Глава 6: Время сюрпризов (2/2)

Предупреждение уже заставляет меня нервничать, но я стараюсь не подавать виду — глубоко вздохнув, захожу в лавку первой. Глаза не сразу привыкают к темноте, и я ступаю осторожно, боясь задеть что-нибудь крыльями. В помещении пахнет древесиной, металлом и маслом — насыщенные, яркие запахи сплетаются между собой и повисают в пространстве, тревожимом синхронным тиканьем множества механизмов.

— Какие интересные у меня сегодня гости! — мужской голос доносится из противоположного конца комнаты, а за ним следует громкий хлопок, и лавка озаряется светом.

Теперь мне видно, что она с пола до потолка заполнена самыми разнообразными часами. Большие, маленькие, напольные, настенные и настольные — какие-то из них совсем простые, другие необычно украшены разными деталями: резьбой, позолотой, смешением нескольких пород дерева и даже росписью. Впереди расположилась невысокая стеклянная витрина — в ней представлены наручные и карманные часы, а прямо за ней стоит сам часовщик.

Астарот — невысокий пожилой демон с улыбающимися карими глазами, крупным носом и глубокими морщинами на лбу. Волосы c проседью аккуратно причёсаны, а уголки тонких губ приподняты, выказывая дружелюбие. На нём белая рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами, бордовый, расшитый золотыми нитями пиджак и брюки в тон.

— Здравствуйте, — остановившись напротив, я выпрямляюсь и вежливо склоняю голову. — Меня зовут Вики, я…

— Новенькая жена самого Люцифера, — знающе протягивает демон. — Рад наконец-то с тобой познакомиться. Мими! — он поворачивается к замершей рядом демонице. — Не видел тебя уже лет пятьдесят, не меньше. Отец твой, кончено, делов натворил, я наслышан…

Девушка поджимает губы, всем своим видом демонстрируя несогласие, и Астарот сразу считывает её реакцию: посмеивается и качает головой.

— Не веришь, значит, — заключает он. — Ну ничего, время всё рассудит. Время всегда право — с ним уж точно не поспоришь.

Он выразительно обводит взглядом свои творения, окружающие нас со всех сторон, а затем вновь обращается ко мне:

— Ты принесла мне подарок?

Я в замешательстве смотрю на Мими — неужто нужно было принести Астароту что-то взамен за его услуги? Она кажется не менее удивлённой, чем я, так что приходится несмело выдавить:

— К сожалению, нет. Я хотела узнать, сможете ли вы починить эти часы, — бережно извлекаю из сумки увесистый предмет и кладу на витрину перед ним.

— Чтобы узнать, нужно спросить, не так ли, Вики? — весело заявляет он, вгоняя меня в ещё большую растерянность. Собираюсь уже переформулировать свою просьбу, но он хитро бормочет, разглядывая часы со всех сторон: — Смогу ли я? Интересно, интересно… Одни ломают, другие чинят, третьи сомневаются, а четвёртые приходят ко мне…

— Думаете, кто-то специально их сломал? — Мими подаётся вперёд.

— Ох, нет-нет, я вовсе не о часах, — спохватывается он. — В них всего-то нужно заменить пару шестерёнок — они истёрлись. Потребуется совсем немного времени, и совсем немного сил… всегда бы было так легко, да?

Не дожидаясь ответа, он исчезает в проходе за шторой. Я встаю ближе к Мими, и она едва слышно выговаривает:

— Говорила же, странный. Отец его недолюбливал за это — мол, нельзя его словам верить, раз сыплет ими так бездумно, — ворчит она. — Но часы мастерит самые лучшие во всех мирах. Даже ангелы к нему обращаются — тайно, конечно.

— Нашёл!

Астарот вновь появляется перед нами, торжественно подняв небольшой чемоданчик — судя по тому, как он позвякивает от движения, внутри инструменты и запасные детали. Склонившись над витриной, он извлекает нужные принадлежности и ловкими, выверенными движениями разбирает часы. После надевает пенсне с толстыми стёклами — в нём глаза демона кажутся комично огромными — и приступает к работе.

— Сломался… долго-долго работал, так верно, так преданно, а потом раз — и сломался, — бубнит Астарот себе под нос, и мне приходится приблизиться, чтобы разобрать его речь. — Идея времени всегда проста: имей лишь немного терпения — и оно будет на твоей стороне. А к тем, кто хочет всё решать сам, время никогда не благоволит…

Копаясь в механизме, демон теряет всякую связь с реальностью: его слова становятся всё более и более непонятными, и кажется, что он вовсе не нам их говорит — просто отпускает фразы в пространство, не заботясь о том, чьих ушей они в итоге коснутся. И всё же внутри его бормотание отзывается какой-то зловещей, опасной дрожью. Должно быть, таинственная атмосфера лавки вместе с волнением от нового знакомства оказывают такой эффект.

— Вера, вера, вера… что такое, в сущности, вера? — Астарот хихикает, и приглушённый звук эхом отражается от стен. — Забава для тех, у кого нет времени. А те, у кого оно есть, и так знают: всё откроется, стоит лишь немного подождать. Чёрные ягоды опадут, земля содрогнётся, и станет ясно, как день, что ложь с самого начала была сущей правдой…

Я неотрывно наблюдаю за тем, как демон вынимает потёртые шестерёнки щипцами и поднимает их на уровень глаз, чтобы как следует изучить. Затем откладывает их в сторону и достаёт из небольшого тряпичного свёртка точно такие же. Они словно бы ждали этих часов: в точности повторяют и цвет, и форму пришедших в негодность деталей. Дино сказал, что Лилит сделала только внешнюю часть часов — возможно ли, что именно Астарот создал их начинку?

Не успеваю поинтересоваться, как он отстраняется и прикручивает на место заднюю панель, завершая процесс. Переворачивает часы и, сверившись со своими, устанавливает точное время, вплоть до доли секунды. Исправленный механизм разражается мерным, спокойным стуком — а я радуюсь результату, чуть не хлопая в ладоши и напрочь забыв про былое напряжение.

— Спасибо вам большое! — благодарю я. Астарот передаёт предмет обратно в мои руки, и я собираюсь уже убрать его в сумку, но потом замечаю своё упущение: — А у вас случайно нет подарочной упаковки?

Благосклонно кивнув, демон ныряет под витрину и находит там деревянную коробку. Снаружи её поверхность украшает цветочный узор — почти такой же, как на самих часах, а внутри приготовлена обитая алым бархатом подушка. Астарот с осторожностью укладывает часы на неё — они встают точно по размеру, несмотря на причудливую форму часов, как если бы и упаковка тоже дожидалась их. Это кажется мне странным, но я отбрасываю сомнения в сторону. Астарот захлопывает крышку и протягивает мне коробку, но отдаёт не сразу — вместо этого с ухмылкой утверждает:

— Мы ещё встретимся с тобой, Вики. В следующий раз не забудь мой подарок, — и, понизив голос почти до шёпота, добавляет: — Я жду его уже очень давно.

Он разжимает пальцы, позволяя забрать часы, а я так и замираю с вытянутой рукой, несмотря на то, что груз достаточно тяжёлый. Сглотнув, я переглядываюсь с Мими — понимаю, что речь идёт о каком-то конкретном подарке, но ума не приложу, что могло понадобиться от меня старому демону. Она разводит руками, и тогда я всё же убираю часы в сумку и решаюсь задать вопрос:

— Простите, но я… О каком подарке идёт речь?

Астарот усмехается.

— Ты ведь слышала меня, Вики? Терпение — это очень важное качество, — и уходит, так и не дав мне ответа, насвистывая незатейливую мелодию.

Я провожаю его всё таким же растерянным взором, пока шторка не прекращает колыхаться. А потом чувствую, как Мими нетерпеливо тянет меня за локоть.

— Не думай об этом, — твердит она. — Лучше пойдём отсюда: я уже голодная, как дракон. Пока доберёмся до замка, пока ты пообедаешь — мой желудок успеет сам себя переварить.

Я послушно выхожу из лавки вслед за ней, но всё-таки раз за разом прокручиваю в голове всё, что сказал Астарот. Пытаюсь придать хоть какой-то смысл его рассуждениям, но каждая попытка оканчивается неудачей: вижу в них только бессвязное бурчание пожилого демона. Мими торопливо ступает по мощёной улице, то и дело оглядываясь на меня. Поначалу молчит, но спустя несколько минут всё же равняется со мной и цокает языком:

— Ну, я же предупреждала, что он странный. Всегда таким был — я просто привыкла уже, — ободряюще похлопав меня по плечу, она продолжает: — А тебе и привыкать не придётся: что бы он там ни бубнил, вряд ли вы…

— Эй, белокрылая! — вдруг доносится сзади, заставляя меня обернуться.

Двое взрослых демонов остановились в нескольких шагах от нас. На них бедная, изрядно потрёпанная одежда, а держатся они нетвёрдо — судя по всему, вышли из ближайшей таверны. Маленькие, тёмные глаза нахально оглядывают меня с ног до головы, так вызывающе, что тянет укрыться крыльями, но я сдерживаю себя.

— Простите?

— Да, ты, — тот, что справа вытягивает руку, грубо указывая пальцем на меня. — Какого Шепфа ты здесь делаешь?

— Я просто…

— Ты вообще в курсе, с кем разговариваешь? — оскорблённо вступается Мими.

— С ангельской шлюхой, — выплёвывает второй демон. — И её прислугой.

Мне не по себе от его тона и грубого обращения. В Мими закипает воинственность — вижу это по недовольно поджатым губам, но настойчиво дёргаю демоницу за рукав и разворачиваюсь, чтобы поскорее уйти. Слишком поздно: перед нами ещё три демона, не менее серьёзно настроенных.

— Думаешь, что раз Шепфа приказал, то мы сразу всё простим? — самый крупный из них, с огромным, страшным шрамом на лице, надвигается прямо на меня. — Белокрылые сотню лет убивали нас, пытали, насиловали наших женщин. Ад ничего не забывает.

Меня обдаёт тяжёлым, неприятным запахом перегара, когда демон нависает надо мной. Крепко держу руку Мими и пячусь, ощущая, как сердце бешено бьётся в горле. Улететь не получится — догонят и собьют в воздухе. Укрыться негде: по бокам лишь глухие стены, а демоны стремительно обступают нас со всех сторон. У каждого из них на теле жуткие следы войны, а в маслянистых глазах — такая ненависть и боль, что становится по-настоящему страшно.

— Знаешь, каково это — получить раскалённым ангельским мечом в грудь? — тот же демон ухмыляется мне, оттягивая рубаху, чтобы оголить громадный шрам под ключицей.

— А лишиться пальцев? — больно дёрнув меня за крыло, другой демонстрирует искалеченную кисть.

Мими встаёт впереди и заслоняет меня собой.

— Люцифер вас в порошок сотрёт, если тронете её, — угрожающе, но уже не так уверенно шипит она.

— Люцифера здесь нет, — скалится демон в ответ, обдав нас зловонным дыханием.

Мими бросается на него, но её быстро лишают возможности двигаться — скручивают руки за спиной и давят на крылья, заставляя зарычать от боли и усилий. Я же не обладаю и толикой боевых навыков, поэтому сразу понимаю, что надеяться могу только на чудо. Зажмуриваюсь, крепче прижимаю сумку с часами к груди, как самое дорогое, и молюсь Шепфа, чтобы хотя бы до неё демоны не добрались.

Всё будет хорошо, всё будет хорошо. Мысль набатом бьётся в моей голове, вытесняя всё остальное — не слышу больше гневных комментариев и криков Мими, не чувствую неприятных запахов, не ощущаю близость пьяных, пышущих злобой тел.

А потом понимаю, что ничего этого действительно нет.

Люцифер стоит чуть поодаль, грозно расправив крылья — они такие громадные, что заслоняют собой всю ширину улицы, а острые рога на их сгибах поблёскивают, обещая впиться в любого, кто двинется с места. Мощная грудь разъярённо вздымается, кулаки крепко сжаты, а глаза горят так ярко, что я даже с такого расстояния чувствую их испепеляющий жар. Челюсти стиснуты, густые брови сведены к переносице — словом, сейчас он больше всего походит на Сатану. На очень, очень злого Сатану.

Демоны расступились, отойдя на безопасное расстояние от меня и отпустив Мими. Теперь уже им некуда деваться: в воздухе, мерно взмахивая крыльями, замерли вооружённые солдаты.

— Схватить их, — цедит Сатана, и воины по его приказу приходят в движение.

За считанные секунды от нависшей надо мной угрозы не остаётся и следа: провинившихся сразу окружают и арестовывают — я и испугаться толком не успела. Люцифер быстро оказывается возле меня и осматривает внимательно, убеждаясь, что я цела.

— Со мной всё в порядке, — спешно заверяю я. — Меня даже не тронули. Вы очень вовремя появились.

— Да, я заметил, — отзывается Люцифер и с раздражением обращается к стоящей чуть поодаль Мими: — Каким местом ты думала, когда привела Вики сюда?

— Я не знала, что… — боязливо лепечет демоница, потирая освобождённые запястья.

Сатана качает головой и бросает всё ещё напряжённый взгляд мне за спину. Нападавших быстро уводят прочь, заковав в цепи их руки и крылья. Они не сопротивляются — уходят, не поднимая даже голов, мигом растеряв весь свой пыл. Нетвёрдо ступают, от толчков воинов в спины чуть не падают — это на фоне нас с Мими они казались сильными, а теперь я вижу в них лишь ослабших и покалеченных войной демонов. Наверное, они раньше служили Аду, защищали свои земли, а теперь им осталось только свыкнуться с полученными ранами и топить душевную боль в алкоголе. Не справившись, они напали на меня, и за это их ждёт суровое наказание: должно быть, они не один год проведут в тюрьме.

— Их казнят, — словно услышав мои мысли, Люцифер опровергает их, и я в ужасе округляю глаза.

— Но они ведь ничего мне не сделали…

— Собирались — этого достаточно, — непреклонно заявляет Сатана.

Собирается взлететь, направляясь к замку, но я останавливаю его, придерживая за локоть. Сама удивляюсь своей решительности — очевидно, пережитое волнение придало мне сил. Несмотря на часто-часто колотящееся сердце, я собираю их все в кулак, чтобы поспорить:

— Они просто злы из-за всего, что происходило на войне, — заглядываю в лицо демона, чтобы он точно услышал меня: — Вы же видели их шрамы! Им нужно помочь, а не наказывать.

— Ты им уже ничем не поможешь, — Люцифер досадливо качает головой. — Их раны глубоко в душе.

— Стоит хотя бы попытаться, — не унимаюсь я. — Пожалуйста, не казните их.

— Ты серьёзно просишь за тех, кто напал на тебя?

— Да.

Алые глаза яростно впиваются теперь уже в меня. Я чувствую злость Люцифера, его непонимание — но продолжаю твёрдо стоять на своём, потому что не могу допустить такой несправедливости. Случившееся было для меня неприятно, однако это лишь сигнал о том, что война закончилась, но народ её пока не пережил. И нужно постараться помочь им, а также другим, кого коснулись её цепкие лапы.

Мне не приходится озвучивать эти доводы — Сатана и сам приходит к ним, стоит дать ему остыть и немного подумать.

— Хорошо, — сдаётся он. — Но они сядут в тюрьму. Надолго.

Что ж, это уже лучше, чем смерть. Я выдыхаю скопившееся в лёгких напряжение и благодарно склоняю голову.

— Спасибо вам.

Люцифер не отвечает — глядит на меня с нечитаемым выражением на лице. Кажется, что он всё ещё зол, но старается не выказывать этого. Наверное, здорово поволновался за меня — не хочется даже думать о том, что могло бы случиться, если бы он не подоспел вовремя. Старательно ищу, чем бы отвлечь демона, а заодно и себя, от произошедшего, и вдруг понимаю, что всё ещё сжимаю в руках свою сумку. Воодушевлённое настроение вновь возвращается ко мне, подогреваемое предвкушением реакции демона.

— У меня для вас сюрприз, — торжественно оглашаю я, и взгляд Люцифера немного смягчается.

— Это за ним ты решила отправиться в самый опасный район Дита? — уточняет он, на этот раз скорее шутливо.

— Мы не знали, что здесь… так, — оправдываюсь я и извлекаю коробку на свет.

Люцифер принимает подарок из моих рук и озадаченно хмурится, рассматривая узоры на крышке. Когда он всё-таки открывает её и видит часы, то брови его на мгновение приподнимаются.

— Вы слишком заняты новыми обязанностями, чтобы думать о таких мелочах, — смущённо объясняю я. — И поэтому я решила…

Я прерываюсь, видя, как Люцифер одной рукой проводит по резному краю часов. Нежно, едва касаясь, прослеживает пальцами замысловатые узоры вокруг циферблата, словно бы каждая тонкая веточка и лепесток хранят в себе дорогие сердцу воспоминания.

Я почему-то представляю, как он, ещё будучи ребёнком, любил проводить время в мастерской рядом с Лилит. Затаив дыхание, неотрывно наблюдал, как создаётся очередное её творение, и радовался вместе с ней, когда задумка исполнялась. Возможно, она и его учила своему занятию — рассказывала, как держать инструменты, чтобы не пораниться, объясняла весь процесс от начала и до конца, а он слушал каждое слово, наслаждаясь проводимыми вместе с мамой часами. Я так явно вижу эти образы перед глазами, что душу окутывает светлая грусть.

А потом губы Люцифера трогает лёгкая, искренняя улыбка — и именно по ней я понимаю, что мой сюрприз удался.