Часть 51 (2/2)
– Слишком уж тебе понравилось её ”резюме”!
– Иветти! — возмутился мужчина.
– Что? Не зря же девушку уволили с двух прошлых мест работы без объяснения причин! Но ты прав, няня нужна, я сейчас занимаюсь её поисками. Но я хотела поговорить с тобой о другом...
— О чём именно?
– Одной моей, ну, скажем так, знакомой очень нужна помощь. У неё совсем нет денег и она живёт почти в трущобах, к тому же, вынуждена помогать своим родственникам материально, в общем, я хочу как-то ей помочь.
— Ты хочешь дать ей денег?— догадался Леонидас.– Я не против, у тебя же есть доступ к счёту, ты могла не спрашивать, тем более по поводу такого дела.
– Дело в том, что у меня она деньги не возьмёт, а вот у тебя может...
– И что это значит?— не понял мужчина.— Почему ты решила, что какая-то незнакомка охотно возьмёт у меня деньги? Кто она такая?
– Тут такое дело,– замялась на мгновение блондинка,— Львеночек, она не незнакомка, ты с ней очень хорошо знаком. Это Далва...
– Далва?!– воскликнул Леонидас.– Где это ты с ней встретилась?
– Я с ней не встречалась, но её видели на пляже Леблон, говорят, она продаёт кокосы в лавке и живёт в местной фавеле. Её никуда не хотят брать на работу, потому что она не поладила с последними хозяевами...
– Этого и стоит ожидать, когда человек хамит работодателям!— кивнул Леонидас.— Я слышал, что её уволили и с другого места работы, мне до этого звонили, чтобы спросить по поводу неё, когда она устраивалась на работу. Тогда я не стал давать ей плохое рекомендации, хотя у меня был такой соблазн, но другие хозяева не были так благосклонны. Я позволял Далве слишком много, потому что она воспитала моих сыновей, но она в ответ решила, что может распоряжаться в моём доме! Теперь она упала с небес на землю и хочет вернуться обратно?— хмыкнул Леонидас, вновь вспоминая последний разговор с Далвой, слова бывшей экономки до сих пор стояли у него в ушах.— Не уверен, что захочу её принять, даже если она придёт и попросит прощения!
— Не совсем так...— вздохнула Иветти.— Ты ведь знаешь Далву и явно получше меня, но она точно не придёт просить взять её обратно. Но нельзя же оставлять её в таком положении... Она столько лет работала на тебя!
— Так ты предлагаешь мне пойти и извиниться перед ней? Может мне ещё умолять эту женщину вернуться на коленях, после того, как она себя вела в моём доме?— вспылил Леонидас, поднимаясь и начиная ходить по комнате. — И речи быть не может, Иветти! Даже если она будет последней служанкой на земле, я скорее сам начну вытирать пыль в доме, чем опять приму её на работу!
– Ну не кричи так! Я же не прошу тебя брать её обратно на прежнюю должность!— попыталась успокоить его женщина.— Достаточно будет просто немного помочь материально, ты же сам сказал, Далва воспитала твоих детей, должна же она получить какое-то вознаграждение! Может подарить ей небольшой домик или квартиру? Чтобы у неё по крайней мере было где жить в Рио!
– Ты себя слышишь? Женщина превысила свои полномочия тысячу раз и была уволена после неоднократных предупреждений, а ты предлагаешь мне за это купить ей дом!— может раньше он бы и согласился на такой вариант, но к этому времени был слишком раздражён, вспоминая все проступки служанки один за другим.— А за свою работу на протяжении всех этих лет она получала жалование и очень неплохое! Я не собираюсь бегать за слугами, которых я же и уволил!
– Как ты можешь быть таким бессердечным?— возмутилась Иветти.— Я знаю, что вы в ссоре, но она же была для вас членом семьи! Нельзя оставить её на произвол судьбы!
— Я всё сказал! — отрезал Леонидас.— Скорее я сойду с ума и перепишу все свои активы на первого встречного бездомного на улице, чем пойду разговаривать с Далвой! И с каких это пор тебя так интересует её судьба? Насколько я помню, она никогда не была о тебе лучшего мнения и совсем не стеснялась говорить об этом всем подряд!
— Я отлично помню, что она обо мне говорила, большое спасибо!— ответила обиженная женщина.— Как помню и то, что до определённого времени тебя совсем не беспокоило, что и кому она говорит! Ты слушал, как она меня оскорбляет, но даже слова против не говорил! А теперь делаешь вид, что сам к этому ни при чём, если она возомнила себя хозяйкой в твоём доме, то только потому, что ты сам ей это позволил!
– Я часто совершаю похожую ошибку!— раздражённо ответил он, запоздало понимая, что именно сказал.— Я не то хотел сказать...
– Ты сказал то, что хотел сказать! Что же, если я тебя так раздражаю, я буду ночевать с дочкой, а утром уеду отсюда! — отрезала Иветти, разворачиваясь, чтобы уйти из комнаты, но мужчина вовремя схватил её за руку и прижал к стене.— Немедленно отпусти меня! Отпусти!
– Нет,— просто ответил он, чем привёл женщину в короткое замешательство и быстро этим воспользовался, накрывая её губы поцелуем.
На этот день спор был забыт.
***</p>
На другой части города Зорайде взволнованно мерила шагами комнату, отведённую им с мужем в доме Мохаммеда. Одетая в ночную сорочку и халат женщина максимально бесшумно пыталась ступать по комнате, чтобы не разбудить ребёнка. Сон покинул обитателей этого дома сегодня ночью, поскольку Латифа так и не появилась дома после дневного скандала, но и поиски не дали никаких результатов. Накануне сид Али вернулся после долгого разговора с женщиной, которая поразила всех, напав с метлой на сида Абдула, заявив, что женщина ничего не знает, однако по взгляду мужа, быстро брошенному в её сторону, она быстро поняла, что на самом деле он знает куда больше, нежели хочет признаться, тогда-то до неё дошло, где именно может скрываться девочка: безусловно, Латифа нашла пристанище именно у Жади, о чём сид Али не стал оповещать Мохаммеда и его родственников по понятным причинам. Сид Абдул этим вечером не переставал возмущаться по поводу современных нравов, всячески критикуя Латифу, что Зорайде не раз хотелось вмешаться.
Признаться откровенно, она испытала тайную радость, когда воинственная женщина по имени дона Жура сделала то, что она сама тайно мечтала сделать, узнав, что патриарх рода Рашид поднял руку на её девочку. Понимая, что Латифа теперь в безопасности, раз находится рядом с Жади, жена шейха Али испытала огромное облегчение, однако тревога всё равно не покидала душу женщины, поскольку она как никто знала, что история далеко не закончилась, да и обстоятельства не располагали к спокойствию, ведь Латифа получила развод и ей предстоит очень трудное время, если Мохаммед вдруг проявит упрямство по наущению родственника и не только расстанется с женой, но и отберёт у бедняжки младенца. Пока никто не знал о беременности Латифы и Зорайде тоже не стремилась делиться своими наблюдениями, чтобы не поднимать ещё больший переполох. Вероятно даже сама девушка могла не догадываться о своём состоянии, тем не менее опытная женщина ещё в первый день их визита заметила, что творится с племянницей.
Женщина искренне жалела девочку, которая оказалась в столь сложном положении. Накануне Латифа поделилась с Зорайде огромной тайной, поведала о своих чувствах к мужчине, который был вовсе не её мужем Мохаммедом. Старшая женщина помнила символы на кофейной гуще, которые столь сильно встревожили её — тогда ещё служанку дома Эль Адиб. И теперь не было смысла отрицать, что судьба шла своим чередом и этот самый Зейн впрямь был предназначен Латифе, их встреча произошла даже без вмешательства Жади, от которого Зорайде в своё время предостерегала девушку, не желая, чтобы с её лёгкой руки был разрушен брак Латифы и Мохаммеда. Едва из уст Жади сорвалось имя Зейна долгие месяцы тому назад, она поняла, как скоро безмятежное незнание в глазах её сестры сменится внутренней тревогой, что однако подарило ей некую особенную красоту, которая есть только у тех, кому открывается таинство любви. И как понять, дар это или проклятие?
О гадании знала сама Зорайде и Жади, которую женщина заставила поклясться молчать, однако Латифу в него никто не посвящал, девочка понятия не имела, какие тайны хранит от неё бывшая няня. Но как она могла открыть правду, если открытие могло внести только больше беспорядка в жизни многих людей? Даже самые нежные и покорные люди, к каким безусловно относилась Латифа, могут порой становиться отчаянными воинами, когда речь идёт о настоящей любви, упрямство, пожар истового чувства окрашивает их внутреннее царство новыми красками, побуждает к действию, потому невозможно предугадать, какие последствия может иметь откровение. Нельзя забывать, что Латифа была кузиной Жади! Зорайде до сих пор не простила себе, что в своё время открыла Жади слишком многое, что побудило сумасбродную страстную натуру девушки действовать вопреки воле родственников в поисках пути к своей любви. Зорайде радовалась счастью Жади и не имела ничего против Лукаса, однако брак молодых людей стал причиной конфликта между дядей и племянницей, которые до сих пор не нашли пути к примирению. Быть может, не знай девочка всю правду, опасения и страхи юной души заставили бы её отступить, со временем она смирилась бы и нашла покой в браке с Саидом, избранным дядей женихом, и сид Али не закрыл бы перед дочерью родного брата двери своего дома, принимая её как самую дорогую гостью. Наблюдая за внутренними сомнениями супруга и бывшего хозяина, которому с ранней юности были отданы её сердце и преданность, Зорайде не могла не чувствовать своей вины.
С другой стороны, могла ли она поступить иначе? Если Аллах захотел по какой-то причине, чтобы Жади и Лукас встретились, поженились, Он же велел в своё время Зорайде изречь те самые пророческие слова, она действовала по Его воле, потому что даже лист с дерева не может упасть без воли Всевышнего, как любил повторять её супруг. Судьба была переписана не без воли Аллаха, Зорайде же стала одним из инструментов для исполнения этой воли,— к этому выводу в итоге пришла верная хранительница тайн племянниц Али Эль Адиба. Пути судьбы неисповедимы, невозможно понять её замыслы, когда ты лишь крохотная пешка на огромной картине мировоздания, потому ей не помешать высшему замыслу. Точно так же, раз судьба решила, что по каким-то причинам Латифе нужно пережить брак с Мохаммедом и пройти через испытания на пути к новому началу, прежде чем погрузиться в безмятежные воды любви, никто не сможет этому помешать, сколько не скрывай правду. Но женщина боялась говорить правду, опасаясь других вопросов, которые могут сорваться с уст жены Мохаммеда. Как было рассказать, какая судьба ждёт первенца Латифы, когда она сама истово молится, чтобы оказалось, что она ошиблась и неверно что-то истолковала?
– Мактуб, так суждено,— бормотала взволнованная Зорайде,— Аллах, защити мою девочку!
– Латифе понадобится защита, потому что все мы переживаем сложное время,— изрёк её муж, появившись в спальне, на его лице пролегли линии усталости и тревоги, что было заметно в свете лампы, когда он укладывался в постель.
— Сид Али, вы меня напугали,— призналась женщина, потому что муж впрямь застал её врасплох; она последовала его примеру и тоже легла в кровать, прежде заглянув в колыбель.— Мы все будем молиться, чтобы Аллах был милостив к Латифе. Бедная девочка! Мохаммед несправедливо обвинил её в том, в чём она не виновата! Разве мог кто-то остановить Лару Назиру, когда она нашла мужчину, который захотел на ней жениться?
– Дона Назира — разрушительная сила, конечно, не в силах Латифы было удержать эту женщину, если она что-то задумала,— признал правоту супруги дядя Латифы.— Я предупреждал Абдула не раз, к чему могут привести его провокации, но он не слушал, а теперь хочет свалить всю вину на мою племянницу! Мохаммед совершил огромную ошибку, слушая своего родственника, потому что Абдул, несмотря на нашу долгую дружбу, человек старых нравов и многого не может понять. Он думает, что мы живём в мире, где ничего не меняется веками, но это неправда, в наше время у женщины тоже спрашивают согласия при вступлении в брак, хотя ещё век назад было достаточно одного слова отца или старшего родственника, чтобы союз считался законным! Нужно было вовремя найти мужа для Доны Назиры! — мужчина мог догадываться, что в этой истории не всё так просто, однако тому не было никаких явных подтверждений, кроме подозрения Мохаммеда.– Я не позволю обвинять Латифу без доказательств, чего бы там ни было, нет никаких доказательств, что она помогала сестре Мохаммеда сбежать! Пусть представят четырёх свидетелей, которые видели мою племянницу, открывающую сейф мужа! Я буду на этом настаивать, если Абдул впредь станет требовать наказания для Латифы!
— Сид Абдул ударил Латифу,– напомнила недовольно Зорайде,— Карима сказала, что она не удержалась на ногах от удара! Как Мохаммед мог позволить своему дяде так действовать?
— Он утверждает, что сам не успел понять, как Абдул уже ударил Латифу, говорит, что не думал, что он действительно сделает нечто подобное. Я склонен верить этому, Зорайде, потому что ранее мой приятель, который может стать бывшим, если продолжит свои провокации, никогда не позволял себе действовать настолько вне очереди! Я сам с трудом поверил в такое!
— Шайтан одурманил сида Абдула!— проворчала женщина.— Наверное, на него так повлиял побег Лары Назиры! Но что же будет с Латифой, сид Али?— она понизила голос.— Она сейчас у Жади?
— Так утверждала Дона Жура, она сказала, что отвела Латифу к её сестре, потому что она была напугана, боялась возвращаться домой!— сид Али вздохнул при мысли, что ему так или иначе придётся столкнуться с племянницей, с которой он не общался долгое время, не считая резкого разговора месяцами ранее, когда Жади позвонила в Фес, опять же, жалуясь, что Мохаммед обижает Латифу, но говорила тогда в основном Жади.— Ты знаешь, где сейчас живут Жади и Лукас?— поинтересовался Али.– Они не переехали из дома её свёкра?
– Насколько я знаю, Жади с мужем и их дочерью живут в доме отца Лукаса, никуда не переезжали. Они купили дом, но впереди очень долгий ремонт, так мне сказала Жади,— рассказала она мужу,— но я никогда не спрашивала точный адрес.
– Я знаю, как его узнать. Завтра утром я поеду в гости к Альбиери, у него должен быть адрес Леонидаса Ферраса.
– Аллах! – Зорайде прижала кончик халата к губам, страх загорелся в глазах марокканки.— Сид Али, вы поедете к этому колдуну?
– Зораайде,— покачал головой её муж,– никакой Альбиери не колдун, он обыкновенный генетик! Никаких колдунов и вовсе не существует, это только выдумки, чтобы нагнать на доверчивых людей побольше страху. Что за суеверия?
— Как его не называйте, по мне это просто современное название колдунов,— проворчала добрая, но суеверная женщина.– Колдуны существует, сид! Но они скрываются за лицами обычных людей... Когда я смотрю на этого доктора, у меня внутри всё переворачивается, застывает от страха. Однажды он ещё откроет своё истинное лицо, помяните моё слово!
– Прекрати, Зорайде,— Али только посмеялся, не принимая всерьёз слова жены, легко поцеловал её в лоб,— давай лучше спать. Завтра будет очень трудный день.
***</p>
Мохаммед тоже не спал в это позднее время. Парень наяривал круги по комнате, готовый выть всякий раз, когда его взгляд падал на какую-то вещь в гостиной, которая так или иначе была связана с Латифой, даже цветы в вазах будто над ним насмехались, потому что были плодами трудов Латифы, ведь его жена часами проводила в своём любимом саду, который она же и хотела разбить на ранее заброшенном участке за домом. Рашид недоумевал, как могло получиться, что недавно такой идеальный брак вдруг разбился на осколки, придя к выводу, что во всём виновата его негодная сестра Назира, но прежде всего — одалиска Жади, ставшая просто таки проклятием для всей их семьи. Именно с подачи одалиски его сестра смогла сбежать, именно она устроила кошмарный бунт, сговорившись с той ужасной женщиной Доной Журой и воспользовавшись связями Феррасов в полиции, в этом он был уверен, как уверен был в том, что земля круглая, а не плоская и стоит на трёх слонах! Не будь он так раздражён последние дни, разве произнёс бы страшные слова, положившие конец их с Латифой браку? И он не стал бы выяснять отношения в присутствии дяди Абдула, который поднял руку на его жену, а до этого невольно подтолкнул к разрыву брака, настаивая не слушать объяснения жены! А ведь сам молодой человек вовсе не собирался разводиться!
– Аллах! — взвыл младший из Рашидов.— Моя козочка может не захотеть ко мне вернуться после того, что сделал дядя Абдул! А всё из-за этой одалиски, да обрушатся все семь небес и лампада прямиком на её голову! Из-за неё я вышел из себя и забыл обо всём на свете! Я бы простил Латифу, даже если она правда помогла Назире сбежать! Но моя сестра и не сбежала бы с бразильцем, если бы не одалиска, которая сначала подала дурной пример, заразила нашу семью своей гнилью, а потом ещё и помогла Назире убежать с этим тренером, будто до этого недостаточно навредила нашей семье до этого, она ещё и разрушила наш с Латифой брак,— бормотал вслух Мохаммед, перебирая в руках чётки.— Все наши ссоры были из-за одалиски Жади! За что Ты послал такое проклятие на наши бедные головы?
Сам того не замечая, Мохаммед очередной раз переложил совершенно всю ответственность на Жади и от этого наконец почувствовал себя хоть немного легче. Молодой человек так задумался, что едва не упал, зацепившись за ковёр, после чего устало рухнул на диван. Взгляд марокканца упал на журналы на столике, верхний из которых на обложке содержал название некого клуба Нефертити.
— Клуб Нефертити, ну конечно,— шептал Рашид сам себе,– там работает одалиска Жади! Наверняка, если мы не смогли найти Латифу, она успела добраться до неё первой и настраивает мою жену против меня! Нет, я не могу этого допустить!
Мохаммед поднялся с дивана и решительно направился к входной двери. Он твёрдо решил, что вопреки всему найдёт одалиску и потребует с неё ответа!
***</p>
– А я вам сотый раз повторяю, сеньор, что Жади сейчас здесь нет,— Бета битый час убеждала Мохаммеда, уже изрядно уставшая от назойливого араба, который её не хотел понимать и гнул свою линию, чего бы она не говорила,— дизайнер не работает в такое время! Жади не будет и в ближайшие два дня, насколько мне известно, потому нет никакого смысла ждать её здесь!
— Тогда дайте мне её телефон!— настаивал Мохаммед.— Вы меня не понимаете! Она сейчас с моей женой, настраивает против меня мою Латифу! Из-за этой одалиски я развёлся с женой, а теперь она наверняка настраивает её против меня! Я много раз говорил жене, что её проклятая сестра разрушает наш брак! Эта,— он с трудом сдержал ругательство,— Жади обязана мне сказать, где моя жена! Я уверен, что она знает! А лучше сразу дайте мне адрес! Я поеду туда и переверну дом вверх дном, но найду свою жену! Или силой узнаю, куда она её спрятала!
— Я очень вам сочувствую, сеньор,— с трудом скрывая сарказм ответила девушка,— но если вас бросила жена, этого недостаточно, чтобы требовать от меня личные контакты наших сотрудников.
— Она меня не бросила!– закричал Мохаммед, готовый рвать на себе волосы.– Она убежала, потому что дядя Абдул решил её побить, он ударил её, она испугалась и убежала, а я не смог её догнать! — в таком состоянии он говорил первое, что приходило в голову, не замечая, как от этих слов расширились глаза сотрудницы клуба.— Мне срочно нужен телефон или адрес Жади, будь неладна эта одалиска!
–У меня нет полномочий разглашать такую информацию, я вам об этом уже говорила. Оставьте свой телефон, а утром я позвоню и сообщу Жади, что вы её искали. Большего я сделать для вас не могу, иначе это будет считаться превышением полномочий,— девушка теперь лишний раз убедилась, что с этим человеком не стоило разговаривать, поскольку он почти признался, что издевался над своей женой, по крайней мере, именно это она услышала и поняла для себя; ей не хотелось дольше оставаться рядом с ним.— Я сожалею, но мне нужно работать. Если вы не хотите оставлять свой телефон, чтобы я позже сообщила Жади про ваш визит, тогда я больше ничего не могу для вас сделать.
– Подождите!– Мохаммед в панике схватил женщину за руку, не отпуская. Сам себе он тихо застонал:— Аллах, что я творю? Я касаюсь посторонней женщины! Какой харам! Если бы дядя Абдул узнал, он заставил бы меня на ней жениться после такого!
— Сеньор, отпустите мою руку, иначе мне придётся вызывать полицию!– настойчиво потребовала администратор. Когда надоедливый посетитель начал бормотать, она тем больше усомнилась, безопасно ли находиться рядом с ним.
– Нет, не надо полицию!– сразу пришёл в ужас Рашид, представляя себе этот кошмар, если его опять арестуют.– Позовите сюда хозяина клуба!
– Сеньор, я думаю вам лучше уйти! Вы явно не в себе! — потеряла терпение Бета.— А теперь отпустите меня!
– Я прошу вас, Зейн должен меня знать!— продолжал настаивать Рашид; хотя они с Зейном никогда не были друзьями, наоборот, Мохаммед часто ужасался, что его брат общается с этим отступником, но теперь он был его единственным шансом добраться до Жади и соответственно до Латифы.– Просто скажите, что пришёл Мохаммед Рашид! Он друг моего брата Саида, он должен меня помнить! Приведите его, я уверен, что он меня поймёт и пойдёт мне навстречу!
— Сеньор, я бы с удовольствием привела нашего владельца, однако его тоже нет на рабочем месте,— Бета наконец вытащила свою руку из хватки марокканца.— Я непременно передам ему, что вы его искали, когда увижу следующий раз.
— О, Аллах,— воскликнул возмущённый до глубины души Мохаммед,— что же у вас за заведение такое, что никого нет на рабочем месте?!
– Сеньор, сейчас два часа ночи,— заметила девушка,— поймите, что я не могу разбудить своего начальника в такое время без веских причин. Я очень сочувствую вашим семейным проблемам, но я верю, что они могут подождать до утра.
– Конечно, извините,— стушевался Мохаммед.
Администратор не стала долго слушать его сбивчивые объяснения, быстро кивнула и растворилась в толпе. Парень даже покраснел, представляя себе, насколько глупо выглядел перед этой женщиной! Как он мог не подумать, что ночью не сможет застать никого на работе? Но Мохаммед и не бывал никогда в такого рода заведениях, чтобы знать, как именно они работают! Впервые за всю свою жизнь он переступил порог такого места исключительно чтобы найти жену, уверенный, что Жади где-то её скрывает. А теперь ему приходится идти домой ни с чем, не получив никакой полезной информации, до сих пор не зная толком, где находится Латифа.
– Простите, сеньор, я сожалею, но не знаю, как вас зовут,— коснулась плеча Мохаммеда неизвестная женщина в костюме цвета фуксии,— я случайно услышала ваш разговор. Вы говорили о Жади Феррас? Той самой девушке, которая работает здесь дизайнером? Жена Лукаса Ферраса?
На самом деле любопытная дамочка была журналисткой, работающей сразу в нескольких изданиях, среди которых были и вполне заслуживающие доверия. Буквально пару дней назад она брала очередное интервью у владельца клуба, который считал юную сотрудницу одним из главных талисманов своего заведения и открыто об этом заявлял. Эта самая Жади по совместительству оказалась женой наследника одного из богатейших людей Бразилии, но кроме того о ней не было известно ничего, кроме восточного происхождения. Она получила сегодня великолепный шанс приоткрыть завесу тайны! К тому же, опытная акула пера быстро вспомнила, где видела этого человека раньше, но и услышала часть его разговора с администратором, предвкушая крайне интересный репортаж.
– О ней, хотя не хотел бы знать её вовек! Она немало беды принесла нашей семье!— признался молодой человек, не думая, что рассказывает незнакомке слишком много.— Меня зовут Мохаммед. А вас?
— Зовите меня Гарсия,— женщина вложила в свой голос максимум сочувствия, улыбаясь явно наивному парню,— знаете, мы в каком-то смысле друзья по несчастью, ведь мне Жади тоже навредила. Я поняла, что вам требуется помощь, когда случайно услышала отрывок нашего разговора... Не подумайте, что я подслушивала или что-то в этом роде...
— Я вовсе не думаю ничего такого, сеньора,— Мохаммед мгновенно попался на удочку журналистки, не подозревая, какие это будет иметь последствия,— я вижу, что вы очень хорошая женщина! Говорите, эта одалиска и вам навредила?
— Простите, как вы сказали?— уточнила Гарсия.— Одалиска? Как в гареме восточных султанов? Почему вы так называете сеньору Феррас?
— Сожалею, сеньора, что произнёс эти слова в вашем присутствии,— смутился младший Рашид,— у нас в Марокко так зовут неприличных женщин, но я не должен был выходить из себя и говорить подобное перед вами, это очень неприлично с моей стороны.
— Да что вы? Неприличных женщин?— якобы удивилась притворщица.— Знаете, нам лучше присесть и поговорить где-то за столиком, если вы конечно не против. Я чувствую, что могу рассказать только вам, как сильно меня обидела сеньора Феррас, потому что мы с вами невольно оказались в одной лодке... Мне жаль, если я неправильно истолковала ваши намерения. Наверное, вы не хотите тратить время на жалобы обиженной плаксивой женщины?
— Что вы, сеньора!– Мохаммед впрямь проникся сочувствием, но и был рад с кем-то поделиться своей злостью на кузину жены.— Я с огромным удовольствием вас выслушаю! Очередной раз я убеждаюсь, что не зря говорил жене, что не нужно общаться с её отвергнутой сестрой, я понял, что она за женщина, когда она бросила моего брата Саида за неделю до свадьбы!
— Какой кошмар,— деланно возмутилась новая знакомая Рашида, на самом деле радуясь лакомым кусочкам информации, включая диктофон и радуясь, что до этого успела сделать фото Мохаммеда, будто предчувствовала, что получит от него нечто особенное.
За следующие полчаса Мохаммед поведал женщине не только своё мнение о Жади и всём семействе Феррас целиком, частью которого она теперь была, но и все тайны собственной семьи, включая не только побег сестры Назиры с тренером Миру, но и неприятную давнюю сцену, когда его брата Саида пришлось ловить в аэропорту с кинжалом, чтобы не дать ему полететь в Рио-де-Жанейро и отомстить любовнику бывшей невесты. Он даже не подозревал, что поймёт свою ошибку очень скоро, когда утренние газеты опубликуют его интервью на первой полосе...