Часть 12 (2/2)

Шэнь Цинцю взмахнул веером и послал вперед поток ци. Пышная зелень словно взорвалась изнутри, отрываясь от каменистой поверхности. Подвижное, гибкое тело стрелой метнулось в траву и исчезло.

— За ним, — коротко скомандовал Шэнь Цинцю и первым бросился по следу.

Теперь темная ци клубилась вокруг, но была слабой и не слишком агрессивной. Едва замечая окружающий пейзаж, Шэнь Цинцю бежал следом за странным демоном, то и дело мелькающим в тенях. Солнца это существо избегало и предпочло улепетывать со всех ног, а не нападать.

Зелень оборвалась у каменистой стены, в теле которой темнел провал пещеры. Демон напоследок мелькнул между крупных камней и исчез во тьме.

По дну пещеры тек небольшой ручей, постепенно расширяясь. Вода едва доставала до щиколотки, но была необыкновенно холодной.

— Может, оставим это странное создание и вернемся? — Му Цинфан зябко поежился и с тоской оглянулся на светлое пятно входа. — Оно не выглядит озлобленным.

— Нельзя упускать такую возможность. Может, сама судьба подталкивает нас к разгадке? — Шэнь Цинцю с отвращением приподнял намокшие полы ханьфу. От бега тело его разогрелось, и холод причинял едва ли не физическую боль. Разгоряченная кожа покрывалась мурашками от прикосновения тонкой ткани.

Целитель тяжело вздохнул и вытянул из ножен меч.

— Здесь не слишком много места для удара, — вполголоса заметил он и побрел вперед. Ручей становился все глубже, и спустя десяток шагов вода поднялась до колен.

— Смотри под ноги и говори тише, — цыкнул Шэнь Цинцю, вглядываясь в глубину.

Демон явно неплохо ощущал себя в воде и вполне мог напасть снизу, а для удара мечом пещера была тесновата.

Впереди забрезжил свет, и узкая пещера раздалась вверх и в стороны, образуя идеально круглый каменный купол. Пол был покрыт слоем воды, а в самом центре оказался крошечный, в два шага островок, освещенный солнечными лучами. Прямо над ним в потолке пещеры оказалось круглое отверстие.

— Какое странное место, — озадаченно проговорил Му Цинфан, не отрывая взгляда от островка, — погоди-ка…

Осторожно ощупывая ногами дно, целитель побрел к центру пещеры. Шэнь Цинцю настороженно огляделся и вдруг ощутил, как тело охватывает странная слабость. Глубоко вдохнув, лорд опустил голову и вцепился в ворот ханьфу; колени сделались ватными, а в ушах тоненько зазвенело.

Му Цинфан тем временем добрался до островка и с сосредоточенным видом рассматривал несколько крошечных блеклых росточков. Тонкие пальцы его замерли в воздухе, словно он никак не решался прикоснуться к загадочному растению.

Дыша глубоко и размеренно, Шэнь Цинцю опустил руку в ледяную воду и отер лицо. Зажмурившись, он смахнул холодные капли и шарахнулся в сторону, ощутив смазанное прикосновение к своей ноге.

Прямо из-под тонкого слоя воды на него смотрело человеческое лицо, бледное и восковое, но определенно живое. Веки медленно поднимались и опускались, светлые глаза смотрели с опаской, плоский нос вовсе не походил на человеческий, безгубый рот казался узкой прорезью.

Привлеченный плеском, Му Цинфан поднял голову и взвился на ноги, поднимая меч. Бледное создание странно повело головой и метнулось к островку, подняв небольшую волну — тело его оказалось похожим на змеиное, только слишком короткое и толстое. Сбоку торчали не то длинные плавники, не то недоразвитые ручки, а чешуя была полупрозрачной, молочного оттенка.

— Оно неопасно, — хрипло бросил Шэнь Цинцю, едва удерживаясь на ногах, — видишь? Но вряд ли что-то сможет нам рассказать. Забрать мы его не сможем, а убивать не за что. Похоже, он долгие годы ютится в этой пещере.

Получеловек-полузмей принялся плавать кругами вокруг островка, изредка поднимая голову над поверхностью и шумно вздыхая. Взгляд его был прикован к блеклым росточкам.

— Боится солнца, — определил Му Цинфан и присел на корточки, с опаской разглядывая демона. — Какой диковинный образец. Он не похож ни на демона, ни на человека. Кажется, его интересует это растение. Похоже, оно многие годы собирало в себе светлую ци и наверняка приобрело необычные свойства.

Шэнь Цинцю побрел к целителю, тяжело загребая воду ногами. Тело стало неповоротливым, но источника странных ощущений лорд никак не мог обнаружить.

— Заберем их и разберемся позже, — нетерпеливо бросил он и потянулся к росткам, подцепляя их вместе с корнями и передавая Му Цинфану.

Полузмей проводил ростки тоскливым взглядом и даже приподнялся. Казалось, его страх перед заклинателями уменьшился, либо же интерес к растению был сильнее любых опасений.

— А с ним что будем делать? — целитель кивнул на облепленную белыми волосами голову, снова приподнявшуюся над водой. Два сияющих голубоватых глаза смотрели на лордов с мольбой и укором.

— А что с ним делать? — пробормотал Шэнь Цинцю. Мысли его вдруг обрели пугающую скорость, и в голове воцарился хаос. Не слишком углубляясь в размышления, лорд Шэнь сунул руку в сумку Му Цинфана и небрежно вырвал один из ростков, уронив его в воду. — Идем. Мне что-то… нехорошо.

Только сейчас заметив состояние Шэнь Цинцю, целитель с тревогой ухватился за его запястье.

Полузмей осторожно схватил блеклый росток, затянув его в щель рта, и без плеска ушел под воду.

Голова у Шэнь Цинцю пошла кругом, и он тяжело оперся на плечо Му Цинфана.

— Говори, что чувствуешь, — напряженно заговорил целитель, сосредоточенно проверяя течение ци в меридианах.

— Жар, все тело горит, — вяло отозвался Шэнь Цинцю. Ему полагалось бы паниковать или гневаться, но все эмоции были слабыми и далекими. — Меня не могли отравить, я не чувствую ядов. Что-то в теле, но… не яд.

Лицо Му Цинфана вдруг переменилось. Засунув меч в ножны, он подхватил заваливающееся тело за талию и бросился прочь из пещеры. Заслышав скрежет зубов, Шэнь Цинцю приоткрыл глаза и мутным взглядом посмотрел на своего спутника:

— Что?

Му Цинфан глухо выругался и прибавил шаг. В голосе его слышалась бессильная ярость.

— Он знал, — прошипел целитель, — знал, что мы не с добром прибыли. Знал, что любые яды мы определим, но все-таки он нас переиграл.

Тело Шэнь Цинцю вдруг прошила судорога — тягучая, темная и знакомая. Дыхание сбилось, и телесные ощущения потянули за собой подзабытые, старательно спрятанные на самом дне памяти воспоминания.

Мерцающие огни свечей, хриплый смех и влажный шепот, огнем горящее тело и жадные прикосновения, неважно чьи. Ненастоящая страсть, текущая по венам.

— Зелье… — губы пересохли и едва подчинялись.

— Держись, — коротко бросил целитель, но оба знали, что слова эти были только утешением.

Тело Шэнь Цинцю так и не смогло избавиться от страшной навязанной зависимости. Сотни опасных зелий, которыми его регулярно опаивали в борделе, сделали свое дело. Только силой собственной воли да длительной медитацией смог он ограничить дикую, наизнанку выворачивающую тягу к зельям. О его неприглядном прошлом ходило много слухов, но никто не знал о слабости его тела — понимая всю опасность такого знания, Юэ Цинъюань приложил все усилия, чтобы правда никогда не всплыла наружу.

Ледяной ужас просочился сквозь ватное безразличие.

Лао Гунчжу знал. Знал о том, кем был Шэнь Цинцю. Знал и о том, как его уничтожить.