Глава 1. Годовщина Лили. (2/2)

По крайней мере, это то, что я услышала от нее сегодня утром, когда вошла к ней в кабинет и объявила о своих скромных надеждах на продвижение по карьерной лестнице и должности

стажера медийной службы в новом отделе.

Я моргаю, пока вокруг Арманды суетятся ее помощницы и ассистентки: накладывают ей макияж, раскладывают папки и документы, уточняют о температуре молока для кофе. Это

единственное время, когда она согласилась меня принять, потому что потом ее ждет «настоящая работа».

— Но у меня есть образование, мадам Бежар, — я изо всех сил стараюсь не звучать как маленький ребенок, которому не разрешают еще пятнадцать минут посмотреть мультики.

— Прекрасно, — ее голос говорит об обратном. — Но этого недостаточно, чтобы получить такую работу в нашем журнале, дорогая. Алекса, скажи, милая, кто учил тебя заваривать кофе? Эльфы?

Алекса мигом исчезает с чашкой, бросив на меня убийственный взгляд.

— Хочешь проявить себя? Попроси у Мэтта больше съемок. И кстати, — на этот раз она выпрямляется в кресле и, жестом отогнав визажистку, смотрит на меня с безразличием, —

выглядишь ты неважно. Как прошла вчерашняя встреча?

Я вздыхаю. Это максимум, на что я способна по мнению Арманды: выискивать слабые места у конкурентов журнала, следя за тем, чтобы они выпили как можно больше шампанского, а затем, в попытках впечатлить меня и затащить в постель, выбалтывали все секреты

редакции. Я что-то вроде делового эскорта (ненавижу это слово и никому не позволяю себя так называть, но к чему эти условности, когда ведешь внутренний диалог, не так ли?).

Итак, я создаю атмосферу непринужденности и праздника: все становятся сговорчивее, когда комната набита моделями в платьях с вырезом на спине; все надеются, что, чем быстрее будут улажены рабочие моменты, тем быстрее можно попытать счастья и поменять вырез и спину местами.

— Вот, — я кладу отчет, который набросала сегодня утром по пути на работу, на край стола.— Как обычно.

— Отлично, Поттер. Можешь идти. — На этом разговор окончен, и я покидаю помещение. По пути я пересекаюсь с идущим к жене Романом, и он подмигивает мне, но я ничего не отвечаю, пулей залетая в кабинет Мэтта.

— Ведьма не в духе? — он ухмыляется, не отрывая взгляда от фотографий моделей, разложенных перед ним.

— Невыносимо, — я падаю на стул рядом с его столом. — Она ненавидит меня, не иначе. Я готова работать на самой низшей должности, куда берут кого попало, но она…

— Что ты хотела, милая? — Мэтт смеется. — Красивая и умная? Для таких, как Арманда, эти слова не существуют в связке. По ее мнению, ты должна была выбирать, и, судя по всему, —

он кивает на стену, увешанную обложками с моими изображениями в разных образах

и позах, — ты это уже сделала.

— Должен быть какой-то выход, Мэтт, — я даже не пытаюсь скрыть разочарование в голосе. — Это не может продолжаться вечно. Сегодня она сказала, что я плохо выгляжу!

— Отчасти, она права, — он бросает на меня беглый взгляд.

— Да, я спала три часа, — вздыхая, соглашаюсь я.

— Тогда тебе стоит выпить кофе. О, и раз уж ты пойдешь вниз, можешь прихватить мне латте? С пониженным содержанием лактозы в молоке, конечно, — Мэтт ослепительно улыбается, и у меня появляется смутное подозрение, что в этом здании нет ни одного человека, кто был бы готов проникнуться ко мне сочувствием, не говоря уже об уважении.

***</p>

Все остальное время я провожу, инструктируя остальных моделей, помогая стилистам с их обязанностями и сортируя документы для Мэтта. Так проходит любой рабочий день, когда у меня нет съемок. Я не в курсе, знает ли об этом Арманда, или по ее мнению я целый день

крашу ногти, сидя в кресле, пока часы не покажут шесть.

Сегодня мне не хочется возвращаться домой, так что я иду пешком в сторону Триумфальной Арки. Погода отличная, и это немного смягчает мой воинственный настрой. По пути я

останавливаюсь, чтобы выпить кофе на летней террасе, и, когда я сажусь, закуривая сигарету в ожидании официанта, чтобы сделать заказ, мой взгляд привлекает знакомое лицо.

Я несколько раз моргаю, чтобы удостовериться, что это правда и мне не показалось, но человек по-прежнему остается сидеть там где, сидел. Я щурюсь, хотя со зрением у меня

все отлично, и, размышляя о том, является ли это тем, чем кажется, я слышу нетерпеливое покашливание над своей головой.

Это официант, и он явно недоволен тем, что я не сделала заказ в ту же секунду, как он подошел. Я исправляюсь, и прошу кофе с апельсиновым соком и бокал вина, и он, недовольно поведя плечами, уходит, не предложив мне ничего из еды. Во Франции персонал

немного отличается от… от нормальных людей, скажем так.

Тем временем, человек, привлекший мое внимание, поворачивается в мою сторону, и, кажется, проделывает все те же манипуляции с глазами, что я минутой ранее. Я не выдерживаю и смеюсь, видя, как он щурится, разглядывая мое лицо. Затем подношу сигарету ко рту, и, сделав затяжку, слегка машу ему одними пальцами, выпуская клубы дыма.

Кто бы мог подумать, что на летней террасе я встречу Скорпиуса Гипериона Малфоя.

Пожалуй, вам стоит знать: за последние шесть лет, как он покинул Великобританию, он открыл квиддитчный клуб на пару с Виктором Крамом, который выиграл один из чемпионатов и числился на хорошем счету в рейтинговых агентствах. Параллельно он сам вел все дела, доставшиеся ему от отца в наследство, и никогда никому не сказал ни единой фразы, которую можно было бы расценивать как комментарий. Не говоря уже о серьезных интервью.

Кажется, он в замешательстве, стоит ли подходить ко мне, но в конце концов, он приближается к моему столу, и, отодвинув соседний стул, садится рядом.

Поверить не могу: Скорпиус Малфой.

— Лили Поттер, — говорит он, и его голос больше не дрожит, не запинается и вообще звучит иначе, чем много лет назад в школе. Почему-то в моей голове всплывает воспоминание, как он выиграл зимний матч, и я первая поздравила его на поле. — Не ожидал тебя здесь увидеть, — вдруг резко говорит он и откидывается на спинку стула назад. Оглядев меня с ног до головы, он улыбается одним уголком рта.

— Ну, — я пожимаю плечами, оглядывая его в ответ. Он, как всегда, одет отлично: идеально

скроенная рубашка и брюки, но не вычурные, а вполне уместные даже в дурацком туристическом кафе недалеко от Елисейских Полей. Его лицо изменилось, став как-то старше, но в основном это был все тот же Скорпиус Малфой, чью внешность сложно спутать с кем-то еще.

Он никогда мне не нравился, но глупо отрицать, что он по-своему хорош. Конечно, не так, как холеный Герберт или (убейте меня за то, что я сейчас скажу) мужественно-сексуальный Ал. Скорее, в нем было что-то от красоты, которую Мэтт, сиди он сейчас рядом со мной, назвал бы детской.

Он был смазливым, Лили. Называй вещи своими именами.

— Так… — кажется, он и правда мало с кем общался, потому что выглядит так, будто с каждым словом кто-то под столом бьет его под дых. — Как поживаешь?

— Отлично, — я отвечаю быстро и замолкаю, наслаждаясь его замешательством. Официант опускает передо мной поднос с заказом и спрашивает Скорпиуса, нужно ли ему что-то. Он отрешенно качает головой, но затем, словно вспомнив о чем-то, заказывает кофе и вино,

такие же, как у мадам (то есть у меня). — Работаю моделью, если ты об этом.

— Ого, — теперь он выглядит заинтересованным. — Я думал, ты станешь…

— Кем-то посерьезнее? — хоть мне и плевать на Малфоя, это слегка задевает. В конце концов, он человек, которого я знаю дольше всех в этом городе, поэтому его разочарование немного, но беспокоит меня. И, судя по его секундному замешательству, я права.

— Да, — вдруг говорит он, справившись с собой и вновь прямо глядя на меня. — Кем-то посерьезнее, точно.

Мы молчим, и мне хочется вылить кофе ему на рубашку. В конце концов, я пожимаю плечами и смотрю в сторону. Вот так. Мы не виделись лет семь, наверное, а он просто оскорбил меня

и теперь молчит, сидя рядом.

— Извини, — запоздало говорит он, вовсе не имея это в виду, и все так же глядя на меня. —Все еще куришь?

— Мне двадцать два, — отрывисто говорю я.

— Просто хотел заполнить паузу, — он вдруг ухмыляется. — Знаешь, это не совсем в твоем стиле. Я имею в виду, ты выглядишь странно… с этим.

Да уж, в этом парне я уже с трудом могу узнать Скорпиуса Малфоя. Затем он достает пачку таких же сигарет как у меня, и жестом просит зажигалку и проходящего мимо официанта. С ним он общается куда любезнее, чем со мной.

— Ну, значит, ты модель. И какие планы?

— Ну, значит, ты полный засранец. И какие планы?

Он смеется и делает несколько затяжек, прежде чем ответить.

— Прости, Поттер, просто я все еще вижу в тебе ту занозу в заднице, которой ты была в школе. Сложно упустить шанс подколоть тебя…

— Может, просто снова сотрешь мне память? — я не хотела это говорить, потому что этот вечер из нашего общего прошлого не самый приятный совместный эпизод. Но, судя по Скорпиусу, он ожидал чего-то подобного.

— Как ты узнала? — он стряхивает пепел в мою пустую чашку.

— Целитель, — я отодвигаю ее от него. Это так странно: мы провели вместе десять минут, а уже пререкаемся и спорим друг с другом. Вот что значит встретить кого-то, кого ты по-настоящему знаешь.

— Проблемы со здоровьем? — он опять ухмыляется. — Могу подсказать контакты. Если, конечно, это то, о чем я думаю.

— Мне кажется, тебе лучше уйти, — вдруг выпаливаю я, сама удивившись своей резкости. Он секунду-другую смотрит на меня, прежде чем кивнуть и подняться.

Я несколько минут смотрю перед собой, восстанавливая дыхание. Вино так и осталось нетронутым, когда я ловлю официанта, чтобы попросить счет и уйти. Но вместо того, чтобы принести мне чек, он раздраженно и удивленно отвечает, что мой счет уже оплачен, и, смерив меня презрительным взглядом (наглый мелкий уродец), убегает к другим

посетителям.

Вероятно, Скорпиус Малфой оплатил его. Ну и отлично.

Я ловлю такси, и, завалившись на заднее сиденье, заканчиваю этот день так же, как и начала.