IX. (2/2)
– Делов-то! Где ты видела мою мать?
- Случайно обнаружила её на картине в мэноре.
– Ты была в моём доме?
Гермиона бросила короткий взгляд на его лицо, оно выражало лёгкую примесь презрения и любопытства.
- Была, - ответила она, не решаясь сказать ему, что живёт там практически со дня его смерти.
Он хмыкнул, быстро что-то обдумав.
- И ты, основываясь только на разговоре с портретом, решила поучаствовать в обрядах, о которых ничего не знаешь? Верно? – губы Малфоя сжались в полоску, в глазах сверкнули недобрые огоньки. - Как ты стала главной в ритуале?
- Всё вышло случайно, Драко, - слабо попыталась оправдаться девушка.
- Случайно, Грейнджер, режут палец, - сквозь зубы процедил он. – Ты сама не знаешь во что ты влезла. «Красный мак» сломает тебе жизнь, чёртова ты гриффиндорская выскочка. Если ты доведешь ритуал до конца, то… - он тяжело сглотнул, не решаясь закончить фразу.
- Я умру? – прямо спросила Гермиона.
- Нет, но... – он смерил её пламенным взглядом, а потом со вздохом закрыл глаза. – Ты предпочла бы смерть.
- А Паркинсон, выходит, тебе не жалко?
- Она другая, Грейнджер. Она нашего круга и её вели к ритуалу... - он осёкся, видно сболтнул лишнего.
Гермиона прикусила губу, догадка, посетившая её, обидой уколола глаза и горечью отозвалась в сердце. Смерть не изменила взглядов Малфоя – как был магглоненавистником, так им и остался.
- Увечья? Сумасшествие? – будничным тоном перечисляла девушка возможные необратимые последствия, старательно выравнивая дрогнувший голос.
- Ты не отступишься, да? Хочешь продолжить?
- Я не услышала ни одного весомого аргумента, Малфой, за исключением того, что глупые предрассудки крови тебе важнее собственной жизни. Высоко же ты ценишь свои принципы.
Гермиона вновь открыла книгу и принялась яростно измельчать травы и благовония в каменной ступке, хруст фимиама, безжалостно раздавленного рукой ведьмы, на мгновенье приковал к себе внимание слизеринца.
- Принципы? - не сразу понял он. – О, Мерлин, Грейнджер!
Она закончила с измельчением и стала тонкой струйкой вливать масло в порошок.
- Я говорю о последствиях для тебя!
- Каких?!
- Думаешь, я сейчас преподнесу тебе на блюдечке все древние знания нашего рода?
- Меня сейчас стошнит от этой чистокровной драмы, - девушка с таким ожесточением размешивала масло с порошком, что практически сбила его в густую пену.
- Ты с упрямством ребенка вскрываешь закрытую банку с ядом в надежде найти там шоколадное печенье, - с горечью сказал он и повернул к себе книгу. - Как хочешь, мои варианты всё равно закончились тогда, когда ты решила в очередной раз всунуть свой нос не в свое дело.
В этот момент изображения в книге начали излучать лёгкий золотистый свет.
Неизвестно, что поменялось в душе и мыслях Малфоя, но он притих, затем спокойно произнёс:
- Ритуал потребует разных магических обрядов в течении десяти ночей с момента моего возвращения в тело. Ты к этому готова?
Гермиона кивнула, хотя с ужасом подумала о том, как будет объяснять Гарри необходимость продления своей работы в мэноре.
- «Исида покрыла тело Осириса божественным елеем», - Драко скосил взгляд на гриффиндорку, продолжавшую взбивать масло с порошком из трав и благовоний. Её щёки едва заметно вспыхнули. – Елеем, а не кремом, Грейнджер.
- С таким настроением, как у нас, всё равно ничего не получится, - ответила она.
- Получится, - слишком уверенно произнёс он. А после добавил: - К несчастью для тебя.
Она скривилась, изображая отвращение к его словам.
Он вышел на центр кромлеха, расстегнул рубашку, снял её и с удивлением осмотрел. Гермиона наблюдала за ним, ощущая нарастающие смущение и неуверенность. Не узнав предмет гардероба, Драко отбросил рубашку на траву и обернулся к девушке.
- Если тебя кто-то подбил участвовать в этом, то с таким же успехом он мог бросить тебя под поезд. А если ты действительно влезла сама, по своей известной гриффиндорской тупости, то я в последний раз тебя предупреждаю, - Малфой сделал паузу, дав ей возможность ответить, но она не ответила.
Гермиона втянула носом воздух, взяла каменную чашу и подошла к нему. Он посмотрел на гриффиндорку.
- Я обязан был предупредить. Таков магический контракт.
— Это самое заманчивое предупреждение из всех, что я слышала, Малфой. Теперь я точно не в силах устоять перед ним.
Его губы дрогнули в желании улыбнуться, но Драко быстро подавил в себе эту эмоцию.
- Через десять ночей я буду рад увидеть твою реакцию, когда ты поймёшь, чем занималась всё это время.
Гермиона опустила пальцы в масло и положила ладонь на его грудь, провела по ней и с ужасом одёрнула руку. Малфой был холодный. Такой, каким она ощущала его в своих снах, а ещё таким, каким она помнила его в гробу, когда дотронулась до его лица, ища признаки вампиризма. Её резкое действие вызвало выражение растерянности на его лице.
- Что не так? – спросил он.
Гермиона отступила на шаг, стараясь скрыть испуг, прикасаться к нему было жутко. Она скользнула по Драко взглядом, стараясь понять его природу. Может ей просто показалось? Девушка повторно опустила пальцы в масло.
- Почему у тебя руки дрожат? – опять задал вопрос он.
Гермиона вернула ладонь на прежнее место и вновь ощутила холод. На этот раз она продлила прикосновение, сместившись в область сердца и замерев там. Тело его было мягким и приятным на ощупь, но кожа настолько ледяной, словно только что с мороза.
Как она и ожидала, грудь Драко отвечала ей полным молчанием. Ни единого удара сердца, ни малейшей пульсации. Но ведь он дышал…
- Тебя пугают шрамы? – Малфой продолжал теряться в догадках, видя её замешательство.
Только после его слов Гермиона посмотрела внимательно на его тело и поняла, что вчерашние розовые полоски, оставленные навечно, выглядели теперь бледными и едва заметными глазу, словно обескровленными.
- Просто вчера ты был…
Горячий?
Живой?
- Какой? – уточнил он.
- Тёплый, - ответила она коротко.
Правда её воспоминания касались другого пространства, не материального.
Драко вдруг поднял руку и немного оттянул горловину кофты Гермионы, разглядывая синяки. От прикосновения холодных пальцев девушка вздрогнула.
- Может расскажешь мне о вчерашней ночи, Грейнджер? Она начинает меня волновать.
Гермиона сняла с себя его ладонь, заодно нанеся на неё масло, надо было продолжать обряд.
- Ты был сам не свой.
- А сейчас?
А сейчас кровь стучала у неё в висках от страха и смущения. Происходящее теряло ясность, пока руки Гермионы скользили по его предплечьям, плоскому животу, поднимались вверх к ключицам, ложились на плечи и спину, гладили шею. Пальцы девушки прошлись по скулам парня и наконец легли на губы. Вновь ощущения из склепа настигли её и Гермиона рывком убрала ладони.
Малфой облизнул губы и скривился от привкуса масла. Он забрал у неё ступку с елеем и направился к книге, попутно нанося себе смесь на лицо и волосы.
- Ты боишься трогать меня, - мрачно заключил он.
- Извини, - виновато сказала девушка. – Это из-за того, что я видела тебя…
- Мёртвым? – догадался Малфой. Он изучил инструкцию и прикинул хватит ли ему масла. – Кошмарное, должно быть, зрелище. Еще и в этой дурацкой одежде, - с грустной усмешкой добавил он.
- Прости, - тихо выдохнула Гермиона и подошла к нему, пытаясь забрать ступку и продолжить наносить смесь, но слизеринец поднял её вверх, не желая отдавать.
- Дальше я сам справлюсь.
- Но там написано…
- Грейнджер, ты хочешь узнать, что надето на мне под этими брюками?
- Думаешь, это остроумно? – с укором произнесла Гермиона.
- Нет, но забавно наблюдать за тобой. Дрожишь, как чёртов чихуахуа.
- Да, Малфой, я вижу, что ты вернулся, - раздражённо ответила Гермиона.
Сказав это, она вдруг ощутила знакомое тепло на губах, признак того, что кровь вновь пошла носом. Но не успела девушка проверить своё предположение, как его ладонь приблизилась к её лицу, пальцы легли на подбородок и одним движением над верхней губой Драко утёр тёплую каплю. На его большом пальце осталось карминно-красное пятно.
- Тебе, наверное, пора уходить, - произнёс он, с острым интересом рассматривая его.
Книга с хлопком закрылась.
Гермиона согласно кивнула.
- Завтра я вернусь. Надеюсь, пустые разговоры больше не отнимут столько времени.
Он смотрел на неё исподлобья, помешивая испачканным пальцем масло в ступке.
- Надеюсь, что завтра ты не явишься с Поттером и Уизли.
Гермиона практически взвыла от негодования.
- Ради всего святого! Ты можешь воспринимать меня отдельно от них, Малфой?
Он пожал плечами.
Девушка сокрушённо покачала головой, убрала книгу в сумку и ушла.
***</p>
В её мире начался дождь. Он монотонно барабанил по листьям в синих предрассветных сумерках. Гермиона была удивлена, что время внутри кромлеха ощущалось иначе. Девушка поправила сумку на своём плече и уловила лёгкий аромат трав, смешанных с маслом, исходивший от её ладоней. Она приложила их к лицу и глубоко вдохнула запах. Тут же осознала чудовищность происходящего, отняла руки и, вцепившись в шлейку сумки, побежала по извилистой тропинке к дубовой роще. Уже обогнув береговую линию озера, Гермиона увидела впереди Малфой мэнор. Тонкий голубой дымок поднимался над домом из трубы.
* Осирис и Исида – боги древнего Египта, относящиеся к Мифологическому периоду царствования.
** «Империус» - одно из трёх «Непростительных заклятий», применение его к человеку карается заключением в Азкабан. Полностью подчиняет человека воле наложившего это заклятие волшебника.
*** «Акцио» - манящие чары.