медно-кровавая безволосая голова, обе руки, хребет, ошмётки плоти. Всё это сочилось пузырьками жира, поблёскивало в свете углей и редких языков пламени. Коннор поднял когда-то давно рассечённую наискось бровь: —?Присядь. —?Он кивнул на место справа от себя, и понятливый молодой бета тут же освободил высокий пень. Стайлз сел, по-прежнему игнорируя костёр и блюдо с кусками женщины на приспособленном под стол толстом чурбаке. В руки Коннору сунули пластиковую миску, он её тут же передал ?гостю?. Стайлз не взял. Лишь с опаской скосил глаза. В миске лежало хорошо прожаренное порезанное неровными ломтиками филе, покрытое румяной хрустящей корочкой, присыпанное специями. От него исходил восхитительный, нагоняющий аппетит аромат. Однако стоило только подумать, какого рода дичью его угощали, и внутренности скрутились узлом в попытке выблевать сами себя. —?Нет… я не голоден! —?Стайлз наклонил голову вперёд и отчаянно замотал ею. —?Я не буду это есть! Я не… не каннибал! Это… это мерзко! —?И мы не каннибалы,?— проговорил Слоттер, он всё ещё настойчиво протягивал миску. Вокруг них образовался вакуум: беты с мисками отодвинулись, расселись вокруг догорающего костра, переговаривались там, не мешая вожаку. —?Вы собираетесь есть женщину! —?закричал, отчаянно жестикулируя, Стайлз. —?Это была женщина! Человек! —?А мы не люди. Мы оборотни. Следующий виток эволюции. Новая ступень пищевой цепочки. Ты бы съел косулю? Примитивно мыслящую, но живую? Стилински опустил голову, молчал, кусал губы. Косулю он бы съел. Не задумываясь. Потому что люди едят косуль… Да будь проклят Слоттер со своей логикой! —?Нельзя убивать людей! Вы убили её хладнокровно! Для ужина! —?Мы охотились,?— без тени раскаяния сообщил Слоттер, будто издевался. —?Волки любят охоту. Стайлз взглянул на него, вздохнул и отвернулся. Повлиять на ситуацию он никак не мог. Это было паршиво, однако следовало остеречься, чтобы завтра объектом охоты не стал он. Мохнатый альфа не всегда может оставаться добрым и терпеливым, он опасен, как любой зарвавшийся псих. —?Так ты будешь есть? Стайлз почувствовал, что Коннор снова протягивает ему миску, но не повернулся. Отрицательно помотал головой, сожалея, что сегодня уж точно заработает язву желудка, только есть человечину он всё равно бы не смог. Оборотень убрал от него миску и вытянул руку с ней в другую сторону: —?Эй, заберите! И тащите сюда гамбургеры с чипсами! Стайлз ушам не поверил, вытаращился на Слоттера. —?А ты что думаешь,?— усмехнулся альфа,?— мы только человечиной питаемся? Все беты заржали. Видимо, шутку готовили с самого утра. Тут же у Слоттера забрали миску, прикатили второй чурбак, поставили его ближе к Стайлзу, принесли бургеры в пластиковых коробочках, пакеты с чипсами и орехами, шоколадные батончики, литровую бутылку колы, упаковку ментоловой жвачки. Себе в меню добавили алкоголя. —?Пива, человеческий детёныш? —?с насмешкой в глазах, в зрачках которых плясали оранжевые огоньки, спросил Слоттер, протянул стеклянную тёмную бутылку. Стилински хотел согласиться, опьянеть для частичной амнезии, но потом покачал головой. Волк не настаивал, когтём подцепил крышечку, мгновенно отлетевшую в траву, и глотнул. Затем кивнул на пень. —?Ешь. Ты голоден: я слышу, как урчит в твоих кишках. Артачиться дольше было нельзя, голодного обморока Стайлз не хотел. Он вынул один из бургеров и с облегчением увидел, что тот с рыбой. Боялся, что с оборотней станется заменить говяжью котлету человеческой. Осторожно откусил, а потом… просто не заметил, как съел до крошки и потянулся за вторым. Стал медленнее жевать, только когда увидел, что Слоттер искоса наблюдает за ним, и взгляд его обидно насмешливый. Ещё увидел, как альфа не спеша обгладывает ребра, а кости выбрасывает под ноги в траву. Его беты по ту сторону костра пожирали мясо менее величественно, с байками, с гоготом и бранью, как разбойники в корчме, запивая галлонами крепкого пива. Стилински отложил недоеденный бургер в коробку. Перестал изображать из себя гордого и бесстрашного. Спросил, пользуясь тем, что никто из бет его не слышит: —?Что со мной будет? Зачем вы меня похитили? Слоттер мог не отвечать, но он ответил. —?Хейл,?— стирая огромной ладонью с губ капли жира, только и сказал он. —?Дерек найдёт меня,?— подтвердил, даже не сомневаясь, Стилински. —?Но он никогда не объединится с тобой. Я его хорошо знаю. Ему не нужна власть над миром. —?Тогда он дурак. —?Дурак? А ты не дурак? —?Стайлз сжался, ожидая агрессии, но ничего не изменилось. Тогда он продолжил. —?Ты рвёшься к господству над миром, а сам сидишь в лесах! Ты даже в гостинице не ночуешь! Если ты сильный, если ты очередной виток эволюции, что же не едешь в Вашингтон, в Нью-Йорк? Что же сидишь в захолустье, а не в Овальном кабинете? Твоя стая выглядит как сброд попрошаек! Стайлз приготовился вытерпеть удар когтистой лапой, но у Коннора даже не сверкнули красными угольками глаза. Он усмехался. Самодовольно скалился. Догрыз последнее рёбро несчастной женщины, отшвырнул кость в темное марево кустов, смахнул крошки с бороды и, наконец, прищурился, не стирая улыбки. —?А ты смелый, человеческий детёныш. —?Никакой я не смелый,?— пробормотал, смутившись, Стайлз. —?Я дурак. Стопроцентный дурак. —?А вот сейчас и проверим это… Ну-ка, объясни мне, чем твой альфа лучше меня? —?Дерек не мой альфа,?— растеряно уточнил Стайлз. Он ругал себя, что не сдержал язык и затеял спор. —?Он… он мой парень, понимаешь? И он… он не ест людей. Он не охотится на них. Он помогает людям, живёт среди них, в нормальном доме, понимаешь? Коннор выдержал паузу. Прихвостни на поляне притихли. Лишь где-то в лесу изредка вскрикивали птицы. —?Не понимаю,?— презрительно дёрнув губами, признался Слоттер. —?Дерек Хейл растерял волчью сущность. Он прислуживает людям. Даже вместо того, чтобы размножаться, плодить чистокровок, он выбрал себе парой… даже не человеческую девку?— тебя. Пацана-подростка! Хейл не достоин называться волком! —?Вот тут глаза Слоттера разгорелись, из дёсен вылезли клыки, а последняя фраза разнеслась по лесу рыком, подняли птиц из гнёзд. По спине Стилински поползли липкие мурашки страха. А язык, заикаясь, спросил: —?Если Дерек недостоин… тогда… тогда зачем он тебе нужен? Отпусти меня и забудь про Дерека. Забудь про нас всех. —?Я не терплю отказов! —?проорал грубым волчьим голосом альфа. Он распалялся с каждой минутой, выставляя наружу безбашенного психопата. Кроме проблем с самоконтролем, у него, по всей видимости, были нелады с самооценкой. —?Хорошо. Я понял. —?У Стайлза от рыка задрожали поджилки, кровь отлила от лица. —?Я понял. Убери когти. Слоттер раскатисто захохотал и трансформировался обратно. В человеческом виде он выглядел намного милее. Если бы не заводимая с пол-оборота агрессивность, его мускулы внушали бы уважение. —?Ты смелый, человеческий детёныш. —?В глазах оборотня снова сквозила издёвка. —?И не дурак. Стая, уловив, что представление окончено, поспешила вернуться к ужину и пиву. Стайлз переводил дух. —?Иди в мою палатку,?— приказал спустя несколько глотков пива Слоттер. Стилински вскинул голову, сердце глухо забилось. —?Я не буду с тобой спать! Ты не можешь меня заставить! Коннор залился басовитым хохотом. Беты вытянули шеи, посмотреть, что происходит, отчего их вожак едва с кресла не валится. —?Что я смешного сказал? —?вопросил уже не так уверенно и громко Стайлз. —?Ты не можешь меня принудить. Это будет насилием, оно запрещено законом. И не говори, что оборотням закон не писан. —?Но он понимал, что в реальности из лап альфы никто его посреди леса не спасёт, если только нечаянно не нагрянет Дерек с отрядом Арджента, но такая удача вряд ли случится.