Часть 5 (2/2)

Подначивать — да, а вот вызывать негатив, настоящее усталое раздражение — нет. Уже нет.

Откуда что взялось, верно?

На выделенный Старком этаж ехали молча. Брок даже не пошутил про последнюю ночь и не озвучил грандиозные планы на нее. Роджерс был задумчив, и его состояние отчего-то передалось Броку.

Интересно, у сиамских близнецов с общим кровотоком эмоции тоже общие? Ну всякие там гормоны и прочее?

— Я не договариваюсь с террористами, — едва за ними закрылись блестящие двери понтового, как сам Старк, лифта, вслух произнес Роджерс. — Но сейчас на карту поставлено слишком многое. Поэтому я тебя предупреждаю. Без глупостей, Рамлоу. Тут везде камеры. Сбежать не получится.

О том, что они, эти камеры, могут записать, дорвись Брок до чудесной роджерсовской задницы, он говорить не стал. Видимо, чтобы не подавать идей. Вроде тех, которые ”Не сморкайтесь в занавески” и прочее.

Сбежать Брок бы и не смог, они оба это знали.

”Барнс скорее всего подался в Европу”, — сказал вдруг Брок.

Наверное, он подумал ”вслух”, черт его знает как сказать в их ситуации. Чуть более вслух, чем собирался? Он даже не вполне был уверен, нарочно или нет. Но Роджерс услышал. Брок всеми остатками себя почувствовал, как нахмурились у него брови.

Сложно было не заметить, что чем дальше, тем более размытой становилась между ними граница.

И это его пугает — осознал вдруг Брок. И понял, что Роджерс тоже понял это. Сразу. Фоном, по эмоциям.

Вся эта лажа заходила слишком далеко. Роджерс разъедал Брока, как ржавчина незащищенный от коррозии металл. Еще неделя-другая, и личность Брока Рамлоу исчезнет. Перестанет быть сама по себе.

— Завтра, — произнес Роджерс. — А сегодня спать.

Брок понял его прекрасно. Все, что тот не произнес вслух, но дал почувствовать внутри.

Завтра все закончится.

Завтра расскажешь про Барнса, если тебе будет чем.

Завтра ты будешь отдельно, а сегодня давай не усугублять.

Когда Роджерс вырубился, Брок достал его блокнот для набросков и принялся писать.

Не усугублять можно было по-разному.