Глава 6. Пэнси (2/2)
— Написала отказ, — буркнула медсестра. — Сбегай на молочную кухню, у них должны быть стерильные пустышки, а то так и будут орать. У меня ещё другие дети, капельницы и раздача лекарств. Я не могу вечно торчать в их палате. Парень, ты чего застыл?
В Гарри словно кинули Остолбеней, он стоял и никак не мог вникнуть до конца в смысл слов, сказанных медсестрой.
— В смысле, она бросила своих детей? — запинаясь переспросил Поттер.
— Ну, да, — раздражённо отозвалась женщина, яростно тряся кювезы. — Чего удивился-то? Не она первая, не она последняя. Им не нужны в семье инвалиды, которые нуждаются в специальном уходе, реабилитации. Родят других, здоровых детей. А об этих позаботится государство.
— Но как же можно бросить детей, которых ты вынашивала почти десять месяцев? Их мать же пела им песни, я слышал… — голос Гарри подозрительно сорвался.
— Муж звонил всё время, что-то говорил. Возможно, она испугалась, что тот уйдёт от них, и она останется с двумя инвалидами на руках. Молодой ты ещё, парень. Не тебе их судить.
— Я не понимаю, — Гарри со стиснутым сердцем смотрел на младенцев, которые чувствовали отсутствие матери и не могли перестать плакать в попытках её дозваться. Они ещё не осознавали, что теперь навсегда остались одни в огромном чужом мире, став вмиг ненужными, словно старые ботинки. А вот Гарри прекрасно знал, как тяжело жить маленькому ребёнку без матери и отца, когда никто не поёт тебе колыбельные, никто не читает сказки, а чужие люди считают тебя уродом и дефектным.
— Сходи за пустышкой, студент, — голос сестры вырвал его из горьких и тягостных мыслей. Он, словно робот, развернулся к двери и пошёл на кухню.
Прошло уже столько лет, но Гарри не смог забыть этот случай в перинатальном центре. Теперь сообщая родителям о неутешительном диагнозе, он боялся их реакции и того, что они могут оставить своего ребёнка. И всякий раз, когда страхи оказывались беспочвенными, Гарри благодарил всех богов и даже Мерлина, что его мольбы были услышаны, роняя камень со своего сердца.
Поттер снова взглянул на бланки анализов Райана. Как он и предполагал, церебральный паралич не был диагнозом этого ребёнка.
Спинальная мышечная атрофия второго типа.
<span class="footnote" id="fn_34472173_2"></span>
Единственно возможным лечением является лекарственная терапия дорогостоящим препаратом. Физические упражнения будут лишь дополнительным методом реабилитации. Основная проблема на данный момент — получить вовремя этот препарат и успеть начать лечение.
Гарри сжал пальцами виски — сообщать о диагнозе родителям для него всегда было сложным испытанием, он чувствовал себя почему-то виноватым. Стук в дверь прервал его размышления.
— Мистер Поттер, можно? — в кабинет робко заглянула мать Райана.
— Входите, миссис Андерсон, — кивнул Гарри. Женщина прошла в кабинет и села на стул для посетителей рядом с рабочим столом Поттера.
— Миссис Андерсон, пришли результаты анализов Райана, я уже успел ознакомиться с ними.
— И что там? — взволнованно спросила та, глядя большими голубыми глазами, казавшимися всегда немного удивлёнными, на доктора.
— У Райана выявлена патология определённого гена и немного повышена креатинфосфокиназа<span class="footnote" id="fn_34472173_3"></span>, всё это говорит о диагнозе — спинальная мышечная атрофия. Вас проконсультирует, в первую очередь, генетик, а также другие смежные специалисты. Скорее всего, понадобится лекарственная терапия*. И лишь после консультаций вышеназванных врачей я смогу подобрать Райану комплекс упражнений, — проговорив данную речь, Гарри отметил, что в глазах миссис Андерсон не мелькнуло даже проблеска понимания о том, что собой представляет диагноз её ребёнка, очевидно, страшные три слова были ей незнакомы. Он даже малодушно выдохнул, потому что теперь генетику достанется участь объяснять родителям в чём суть болезни и каковы прогнозы. — Завтра вас осмотрит генетик.
Женщина покорно кивнула.
— Все обследования будут оперативно поступать мне и, как только будет можно, я позову вас на терапию.
Когда за миссис Андерсон закрылась дверь, Поттер облегчённо выдохнул и прикрыл глаза, но в ту же минуту его желудок громко заурчал, напоминая, что его хозяин с самого утра ничего не ел, и не мешало бы подкрепиться. Гарри поднялся, сунул пару купюр в карман халата, чтобы расплатиться в больничном буфете, и вышел из кабинета.
Продолжая пребывать в своих размышлениях, Поттер не заметил, как врезался на ходу в какую-то девушку.
— О, мисс, простите, ради Бога! Вы не ушиблись? — Поттер проклял себя за свою неуклюжесть и попытался разглядеть какие-либо повреждения на теле девушки. Его взгляд скользнул по точёной фигурке, застрял на мгновение на пышной груди и остановился на лице. Светло-зелёные девичьи глаза смотрели насмешливо, пухлые губы растянулись в лукавой ухмылке, а небольшая россыпь малозаметных веснушек придавали пикантности вздёрнутому носу. Короткая стрижка чёрных волос отозвалась в памяти Поттера чем-то знакомым, он ненадолго подзавис, пытаясь вспомнить, где он видел юную особу.
— Со мной всё в порядке, — брюнетка улыбнулась ещё шире, будто насмехаясь.
— Мы с вами не встречались раньше, леди? — непроизвольно Поттер слегка дотронулся рукой до плеча девушки, привыкший всё чувствовать ладонями, будто бы пытаясь тактильно опознать знакомую незнакомку. Та дёрнулась, и Гарри поздно спохватился, что, возможно, жест показался неприличным. — Простите, — почти простонал он.
Девушка неожиданно звонко рассмеялась, введя в ступор Поттера.
— Поттер, ты по-прежнему ужасно неловкий чувак, — Гарри никак не мог вспомнить, где он встречал эту девчонку, но её курносый нос определенно был ему знаком. А она точно знала Гарри. — Пэнси Паркинсон, Слизерин. Неужели ты забыл меня?
Последняя деталька пазла встала на место: перед ним стояла та самая Паркинсон, когда-то выдавшая его Волдеморту.