Глава 12. Превышение пределов самообороны (2/2)
- Прошу вас, Ваша Светлость… Не сочтите за дерзость, но вам и вашей помощнице необходимо прибыть в деревню для выяснения обстоятельств. Там сейчас находится сам начальник Сеттского отделения полиции triusperase* Жю Стафф.
- Благодарю, мы прибудем сами! – махнула рукой Стелла, будто прогоняя слугу. Полицейский козырнул ей с легким поклоном и вновь полез на свою паровую шайтан-машину.
Делать нечего… Стелла с ошеломленной Таней наскоро оделись и на своей аэроплатформе вылетели в сторону чертовой деревни. На этот раз с ними были Тимофеев и Моане, вцепившаяся в свою приемную дочь мертвой хваткой:
- Недаром сердце мое беду чуяло! – ныла священница, вцепившись в локоть и без того переживающей Тани.
А перед отлетом Стелла без лишних свидетелей вызвала Морока, который опять летал где-то сам по себе и попросила его прибыть в деревню Ултс, хоть туманом, хоть облаком, повиснуть над деревней и ждать распоряжений. Морок нехотя согласился… Стелла подозревала, что газообразный киборг имеет приказ не только помогать Стелле, но и какие-то свои дела. Более опытная в таких делах графиня подозревала, что некие силы собираются использовать утреннюю драку Тани с местными пьянчугами для каких-то нехороших дел. С чего бы еще целый полицмейстер сам прибыл расследовать махалово с каким-то сельским сбродом? Значит, был указ «сверху».
Уже на подлете к деревне Жю Сет поняла, что ничем хорошим дело не кончится. На снежном белом фоне меж темно-коричневых домов на деревенской площади собралось множество народу. Тут же был еще один полицейский возок, запряженный моропусом мышиной масти и легкий паромобиль на три персоны. Людей в зеленой форме она насчитала внизу не менее десятка. И были еще двое в черных плащах, в котелках. Похоже и тайная Канцелярия здесь. Взялись за них всерьез…
- Вот они! Летят! – увидели селяне летающий объект.
А когда Стелла совершила посадку, к ней тут же направилась целая толпа селян. Мужики и бабы, женщины с детьми, депутация от сельского совета и одна крикливая баба в сопровождении полиции и двух суровых господ в черных плащах:
- Вот она! Ведьма! Она моего Бласа убила! Ишь, глаза бесстыжие! – верещала крикливая баба в мужском полушубке и платке.
На вид ей было лет пятьдесят-пятьдесят пять. Она с ненавистью показывала пальцем на Татьяну и кричала так, будто землянка у нее все деньги украла. Приближаться к девушке она все же остерегалась:
– Убила! Сына моего единственного дураком сделала, искалечила! Судите ее, господа!
- Кого я убила? - побледнела от страха Таня. – Никого я не убивала!
- А кто сынка моего, с горя пьяного, поутру искалечил, избил так, что разум из него вышиб?! Не ты ли?! Стоит не пойми что, не то девка, не то мужик!
- Она, она! – кивали стоявшие в сторонке участники утреннего побоища, с фингалами во всю морду лица. – Шли, никого не трогали, а эта нечистая взяла, да и как пошла нас метелить! Пьяная, что ли, была?!
- Что же, вас девка отбарабанила, что ли?! – пытался подколоть их кто-то из мужиков.
- Да, ты попробуй с этой девкой помашись! – раздраженно и злобно отвечали пьянчуги. – И не девка это, а нечистая сила какая-то, ведьма! Она четверых по сторонам раскидает и дальше пойдет!
- Врете! Врут они все! – вступились за Таню женщины, которые утром видели все происшествие. – Барыня Цую в сарай повела рожать, а девица куалийская у сарая стояла, сторожила. А тут Блас пьяны, как собака, с дружками появились. Блас хотел в сарай пройти да Цую убить, а куалийка его не пустила! Тогда они ей грозить стали, а Блас в нее с ружа стрельнул! Только не попал видать... Вот куалийка их и отшараханила, как справный боец.
- Правда, так и было! – сказала Татьяна, которую поддерживала и гладила за руку любящая Моане. – Так и было, товарищи!
- Врут бабы! – закричали пьяницы. – Да что вы их слушаете? Что такое бабьи голоса, орут сами не знают что!
- Ружо какое-то придумали! Не было у мого Бласа ружья отродясь! – пролаяла мать пострадавшего.
- Было!
- Не было!
- Мужики, скажите: было ружье или нет?
- А мы далеко стояли, не разглядели… Может, было, а может, и не было… - Такой версии придерживались почти все мужчины, которые присутствовали при утренней драке.
- Да даже я из сарая выстрел слышала! Еще даже запросила Таню по внутренней, кто стрелял?
- Извини, госпожа барыня! – К графине шагнули с поклоном четверо бородатых мужиков, троим из которых было далеко за пятьдесят. – Неправда твоя! Ты давеча как сказала? Земли деревенские отдаешь селянам в управление! Правит сельский сход, старшины и депутаты. И ты, как встарь, силу применять не можешь, - на это деревенский сход со старшинами есть. А сама, получается, свое слово не держишь? Не ты, так барышня твоя наших мужиков отколошматила так, что душу с Бласа выбила, да и остальным зубы повышибала, будто сама буян-пропойца! А кто за него теперь сеять-пахать будет? Ты нас, считай, работника лишила, да две семьи кормильца. Да и почему твоя девица в мужицкой одежде ходит, в насмешку над Богом! Уж на что ты Ведьма, и то ты правильную женскую одежду надеваешь, как Бог велел. Ежели будет беда какая, потом или неурожай - мы к тебе придем! Знать, твоя барышня Бога прогневала своим видом!
- А что же вы сами здесь порядок не навели?! – возмутилась Стелла. – Ничего, что ваш работник пьяный за беременной женой гонялся, да чуть не забил ее насмерть? Ничего, что он ее в сарае окровавленную добить хотел? И на мою помощницу напал? Я вам для этого волю давала? Я вам для этого кнут отменила? Да если бы там не Синицына, а я была бы, я бы его в пыль превратила на месте, и его дружбанчиков тоже!
- Соглашусь, тут может и наша вина, - сказал степенный старшина-председатель с волосами белыми, как снег. – Опять же, мы в каждую семью не лезем. Бабы они тоже разные бывают, ты и сама знаешь… Но если даже и так, то зачем же калечить-то мужика? Буянит - дай ты ему разок-другой по морде, али по другим каким местам, чтобы охолонул, раз такая прыткая! Да стрельнула бы барышня из своего пистолета адского – он бы и утек! А мы бы его потом отловили к порядку приучили бы… И кнутами, коли надо, сами бы попотчевали! Ты нам власть даешь, а тут же сама забираешь! Четырех работников ты нам поломала, а у нас каждые руки на счету! Дрова заготавливать надо, лед на озере колоть надо, скотину гнать надо? Вот и считай! Дурака еще уму-разуму научить можно, а спятивший, что покойник, только его и кормить еще надо!
- Да гуляла от него баба! Вот он с горя и напился! – продолжала напирать мать пострадавшего.
- Да погоди ты, «гуляла…»! – отмахнулся от нее председатель. – Это еще доказать надо! А и гуляла если, убивать-то зачем? В общем, тут ничьей правды нет! Но если твоя барышня, вон, жива-здорова, то Блас в кровати сидит дураком, только на губе тренькает! Излечи его, матушка-барыня, и мы не в претензиях будем! Ты же колдовать большая мастерица!
- Зло одно от куалийцев! – раздался над поляной чей-то зычный голос. – Бьют они нашего брата вусмерть! На Куали на своем наших господ бьют, здесь мужиков наших бьют! Прямо как завоеватели какие, хинханцы!
- Не пущать сюда куалийцев!
- Не пущать!
- Это кто там такой политически грамотный нашелся?! - возмущенно воскликнула Жю Сет, пытаясь найти нахала. Но голос доносился откуда-то из-за скопления людей, и обладатель его остался невидим.
- Пропустите! Разойдись, мужичье! – раздался властный голос, и перед Стеллой появился солидный полицейский чин, с тараканьими усищами, в фуражке и очках. – Начальник полиции Сеттского уезда Ожопе Жю Стафф, потомок древнего рода Жю Стаффов.
- Очень приятно, господин начальник, - брезгливо поморщилась Стелла Жю Сет. – Графиня Жю Сет, потомственная ведьма Второй Степени.
- Мое почтение, Ваша Светлость, - слегка поклонился графине Жю Стафф, слегка оскорбленный тем, что графиня указала ему его место в дворянской иерархии. – К вам, собственно, претензий никаких, хотя… Зря вы, на мой взгляд, затеяли всю эту игру с народовластием… Что же, теперь вот принимаем заявление от мужиков… Могу я побеседовать с вашей протеже?
- Минуточку, господа! – Вдруг откуда ни возьмись появился еще один важный, отнюдь не истощенный господин, в черном плаще, шляпе-котелке и галстуке. – Ее Королевского Величества Тайных Дел канцелярии тайный советник виконт Мэгел Жю Ларесо!
- Ваше присутствие, виконт, здесь совсем не обязательно, - сухо и недовольно ответил начальник полиции.
- Тайных Дел Канцелярия сама знает, где ей присутствовать, сударь! - гордо ответил Жю Ларесо, глядя на главного полицмейстера, как на полового в ресторане.
- А я вас знаю, сударь, - сказала Жю Сет. – В тридцать пятом году вы обыскивали мой дом по доносу моих врагов, ожидая найти у меня запрещенную литературу!
- Все может быть, Ваша Светлость! – безэмоционально ответил виконт. – Я представитель государственной власти, и служу там, где мне приказано. А когда заходит речь о конфликте подданных Королевства с иностранными подданными, тут право первой ночи у Тайной канцелярии Ее Величества! Кстати, могу я поговорить с госпожой… э-э-э… Тси… Тси-ни-тси-но… Святой пророк, ну и фамилии у куалийцев!
- Я ответственно заявляю, что моя дочь, Тьяне, герой войны и благочестивая барышня, которая не губит людей, а только спасает от лютой гибели! – шагнула вперед отважная Моане, заслоняя собой растерянную Татьяну. – А сейчас она стала жертвой наговора! И Бог накажет тех, кто составил этот поклеп! Бог Всемогущий покарает клеветников страшной карой!
- Святая мать, ваши материнские чувства делают вам честь, но здесь дело не церковное, а уголовное. И политическое, в каком-то смысле… Если вы мать… этой барышни, то вас, конечно, бесполезно расспрашивать… Барышня Тьяне… Извините, сударыня, но выговорить вашу фамилию я не смогу даже под угрозой Божьей кары… Возможно, ваш род очень древний и знаменитый, судя по длине вашей фамилии, но закон есть закон!
- Я не нарушала закон, - пролепетала Таня. Бедная наивная землянка не знала страха в бою, но перед правоохранительными органами она немного робела, как и всякая законопослушная гражданка благополучного мира. Особенно, когда ее, честного человека, обвиняли в нарушении закона.
- Вот это следствие и выяснит…
- Сударь, я предлагаю вам снять допрос вместе, - сказал начальник полиции. – Чтобы сэкономить время.
- Да пожалуйста, - пожал плечами представитель Тайной Канцелярии. – Но вопросы первым задаю я.
- Минуточку, господа… В каком статусе моя стажерка, что вы ее допрашиваете? – спросила Жю Сет. – Иначе я обращаюсь в посольство, потому что если она обвиняемая, то имеет право на защиту.
- Пока что подозреваемая … - ответил Жю Ларесо. – Разумеется, ваше право…
- Ключевая подозреваемая, надо полагать, - дополнил Жю Стафф.
- Тимофеев, срочно свяжитесь с О-Коннелом, опишите ситуацию, - приказала Жю Сет. – После чего осмотрите этого… пострадавшего… А то нам утверждают, что он в большом ущербе, а мы его даже не видели!
- Потерпевшего уже осмотрели, - заметил полицмейстер. – И засвидетельствовали в установленном порядке.
- Мы еще никого не осматривали! – встала в позу Стелла. – Может там ваш пострадавший сидит водку пьет, а нам говорят, что он без памяти!
- А какой статус имеет сей господин? Имеются ли у него подтверждающие документы? – спросил Жю Ларесо, недоверчиво косясь на Тимофеева. – И в какой организации он ваш подчиненный? Ваш управляющий? Или… что-то иного рода?
- Он офицер Комитета Государственной Безопасности СССР, - ответила Жю Сет. – Он имеет чин майора, то есть ротмистра, а я, - чин полкового ротмистра. Да, мы ваши коллеги, виконт! Мы тоже служим в Тайной Канцелярии, только у куалийцев.
- Ну что же, тогда, надеюсь, мы поймем друг друга! – кивнул обычно безэмоциональный Жю Ларесо. – Господа, сопроводите господина ротмистра куалийской службы... И не оставляйте его ни на миг! Теперь к вам, сударыня! Подтверждаете ли вы, что находились в деревне сегодня утром, не позднее девяти часов утра?
- Да… Подтверждаю… - ответила Таня, вцепившись в локоть гладящей ее Моане. – Как можно отрицать очевидное?
- Прекрасно… С какой целью вы изволили посетить данный населенный пункт?
- Она сопровождала меня! – вмешалась Жю Сет. – Я прилетала по вызову!
- Ваша светлость, при всем уважении к вам, я сейчас беседую не с вами! – осек ее представител закона. – Вы и сами представитель органов исполнительной власти и понимаете порядок освидетельствования и опроса. Итак, сударыня, с какой целью?
Стелла оглянулась по сторонам… Тусклый зимний день взошел над деревней, с серого неба падали одинокие снежинки… Часть селян собралась в лес на работы, часть спорила по поводу произошедшего с полицейскими и друг с другом. Заклятых друзей-пьяниц не было видно... Жю Сет махнула рукой и побежала вслед за Тимофеевым. А оба стража закона продолжали записывать показания Татьяны:
- … И вы утверждаете, что селянин Блас, будучи в состоянии алкогольного опьянения, выстрелил в вас из ружья? – скептическим тоном спросил полицмейстер. – Не угодно ли барышне показать на месте, как все было?
- Конечно! Мне скрывать нечего! – ответила Татьяна.
- С какого расстояния он стрелял в вас?
- Да метров с десяти!
- «Метрофф»? Мы не знаем такой меры. Извольте указать в наших единицах.
- Моя дочь хочет сказать, что негодяй стрелял в нее с пятнадцати шагов! – подсказала Моане.
- Пьяный, с пятнадцати шагов? Интересно… Но где тогда след от пули или дроби на воротах сарая?
- Он в меня попал! Я же объясняю!
- То есть, вы хотите сказать, что нападающий стрелял в вас с пятнадцати шагов, попал, и вы остались невредимой?
- Но я была с включенным защитным полем! – возразила Татьяна. – Пуля отразилась от поля и сгорела на излете!
- Сейчас на вас есть это… поле?
- Нет… Иначе до меня нельзя было бы дотронуться.
- Минуточку… - Полицмейстер оценивающим взглядом впился в Синицыну. – То есть я вас правильно понял, что вы были закрыты непроницаемым барьером и понимали в тот момент, что любая атака против вас бесполезна и вы неуязвимы?
- Ну в целом, да… - ответила наивная Татьяна. – Это приказ подполковника Жю Сет.
- И зная, что вы неуязвимы, вы, владея приемами военной куалийской борьбы, сами первой атаковали селян? – спросил Жю Ларисо.
- А чего мне было ждать, пока он оружие перезарядит?! – возмутилась Синитцына. – А если бы он по людям начал стрелять?! У меня, если что, тоже оружие было, но я его не применила, чтобы никого не убить! Я была одна против четырех пьяных неадекватов! Что мне было делать?!
- Конечно, и в ваших словах есть здравый смысл… если, конечно, верить вашим показаниям… - сказал Жю Стафф, задумавшись. – Да, вы девушка… и против четверых… В целом вас можно понять… И то, что вы оружие не применили, тоже не плохо… Это была бы уже совершенно другая статья… Я бы даже не стал приезжать сюда, но… Но никакого ружья при осмотре места происшествия найдено не было. И ни одно лицо мужского пола в деревне не подтвердило наличия ружья среди нападавших.
- И это дает возможность предъявить вам обвинение в превышении мер самозащиты, - сухо сказал Жю Ларисо. – Что повлекло за собой тяжелый ущерб здоровью подданному нашего королевства!
- И вы, таким образом, становитесь преступником.
- Я – преступник?! – изумилась Синицына. – Я, честный человек, который защищалась от нападения и защищала беспомощную женщину, - преступник?! Что же это за закон такой?!..
________________________________________________________________________________
ПОЯСНЕНИЯ И РАСШИФРОВКИ - *
Guperace – примерно можно сравнить со старшим лейтенантос, буквально «командир пятидесяти».
Triusperase – примерно можно сравнить с майором, буквально «командир трех сотен»