Глава 3. Настойчивое знакомство, тревожное любопытство (2/2)

– Как тот, кому доверяют даже такие умные и своевольные создания. Я бы к такому обязательно подошла! Ой, а можно я вас сфотографирую, пока она не улетела?

Эдгар кивнул, но на лице промелькнула какая-то эмоция… Смесь удивления, тревоги и чего-то ещё. Лира слишком суетилась, вынимая телефон, чтобы как следует разглядеть. Может, и вовсе показалось? Если и нет – она всё равно не собиралась настолько наглеть с вопросами. Пока что.

***</p>

Новая неделя проходила спокойно, мирно, окончательно стирая следы тревожного происшествия и погружая в привычную рутину. Хотелось бы так сказать, но душевное равновесие к Лире возвращаться не спешило. Не только из-за новостей, пестревших заголовками о трёх ночных убийствах – хоть и страшно, дело обычное, а главное, произошли они где-то и с кем-то. Волнует больше то, что ближе.

– Ты снова успел поесть раньше? – спросила Лира у Арни во время перерыва.

Они сидели в холле на первом этаже академии. Мимо то и дело сновали спешащие на обед студенты, другие наоборот только пришли и торопились найти место, чтобы разыграться перед занятиями. Мужчина помятой наружности менял афиши на доске объявлений, на соседней банкетке громко обсуждали трудносовместимое с жизнью расписание и беспощадного преподавателя по спецу.

– Да. Позавтракать забыл просто, вот и… Извини.

– Я тебя и не виню, – махнула рукой, открывая свою коробку с картофельным пюре и сырными палочками.

Да, не винит, зато тревожится. С момента возвращения Арни при ней никогда ничего не ел, не считая редких перекусов гематогеном. Арни! Который постоянно таскал что-нибудь из её порции и душу был готов продать за солёные крекеры! Пищевые привычки беспричинно не меняются – за этим могут стоять серьёзные проблемы со здоровьем. А ведь имелись и другие звоночки.

Таким нервным среди людей Арни выглядел только в детстве из-за сильной застенчивости. Теперь снова держался в стороне, старался как можно скорее вынырнуть из толпы. Раньше даже в очень холодном помещении Лира могла схватить его за руки в попытке отогреть собственные пальцы. Сейчас грелка потребовалась бы ему. Закрадывались подозрения, что если измерить давление, там тоже всплывут нетипично низкие значения.

– Беспокоюсь я за тебя. Ты хорошо себя чувствуешь? После возвращения… Твоё поведение изменилось. Может, что-то болит? Почему вернулся на учёбу, если плохо?

– Я в порядке. Сейчас точно. В первые дни ещё не до конца здоров был, да, но сама понимаешь – с некоторыми пропусками потом очень сложно разбираться. Легче умереть, но сделать, чем потом доказать, что ты не дундук.

– Носы поразбиваю тем, кто заставит тебя помирать ради долбанных оценок.

– Лира, а ты точно музыкант, человек искусства и это вот всё?.. – насторожённо уточнил Арни и слегка отодвинулся.

Потому что бить людей она действительно умела – в школьные годы секцию по борьбе они посещали вместе. Как Лира умудрялась совмещать ту с музыкальной школой – вопрос отдельный, а факт оставался фактом: удар у неё поставлен.

– Предлагаешь разбивать сразу о холст, чтобы потом выдать за современное искусство?

– Предлагаю вообще без насилия обойтись.

Лира наигранно вздохнула, картинно закатив глаза, и снова сделала вид, что поверила. Достаточно правдоподобные объяснения унимали тревогу совсем чуть-чуть и ненадолго – до следующей встречи.

– Со мной всё хорошо, честно. А вот ты постарайся ночами не гулять. Понимаю, вас часто задерживают, но всё же.

– Тоже новости прочитал? – Она фыркнула в стаканчик с чаем. – Ничего не обещаю, но постараюсь.

Да, определённо постарается… Но не в эту пятницу, когда на часах девять тридцать, а Лира только выскочила из академии. У ворот попрощалась с живущей в общежитии подругой Евой – скрипачам сегодня тоже не повезло.

Кажется, дирижёр намеревался держать хор на репетиции до последнего. Последнего вдоха. Концерт аж через две недели, можно немного сжалиться! Ладно, на самом деле никто не верил в милость Дреберсона. С ним впору проторчать до момента, когда охрана начнёт выгонять припозднившихся, и то ещё полчаса отвоюет.

В такой час можно и на автобусе проехать, но, глянув на расписание, Лира раздражённо вздохнула – быстрее пешком. Если бы не новости и общее нервное состояние, она бы не переживала о времени. Большую часть пути можно преодолеть вдоль оживлённых и хорошо освещённых дорог, где и людей ещё прилично, дворы тоже не выглядели жутко. Да и вообще, смешно бояться ночи, когда одно из твоих хобби – лазить по заброшкам! Там определённо выше вероятность наткнуться на сомнительных личностей, но разве это останавливало? Вот и сейчас не надо нервно всматриваться в темноту.

Но, говоря о личностях… Лира замедлила шаг. Показалось? Сейчас пакет с котом за раз спутаешь, человека и подавно с расстояния не узнаешь. Да, определённо, поэтому нужно продолжать путь… На улицу, не ведущую к дому. По одной простой причине: туда свернул человек в чёрном. Непонятно, с каких пор все высокие мужчины стали Эдгаром, однако ноги, не принимая доводов разума, несли по следу, пока под удачным стечением фонарей не удалось лучше рассмотреть лицо. На этом сомнения рассеялись, разум оставил попытки обратить на себя внимание, а Лира подбежала к цели.

– Вот так встреча! Какими судьбами?

Недолгое время Эдгар просто смотрел на неё, словно выбирал: отделаться или ответить честно. Тихий вздох ознаменовал победу второго варианта.

– Здесь недалеко можно подняться на крышу. А вот какой судьбой здесь ты – не знаю.

– А я увидела тебя. И раз уж всё так сложилось… Можно с тобой?

Даже тень от шляпы не скрыла немой вопрос во взгляде: «Ты бесстрашная или просто не очень умная?» Вполне справедливый. Не каждому придёт в голову пойти ночью на крышу с едва знакомым человеком. Определённо более сильным и умеющим, на минуточку, хорошо стрелять. Явно имеющим лицензию на оружие и, возможно, сам пистолет в чёрном кейсе.

– Если я помру, мне не придётся дописывать диплом, – пожала плечами Лира.

– Я просто удивлён, насколько ты удачливая, раз ещё жива. Ладно, идём.

Через дорогу располагался жилой комплекс с домами в тридцать пять этажей. Дойдя до второго подъезда, Эдгар набрал код на замке – медленно, словно давай шанс разглядеть и запомнить. Писк. Дверь открылась. Потом на лифте до верха и ещё один пролёт по пожарной лестнице до технического этажа. В конце пути – снова дверь с кодовым замком.

Как только они оказались снаружи, Лира подбежала к ограждению и с восторгом посмотрела на город. Редко когда удавалось посмотреть на огни Небелфлена с такой высоты. Красиво. Когда не видно звёзд, остаётся любоваться светом, созданным людьми. Ни сильный ветер, ни смертельная дальность земли, от которой отделяла не самая надёжная преграда, не портили впечатление. В голове начали складываться ноты, собирая в одну картину и украшая мерцанием свист ветра, приглушённый гул дороги, редкие гудки и вкрапления случайных звуков.

– И часто ты бываешь на крыше? – спросила подошедшего Эдгара.

– Достаточно. Вид хороший и никто не трогает. Обычно.

– Для того, кто бы хотел побыть один, ты слишком плохо стараешься от меня избавиться, – заметила Лира, уткнувшись в заметки в телефоне.

– Арнольд предупредил о твоём упрямстве. Уж проще так, чем препираться.

При упоминании Арни пальцы застыли. Маловероятно, но… Может, Эдгар знает, из-за чего так сильно изменилось поведение друга? Неспроста же продолжает общение.

– Послушай… Понимаю, возможно, направляю вопрос не туда, но… Если кто-то и может знать больше, то ты. Что произошло с Арни в лесу? Почему сейчас он ведёт себя странно?

– Что для тебя странно?

Чувствуя, как снова встрепенулась тревога, Лира перечислила сделанные наблюдения, для убедительности добавив, как обстояли дела непосредственно перед походом. Сначала боялась, что если озвучит мысли, те начнут казаться пустыми домыслами беспокойной барышни, но под конец только убедилась – на такие вещи нельзя закрывать глаза.

– Вот оно как. Понятно, почему ты волнуешься, но это пройдёт. У него было сильное отравление – несколько дней совсем не мог есть и остро реагировал даже на запахи. Возвращение к нормальной пище заняло некоторое время, вероятно, сейчас ему всё ещё сложно из-за неприятных воспоминаний. Среди людей велик шанс нарваться на сильные раздражающие запахи. Про руки не скажу точно, но такое бывает от беспокойства. Просто дай ему время отойти от случившегося.

Звучало убедительно. И хотя прямо сейчас Лира всё равно не сможет отмахнуться от состояния Арни, стало легче поверить, что это пройдёт.

– Чем так за ним наблюдать, о себе бы побеспокоилась и не шастала по темноте.

«И ты туда же?» – недовольно подумала, хмуро утыкаясь в телефон.

– Не то чтобы у меня выбор был. Как отпустили, так и вышла. Да и не так уж темно, сам видишь, сколько света.

– Много. Из-за этого начинаешь верить в безопасность, которой нет. Этот свет только дурачит, но на самом деле ни от чего не спасает. К тому же, мешает привыкнуть к темноте и разглядеть, что за ней.

Лира покосилась на Эдагара. Она тоже иногда так думала, но в этот момент не хотелось соглашаться, будто она снова подросток, на зло маме отмораживающий уши.

– Днём тоже можно погибнуть. Даже проще. Так что же теперь, в вечном страхе жить? Будь то маньяк в темноте, псих на дороге или плохо закреплённый кондиционер – ты всё равно не узнаешь, чего именно стоило сторониться, пока оно не случится. Осторожность осторожностью, а жить тоже нужно. Даже если завтра окажешься в некрологе… Особенно если завтра окажешься в некрологе.

– Ты права. – Он вздохнул, опираясь на ограждение. – Но всё равно постарайся не ходить по пустым улицам за подозрительными людьми.

– Хорошо, буду приходить к тебе сразу на крышу.

Снова вздох. Смиренный, но не такой уж недовольный.