Глава 24. Восставшие из склепа (2/2)

- Нравится, - делайте предложение, как порядочный мужчина, - потребовал Хорсе. – Я, да будет вам известно, стою на страже чести кузины! Так будьте мужчиной, делайте предложение руки и сердца! Скорее всего, правда, она вам откажет… Многие хотели ее руки, и всем она давала отказ… Согласием она ответила только одному землянину по имени Иоппе, и тот оказался прохвостом… Или моя сестрица его довела, я там не был… Могу сказать одно: если вы собираетесь посмеяться над ее чувствами, я вам не позволю!

- Хорошо! Только если соберусь, вы будете свидетелем! – пригрозил Тимофеев.

- Пожалуйста! Всегда к вашим услугам! – согласился граф, представляя себе лицо Стеллы в случае поступления к ней такого предложения от мужчины на четырнадцать лет ее моложе. Впрочем, если графиня переключится с женщин на мужчин, влюбившись в земного юношу, это тоже будет здорово. Поэтому саму идею гипотетического бракосочетания Стеллы и Базила Хорсе рассматривал скорее положительно.

Под хмельком мужчины свернули на скользкую тему личностных отношений, и сейчас каждый набирался смелости, чтобы признаться в своих симпатиях к конкретной даме. Промолчать после откровения Тимофеева было очень сложно, - алкоголь требовал поддержки и сочувствия товарищей-собутыльников.

- А мне, не буду врать, очень нравится барышня Тьяне! – исповедался после долгой борьбы с собой Кыбо. – Правда, матушка не велит… Говорит, что Тьяне больше бы подошла роль мужчины, чем женщины.

- Вашу матушку можно понять, - ответил Хорсе, оценивая на вкус куалийского «ерша». – Все родители весьма консервативны и их стандарты красоты соответствуют стандартам доброй старины. Вы должны понимать, что куалийские женщины не похожи на наших... Они привыкли быть главами семейств или вообще жить в одиночку. Каждая из них полагается только на себя, а мужчины у них – явление приходящее. По крайней мере, так мне говорила кузина... Про Тьяне лично ничего не скажу, не знаю, но кузина говорила, что там уже нечасто заключают браки и рожают детей, что жена вместо того, чтобы хранить домашний очаг, бегает на работу, носит брюки, и, простите, абсолютно не хранит добродетель до брака, и это считается там нормальным! Опять же, не принимайте лично на счет Тьяне, я про нее ничего не знаю, тем более ее матушка – образец добродетельности, но будьте готовы к тому, что мужчин в вашей семье может быть два, а женщины – ни одной!

- Вот и матушка так говорит! – горько вздохнул молодой морской волк.

- Ну не скажите! – с жаром вступил в дискуссию Тимофеев. – Мои отец и мать поженились официально двадцать с лишним лет назад, и до сих пор любят друг друга! Мама, конечно, бывает, спорит с отцом, но до сих пор очень красивая женщина, и очень любит батьку! А мой дедушка Петр с бабушкой уже полсотни лет вместе, и до сих пор душа в душу!

- Я вам не возражаю, сударь! – вскинул ладони Жю Клидат, джентельменски умалчивая, как он встретил Синицыну в парке, скажем так, не совсем одетую. – Мне так рассказала кузина! За что купил, за то продал…

- Наверное, везде все индивидуально, - с неким вздохом облегчения сказал Кыбо.

Признания продолжились… Кыбо запросил помощи у Тимофеева, но тот и сам не знал про личную жизнь Синицыной, даже по секрету. А потом в бой пошла тяжелая артиллерия… Дуор Лан заявил, что согласен сделать предложение Моане прямо сейчас, по всем правилам, и очень жалеет, что не сделал этого вчера. Это вызвало настоящее воодушевление Жю Клидата. Неприступная строгая свещенница – это ох какой непростой орешек для мужчины, тут справится только достойнейший! А потом, как не крепился сам Хорсе, и он признался, что, ой, как неравнодушен к госпоже Изу-Ми, которая покорила его сердце.

- Товарищ Сайто – женщина положительная и авторитетная! – заявил Тимофеев.- Она, говорят, очень порядок любит и дисциплину. Я еще лейтенантиком был, а она была полковником, заместителем командующего… нашей крепости! У нее тогда муж погиб… С того момента она, говорят, не сходилась ни с одним мужчиной! Берегла честь супруга! У нас такое встретишь нечасто.

- Да, везет мне на сильных женщин! – то ли всерьез, то ли в шутку закручинился Хорсе. – Но как она красива и загадочна! К честной вдове в нашей культуре отношение максимально уважительное и почтительное! А голос у нее какой?! Ей-богу, если бы меня такая начальница приказала бы высечь за проступок, я бы и слова против не сказал! Я честно подумываю, не позвать ли замуж эту почтенную вдову! Ее ребенка я, само-собой, приму и дам ему дворянский титул!

- А вы знаете, что она еще профессиональная певица? С очень красивым голосом! А по-японски это звучит божественно! Японский язык – вообще один из самых красивых языков в мире, а женский японский – это вообще за гранью бытия!

- Вот зачем вы мне сейчас это сказали, князь?! – У Хорсе аж руки задрожали от волнения. – Чтобы я себя червем почувствовал рядом с богиней из созвездия Райских Врат?! Ей-богу, женюсь! И первым делом, выкуплю ее из лап этой проклятой поработительницы женщин, я сейчас про свою сестрицу! Дворня уже и про Изу-Ми смеет своими погаными языками говорить непотребства, что она, дескать… Даже не хочу озвучивать! Поймаю клеветника – высеку на конюшне, даже если это будет женщина!

- Знаете, господа-товарищи, а наши женщины на самом деле самые красивые на всей планете! – У Тимофеева потеплело на душе. – Я имею в виду и графиню Жю Сет, и Сайто, и Тьяне, и матушку Моане! – Я бы даже больше сказал, - во всей Галактике!

- Истинно так! – с улыбкой согласился Хорсе, доставая из загашников еще одну емкость. – Вот здесь, князь, я с вами полностью согласен! Выпьем за наших женщин, господа!

- Увы, еще пока не наших! – уныло вздохнул Кыбо.

- Вы – неисправимый оптимист, баронет! – саркастически сказал Хорсе.

- Добрый день, господа! – вышла на связь Стелла Жю Сет. – Мальчики, вы где сейчас? На кладбище? Ничего там не нашли случайно в моем гробике?

- Нашли, сударыня! – Уже привычный к техническим чудесам землян и к чудачествам кузины граф Жю Клидат продемонстрировал прозрачному гала-изображению найденную Тимофеевым золотую сережку в виде хилликийской буквы. – Это ваше?! А чье кольцо?

- Моё, моё! – захлопала в ладошки довольная Стелла. – А колечко покажите… Это Илзе! Обрадую ее!

- Сударыня, а что вы делали в своем склепе на кладбище с Илзе? – спросил как бы невзначай Жю Клидат.

- Мы просто творили один обряд… Короче, неважно! Все, летите домой, я распоряжусь вам что-нибудь приготовить!

- Еще рано, товарищ Стелла, мы еще должны обследовать ваш замок! – вмешался Тимофеев.

- Вам это делать совершенно необязательно! – Стелла сделала недовольное лицо. – Что вы ищете? Сокровищ? Да нет никаких сокровищ, тем более, в сундуках! Вы себе хоть представляете сундук золота? Думаете, феодалы в Средние Века были такими богатыми?! Если бы у меня был сундук золота, я бы в те времена королевский трон купила бы со всеми потрохами, а Великий Инквизитор бы мне лично сапожки целовал! Феодал, владыка земель, богат не золотом и деньгами, а землей и съестными припасами! В ту эпоху даже у крупных земельных владык именно денег было не ахти, не говоря уж о простолюдинах. Золотую монету, если вдруг она и попала в руки простого крестьянина, как реликвию берегли до последнего и передавали следующему поколению, будто счет в банке!

- Но вы же сами говорили про могилу, что вы сохранили память той самой Унны Жю Сет… - начал было загибать пальцы Тимофеев, пытаясь что-то возразить своей начальнице. Но та оборвала его:

- Память, а не тело! Василий, представь себе, как бы выглядело мое тело после трехсот сорока лет отдыха в могильном саркофаге, с учетом того, что оно не забальзамировано, не в криогенной камере, и в саркофаг все же проникает воздух?! Никакого тела Унны Жю Сет не существует, потому что после сожжения этот пидарас Хоколеско Жю Хьяне приказал полностью уничтожить останки Унны Жю Сет, а прах развеять на все стороны света! Таким образом, могилы ведьмы Унны просто не существует в природе!

- А… А это тогда что?! – Растерянный Василий показал в сторону усыпальницы из черного гранита.

- Ну это… Это новодел, мой маленький каприз, - обиженно выпятила губу графиня. – Извини, Вася, просто хотелось произвести на тебя впечатление! Я соорудила себе могилку на будущее… Ну и гостей туда водила, чтобы немного шокировать их… Я же любила шокировать людей… раньше… Вот и придумала красивую историю о воскресшей ведьме… Кстати, летом в жару там очень приятно, я там часто уединялась и писала стихи. Плюс еще иногда спала там, по-честному. Ну, вот ты на даче в гамаке любишь дремать? Вот! А у меня свое летнее пристанище! Там комаров не бывает, а чтобы не замерзнуть я в зимний платок укутывалась. Вот и обронила там сережку случайно... А ты ее нашел, умничка моя!

- Оригинально! – Тимофеев почесал указательным пальцем правую бровь и задумался, что лучше сделать: признаться графине Жю Сет в любви или записать ее к психиатру?

- Тогда зачем, уважаемая вы королевская змея, налгали нам про сокровища и сказали поискать их в вашем чертовом склепе, который и не ваш вовсе! – вскипел Жю Клидат.

- Граф, только не надо истерик, вы ведь не женщина! – высокомерно ответила ему Стелла. – Потому что если мужики что-то задумали спьяну, лучше им иной раз не мешать! Но так бы вы месили грязь безо всякого толку в какой-нибудь дыре! А так вы месили грязь с толком, хоть сережку мою нашли! Вам не все равно, где напиться?! Вот и совместили приятное с полезным, устроили себе пикничок! Все, погуляли, и будет! Домой!

- Вы, графиня...! Вы..! – Разгневанный граф чуть не лопнул от возмущения. – Я сейчас, знаете, куда вашу проклятую сережку запущу?! Знаете куда?! К дьяволу, понятно!

- Граф, если вы это сделаете, то я вам придумаю заговор на импотенцию! Хотите нажраться, как грязные животные, так и скажите! Фи! Вся ваша мужская природа такая! А потом меня упрекают, почему я люблю девушек!

- Да любите вы хоть черта, понятно вам?! Вам черт был бы хорошей парой, а не человек! Базил, выключайте эту галлюцинацию! Нет! Нужно сначала молитву прочитать и освятить это место от пособницы дьявола!

- Граф, вы мне ответите за эти слова! – пригрозила Жю Сет. – Сережку привезите! И колечко! Вы за них отвечаете головой! Все! Истеричка! Животное! Мужлан!

- Господа! – возвестил обескураженный Жю Клидат, когда обиженная Жю Сет отключилась. – Нас с вами поимели самым бесчестным образом!

- То есть, никаких сокровищ нет? – разочарованно встряхнул ручищами молодой Жю Карри.

- Увы, друг мой! Вы сами все слышали! У, каналья! – злился не на шутку Жю Клидат. – Ей-богу, не была бы это моя кузина, такое бы про нее сказал бы, что даже у мужчин бы уши бантиком свернулись! Базил, мой вам совет, если вы сделаете Жю Сет предложение и она вам откажет – радуйтесь! Вы проиграете любовь, зато выиграете свою жизнь! И никогда, заклинаю вас, не играйте с ней в карты! Проиграете, - деньгами не отделаетесь, будете выполнять ее желания, а фантазия у сестрицы такая, что не дай бог… Ей доставляет удовольствие издеваться над мужчинами!

- Ну, наверное, я с вами соглашусь! – Хмельной Тимофеев, обманутый в лучших чувствах, на этот раз был полностью солидарен с кузеном Стеллы. – Мне двадцать семь лет, я майор государственной безопасности, участвовал в боевых действиях… Скажите, зачем надо со мной обращаться, как с ребенком? «Мальчик мой..!», «Я вас отшлепаю по попке!» Ну что это такое?!

- Я вам больше скажу, Базил! Она видит в вас не ребенка, а пажа! Послушного слугу, который станет игрушкой в ее руках и ее подружек! Она мне сама как-то призналась, что вы приснились ей в цепях у ее ложа, простите, князь, целующим ее ножки! Цитирую буквально! – Обманутый в лучших чувствах Жю Клидат с чистой совестью сдал кузину по всем направлениям, чтобы отплатить ей.

- Чего?! – взревел Тимофеев. – СЧАС, бегу и падаю! Да у меня в Ростове девчонок гора и маленькая платформа, и я еще перед какой-то графиней унижаться буду?! Да не родилась еще та женщина, у которой я личной собачкой буду!

- Кошмар! Светопреставление! – поддержал бунтарей молодой Кыбо. – Надеюсь, Тьяне не такая.

- Не надейтесь, баронет! Девушка, которая ходит в мужской одежде, и мечтает стать капитаном корабля, словно мужчина, примет ли наши традиционные ценности?!

- Господа! – вдруг рявкнул Лан, который к тому моменту хорошо принял на грудь «Русской». – Доселе я был простым наблюдателем в вашем мире, но уж позвольте я скажу вам, так сказать, со стороны! Мне кажется, все ваши беды от того, что женщины подчинили вас, и именно они, а не вы, верховодят здесь! Чтобы женщина так посмеялась над мужчинами у нас в Гуэннохорро и представить себе невозможно! Я не хочу ругать ваших женщин, надо отдать им должное – они и заботливы, и добры, и милосердны и по-своему самоотверженны. Матушка Моане, самая старшая из всех в доме, еще помнит старые времена и единственно правильный порядок, когда мужчина является хозяином дома и государства. Остальные, молодые женщины, не считают вас даже равными, уж простите за прямоту! Ваши женщины действуют хитро, как умный и коварный противник! Они обволокли вас лаской и заботой, соблазнили вас роскошью и разными дамскими нежностями! А разве сладкий кремовый торт – это пища для мужчины?! Разве мужчина должен спать на мягкой перине?! Или носить эти кружевные, простите, мягкие халатики?! Мужчина должен носить воинскую форму, спать на жесткой земле или на металле, жрать мясо и пить спирт и пороховую настойку! Мужчина должен не сидеть за столиком с дамочками, он должен ходить в атаку, курить, материться, как сто чертей и пахнуть железом, порохом и кровью, а не цветочками! Суровость! Суровость, безбашенность и неприхотливость – вот что отличает настоящего воина от дамочки! И именно таких мужчин женщины любят, потому что если мужчина прошел огонь и порох, если его нож измазан в чужой крови, ствол автомата раскален, а руки пахнут окалиной, - именно такой мужчина будет лучшим производителем для потомства!

- Истинно так, господин ротмистр! – поддержал его Жю Клидат. – Они скоро нам на шею сядут! Стыдно признать, но Жю Сет мной командует, как своим управляющим, и я ей слова сказать не могу!

- Так уже сели, поручик! – рявкнул Лан. – Уже! Я гляжу на вас со стороны, и мне, ей-боги, жалко вас! Вспомните, что вы суровые воины, откажитесь от женской роскоши и нежностей! Живите в опасности и бегайте на свидание не с кем-нибудь, а с самой Смертью! Она ваша прекрасная дама! Соблазните ее, сорвите ее поцелуй с губ и сбегите, пока и она вас не захомутала! И чем чаще вы будете сбегать от нее, тем больше она будет любить вас и благоволить вам. Женщины ценят силу, строгость и твердость характера! А ваши женщины не ценят вас, потому что хотят превратить вас в своих рабов, в свое подобие! Вы дождетесь, бедные гуриассийцы, что они, не дай Боги, захотят юбки на вас напялить! Не допустите этого! Восстаньте! Слава мужчинам!

- Слава мужчинам! – выкрикнули в едином порыве Кыбо, Тимофеев и Жю Клидат.

- Не «ноль» правит миром, а единица! Штык! Слава штыку! – Ороговевший Лан залез на основание какой-то могилы и стоял сейчас за чьим-то черным траурным камнем, словно партийный комиссар за кафедрой.

- Слава штыку! – подхватило верное воинство.

- Вернем себе мир! Время быть хозяевами мира! Время быть мужчинами!

- Да!

- Собирайтесь, бойцы! Ставлю вам задачу овладеть замком старой ведьмы и разграбить его! А Жю Сет пусть дома своими служанками командует!

Провозгласив время быть мужчинами, Лан с гордым видом извлек из кармана свою косметичку и у всех на виду принялся подводить глаза черной тушью. У Жю Клидата и Кыбо при виде подобного чуть не наступила фатальная ошибка мозговой системы. Жю Клидат даже заморгал и сильно, до боли, протер глаза, не мерещится ли ему это. Один только Тимофеев, уже бывалый болхианец, не удивился.

- Господин ротмистр! – с ужасом спросил граф. – Что вы делаете?

- Готовлюсь к боям и походам! – невозмутимо пояснил Лан. После чего он оглядел себя в зеркальце, убрал косметичку, достал из кобуры пистолет, проверил боезаряд в обойме, взвел раму, спустил, щелкнув предохранителем, и убрал оружие обратно в кобуру. – Я кавалер Ордена Двух Мечей, двадцать пять лет в строю, так что имею полное право чернить глаза!

- Спокойно, товарищи! – Тимофеев тут же пояснил про старый воинский обычай империи Гуэннохорро, что подводить глаза - там самая что ни на есть брутальная мужская традиция, и что эту привилегию еще надо заслужить. Это что-то символа уважения и признания среди старых, бывалых воинов.

- Какой, право, странный обычай! – удивился Жю Клидат. – Я уже что-то не то подумал… А у вас, Базил, есть что-то подобное?

- Было раньше, тысячу лет назад, - ответил наугад Тимофеев. – Потом отмерло, само по себе…

- Ну что, все готовы?! – Лан взявшись за портупею, гневно сверкнул черными очами и погладил усы. – Воины! Ставлю задачу овладеть замком Унны Жю Сет, поднять флаг Молнии и устроить на захваченной территории хорошую пьянку! За мной! Во славу Империи и двух… Нет, отставить, четырех мечей! Я пойду в атаку впереди вас, а если отстану и буду прятаться за вашими спинами, плюньте мне в лицо и назовите трусом!

- Да будет так! – воскликнул воодушевленный Хорсе. – Ведите нас, наш седой фельдмаршал..!

____________________________________________________________________________________

ПОЯСНЕНИЯ И РАСШИФРОВКИ - *

«…Еще до поры Первых Костров» - До отметки осеннего равноденствия

«Пролетарка» - название одного из самых криминальных районов в старинном Ростове.