Акт 1 - День четвертый (2/2)

Не уверен в этом до конца… – задумчиво произнес я. – Ту поэму ты все же как-то в лапы взять умудрился, поэтому. Не пытайся ничего громить. Я не хочу, чтобы девочки испугались, ясно? Подставишь меня, и никакого веселья не будет, так и знай.Хорошо, напарник, – существо злорадно ухмыльнулось. Ну и зубки. – Я не подведу тебя. Все-таки у нас одно тело на двоих. Но и ты не забывай, что я тоже имею право голоса… Кира.Не забуду, – развернувшись лицом к двери, сквозь зубы произнес я.

Решив этот вопрос, я с более-менее спокойной душой направился в клуб. Я старался идти быстрее. Клубная деятельность наверняка уже началась, нужно спешить.Постучавшись, я открыл дверь, а там…Привет, Кира, – Моника подошла ко мне и загородила собой весь обзор. Я слегка наклонил голову вбок, чтобы убедиться, не померещилось ли мне, и, черт… не померещилось! – Ты сегодня слегка опоздал. Что стряслось? Сайори рассказала мне, что ты прогулял школу, это правда?Моника, кто это? – прошипел я ей на ухо, игнорируя все ее вопросы, поглядывая на странно знакомого мне парня, что сидел за средней партой, в продольном ряду Нацуки и Юри.

Ах, это! – девушка растянулась в счастливой улыбке и налилась радостью. – Это наш новый участник, Кира. И не говори мне, я сама не ожидала, что до фестиваля сюда еще кто-то придет. Скоро я вас познакомлю. Мы решили отложить эту часть до твоего прихода.Кошмар. Я снова мельком оглядел того парня и на сей раз был почти на все сто уверен в том, кто он такой. Но как? Как, черт возьми, он так быстро это сделал? Даже Рюук удивился и подался в расспросы, но понял, что я сейчас не могу с ним говорить и замолчал.Моника, нам надо выйти. Срочно, – не объясняя причин, я схватил девушку за руку и потащил за собой из клуба.Кира, что ты делаешь! – недовольно ворчала президент, пока я тянул ее за руку. – Ну что опять не так?Это он! – чудовищно зашипел я, ощущая как лицо кривит от ненависти. – Эл!Э-эл?? – глаза Моники налились неподдельным страхом. – Н-но как?Пойдем в место потише… – я снова схватил девушку за руку и потянул за собой по коридору, в сторону того класса, где мы однажды брали принадлежности для клуба.Эй, Кира! – Моника тревожно окликнула меня, еле перебирая ногами. Рюук тоже с интересом летел за нами. – А ты не мог ошибиться?Нет, ошибки быть не может, – мы остановились у запертых дверей класса. Ключа ни у кого из нас не было, но вокруг не находилось ни души, поэтому всякая необходимость входить в класс отпала сама собой. – Я точно знаю, это он. Скажи, что ты о нем знаешь, что он тебе наплел?Ну-у… – девушка озадаченно уставилась куда-то в сторону. – Он сказал, что он новенький в нашей школе, перевелся сюда из параллельной школы. Даже и не подумала бы, что он солгал, ведь я его тут никогда не видела.И тебе это не показалось странным? Совсем? – я нервно изогнул бровь, а Рюук противно засмеялся. – Моника, черт побери! Парень переводится в другую школу и, о чудо, он поступает в этот ну совсем непопулярный клуб!Если так подумать, то да… – моя собеседница на удивление трезво мыслила и верила тому, что я говорил. – Хм. Знаешь, Кира? Похоже, я слишком сильно желала вступления новых участников. Так сильно, что не замечала угрозы. Но все же, разве для него не опасно приходить сюда лично, а?Не опасно, – хмыкнув, ответил я. – Это взвешенный риск. Он подозревает кого-то из нас, возможно тебя, вот и решил прощупать почву. А самое стремное знаешь что? Мое имя. Ему это точно покажется странным.Рюук снова противно захохотал. Я что, сказал что-то смешное, черт возьми?Да, не повезло… – Моника тяжело вздохнула. – Ну и что нам делать? Убить мы его не сможем без его настоящего имени. То как он представился мне, скорее всего, ложь, так что… я даже не знаю.Придется быть дружелюбными, Моника, – я натянуто улыбнулся в сторону. – Главное дотерпеть. Нам недолго осталось, так что, если не накосячим и не спалимся ему, все будет в порядке. Кстати. Файл еще у тебя?Да, – девушка мило улыбнулась и зажмурила глаза. – Знаешь? Я почитала про эту Тетрадь Смерти, так что поняла, что это такое и тоже облекла свой файл в реальный физический объект. Боже, как же сильно удобнее теперь с ним работать.Эх… – я тяжело вздохнул. – В других обстоятельствах я был бы этому рад, но сейчас то что ты сделала может тебя погубить. Тетрадь – и есть то, что нужно Эл. Это прямое доказательство, понимаешь? Спрячь ее. Оборудуй место в доме или на улице, такое место, чтобы никто не нашел, а если и нашел, то при попытке похитить тетрадь, она сгорит или типо того. Или можешь отдать ее мне на хранение, у меня уже готово такое место. Возьмешь себе столько листов, сколько нужно. Я теперь так и делаю.Я даже не знаю, Кира… – Моника пребывала в полном смятении от моих слов. – Ты так сильно встревожен, что мне уже не по себе. А это точно так важно?Моника, следят, скорее всего, именно за тобой, ведь это ты накосячила, не я… – мой голос налился нотками нетерпимости. Я взглянул на Рюука, кажется он решил нас покараулить и узнать не подслушивает ли кто. – Если не примешь меры, тебя вычислят и очень быстро. Твои родители, как и ты сама – все вы уже по любому под подозрением. Неровен час, когда он начнет действовать наглее и все вычислит.Как вычислит? – девушке было явно неловко спрашивать, это видно, но она все же решилась.Я не знаю, – я просто пожал плечами. – Может камеры установит, пока вас не будет дома. Закон для него не писан в таких делах, уж я-то знаю. Он готов на все, оправдывая это тем, что преследует благородную цель. Справедливость.Я поняла тебя, Кира, – Моника выправилась и преисполнилась серьезностью. – Я отдам тебе тетрадь, оставлю у себя листы, и ты будешь приносить мне новые. Ну или я зайду к тебе за ними, аха-ха! Согласен?Да, – сухо ответил я. – Так пока что будет спокойнее для нас обоих.Я бы могла и снова в файл облечь, ты не подумай… – взмахнув рукой, пояснила девушка. – Просто он очень неудобен по сравнению с этой тетрадью. Эти чертовы переменные, я не все понимаю, а тут – пиши, что хочешь и почти как хочешь. В общем, писать я умею явно лучше, чем копаться в кодах!Тогда договорились, – как здорово, что мы быстро и без соплей пришли к пониманию. Может ведь, когда пахнет жареным. – Тетрадь отдашь мне в конце клубной деятельности, а сейчас – храни ее настолько близко к себе, насколько это возможно. Хоть под лифчик затолкай, если сможешь. Этот день надо как-то протерпеть. И наблюдай за Эл. Не упускай из виду.Поняла! – смущенно воскликнула она. – Аха-ха!Пошли, – я взял девчонку за руку. – Сначала сходим в буфет и купим каких-нибудь конфеток или пирожных. Эл их обожает.Эй, ты что его кормить вздумал!? – девушка одернула руку и зло уставилась на меня. – Кормить нашего врага!? Ты это серьезно!?Это будет отличным поводом нашего с тобой отсутствия… – с тяжелым вздохом начал пояснять я. Ну почему временами она такая глупая! – Алиби, так сказать. Он ведь новый участник, а Нацуки кексов ну по любому испечь не успела. Вот мы и пошли за вкусняшками. Доходит?Ну хватит так говорить, а? – Моника с грустью взглянула мне в глаза, а Рюук стоял за ней и весело наставлял ей ?рога?. – Поняла я, поняла. Все.Насчет листов, кстати… – я выждал паузу, стараясь не замечать чудачеств монстра. – Не надо ко мне ходить, это подозрительно. Черт, не подумал сразу, каюсь. Я буду носить их тебе в клуб, так будет безопаснее.Дальше разговоров не последовало. Мы с Моникой в спешке направились в буфет и быстро выбрали ассорти пирожных, а так же немного конфет. Я оплатил все покупки, и мы направились обратно в клуб. Ну вот и началось…Моника! – воскликнула Сайори, встречая нас у входа, сидя за последней партой. – Вы куда это с Кирой ходили!?Ах, Сайори, не волнуйся, – мягко ответила президент. – Кира просто увидел, что у нас новенький и решил купить угощение. В конце концов, его-то самого мы встречали именно так.Н-но… – Сайори приподняла свои полусогнутые ручки со сжатыми ладошками. – Он же просто вытащил тебя из клуба! Сам бы мог купить!Сайори, я вообще-то здесь, – мой голос полнился недовольством. – Не надо говорить обо мне в третьем лице, окей? А Монику я вытащил, чтобы узнать есть ли в клубе вкусняшки, и кстати… – я повернулся лицом к президенту. – Ты сейчас испортила сюрприз.Ну вот… – Моника обиженно опустила голову.Эй, друзья! – Сайори вновь натянула свою фальшивую лучезарную улыбку. – Вы, ребята, можете делать что хотите. Простите, пожалуйста.

Мы с Моникой переглянулись и молча направились вперед, к новому члену клуба. Эл даже не обратил на нас внимание, он просто сидел за своей партой и смотрел в одну точку, словно закоренелый социофобный хиккан. Но я-то знал, что он изображает на самом деле.Эй, ребята! – Моника звучно подала голос, привлекая к себе внимание всех участников. – Сегодня у нас в клубе небольшой праздник, в честь прибытия нового участника. Надеюсь, никто не против угощения?Н-но, Моника! – тут же отреагировала Нацуки. – Я ведь даже кексов не испекла. Какое может быть сегодня угощение? – блин, неужели она реально не слышала наш разговор о пирожных? Мы что, так тихо болтали?Я купил пирожных, – мой голос был на удивление мягкий, а лицо озаряла искренняя улыбка. – Такое событие все-таки.Я решил подойти к парню. Выглядел он очень нелюдимо и крайне незаинтересованно. Бледная кожа, темные и длинные, чуть растрепанные волосы, толстовка и слегка широковатые джинсы. Образ типичного хиккана. Черт, даже я одеваюсь лучше.Эй, дружище, – я приветливо улыбнулся новенькому и протянул ему руку. – Будем знакомы? Меня зовут Кира. Очень приятно.Рьюго, – спокойно ответил он, принимая мое рукопожатие. А сидел-то он как обычно, в своей странной позе, на корточках, на стуле. – Вы с Моникой правда купили что-то для меня?Ну да, такая традиция вступления в этот клуб, – миролюбиво молвил я. – Ну что? Поможешь сдвинуть парты в стол побольше?Конечно, – Рьюго поднялся и сутулой походкой проводил меня к партам.Ха! Тоже мне, традиция! – сварливо выпалила Нацуки, раскладывая переданные ей Моникой пирожные на тарелку, взятую из кладовки. – До тебя вообще ничего такого не было!Юри, ты уже заварила чай? – подала голос Моника, попутно наблюдая и руководя мной и Рьюго. Да, я буду называть его Рьюго, раз он сам так хочет.Уже почти готов, Моника… – мелодично отозвалась Юри со стороны стола учителя.Мы с Рьюго тем временем уже закончили расставлять парты, а Моника и Сайори помогли нам со стульями. Вскоре, на столах оказалась тарелка с пирожными, а затем и чайный сервиз.Присаживайся рядом со мной, Рьюго! – весело отозвалась Сайори, лучезарно улыбаясь новичку.Х-хорошо, – немного неуверенно произнес он и присел подле моей подруги детства.

Я же сел рядом с Моникой, а Юри подсела ко мне. Нацуки так же сидела около Рьюго и… похоже, ее немного волновало то как он выглядит.Эй, новенький… – Нацуки сказала это как-то нервозно. – А ты чего так сел?О, простите, – сухо извинился он. – Просто такая поза помогает моему мозгу работать лучше. Дело привычки.Э-э… – девочка противно скривилась. – Ну… ну ладно.Мы принялись за трапезу. Пирожные купленные мной оказались весьма вкусными, и Сайори на них здорово налетела. Так же на столе было полно конфет и желешек Нацуки, которые она щедро достала из своего рюкзака.Рьюго, ты почти не ешь, – добродушно заметил я, пока Рюук летал неподалеку, тщетно стараясь тоже что-то съесть. – Тебе не нравится? Учти, будешь медлить, и Сайори все слопает. Ей только повод дай.Эй! – обиженно отозвалась моя подруга детства с набитым ртом. – И вовсе я все не слопаю!И-извините, – Рьюго невольно смутился. – Просто, мне немного неловко. Но большое тебе спасибо, Кира, вам всем. Я не ожидал, что вы все такие дружелюбные…Ха! – Нацуки съела одну из своих желешек. – Думал мы вредные бяки, да?

С-совсем нет, – Рьюго улыбнулся и опустил взгляд.Поосторожней с Нацуки, – весело добавила Моника. – Может она и говорит так, но это она тут как раз, порой, и ведет себя как бяка!М-моника! – Нацуки рассерженно ударила кулачком по столу. – И ничего это я не такая!Рьюго нервно сглотнул. Я не очень понял, подступила ли к его горлу слюна или это было пирожное, но не важно.У-ум, Рьюго… – голос наконец подала Юри. – А что тебя привело в литературный клуб? Что ты любишь читать, например?Полагаю, у меня безудержная страсть к детективам, – вскинув бровь, пояснил парень. – Только вот забавно получается. Ни названий прочитанных произведений, ни героев, ни прочих других мелочей я обычно не запоминаю. Зато, в голове откладывается то, как автор ведет саму суть, понимаете? То, как он раскрывает запутанное или не очень, дело. Именно за это я и люблю данный жанр. Пожалуй только он мне и кажется достаточно интересным для чтения.Очень необычно… – Юри была рада такому ответу и не скрывая, сияла.Кстати… – Рьюго снова подал голос. – Извините меня, конечно, если много болтаю или что-то говорю не так, но. Вы слышали о ?Кире?? По-моему, если этот преступник и правда существует, то он заслуживает отдельного внимания. С литературной стороны, этот ?Кира? является идеальным антагонистом и невероятным вызовом для любого детектива.Девочки уставились на новенького странными взглядами, будто он сказал что-то дурное, а Рюук буквально подлетел к его лицу и начал что-то у него спрашивать, видимо, понимая, что это тщетно.Ты прав, Рьюго, – я решил поддержать парня. – Если верить, что ?Кира? существует, то он действительно интересный персонаж. Но, мне кажется куда интереснее будет наблюдать не за ним, а за детективом, который будет обязан его поймать. Ведь, по закону жанра, детектив должен быть сильнее преступника, чтобы вычислить его. Хотел бы я почитать про такого детектива.Может быть кто-то однажды напишет книгу про ?Киру?? – вскинув указательный палец, добавила Моника. – А вы слышали про Эл? По интернету слухи ходят, что он звонил целой куче народа перед своим интригующим выступлением. Думаю, когда все это закончится, кто-нибудь обязательно возьмется за написание подобного детектива.Да, согласна, – с довольным выражением на лице, бросила Юри. – Интересная и захватывающая история на подобии противостояния Эл и ?Киры? – действительно заслуживает увидеть свет.Ха! – Нацуки радостно вставила и свое слово. – Чур я за ?Киру?. ?Кира? хороший, он герой, защищающий людей, которого не понимают. Просто сейчас не его время, вот и все.Внезапно все замолчали. Участники уставились на Нацуки с самыми разными чувствами, а Моника уже было собиралась что-то сказать, как вдруг ее буквально перебили.Герой? – подал голос Рьюго. – А я считаю, что он просто убийца. Как может быть героем тот, кто убивает других людей? Подумай. Настоящий герой придумал бы другой способ спасать жизни. Да, преступники злодеи, но они все же люди. Каждый человек имеет право на шанс исправить свои ошибки. ?Кира? же у них этот шанс отнимает.Нацуки хотела было что-то громогласно сказать, но я ее перебил.Да, какой мерзавец… – мои слова по прежнему отдавали добротой. – Отнимает шанс у преступников, которые раз за разом плюют на данный им шанс и продолжают преступать закон. За что должны страдать невинные люди, неспособные оградиться от негодяев? Люди, у которых нет выбора, кроме как жить в страхе перед мерзавцами, которые сильнее. Возможно, Рьюго, иного пути просто нет? И ?Кира? делает так как считает нужным.?Кира? – просто ребенок, заигравшийся с силой бога, – холодно отозвался Рьюго. – Ему наплевать на людей. Все что волнует ?Киру?, это его эго, удовлетворяющееся тогда, когда его восхваляют люди. Он беспощадное чудовище, не ограниченное ничем, даже банальными принципами. Этот факт подтверждает недавнее убийство шефа полиции. Жестокое преступление, неправда ли? Разве герои заставляют невинных перерезать собственное горло в прямом эфире? Так себя должен вести герой? И что если однажды ?Кира? захочет убивать всех, а не только преступников или вставших на его пути слуг закона? Кто сможет его остановить?Эй, ребята! – Моника громогласно воскликнула, обрывая нашу полемику. – А вы не слишком увлеклись?Внезапно, все в клубе словно очнулись от наваждения. Сайори за все это время не подала ни звука, и я лишь сейчас заметил как она сидела и просто тихо плакала.С-сайори? – я решил обратиться к ней. Девушка быстро опустила голову и попыталась скрыть свое состояние.В-все в порядке… – робко выдавила она.Неплохо посидели, – с улыбкой добавила Моника, пытаясь развеять надвигающиеся тучи. – Ребята, давайте не будем принимать ничего из сказанного близко к сердцу? Мы ведь просто рассуждаем. В конце концов, это литературный клуб, мы имеем право пофилософствовать.Да, я согласен, – поддержал президента Рьюго. – Кира, Нацуки, вы не подумайте. Я не хотел вас оскорбить. Я воспринимал это как диалог с разными позициями и ничего более.Я знаю, Рьюго, я полностью тебя поддерживаю, – мое лицо озарилось улыбкой. – Думаю, Нацуки тоже не сердится. Верно, Нацуки?Да мне вообще все равно, у меня свое мнение… – девочка скрестила руки и отвернулась.Знаешь, Кира… – Рьюго молча взглянул мне прямо в глаза, выжидая, по видимому, некую паузу. – Ты очень интересный собеседник. Не пойми меня неправильно, просто обычно, если кто-то не согласен с чьим-то мнением, то тут же возникает гневный спор, способный дорасти даже до ненависти. Если твои слова искренни, в чем я уверен, то я бы… я бы хотел д-дружить с таким человеком как ты.Рьюго, ты преувеличиваешь, – мое лицо начало краснеть. Да что он такое несет, черт возьми? Даже Рюук вон смеялся в голос. – Я самый простой парень, но… я тоже был бы рад с тобой подружиться. Вообще-то, у меня больше нет друзей среди… парней.

Все девушки одарили меня и моего собеседника странноватыми взглядами. Им реально так интересно нас слушать?У меня тоже, – ответил Рьюго. И почему все вокруг молча следят за нашим диалогом? Мы уже давно наелись сладостей, да и выпили весь чай. – Все люди с которыми мне доводилось общаться, заканчивали предполагаемую дружбу со мной сразу после какого-либо разлада во мнении. Так или иначе, сразу или постепенно. Если ты другой, то я искренне поражен.Но ведь и ты такой же, разве нет? – я задумался и изогнул бровь. Хочет, значит, сблизиться со мной? Ну хорошо, попытайся на свой риск. Я не против. – Думаю, мы с тобой отреагировали одинаково. Если только где-то в душе один из нас уже не ненавидит другого.Это было очень глупо, согласен? – с улыбкой добавил Рьюго. – Знаешь, Кира. Ненавидеть кого-то за его мнение… по-моему, это крайне недальновидно и мелочно. Это даже по-своему жалко, ведь несогласие с чужим мнением подразумевает неравенство. Это, грубо говоря, означает то, что человек считает себя и свои принципы выше другого человека. Как ?Кира? с его завышенным эгом, тешащий себя убийствами людей только потому что он на это способен. Тебе так не кажется?Я полностью с тобой согласен, но признай, ты не можешь быть на все сто процентов уверен касательно ?Киры?… – я развел руками. Рюук показывал мне большой палец и подмигивал. – Может быть он искренен в своих чувствах, кто знает? Может, он действительно по-своему пытается спасти мир?В таком случае, он просто глупый фанатик, уверовавший в какую-то из догматических ?истин?, – Рьюго буквально парировал мои слова. – Если это его чувства, то он руководствуется эмоциями. А такой человек уже не может быть дальновидным.

Тем не менее, ?Кира? может быть идеальным балансом чувств и ума одновременно, – я не собирался оставаться в стороне. – Он может быть добрым и достаточно умным, чтобы поступать рационально. Мы ведь не можем знать наверняка? Но задумайся. Некто способный на то, что делает ?Кира? – вряд ли обычный глупец. Как может такая сила быть дана глупцу?В этом есть зерно истины, но, мы, опять же, не знаем наверняка, – Рьюго как всегда гнул свое. – Возможно, как ты говоришь, он не глупец, но будь он столь возвышен и невозмутим, стал бы он убивать шефа полиции?Да, я тоже об этом задумывался… – мое решение – подыграть ему. Хочу узнать к каким выводам он придет. – Это было очень странно, даже несвойственно ?Кире?, который не убил Эл на том вызывающем вещании. Может, он просто решил обрушить на смертных свой гнев? Всему терпению есть предел.Да, – Рьюго согласно кивнул. – Или же он просто испугался происходящего, не рассчитал свои силы. А еще, возможно это был даже не он. Кто знает, быть может, это другой ?Кира?? Ведь мы не знаем, что делает ?Киру? ?Кирой?, не так ли? Возможно, этой силой могут пользоваться и другие.Я полагаю, что ты абсолютно прав, Рьюго, – с улыбкой отвечал я. – Если бы ?Кира? был существом неземным, ему было бы незачем убивать слуг закона. Но, шеф полиции мертв, и это факт. Значит ?Кира? точно человек, а раз он человек, то наверняка и другой человек может быть ?Кирой?. Это чисто в теории, конечно. Никто не знает, как все на самом деле.Мне очень нравится рассуждать об этом, Кира… – Рьюго искренне улыбнулся мне. – И до тебя, если честно, я всегда рассуждал в одиночестве. Я воспринимаю все это как некий детектив, понимаешь? Ничего личного. Я поражен, что ты поступаешь по такому же принципу.Как с языка слизал, – мое лицо озарила искренняя улыбка. – Если тебе интересны такие беседы, мы можем проводить их когда пожелаешь. Мы ведь теперь друзья, правда? Аха-ха!

Д-друзья? – Рьюго занервничал и смутился. – Т-ты серьезно?Абсолютно серьезно, Рьюго, – мой голос был мягок и тверд одновременно. Как это по философски. – Я не шутил, когда говорил о дружбе ранее.Т-тогда, – парень в который раз улыбнулся мне и протянул свою руку. – С этого момента мы полноценные друзья? Извини… просто, я не люблю условности. Это, наверное, так глупо и странно.Не переживай, Рьюго, – я крепко пожал ему руку. – Я не буду осуждать тебя.

Пожимая друг другу руки, мы в унисон осмотрелись по сторонам. Девушки уже давно покинули нас и занимались своими делами. Моника заметила, что мы наконец закончили болтать и подошла к нам.Кхм-кхм! – девушка театрально прокашлялась. – Вы там как, закончили?Да, Моника, – мягко ответил ей я. – Что-то хотела?Да, – президент вскинула указательный палец и продолжила. – Это по поводу поэм. Рьюго, это касается тебя.Поэмы? – парень немного удивился. А как он думал-то?Мы в клубе каждый день приносим по одной поэме собственного сочинения, – звонко и твердо вещала девушка. – Сегодня мы тоже написали по поэме, но так как у нас в клубе появился новичок в твоем лице, то будет немного нечестно по отношению к тебе, если мы начнем делиться сегодня. В общем, на сегодня я отменяю обмен поэмами. Девочек я уже оповестила, так что, Кира, можешь показать свою завтра. Хорошо? А ты, Рьюго, тебе нужно написать поэму к завтрашнему дню.О-ох, – бедный парень, по его лицу явно читалось смятение. – Я-я попробую.Эй, никогда не писал поэм? – я добродушно усмехнулся. – Хочешь помогу?Буду очень благодарен, Кира, – он улыбнулся мне. – Я в этом ничего не понимаю. Не хотелось бы написать ерунду.Не переживай, – я поднялся со стула и начал убирать парты по местам. Всю посуду уже унесли за нас, так что нам остались лишь парты. – Хоть я еще никогда не был в роли учителя, но приму это как вызов и обещаю, ты напишешь отличную поэму.Спасибо тебе, друг, – Рьюго помог мне с партами, и мы быстро управились. – Я и не ожидал, что этот клуб станет для меня таким судьбоносным открытием.Таким же он стал и для меня, – мягко ответил я. – Раньше моя жизнь мало отличалась от жизни затворника. Еще немного и кто знает, быть может я бы совсем разучился разговаривать с людьми.Нужно отдать Монике должное, – хмыкнул он в сторону нашего президента. – Хотел бы я и с ней познакомиться поближе.Аха-ха! – меня распирало от смеха. – Значит так и будет. Главное не стесняйся. А если что, я тебя с кем хочешь тут познакомлю.Мы продолжили заниматься клубной деятельностью. Вообще же, без возможности поделиться поэмами, вся эта, так называемая деятельность – превратилась в смертную скуку. Интересно было, наверное, лишь Юри и Нацуки, которые читали свои книжки, Сайори же металась туда-сюда, не зная чем себя занять, впрочем, как и мы с Рьюго, ограничившиеся лишь пустой болтовней. Моника, видимо, тоже скучала, хотя и старалась не подавать виду, но хуже всего, наверное, было Рюуку.Лично я старался выжать максимальную пользу из всей сложившейся ситуации. Раз мне предстоит помочь Рьюго с поэмой, то делать это я буду у него. Не хочу приглашать его к себе, это слишком опасно. Но раз я буду ему помогать, скорее всего я останусь в гостях надолго, возможно, с ночевкой.Это означает лишь одно, сегодня я не смогу забрать у Моники тетрадь. Я очень долго думал как именно поступить и в итоге решил надоумить Монику заскочить к Сайори под важным предлогом. Предлог мы нашли быстро, им оказался предстоящий фестиваль и подготовка к нему. Сайори – вице-президент, так что не будет никаких подозрений, если Моника пойдет к ней сегодня.Далее, я указал Монике как можно более незаметно войти в мой дом и спрятать тетрадь. Я отдал ей секретный ключ и рассказал как действовать. Все должно получиться безупречно.Вскоре, время клубной деятельности подошло к концу, и мы все начали собираться по домам.Кира, ты готов идти домой? – Сайори спросила меня со странной робостью в голосе.Прости, Сайори, – я старался говорить как можно более мягко. – Я сегодня пойду к Рьюго.Н-но… – девушка не на шутку расстроилась, как вдруг, к ней подошла Моника.Сайори, ты не против пойти сегодня со мной? – президент мило улыбнулась девушке. – Нам нужно обсудить дела по фестивалю.

Конечно! – моя подруга детства неожиданно приободрилась. – Я буду рада, Моника. Кира занят сегодня, а одной идти совсем не хотелось.Я услышал достаточно, чтобы понять, что между Сайори и Моникой все хорошо, поэтому смело направился к Рьюго.Рьюго? – я подошел к своему другу и приветливо улыбнулся. – Ты не против если мы пойдем к тебе домой?Я думал, мы пойдем к тебе… – изогнув бровь, задумчиво сказал парень.Нет, ко мне сейчас нельзя, – я постарался издать неловкий смешок. – Там совсем плохо. Беспорядок – это слабый синоним того кошмара, в который недавно превратился мой дом. Я не могу пригласить тебя в такой бедлам, ты уж извини меня, но я сгорю от стыда. Я ценю нашу дружбу.Ну, что ж, раз так, – Рьюго не слишком довольно хмыкнул куда-то в сторону. – Хорошо. Буду рад приветствовать тебя в своем доме, Кира.Спасибо, – я хищно улыбнулся, празднуя в уме небольшую победу. Интересно, что я обнаружу у него дома? Был ли он готов к такому повороту событий? – Я очень ценю это.Перестань, – Рьюго улыбнулся мне в ответ. – В конце концов, ты согласился мне помочь. Это я очень ценю твою дружбу, Кира.На этом мы и порешили. Скоро эта партия будет завершена, и я собираюсь завершить ее красиво.