3. (2/2)

Антон не реагирует и делает вид, что поглощен физикой. Справа на стол опускается ладонь Арсения, а сам он встает за спиной и наклоняется. Антон задерживает вдох и покрепче сжимает скользкую ручку. Оставшиеся в голове формулы вылетают из нее со свистом.

— Как дела? — Невозмутимо спрашивает хриплый Арсений прямо на ухо, вызывая мурашки. Антон готов согласиться задуматься о своей ориентации и предоставить доказательства правдивости всех суждений про гормоны. — Это что, физика?

— Ага, физика, — Антон облизывает губы. — А ты чего подкрадываешься?

— Не хотел помешать, — Арсений наклоняется еще ниже, так что скукожившийся Антон чувствует его тепло. — Но если тебе нужна помощь, я неплохо разбираюсь в физике. Что сейчас проходите?

— Колебания и волны, — Антон тычет ручкой в сторону учебника. Арсений тянется к книге, а Антон, почувствовав прикосновение, вскакивает с табуретки и выбирается из-под чужой руки. Торопится объясниться: — Может, ты тоже чай будешь? Как себя чувствуешь?

— Я подремал, стало лучше, — Арсений улыбается, подтянув свободную табуретку поближе и вглядываясь в учебник. Антон протягивает ему градусник. — А говорил, не хочешь следить.

Антон не отвечает и отворачивается, принимаясь заваривать чай в очередной раз. Краем глаза он следит, как Арсений карандашом что-то пишет в его тетрадке. Надо же, действительно эрудированным оказался. Чайник выключается синхронно с писком градусника.

— Тридцать семь и семь, — отвечает Арсений на вопросительный взгляд Антона, отбрасывая градусник в сторону аптечной коробки. — А ты говорил — врача.

— Посмотрим, что будет завтра. Ты не мог так быстро выздороветь, — Антон ставит на стол чашку для Арсения и садится на свое место. — Решил что-то?

Арсений принимается объяснять задачу. Антон понимает не то чтобы сильно больше, чем самостоятельно, но с физикой у него всегда проблемы были. Самой простой вариант — занести символическую взятку, но на нее у Антона не хватает финансов. С сигарет, может, откладывать? Или презентовать ей симпатичного молодого физика, с которым они сходят на свидание и поговорят о силе трения твердых тел?..

Антон возвращается из мыслей, когда Арсений щелкает у него перед лицом пальцами.

— Ты же меня не слушаешь. Где плаваешь? — Арсений посмеивается и снова кашляет. — Вообще не жалеешь болеющего человека.

— Ты сам предложил, нечего тут стрелки метать, — Антон обиженно морщится и смотрит в тетрадь. — Может, ты просто напишешь мне решение? А я засчитаю как плату за сидельство. И поход в аптеку.

Арсений хмыкает, посмотрев недолгим внимательным взглядом, потом вздыхает и стирает карандаш, принимаясь записывать то же самое, только ручкой. Антон потягивает остывший чай и перебирает таблетки, выщелкивая из блистеров те, которые надо выпить еще раз.

— Если там будет неправильно, я вернусь с жалобами, — комментирует он, наблюдая за стараниями Арсения написать решение хоть немного похожим почерком. Как будто физичке не все равно, в случае сомнений она всегда может к доске вызвать. — А ты откуда физику знаешь?

— Из школы, — Арсений наслаждается, кажется, своей способностью оборвать любопытство. Антон морщится. — Ну, а вообще, и из института потом. У меня работа такая, помнить приходится.

— А кем работаешь? — На ответ глупо надеяться.

— Не помню, как называется моя должность.

— Ты ужасно скрытный, причем вообще не к месту, — Антон недовольно тычет пальцем в теплое арсово плечо и демонстративно выдергивает у него тетрадку, как только он дописывает ответ. — Как будто это важнее, чем то, что я за тобой больным ухаживаю.

— Прости. Привычка такая, — Арсений не выглядит раскаявшимся. И тянется к своей чашке.

Антон собирает рюкзак и подталкивает к Арсению его таблетки. Почему-то никакой уверенности, что он будет пить их завтра, когда останется без надзора. Антону хочется надеяться, что он не станет таким же противным, когда окончательно вырастет.

— Куда хочешь поступать? — Арсений крутит в пальцах последнюю таблетку и смотрит с искренним любопытством.

— Не помню, как программа называется, — язвит в ответ Антон, едва сдержавшись, чтобы не показать язык. Арсений вопреки ожиданиям смеется и легко качает головой.

— Понял, понял. Туше, — он поднимает ладони в примирительном жесте и глотает последнюю таблетку. Антон встает из-за стола. — Уже пойдешь?

Антон думает, что грустные нотки в чужом голосе ему послышались. Кивает и подхватывает со стола свою чашку, чтобы сполоснуть ее. И долго не разворачивается от раковины, спиной чувствуя подошедшего Арсения.

— Зачем ты все время подкрадываешься? Тактильный голод? — Антон упирается руками в столешницу и сдувает со лба челку. Очень хочется покурить.

— Да нет, вроде. И сейчас я не подкрадываюсь, просто жду. — Антон оборачивается. Арсений действительно стоит в паре шагов, но паранойя не отступает. — Тебе некомфортно?

— Нормально, — Антон отмахивается мокрой ладонью и ей же хлопает по карманам кофты, проверяя, не оставил ли где-то телефон и сигареты. — Пойду. И пей таблетки свои…

'… а то получишь по жопе', мрачно подсказывает подсознание. Судя по улыбке Арсения, тот тоже знает продолжение. А потом он вдруг делает сложное выражение лица и быстро уходит с кухни. Антон за ним выползает в коридор и сует ноги в кеды. Пора бы переобуться в теплые носки, а то можно тоже с бронхитом слечь, как некоторые.

— Если хочешь, могу тебе отчитаться, — Арсений возникает неожиданно. И когда он научился так бесшумно передвигаться? Антон поднимает голову, зашнуровав второй кед. — Напишу тебе, что все выпил. Могу с фото.

— Фоток от мужиков мне как раз не хватало, — вздыхает Антон, поднимаясь. Он бесцеремонно заглядывает в чужой телефон, переписывая себе номер, и сбрасывает звонок. — Можешь просто написать, что выпил.

— Хорошо, — Арсений улыбается, откладывает телефон на тумбочку и вдруг делает шаг вперед, сгребая Антона в короткие объятия. — Спасибо тебе за заботу. Что бы без тебя делал.

Антон мямлит что-то невразумительное про доставку, скорую и помощь с физикой. А потом обнимает в ответ, аккуратно уложив руки на теплую широкую спину. Арсений быстро отпускает его, но ощущение прикосновения остается.

Антон выходит в подъезд и быстро сбегает по лестнице, не оглянувшись наверх — хотя и слышит, что дверь Арсений закрывает поздно, когда он оказывается уже между четвертым и третьим. Вечер еще прилично поздний.

В свою квартиру Антон просачивается, не издав ни звука. Планировка у них абсолютно идентичная, и с кухни слышно уставший телевизор и материнский храп, когда Антон проходит по коридору в свою комнату. В туалете шумит смыв, но он успевает щелкнуть замком раньше, чем отец вывалится в коридор.

Антон долго листает вакансии для школьников и объявления о поиске кого-то на подработку — помочь с вещами, с мебелью, убраться на один раз. Наконец родители укладываются у себя, начиная храпеть в унисон, и у него самого глаза тоже закрываются. Антон ставит беззвучный будильник и уже запихивает телефон под подушку, как тот вдруг вибрирует уведомлением:

'Я все выпил. Спокойной ночи)'

Антон фыркает и пихает телефон обратно. Минуту повозившись, пишет короткое пожелание спокойной ночи в ответ.