6. (2/2)
— Я должен помириться с ним… — Ли встает с пола и на ватных ногах подходит к окну, опираясь на раму, — я должен сказать ему… — Минхо не успевает закончить, его тело становится слишком тяжелым, и он чувствует, как падает. Еще секунда и он бы расшиб себе голову, если бы не Чонен, вовремя подхватившая парня. Он вцепляется в нее мертвой хваткой и, словно в бреду, шмыгая носом, не переставая повторяет, — я идиот, идиот, идиот… — Ю осторожно кладет его голову себе на колени и неловко перебирает волосы парня, пока тот болезненно хмурится и поскуливает, словно побитый щенок. Он не вел себя так никогда, даже когда заболевал, поэтому Чонен немного сбита с толку. Минхо все же отключается, но перед этим, пока глаза застилает белесая пелена, произносит, — никаких омег, они и близко не так прекрасны, как он…
Чонен продолжает сидеть в некотором астрале ровно до того момента, пока их не находит Джихе. Она принесла матрас и подушку с покрывалом, но почти все это вывалилось у нее из рук, когда она увидела в каком состоянии находится ее сын. Чонен вздрагивает, когда Джихе кладет свою ладонь ей на плечо и протягивает стакан с водой и таблетку, которые Ю принесла для Минхо. Находясь почти без сознания, Минхо выпивает лекарство и девушки перемещают его на матрас, отодвинув каркас от стула и то, что осталось от небольшого столика, ранее стоящего у окна. Когда Минхо укутывается в покрывало с головой и, наконец, засыпает, Чонен уводит Джихе из комнаты и закрывает дверь.
— Он…
— Мне кажется, он совершает ту же ошибку, что и ты, — перебивает ее Чонен, поворачиваясь к своей омеге. Джихе задерживает дыхание, не в силах выдавить из себя ни слова, — да, я про то, что он связывается с альфой.
— Но они ведь не могут быть истинными? — с надеждой бормочет Пак.
— Кто сказал? — выгнув бровь, вопрошает Чонен, — он альфа-доминант, что уже делает его особенным, почему он не может выбрать себе пару самостоятельно, даже если это не омега?
— Но он…
— Принцесса, — Чонен кладет руки на плечи девушки и чуть сжимает, — тебе давно пора признать, что твой ребенок кардинально отличается от других. Он другой, Джихе.
— Что же нам делать? — ее голос звучит беспомощно, а плечи чуть подрагивают, словно она вот-вот заплачет.
— Принять его таким, какой он есть. И если кто-то из нашего окружения будет возникать по поводу того, что его пара — альфа, я лично сломаю им руки. Он, хоть и балбес, он наш сын.
— Чонен…— Джихе поднимает полные слез глаза на альфу и, хлюпнув носом, бросается к ней в объятия, — я не хочу, чтобы он страдал.
— Минхо? Страдал? — Чонен горько усмехается, поглаживая омегу по волосам, — да я уверена, что он разорвет любого, кто посмеет сказать что-то плохое в адрес Джисона. Он такой дурачок у тебя, — смеется Ю, прижимаясь к Джихе теснее, — ну тише, малыш, все будет хорошо, ладно?
Но когда Джисон говорит, что хочет разорвать все контакты с Минхо и практически исчезнуть из его жизни, Чонен понимает, что черная полоса только-только сместила белую и наступает неминуемым смерчем.