Часть 6 - Мешок с цементом (2/2)

- Всё хорошо? – в Библии сказано: что отдашь – вернётся с торицей. Но тут приходит какое-то бородатое чмо и пытается всё отобрать.

- Да, всё хорошо. – поспешила с ответом Сайори, давая понять подошедшему сюда зрелому мужлану, что его присутствие нежелательно.

- Ну ладно… - наши взгляды пересекаются, он определённо хотел остаться. Позволяю себе проводить его взглядом до самого столика и как оказалось - сидело это чудо природы в другом конце зала, что наводит на определённую мысль.

- Только не говори, что это твой ухажёр.

- О, нет-нет. Это наш постоянный клиент, он частенько сюда захаживает. Пьёт чай, беседует с официантками.

- Знаю я таких, от бобра добра не жди.

- Что с тобой, Арима? Ты стал каким-то злым… прости.

- Скорее менее милым, думаю, мы не с того начали. – столько всего упущено, не могу поверить, что несколько минут назад на полном серьёзе утверждал о возврате прошлого. Сайори, Юри, Нацуки… у каждой из них теперь своя жизнь. Новая драма, возможности… и кому-то другому она теперь будет промывать раны, после драки с её отцом.

Кулак сжимается до звонкого хруста. Прямо сейчас хотелось врезать самому себе по лицу и воткнуть его в деревянную поверхность стола. Юри читает роман на кровати с кем-то другим и даже Сайори очень скоро, если не уже, более беспокоится о ком-то другом. Хочу видеть перед собой того Ариму, который всё просрал. Повод набить ему морду уже предоставлен.

- В общем, спасибо, что зашёл ко мне. Думаю, что встречу на вечер уже можно отменить.

- Да, ты права. Но мы ещё увидимся. – прошу другую официантку принести счёт и ощущаю звон в ушах, очевидно, показатели давления «балуются».

- Приходи ко мне ещё.

Быстрое прощание в стиле «сотрудник-клиент» и сопровождаемый мрачным взглядом бородатого верзилы выхожу наружу. Кажется, что в этом кафе я оставил вдребезги разбитое, нечто, что когда-то мне было безумно дорого. Хотя, к чему эти рассуждения? Каждый мужчина испытывает эти тяготы, когда подруга детства – одна из особых в твоей жизни женщин просто избавляется от того, что вас двоих когда-то связывало. Ты чувствуешь, что она принадлежит тебе, ведь только ты видел её в детском облике, как она подрастает вместе с тобой и преодолевает трудности, пусть и зачастую промачивая слезами твоё ещё не окрепшее тогда мальчишеское плечо.

Тот, кто приходит после и смеет заявлять на неё какие-то права - не стоит ничего. Он непосвящённый, не видел того, что видел я и не был рядом с самого начала. Это чужак, посмевший покуситься на нашу с ней святыню. Хоть детство и прошло, но Сайори осталась. Самое пагубное для женщины – это проявить в этом случае некое подобие свободной воли. Наши мудрецы говорят, что разум их подобен кругу, в нём нет углов, понятия того, где хорошо, а где плохо… и вообще, в состоянии закатиться куда угодно.

Прямо сейчас мне нужен бой, как никогда раньше! И я знаю, где мне его найти.

*Некоторое время спустя*</p>

До места назначения я добирался пешком, следовало надлежащим образом размять ноги, чтобы подготовить мышцы к динамичной нагрузке. Интересно, если я не ошибся в своих догадках, то что эти последователи идеи бойцовского клуба смогут мне предложить? Насколько хорошо или не так… насколько правильно они впитали сформированную мной и Кеном концепцию? На это укажут кулаки и мысли.

Уже заметно вечерело, пока удалось достичь того самого холма, у подножия которого и стоял дом, на фоне лилового окраса небосвода. По мере приближения, я всё отчётливее слышал глухие удары по самодельной груше у сарая и всё острее чувствовал направленный с крыльца взгляд. Снова эти трое стоят на входе - интересно.

- Зачем пришёл? – игнорирую вопрос и молча пересекаю порог на первый взгляд охраняемой территории. За хлипкой дверью, что поддаётся лёгкому толчку активно происходит работа «шестерёнок», механизм которых неизвестен. Был я чем-то вроде обретшего плоть призрака, меня никто не замечал или по крайней мере, это искусно изображали. Мешки с цементом и побелкой переносились с место на место, пакеты с сухим клеем, брикеты квадратной плитки… всё это имело куда больше различий между собой, чем эти одинаково одетые, выглядящие и разговаривающие люди вокруг.

- Что здесь происходит? – один из местных «прорабов» наконец обратил на меня внимание, после чего указал на один из сложенных в ближайшем углу мешков с цементом. – Куда их?

- Эти на задний двор! И быстрее, время идёт!

Не обращаю никакого внимания на тяжесть, зная, что перенос мешка – это своего рода часть игры. Задача состояла в перемещении всего одного, без возврата за остальными, ведь на заднем дворе меня уже ждало то, зачем я пришёл. Очередное подтверждение и показ того, насколько правила смешны, глупы и порой не знающие границ абсурда. Грохот сорокакилограммовой ёмкости с сухим цементом привлекла внимание дерущихся.

- У нас ещё один, шире круг! – так отреагировал один из парней на моё снятие с себя толстовки. Двигаюсь уверенно, оставляя позади себя обувь и не сводя голодного взгляда с поединка.

- Стой. – твёрдое тонкое предплечье перегородило путь в центр. – Дождись конца и выйдешь следующим.

- Тогда, ты выйдешь со мной.

- Договорились.