Глава 6. Хорошие дети плачут молча (2) (2/2)

— Заткнись уже, а?

Сопартийники, потянувшиеся после побудки в душевую, заглядывают с интересом, но ничего не спрашивают. А Дьюк — ничего не может с собой поделать — улыбается.

***</p>

Хайдигер смотрит на Дьюка как на психа, с явным подозрением, не шутка ли это.

— С кем ты хочешь ходить в связке?

— С Доберманом, — покладисто повторяет Дьюк. С хозяевами нельзя терять терпения. Иногда им трудно понять самые простые вещи. По мнению Дьюка все элементарно, как дважды два, настолько, что даже другой причины даже выдумывать незачем, — из ваших никто не захочет брать его в связку. Нашу команду хозяин выставляет на продажу. Я хотел бы попасть к вам и ходить с Доберманом.

— Никто не хочет, а ты значит, сам вызвался, — холодно уточняет Хайдигер, — думаешь, он — надежное прикрытие?

— Нет, конечно, — Дьюку сложно объяснять, обычно он предпочитает помалкивать. А Хайдигер спрашивает вещи, которые, к тому же, и сам знает не хуже Дьюка, — это же Доберман. Он всегда такой. Ваши спят и видят, как от него отделаться. Все уже знают, что Доберман теперь ваш. А мы с ним вместе с самого начала. Если его убьют, потому что никто не прикрыл, разве вам не будет жаль? Даже если он вам больше не нужен. Если даже вы с ним больше не…

— Хватит! Мне плевать на Добермана, — резко обрывает Хайдигер, — это мой гладиатор, и я буду делать с ним, что захочу. Свободен. Больше чтоб я тебя не видел.

Дьюк выходит, осторожно прикрыв за собой дверь. И уже в коридоре выдыхает, уверенный, что все получилось.

***</p>

— Он убил его, — говорит Хайен, — просто взял и убил.

Дьюк обходит новенький «титан», осматривает со всех сторон, задрав голову.

— Тебе жаль?

— Да. А тебе нет? — у Хайена вырывается нервный смешок, — я думал, вы за Сову Добермана сами убьете.

— Нет. Ты же не убил, — хромированный корпус «титана» блестит на солнце. Дьюк восхищенно цокает языком и идет в угол мастерской за лестницей, — Сова с Доберманом лаялись каждый день. Но до драки у них никогда не доходило. Если Доберман его убил, значит была причина.

Хайен поджимает губы:

— Ты Добермана спрашивал?

— Нет. Зачем? Я и так знаю, — Дьюк подтаскивает лестницу, останавливается вытереть пот со лба и расстегнуть комбинезон пилота, — скажи сам. Ты же был там и видел все происходящее. Была причина Доберману убить Сову?

Хайен молчит, презрительно кривится, потом нарочито равнодушно роняет:

— Была.

— Ну вот. Тогда зачем спрашивать. Ключ… На шестерку… Не видел?

Хайен протягивает Дьюку разводной ключ со своего верстака и помогает поставить лестницу. Его собственный титан, в «загоне» рядом, уже готов.

— Доберман все равно ублюдок. Ничего не ценит. И сам как зверь. Только за себя. Своих не прикрывает. Команда для него — чушь. К нему спиной нельзя поворачиваться, не то что доверять. Зовет всех куклами и скалится, сука. Есть этому причина?

Дьюк задумывается, чешет руку ключом через плотную ткань комбинезона.

— Есть.