Глава 5. Трудности (2/2)
— Что тебе там дали? — спросил старший истребитель, когда они вернулись в комнату.
Ренгоку медленно сел на футон. Тенген поддел сумку и подал ему. В полученном от Шинобу свертке лежал исписанный листок, который Пламенный столп убрал в сторону, пара непрозрачных пузырьков и более крупный пузырек с перестукивающимися друг о друга плотными плодами, хорошо высушенными на вид.
— Я завариваю это в чай, чтобы лучше спать. Думаю, поможет, — Кёджуро все еще смущался и просто протянул прозрачный пузырек.
— Жди меня. Я тебе час назад рис сварил, — Тенген забрал его и вышел из комнаты, провожаемый удивленными янтарными глазами.
***</p>
— Наш демон не только гипнотизер, но и блестящий алкоголик. Мы встретили в баре родственника недавно погибшего мужчины. Он рассказал, что жертвы здесь время от времени происходят. И это почти всегда нетрезвые люди. Та жертва, о которой я говорил, его брат. По официальной версии он получил унылый инсульт, потому и вышел на дорогу. Нельзя отрицать, что инсульт имел место быть, возможно, это следствие укуса демона, — вещал Тенген.
— То есть, мечники, которых сюда посылали, все как один напивались? — спросил Кёджуро.
— В том-то и дело, что не все. Скорее всего, живыми ушли те, кто вообще к алкоголю не притрагивался. Либо демон любит блестяще выпить, либо он настолько слаб, что трезвые люди плохо ведутся на его искусство.
— Скорее первое. Камадо не был пьян.
Тсугуко молча слушали дискуссию своих наставников. В время обеда, который для Ренгоку стал завтраком, столп Звука рассказывал сидящим за столом мечникам о вчерашней вылазке. Сначала они с Зеницу прочесали парк и снова ничего не нашли. Вокруг парка тоже тишь да гладь. Тогда они посетили ближайший бар и узнали, что местное управление поговаривает об ограничении продажи спиртного либо по времени, либо по количеству. Причина: участившиеся жертвы среди нетрезвых людей. Недовольных нашлось поразительно много. Паника охватывала народ, но причиной ее были не жертвы, а грядущий дефицит алкоголя. Многие начали собирать запасы, чем и закапывали сами себя еще быстрее.
— Мы не нашли его следов, — процедил Узуй и едва не ударил кулаком по столику. — Они обязаны быть в городе. Скорее всего, он использует только паутины. Мы пытались их блестяще услышать, но не смогли. Если демон любит пьяных, значит паутины должны быть где-то возле соответствующих заведений, но и там унылая тишина.
Кёджуро положил голову на сложенные в замок руки, обдумывая слова столпа Звука. Выходит, паутину можно понюхать и увидеть, но нельзя услышать? Нелогично.
— Там ничего нет, — сказал он. Рука непроизвольно потянулась к чашке с успокоительным чаем и начала качать ее.
— Почему ты так уверен? Поставь чашку.
— Ты прямо сейчас без особых усилий можешь услышать, как во мне течет кровь. Я не верю, что паутина демона настолько бесшумна. Если она источает запах, значит должна источать и звук. Возможно, это гипнотическое поле только для одного живого существа. Когда Камадо поддался влиянию, я продолжал видеть ее, но со мной ничего не произошло. Кроме того, демон может знать о наших целях и убрать свои ловушки. Маловероятно, но ничего исключать нельзя.
— Ты блестяще прав. К черту эти следы. Отправляемся в лес к тому месту.
— Как будем ловить демона? — Кёджуро наконец поставил чашку.
— На живца, — хитро сказал Тенген.
***</p>
— Почему яяяяя?! — горестно выл Зеницу.
— Блестяще повторяю: Камадо еще не дорос, Ренгоку нельзя, а я буду убивать его. Остался ты. Да не верещи ты так уныло! Мы сделаем вид, что вышли на природу ярко провести время. Твоя задача лишь немного выпить, чтобы тебя почуяли.
— Ренгоку-сан, как нам избежать его сетей? — пока Узуй и Агацума спорили, Танджиро принес наставнику стакан воды для капель.
— Я буду вести вас. Думаю, что, если пить будет только Зеницу, сеть должна быть одна. Нам придется устроить засаду.
«Засаду» решили устроить не очень далеко от места падения Ренгоку с обрыва, чуть дальше от озера. Пришли незадолго до заката, выбрали небольшую вытоптанную поляну. Кажется, народ любил отдохнуть здесь время от времени, что было мечникам очень на руку. Демон должен знать это место.
Младшим мечника выдали спецзадание – копать яму под костер. Под нытье Зеницу яму вырыли около полутора метров в диаметре и сантиметров тридцать глубиной. Наставники углубились в сосняк в поисках валежника, желательно на всю ночь. Вокруг тщательно расчистили землю от горючей хвои и сухой травы. Вскоре в небо бил столп огня, согревающий четырех охотников от ночной прохлады. А прохлада от озера тянулась значительная, хотя оно было довольно далеко.
Солнце скрылось, сквозь дым в небе замерцали звезды. Зеницу сделал глоток из деревянного стаканчика, который захватил специально, и горестно вздохнул. Узуй взял на себя ответственность аккуратно напоить мечника дыхания Грома и снова подлил ему саке. Камадо со своим наставником сидели чуть поодаль, поглядывая на «живца».
— Вы что-нибудь видите? — шепотом спросил юный мечник.
Кёджуро отрицательно покачал головой. Он периодически оглядывался, но никакого мерцания не было. От скуки мечник протянул руку вперед, так близко к огню, что Танджиро испуганно вскрикнул. Но рука выглядела абсолютно нормально, не было ни ожогов, ни красноты.
— Все в порядке, мальчик мой. Я могу выдерживать небольшой жар, — улыбнулся Ренгоку.
Чтобы скоротать время и не выглядеть «подозрительно в глазах демона», Узуй начал болтать все, что приходило ему на ум. Ренгоку легко поддерживал этот диалог ни о чем, не отрывая цепкого взгляда от огня. Танджиро молча слушал их, а Зеницу, периодически икая и морщась, попивал алкоголь. Пока он не захмелел достаточно, столпы успели обсудить поражения Тенгена в и-го, звезды на небе, двинутого Шинадзугаву, вырез униформы Канроджи и мир без демонов.
Время от времени столп Звука задавал Кёджуро весьма странные вопросы в духе «заказывал ли ты хоть раз самую дорогую ойран?» или «видел, как Томиока улыбается?». Камадо поначалу не понял, но потом сообразил, что положительные ответы на них имели бы только одно значение. Таким странным условным шифром Тенген узнавал о присутствии чего-то подозрительного. Танджиро старательно принюхивался, но тоже безрезультатно. Однако все они чувствовали – сегодня что-то будет. Устав это терпеть, Тенген лихо опрокинул в себя отобранный стаканчик саке и налил половину для Камадо.
— Если наставник не возражает, — уточнил он.
— Ты не обязан, но это может помочь нам сдвинуться с мертвой точки, — прошептал Ренгоку, чуть наклонившись к своему тсугуко.
Танджиро постарался осушить порцию в один глоток и закашлялся. Горло обожгло, больно отдало в нос и глаза. Неужели эти двое способны залить в себя по пол-литра этой гадости? Пламенный столп аккуратно похлопал его по спине. В знак солидарности он даже набрызгал саке себе на одежду в разных местах, чтобы хотя бы пахнуть им.
— С боевым крещением, — усмехнулся Тенген.
Прошло около десяти минут прежде, чем Танджиро повел носом и аккуратно тронул Ренгоку за руку. Тот в свою очередь стрельнул взглядом в Узуя. Хихикая, Пламенный столп и его тсугуко поднялись со своих мест и, покачиваясь, пошли к кустам чуть в стороне от источника запаха. Роль захотевшей уединиться парочки вгоняла Танджиро в краску, но в отблесках костра это было едва ли заметно. Обнимая Ренгоку за талию обеими руками, он тщательно нюхал воздух, виляя на запах в разные стороны. Со стороны – ни дать, ни взять, пьяные любовники.
Наконец, Ренгоку увидел ее. Легкое мерцание между деревьями. Как и было оговорено ранее, он встал в метре от паутины так, чтобы она была прямо у него за спиной. Камадо прижимался к телу столпа, чтобы запах саке от униформы перебивал все остальное, и в то же время чувствовал, как душа поет от радости. Восторг от его положения мешался со страхом перед неизвестным. Он знал, что ловушка демона прямо там, хотя и не мог увидеть ее.
Кёджуро обнял своего тсугуко и начал слегка покачиваться, словно танцуя медленный танец. На самом деле он высматривал вторую ловушку и демона заодно. Тсугуко в его руках таял от каждого движения.
Тенген в это время гладил привалившегося к его плечу Зеницу и концентрировался на слухе. Кёджуро с парнишкой ушли к ловушке. Тенген мысленно попросил Пламенного товарища быть осторожнее. Агацума был вполне боеспособен, но сейчас они тоже играли свою роль. Ждали, когда ловушка позовет их. И она позвала.
Зеницу поднял с плеча голову и через силу очаровательно улыбнулся, давая условный знак. Они поднялись с земли, взялись за руки и стали отходить от костра. Тенген тоже услышал ее. Тихий трепет где-то правее от их направления. Тончайшие струны пели на ветру, завлекая беззащитных жертв. Столп Звука, не теряя вальяжного выражения, напряженно вслушивался. Он знал, что не сможет увидеть сеть, но по звуку старался вырисовать ее вид и положение.
— Не думал, что буду так жалеть, что стал твоим тсугуко, — вдруг холодно сказал Агацума.
— М, чего? Блестяще с ума сошел? — Тенген был ошарашен внезапными словами и развернул к себе блондина.
— Я м-молчал, — растерянно сказал парнишка.
— Узуй! — послышался вдруг крик Ренгоку.
— У вас там все в порядке? — мужчина огляделся, тревога в голосе Пламенного столпа ему совсем не нравилась. — Эй!
— Да с кем ты, черт возьми, гово… ришь… — голос Зеницу понизился и прервался.
Невидимая паутина пела свою песню. Тенген выпустил маленькую руку и сделал медленный шаг в сторону, будто весь свет резко погас, и слух стал его единственным спасением. Где-то впереди жадно разверз свою пасть злосчастный обрыв.
Агацуме было плевать, что его больше никто не держит. Слезы катились по его щекам, ярко преломляя всполохи большого костра. Руки беспомощно протянулись вперед, но уже некому было его защитить. Невидимая паутина пела свою песню.
***</p>
— Тут Зеницу, — вдруг сказал Танджиро, отрываясь от упоения этим танцем.
— Нет, — ответил Кёджуро, но еще раз внимательно осмотрелся. — Никого нет.
— У них что-то случилось.
— Камадо, стой, — наставник сжал чужие плечи, чувствуя, что тсугуко начинает нервничать. — Это может быть провокация, а если это так, там Тенген.
— Я чувствую запах демона, — мечник начисто игнорировал как слова, так и попытки удержать его на месте. — Он идет прямо к ним. Клянусь Вам, Ренгоку-сан, я чувствую его запах.
«Проклятье, ничего не вижу!» - Кёджуро мысленно выругался, не зная, верить словам тсугуко или нет. Танджиро топтался на месте, тянулся в сторону и тревожно озирался. В поле зрения пустота, но что, если поврежденный глаз просто подставляет его? И тогда Пламенный столп совершил ошибку.
Левая рука выпустила плечо Камадо и поднялась к лицу, чтобы закрыть левый глаз. Руны за спиной полыхнули, словно пытаясь опалить тело столпа. Чувство, похожее на легкий паралич, проскользнуло по телу сверху вниз. И не иначе, как сейчас, мальчишка рванул в сторону, перпендикулярную той, откуда они пришли. Свободной рукой Ренгоку ухватил ворот клетчатого хаори, но юный мечник благополучно выскользнул из него.
— Камадо, стой!
Кёджуро, не открывая левого глаза, бросился следом. Сейчас ему нужно только полное зрение. Догнать. Остановить, пока он не попал в беду. Демон здесь и сейчас ведет его тсугуко прямо в свои лапы. Их раскусили и переиграли. Хоть бы Тенген и Зеницу были в порядке…
— У вас там все в порядке? Эй! — полный тревоги голос Тенгена прорезал ночь.
Ренгоку успел сделать только несколько широких шагов. Длинные и тонкие, как вязальные спицы, пальцы взметнулись сверху вниз. Кажется, между ними натянуты перепонки. Тонкие ручонки разошлись в стороны, растягивая паутину прямо перед лицом столпа. Руны вспыхнули так ярко, что осветили всю верхнюю часть тела и превратили зрачок в точку. Кёджуро встал, как вкопанный. Чешуйчатые пальцы со знанием дела прицепили паутину к веткам и растянули между двумя деревьями.
— Ну наконец-то, — ярко-синие глаза блеснули в темноте. — Последний готов.
Пламенный столп стоял так, будто его заморозили во времени прямо на бегу, с рукой на лице, широко распахнутым глазом и приоткрытым ртом. Черно-зеленое хаори выскользнуло их руки и бесшумно упало на землю.
Демон болезненно поскреб чешуйчатую кожу мягкими подушечками пальцев. Несколько серебристых пластинок осыпались на траву радужным дождем. От воздуха кожа начала трескаться и кровоточить. За время, что он ждал этих охотников, кожные мешки-резервуары для воды опустели, но никто уже не мог услышать его болезненный скулеж. Нужно добраться до озера. Добыча все равно уже никуда не денется.
Даже если он захочет вдоволь накупаться, наполнить все резервуары до краев и не успеет до рассвета, они все равно никуда не денутся. От солнечного света паутина приобретет новое свойство и приманит их. Липкое покрытие намертво приклеит истребителей и оторвется только вместе с кожей.