Часть 1. После. Ангел-хранитель (2/2)
Вопреки названию, никакие шакалы на южной окраине Гладены не водились — однако свободно разгуливали своры бродячих псов, стекавшиеся сюда из более благополучных районов, где их истребляли силами специальной полиции. В Шакальей заводи полиция такими пустячными делами не занималась и нападения собак были нередки.
Не обнаружив в поле зрения кровожадных животных, Ирвен продолжил свой путь и, спустя еще несколько десятков метров по заросшей тропинке, достиг невысокого кирпичного дома. По аварийной лестнице взобравшись до второго этажа, он несколько раз коснулся широкого прозрачного браслета на запястье, затем потянулся к окну и осторожно провел рядом с ним рукой. Излишней параноидальности его научил недавний инцидент, когда охранная система на окне из-за ошибки не отключилась и, сбитый ударной волной, он долго лежал на земле, судорожно пытаясь вдохнуть.
Убедившись, что путь безопасен, Ирвен приподнял сплошь заклеенную черной лентой створку и бесшумно забрался в комнату. Внутри можно было наконец стянуть с головы очки и с удовольствием выдохнуть, оказавшись в полной темноте. На ощупь добравшись до ванной, Ирвен плотно закрыл за собой дверь и зажег светильник. Беззвучно заработал электропреобразователь, потянув энергию от двух приемных панелей, установленных вместо подоконника. Система тоже была не из дешевых, но в отсутствие проводного электричества выбирать не приходилось.
Светильник, помигивая, медленно и лениво разгорался — обнажая перед взглядом тусклые стены, покрытые мелкой серой плиткой, чугунную ванну неоднородного грязного цвета и треснутое зеркало над умывальником. Не лучшие апартаменты, где Ирвену приходилось останавливаться, но третий месяц уже завершался, и очередная смена жилья была совсем скоро.
Ирвен подошел к зеркалу. В отражении, сквозь осевшую на стекле пыль, слабо блеснул золотистый кулон, свесившийся поверх броника: три овала, пересекающиеся центрами в середине, — нечто похожее на цветок с шестью лепестками. Ирвен любовно погладил кулон пальцами в перчатке и, глядя в разбитое отражение, словно мантру, прошептал: «Один равнозначен тысяче. Каждая жизнь — бесценна».
Вокруг запястья коротко провибрировал браслет. Ирвен активировал экран и посмотрел на высветившееся имя — это снова был Лайсон. Лайсон уже писал ему сегодня про какого-то копа, но на этот раз пришел сигнал без текста. Это означало, что нужно поторопиться.
Ирвен вышел из ванной, оставив дверь приоткрытой, чтобы в комнату могла просочиться небольшая толика света. Оглядевшись, он принялся собирать в рюкзак сегодняшнюю «валюту»: ее было не много и всё какая-то дешевка — в основном завалявшиеся мобильники, украденные с технического госсклада, и несколько банок «лаванды» — если не разбавлять, то сгодящихся не больше, чем на партию-две мидолоина. Ирвен недовольно цокнул, покачав головой. На продовольствие и оплату связи этого хватит, а вот чтобы выкупить новые переговорные комплекты, доставленные наконец, спустя месяц ожидания, в обменник, денег может оказаться недостаточно — придется заворачивать в «банк» и тратить драгоценное время.
Он вновь подсветил браслет: часы показывали почти девять, а в пункт назначения, расположенный на другом конце города, требовалось попасть до одиннадцати. Спешно застегнув рюкзак и нацепив очки ночного видения, Ирвен погасил свет и вылез через окно.
Путь по безмолвному городу — выверенный и вытоптанный — вел вдоль убогих домишек Шакальей заводи и их покосившихся заборов, затем нырял в руины недостроек и под изрисованный железнодорожный мост, а дальше — к западу от центра — вилял длинными переулками с запахом канализации. К центру близко подходить не следовало — слишком много патрулей и освещения, а на углах зданий даже висели видеокамеры, хоть многие давно уже и вышли из строя.
Ирвен, по крыше небольшой одноэтажной пристройки переместившись между улицами, спрыгнул на запыленный асфальт. Здесь, в западных районах, мрак начинал терять свое единоличное господство: нет-нет да и проглядывалось блеклое свечение из окон, а кое-где даже маячили высокие желтые фонари. Ирвен снял очки и подождал, пока глаза полностью привыкнут к темноте. Накинув капюшон толстовки, он внимательно осмотрелся и зашагал вдоль пустынной проезжей дороги.
Жилые дома постепенно сменялись заброшенными постройками с побитыми окнами и обвалившимися фасадами. Под ногами то и дело хрустели осколки и путались куски шпаклевки, кирпичей и арматур. Ирвен несколько раз споткнулся и, тихо выругавшись, сбавил шаг.
Где-то впереди, за перекрестком, послышалось движение автомобиля. Ирвен замер. Судя по звуку, автомобиль приближался по примыкающей справа дороге — со стороны окраины. Ирвен пробежал несколько метров вперед и затаился на каменной лестнице, уходящей в подвал дома.
Мерный шум автодвигателя продолжал нарастать — машина уже должна была выехать на перекресток. Но тут примешался второй двигатель — резко стартанувший, — а за ним и третий. Громко взвыли тормоза.
Ирвен присел на лестнице и прижался спиной к холодному камню, не рискуя высовываться. На стене дома перед его взглядом задвигались тени в свете фар. А спустя секунду начали стрелять. Долгая оглушающая очередь врезалась металл, заставив Ирвена непроизвольно вздрогнуть. Он инстинктивно потянулся к бедру и вытащил из кобуры пистолет.
Стрельба стихла быстро — уже через несколько мгновений, — и что-то звонко разбилось; захлопал и затрещал воздух. На белой стене запрыгали яркие отсветы. Раздался истошный визг, еще несколько коротких очередей — и визг сменился жалобным поскуливанием.
— Тащи девчонку! — выкрикнул голос с хрипотцой, и послышалась какая-то возня.
Ирвен наконец выглянул из своего убежища. На перекрестке стояли три машины: темный джип, охваченный огнем, и две другие легковушки, запершие его спереди и сзади. Около джипа лежало чье-то тело, а у дома напротив, прямиком через дорогу от Ирвена, сгрудились четверо мужчин с автоматами, на головах у них были черные маски с прорезями для глаз.
Один из мужчин грубо швырнул к стене хрупкую черноволосую девушку. А из-за машин теперь показался пятый, ведущий перед собой на прицеле молодого парня, — тот шел, пошатываясь на худых ногах и рукой держась за опущенную голову, лицо скрывали того же смолисто-черного цвета локоны.
— А с этим еще что делать? — громко спросил голос с хрипотцой. — Про второго речи не было.
— Ну раз не было, то ты и решай, босс, — ответил ему пятый и толкнул парня к девчонке, которая тут же обхватила ладонями его лицо и что-то зашептала.
Ирвен все еще наблюдал за происходящим и, с сомнением сжав губы, недовольно покачивал головой. Босс тем временем направил дуло автомата на девчонку.
— Что ж… — произнес он, — надеюсь, твой ангел-хранитель где-то поблизости, потому что…
Он не договорил. Прозвучал одиночный выстрел, и все пригнулись, ошалело вертя головами. В стороны понеслись автоматные очереди.
«Ангел-хранитель на месте», — пробормотал Ирвен про себя и выстрелил еще три раза. Один из автоматчиков упал и, схватившись за ногу, закричал. Ирвен выстрелил снова: дернулся и упал еще один.
— Откуда стреляют?! — выкрикнул чей-то голос.
— Отходим! Отходим! — два раза скомандовал босс, полосуя пулями пространство и пригибаясь к асфальту.
Двое схватили бездвижное тело и поволокли к машине; босс, продолжая отстреливаться, потащил за собой по-прежнему голосящего соратника, вцепившегося в свою ногу.
Через несколько секунд легковушки, резво вырулив с перекрестка, умчались. Ирвен поднялся из подвала и, убрав пистолет, осмотрелся. Девушка и парень, продолжающие жаться друг к другу, пронзительно глядели на него с другой стороны улицы. Черный джип все еще полыхал, освещая перекресток. Окна зданий вокруг, как и прежде, глухо чернели: не зажглось ни единого живого огонька.
Ирвен подошел к лежащему у джипа телу и только тогда заметил второе, с другой стороны, около передней пассажирской двери. Оба были рослые мужчины средних лет. На обоих были серые пиджаки, пропитанные кровью. Оба были мертвы.
Ирвен за ноги оттащил трупы от горящего автомобиля и присел рядом с ними. Посмотрев в застывшие лица, он прикрыл им веки и тихо прошептал: «Один — равнозначен тысяче».
В стороне раздавались приглушенные голоса и копошение. Ирвен поднялся. Девушка и парень испуганно потрясывались, держась друг за друга, и, как два взъерошенных котенка, с опаской приближались.
— Вы в порядке? — спросил Ирвен негромко.
Девчонка закивала и сглотнула, покосившись на трупы. На ней были запачканные сбоку черные лосины и топ на бретельках, прошитый блестящей фиолетовой нитью. Синтетическая ткань упруго облегала грудь, оставляя открытым прерывисто вздымающееся от торопливого дыхания декольте, по которому Ирвен лениво проскользил взглядом.
Парень и девушка были похожи между собой, но те черты, которые подчеркивали мягкость и плавность девичьего лица, в мужском исполнении смотрелись слишком размыто и неоформленно, создавая впечатление некой изнеженности, — и впечатление это только подкрепляли густые курчавые волосы до плеч.
— Вы… спасли нам жизнь, — пролепетала девушка.
— Что они хотели от вас? — Ирвен проигнорировал ее реплику.
Девушка мелко затрясла головой и пожала плечами, однако вдруг замерла, и ее ярко-голубые глаза пристально вылупились куда-то, где у Ирвена были ключицы.
— Это… Это шести… шестилистник! — с придыханием выговорила она.
Ирвен раздраженно заправил кулон за горловину кофты.
— Вы гуманист… — ахнула девушка, прижав ладони ко рту.
— Это вас не касается, кто я, — грубо отрезал Ирвен.
— Нет, я просто…
Парень вдруг дернул ее за руку и, притянув к себе, начал пятиться назад.
— Внимательно посмотри, — зашипел он ей в ухо. — Ты его не узнаешь, что ли? Это Ирвен Эберх…
— Он нас спас! — крикнула девчонка, вырвавшись. — Бу-у-у! — подняла она руки, карикатурно изобразив чудовище. — Ужасно опасный террорист спас нам жизнь! Бегите все кто может!
Ирвен, приподняв бровь, издал тихий смешок сквозь сжатые губы.
— Ви… — начал парень, нахмурившись, но Ирвен его прервал.
— У меня нет времени на ваши разборки. Вам есть откуда позвонить, чтобы вызвать полицию? Или, по крайней мере, чтобы вас кто-то забрал?
Девушка, едва вернувшая себе слабый румянец на щеках, вновь заметно побледнела. Ирвен проследил за ее взглядом.
— У него? — он указал на труп мужчины в костюме.
Девушка кивнула.
— Где? — спросил Ирвен, присев на корточки рядом с телом.
Она похлопала себя по ребрам справа. Ирвен откинул полу вымокшего в крови пиджака, осторожно вытащил из внутреннего кармана массивную трубку мобильника и тщательно вытер ее о чистую ткань с другой стороны тела, но полностью избавиться от красных разводов не удалось. Наконец он встал и протянул трубку девушке.
— Вы… — она обхватила его руку поверх мобильника, — правда… гуманист?
— Я же сказал… — недовольно начал Ирвен.
Девушка вдруг шагнула ближе — почти прижалась к нему — и проникновенно посмотрела ему в лицо.
— Я могу увидеть вас снова? — спросила она.
— Ви!.. — раздался голос парня за ее спиной.
— Нет, Ви! — резко обернулась она. — Помолчи! — И вновь с надеждой подняла к Ирвену глаза.
— Не вижу, как это может быть здравой идеей, — Ирвен помотал головой, бесстрастно глядя в ответ.
— Через два дня, — девушка словно не услышала. — Вы можете встретить меня здесь? В это же самое время. Я приду. Я обязательно приду!
На лице Ирвена отразилось недоумение.
— Я мечтала, я так давно мечтала… — горячо залепетала девушка. — Встретить настоящего…
— Я не фея, исполняющая мечты маленьких девочек, — холодно ответил Ирвен и, настойчиво вложив в ее руку телефон, отстранился.
Девушка на мгновение растерялась, но тут же, словно осознав свою ошибку, тряхнула головой и продолжила уже без фанатичного блеска в глазах:
— Я бы хотела помочь. Я могу… Я могу делать что-то. Я могу быть полезной! Только скажите, как мне доказать.
Ирвен лишь молча огляделся и посмотрел на часы.
— Пожалуйста… — вновь заговорила девушка. — Дайте мне шанс.
Он развернулся к ней, по-ястребиному взглянув в ее наивно-просящие глаза.
— Откуда мне знать, что я не приду в ловушку через два дня?
— В ловушку?.. — ее лицо на мгновение потеряло выражение. — Ах… Нет, конечно! Я не из тех, кто… Не из «бдительных»…
— Что ты умеешь? — резко спросил Ирвен.
— Я… — застопорилась девушка, — у меня есть… деньги есть. Деньги могу достать!
— Ви! — попытался осадить ее парень, но она не обратила внимания.
— На это… на финансирование… — она запнулась, однако тут же с энтузиазмом воскликнула: — Я ничего не умею, но я готова, готова всему научиться!
Ирвен молчал, хмуро изучая ее глазами.
— Вы… придете? — с мольбой в голосе пролебезила она.
— Как тебя зовут? — вместо ответа спросил Ирвен.
— Вероника! — выкрикнула девушка и повторила спокойнее: — Я Вероника. А это мой брат, — она показала на стоящего позади нее парня, — Велисент.
Парень, наклонив вниз голову, смотрел исподлобья, словно обиженный ребенок.
— Я не буду ждать дольше пяти минут, — проговорил Ирвен.
Девушка, неверяще округлив глаза, торопливо закивала, но брат тут же схватил ее за локоть и, приблизив к ней лицо, приглушенно заговорил:
— Даже если и не считать это самой идиотской затеей, которая когда-либо приходила тебе в голову, отец после этого случая никуда тебя не отпустит! А тем более без роты телохранителей!
— С тобой отпустит, — возразила Вероника. — Тебя он всегда отпустит!
— Со мной? Да я тоже здесь с тобой был! И что я сделал? Чем я им помешал? Я вообще ничего не смог… — забормотал парень. — Как отключился просто…
— А мы не скажем! Мы не скажем, что ты со мной был! Папа не знает, что ты был!
— Да как это вообще меняет ситуацию? — с изумлением спросил Велисент.
— А вот так! Вот так и меняет!
Вероника высвободила руку и, посмотрев на мобильный телефон, вдруг замерла, словно провалившись куда-то. А затем выкрикнула:
— Нас вообще здесь не было! — Она потрясла в поднятой руке телефон: — Я сейчас позвоню… Я сейчас позвоню Ханне, она за нами приедет и отвезет нас домой. Нас вообще не было в машине!
Брат утомленно вздохнул и покачал головой, прикрыв глаза.
— Они одни ехали… — продолжала бормотать Вероника. — Одни ехали и с кем-то не поделили что-то… Вовсе не на нас это было нападение.
Она покосилась на лежащих на земле мужчин и вдруг всхлипнула:
— Ах, простите… Простите… Я не хотела с вами так… Я вам благодарна… так благодарна…
— Ви, — не выдержал брат, — полиция все поймет, они не такие тупые!
— Такие! — резко воскликнула девушка; ее плечи тряслись. — Вот увидишь, такие! Ничего не поймут!
Она подошла к брату и взяла его за руку.
— Только ты должен со мной во всём… — начала она и вдруг замолкла, оглянувшись по сторонам.
На перекрестке догорала машина, слабенько освещая запятнанный кровью асфальт вокруг. Из переулков глухим полотном надвигалась темнота. Ирвена Эберхарта рядом больше не было.
— Вечного п… — зашептала в пространство Вероника, но, запнувшись, поправилась: — До встречи.