chapter xii. care & not according to plan. (2/2)

— Да, уже отправила преподавателю.

Он подошел к Кингсли, которая стояла у плиты, и обнял со спины, а затем поцеловал её шею.

— Какая же ты у меня молодец. — Прошептал Найл томным голосом, продолжая покрывать её легкими поцелуями. Она еда слышно простонала.

— Что же тебе дали в этой больнице, что ты так… — она не договорила из-за стона, вылетевшего из её рта. Кингсли почувствовала, как мужское достоинство уперлось ей в ягодицы.

— Ничего, я просто добрался до твоего уровня.

— Наконец-то.

Одри выключила плиту, ухмыльнулась, развернулась и коснулась его губ, пока её руки путешествовали по мужскому голому торсу. Найл прижал её к кухонному островку. Кингсли простонала ему в рот. Он ухмыльнулся и переместился на её шею. Хоран знал её тело, как свои пять пальцев. Одри схватилась за его шею и прикрыла глаза. Он оставил засос на бархатистой коже.

— Люблю, когда ты так делаешь… — пролепетала девушка.

— Что? Что я делаю, Одри? — пытливо спросил Найл. Глаза горели синим пламенем.

— Оставляешь свои следы, — прошептала она едва слышно. — Хотя потом приходиться их прятать… Это трудно. — Она говорила обрывисто, пытаясь не застонать.

Найл прижался к ней бедрами, и Кингсли закусила губу до крови, желая почувствовать его в себе. Женские пальцы впились в мускулистую спину. Хоран подхватил Одри на руки и, затягивая её в страстный поцелуй, посадил на стол. Футболка забралась, и мужские губы прижались к твердым соскам, из-за чего она выгибала спину. Одри не хватало времени, чтобы коснуться его везде, где ей хотелось. Когда дело касалась Найла, она не имела ни капли выдержки. Кингсли хотела прочувствовать его полностью.

— Найл, скажи это, скажи… — будто в бреду шептала Одри. Найл понял.

Найл выпрямился, и их глаза встретились.

— Я люблю тебя.

Одри простонала так, будто получила ответы на все вопросы, и раздвинула бедра шире, приглашая мужчину в себя, но он не торопился.

— Ты — мой. — Едва слышно прошептала Кингсли, и Найл оскалился. У неё явно были собственнические замашки, но он не возражал. Одри положила ладони на его щеки, заставляя посмотреть ей в глаза. — Я — твоя?

Вопрос был пропитан отчаянием и едва ощущаемой горечью. Она действительно хотела знать. Казалось, ей это было необходимо. Одри нуждалась в словах, касаниях, действиях, любых проявлениях. И Хоран был готов ей давать это снова и снова, опять и опять.

— Моя, конечно, моя. — Найл с нежной улыбкой расцеловал её лицо и руки. И она расцвела как цветок по утрам. Тихий радостный смех ласкал слух. — Моя любовь.

Хоран начал снимать с неё футболку, когда раздался звонок в дверь. Одри разочарованно вздохнула.

— Черт, — недовольно прошипел Хоран, отрываясь от желанной девушки.

— Кто это может быть?

— Пойду проверю. Не двигайся. Я не закончил. — Он коснулся женской щеки и вылетел из комнаты. Одри рассмеялась.

Найл был возмущен. Его оторвали от его самого любимого занятия, помимо сочинения музыки. Он открыл дверь и испустил вздох.

— Мама? Что ты здесь делаешь? — он был удивлен. Маура не предупредила о своем визите, хотя всегда это делала.

— Привет, Найл. — Она улыбнулась и прошла внутрь. Хоран взял журнал со столика и прикрыл возбужденное место. — Мы с твоим отцом только прилетели, он устал и поехал в отель, знаешь, он плохо переносит полеты, а я решила заскочить перед заселением и узнать, как у моего сына дела после операции. Видно, очень хорошо.

— Прости, я не ожидал тебя увидеть раньше завтрашнего ужина. Где Крис?

— У него дела дома. — Мать поцеловала сына в щеку. — Я рада, что с тобой всё в порядке.

— Найл?! — послышался приближающийся голос. Он выпучил глаза. Столкновение было неизбежно. — Кто пришел?

В коридоре появилась Одри. Её радостное лицо вмиг сменилось на ошарашенное. Она потянула края футболки вниз и на цыпочках подошла к Найлу, который сразу сжал её руку в своей.

— Здравствуйте, — сжавшись всем телом, пролепетала Одри. Она пыталась держать улыбку на лице, будто не была шокирована.

— Здравствуй, — женщина оценивающе оглядела незнакомку. Хоран заметил удивление в глазах матери. Она не ожидала увидеть девушку на лет десять младше её сына. — Я — Маура, мама Найла.

— Одри, очень приятно познакомиться. Найл много о вас рассказывал.

— Мне тоже. — Маура все-таки улыбнулась, но в улыбке не было фальшивости. Пара напротив неё была растеряна.

— Может, хотите чаю или кофе? Вы, наверное, устали после дороги? — любезно предложила Одри.

— Ох, нет, спасибо. Я пожалуй отправлюсь в отель. Ужасно хочется прилечь. Надеюсь, увидеть вас на завтрашнем ужине.

— Конечно, мы не за что такое не пропустим. — Ответил Найл.

— Тогда до встречи.

— До свидания, рада наконец с вами познакомиться.

— До завтра, мама.

Маура мило улыбнулась и покинула квартиру. Дверь закрылась. Одри тут же уткнулась Хорану в грудь.

— Какой кошмар! — вздохнула она.

— Все прошло очень даже хорошо.

— Я не так должна была познакомится с твоей матерью! Я была полуголой, возбужденной, как и ты! Я была в непрезентабельном виде! Боги. Что она подумает? — Найл приподнял её подбородок.

— Ничего плохого. Мы были дома. Вполне нормально было выглядеть так.

— Ты уверен?

— Да. — И Найл на удивление был. Маура не показала ни капли отвращения или неодобрения, по крайней мере он не заметил этого. — Не переживай. Завтра ты убедишься в этом.

— Хорошо.

Одри глубоко вдохнула и выдохнула, держа Найла за руки.

— Теперь мы можем закончить начатое?

— Найл! — она смущенно улыбнулась.

— Ничего не может заглушить мое желание.

Хоран перекинул девушку через плечо и понёс в спальню. Одри рассмеялась, забывая про переживания.

⸻ 𝄞 ⸻</p>

Она собрала маленький чемоданчик и ушла на следующий день.

— Тебе обязательно уходить?

— Ты себя уже хорошо чувствуешь, моя помощь тебе уже не нужна. К тому же, через полтора часа тебе нужно быть на съемках клипа, а мне надо доделать парочку заданий и подготовиться к ужину, все мои платья все ещё у меня в квартире.

Найл смиренно вздохнул и притянул Одри к себе. Она расплылась в улыбке и поцеловала его щеку.

— Увидимся вечером. — Мягко пролепетала Кингсли.

— Я заеду за тобой.

Как только Одри покинула поле зрения Найла, она позволила себе выплеснуть все эмоции наружу. Её сковывал страх. Казалось бы, беспричинный. Маура спокойно отреагировала, увидев её рядом с сыном. Но голоса в голове нашептывали о том, что она могла просто хорошо притворяться.

Шагая по улице, укутавшись в теплый шарф, девушка вспоминала все свои достоинства, мысленно составляя список, доказывающий, что она — прекрасная партия. Одри сделала глубокие вдох и выдох, она справиться.

Написав доклад, убравшись в квартире, приняв тринадцатилетнюю девочку по имени Лили, которая нуждалась в помощи с алгеброй, и умывшись, Одри встала перед выбором, точнее, перед гардеробом. Она не желала выглядеть слишком пафосно сегодняшним вечером и сказала что-то более скромное на вешалках и полках. Выбор пал на простое бордовое платье с короткими рукавами. Волосы она решила выпрямить. Все должно было выглядеть аккуратно, стильно, но не броско. Таких правил обычно придерживалась её мать, чему и научила Одри.

Найл заехал за ней в семь и, как обычно, усыпал её комплиментами. Одри смутилась. Тревога отошла на второй план на какое-то время. Но чем ближе они подъезжали к отелю, в ресторане которого они собирались ужинать, Кингсли больше затихала, и улыбка спадала с её лица. Вряд ли Найл её бросит, если она не понравится его родителям, но все же получить одобрение было бы приятно.

— Не волнуйся, — прошептал Хоран, взял руку девушки и поцеловал тыльную сторону прежде чем зайти в ресторан.

Они слишком быстро миновали главный зал, по мнению Одри, и очутились в небольшом огороженном пространстве. За столом уже сидели Маура и Боб и мило что-то обсуждали. Она не ожидала такого спокойного поведения от разведенной пары. Родители Найла тут же обратили на пришедших внимание. Его отец удивлённо уставился на неё, открыл и сразу же закрыл рот, а потом хитро уставился на своего сына. Маура же просто улыбалась. Они поздоровались. Женщина тут же вскочила и обняла сына. Вчера ей не представилась такая возможность. Затем она легонько провела рукой по плечу девушки, не стесняясь, рассматривая её.

— Рада тебя видеть, Одри. — Пролепетала она нежным голосом.

— Мне тоже.

— Познакомься с моим бывшим мужем, — она оглянулась на мужчину, обнимающего Найла. — Боб, иди сюда и познакомься с девушкой нашего сына. — Одри раскраснелась, надеяться, что приглушенный свет оставит это незамеченным.

— Бобби, — уже седовласый мужчина протянул ей руку.

— Очень приятно, Одри, — все ещё улыбаясь не очень уж натурально, девушка пожала ему руку. Найл внимательно наблюдал за Одри, следя за её состоянием.

Они уселись за стол, и вскоре пришел официант. Девушка решила не пить, как и её спутник, все-таки ему нужно было вести машину после ужина.

— Расскажи нам немного о себе. Найл отказался нам поведать, — заговорила Маура. Одри сглотнула ком в горле и собралась, сминая салфетку на коленях.

— Я переехала сюда только в прошлом году, поступила на магистратуру в университете Лондона. До этого получила бакалавр в Кембридже. — Кингсли решила зайти с козырей.

— А по какому направлению? — спросил Хоран старший.

— Физика.

Оба родителя вздохнули. Они были весьма приятно удивлены.

— Будешь ученой, значит? — продолжил Боб.

— Да.

— Чудесно. — Он улыбнулся, и Одри облегченно выдохнула. Найл поглядывал на неё с гордостью.

— То есть тебе сейчас двадцать два? — этого вопроса она боялась больше чем огня. Кингсли растерялась, но Найл моментально переплел их пальцы под столом.

— Да, в этом году будет двадцать три.

Она поджала губы и пристально следила за реакцией. Боб лишь улыбнулся и сделал глоток пива, поглядывая на сына, будто знал какую-то занимательную тайну. Мать лишь кивнула сама себе, подтверждая свои догадки. На этом тема о её возрасте была закрыта. Все замолчали. Найл все ещё смотрел на девушку, тогда та выразительно посмотрела на него, а затем на его родителей и сжала мужские пальцы.

— Папа, ты хорошо себя чувствуешь? Мама сказала, ты плохо перенес перелет.

— Как обычно. — Боб усмехнулся. — Все отлично, сынок.

— Как тебе студенческая жизнь? Общежитие? Нам не довелось пройти это с Найлом.

— Я учусь…

— Много, — добавил Найл, перебив её.

— Возможно, в свободное время подрабатываю репетитором, а живу в съемной квартире. С жильем мне помогает отец. — Одри решила промолчать про отсутствие какой-либо студенческой жизни и друзей.

Параллельно Кингсли размышляла о том, все ли сказал, чтобы выставить себя с лучшей стороны. Стоило ли ей говорить, что она из обеспеченной, уважаемой семьи или это можно было принять за хвастовство и задирание носа?

Она промолчала.

— Операция прошла хорошо? Никаких отклонений? — поинтересовалась Маура, на этот раз фокусируясь на сыне.

— Да, все прошло замечательно. Несколько дней после за мной присматривала Одри. — Девушка посмотрела на Хорана и закусила губу, сдерживая широкую улыбку. Она преодолевала трудности не одна.

Принесли блюда, и на некоторое время все затихли. Кингсли стало легче дышать. Кажется, допрос прекратился. После ужина разговоры приобрели более непринужденный характер. Маура рассказывала истории о малыше Найле, пока сам он краснел, а Одри хихикала. Боб часто поглядывал на девушку с ухмылкой, не скрывая этого. Видимо, ему понравился выбор сына. Маура же открылась ей полностью, относилась к ней с добротой, от которой таяло сердце. Одри поняла, почему Найл вырос таким замечательным мужчиной и не могла поверить, что он встречался с ней. Хоран и вовсе перестал скрываться и непроизвольно обнимал девушку.

— Прошу прощения, мне надо отлучиться. — Одри встала из-за стола, Хоран легонько притянул её к себе.

— Все хорошо? — шепотом спросил он, пока родители о чем-то разговаривали.

— Да, — прошептала она и, не удержавшись, чмокнула его в щеку, а затем удалилась.

Найл развернулся к родителям и заметил вопрошающий взгляд матери.

— Она волнуется, мама.

— Не вижу причин. Она — хорошая девушка, немного младше, чем я ожидала, но это не помеха.

— Повезло тебе. — Произнёс свой вердикт его отец, и Найл улыбнулся.

— В ней есть что-то печальное, да? — спросил Найл, видимо, уловил слабый блеск грусти в глазах Кингсли перед тем, как она ушла. Ему нужен был совет, а родителям он доверял.

— А в ком нет? — ответила мать. — Годы группы не прошли для тебя бесследно, не так ли? — Найл кивнул. — Зато как она на тебя смотрит. Не думаю, что я когда-либо смотрела так на кого-либо. — Восхитилась Маура.

— Эй! — воскликнул Боб.

— Не начинай, — пролепетала женщина, и они оба рассмеялись. — Очаровательная девушка, а манеры, походка и осанка, словно у герцогини или принцессы!

— Таковы уж правила её семьи. Мать происходит из знатного рода, отец богат. Очень.

— Она мне ещё больше нравится. — Произнёс Боб.

— Что же ты нас не предупредил? Мы бы оделись пороскошнее. — Воскликнула женщина.

— Перестань, мам. Она не из снобов. Ты же сама видишь.

Одри стало не по себе. Ей понравилась семья Хорана, даже очень. Но такая картина вовсе не была привычной для неё. Перед карими глазами проносились ссоры и молчаливые ужины. Это было непривычно. Слезы встали в глазах, она ненавидела себя за то, что хотела расплакаться в такой замечательный вечер. Почему она всегда хотела все испортить, неужели думала, что не заслужила?

Успокоившись, Одри вернулась к семье. Было уже за девять, поэтому уставшие Маура и Боб, несмотря на свое желание остаться и провести время с сыном и его девушкой больше времени, собрались расходиться по номерам. Одри с улыбкой на лице попрощалась с ними. Напоследок Маура тепло обняла девушку и одарила её не менее теплым взглядом. Проверка была пройдена. У Кингсли не осталось сомнений в симпатии женщины, что несомненно её радовало. К сожалению, перекрыть грусть это не могло.

Она попросила Найла отвезти её домой. Хоран рассказывал о том, что сказали родители, как восхищены они были его девушкой. Это приносило радость, покрытую горьким налетом. Одри смотрела в окно, снега не было, лишь слякоть. Какой была бы она, если бы родилась в похожей семье? Но грех было жаловаться, с самого детства у неё было всё, о чем другие могли только мечтать. Она корила себя, чувствуя, что не отдает должное родителям. Но маленькой девочке все ещё было трудно забыть крики, хлопки дверьми, дрожь и слёзы, что они приносили.

Мужчина хотел остаться с ней, но она не могла позволить ему это сделать.

— Найл, я бы хотела побыть сегодня одна. — Одри поджала губы, она не пыталась скрыть грусть. Он все бы прочитал между строк.

— Хорошо, — его плечи едва заметно опустились. Голубые глаза задавали немой вопрос.

— Со мной все будет в порядке.

— Поцелуешь?

Легкая улыбка расцвела на женском личике.

— Ты бы не ушел отсюда без этого.

Одри взяла его за руки и нежно коснулась губ, прикрывая глаза. На его губах дрогнула почти незаметная улыбка.

— Увидимся.

— Пока, — она коснулась его щеки на прощание и направилась в квартиру, так и не посмотрев, как Найл уезжает.

Сидя на подоконнике, Одри засунула руку в сумку, ища пачку сигарет. Их там не было. Осознание пришло сиюминутно — она не выкурила ни одной, пока была у Найла.

Сменила одну зависимость на другую или больше не нуждалась в этом? Она не заморачивались.

Кингсли нашла пачку, выкурила одну, пока редкие слёзы скатывались по розовым щекам. Не было истерики, сбитого дыхания и трясущихся рук, как и мучающих вопросов «почему я?», «почему со мной?». Принятие и сожаление струились по щекам.

События случаются, солнце садится и снова восходит, жизнь идет дальше.

Одри кивнула, вытирая слёзы, выбросила сигарету, переоделась в пижаму и села за учебник.