Часть 1. Глава 3 (2/2)
Вот не всегда я могу понять, когда он шутит, а когда говорит серьезно. И тут я вспомнила, о чем еще его хотела спросить за ужином.
– Брат Пэй, а ты еще служишь князю Ци?
Вопрос застал его врасплох, он замялся и опустил глаза.
– Ну… Можно и так сказать.
– Значит, ты отправил Фэй Юаня в гарнизон с верительной биркой князя? – Мысли теснились в голове и я затараторила. – Только его авторитет мог так быстро мобилизовать военных.
– Ничего не укроется от зоркого взора чиновника Су. – Улыбнулся Пэй Чжао и поставил передо мной чашку.
– Это очень здорово! Значит, князь Ци не пал духом, как все говорят. Он по-прежнему участвует в делах страны, только тайно!
Я перевела дух. Брат Пэй внимательно меня слушал, при этом выражение его лица было совершенно нечитаемым.
– И чем же тебе так нравится князь? – Спросил он с деланным равнодушием, но мне показалось, что затаил дыхание в ожидании ответа.
– Я уверен, что он – человек чести.
– Хм, такого варианта я еще не слышал.
– В юности он не раз находил выход из безнадежных ситуаций. А на пике славы отошел от дел. Не каждый на такое способен. Хотя мог легко завладеть властью над всей Поднебесной. Но у него не было такого стремления, поскольку в его душе царит мир и спокойствие. Настоящий пример для подражания.
– Однако поговаривают, что он отказался от власти потому, что в политических играх оказался совершенно беспомощен. А еще говорят, лишь бы сохранить себе жизнь.
– Глупости, – я решительно рубанула рукой по воздуху, – после покорения южных земель его все почитали, как Бога Войны. Если бы он решил захватить власть, кто бы смог его остановить?
– Ты думаешь, он смог устоять перед таким искушением?
– Я думаю, что он находит это невыносимо скучным. Я хочу быть похожим на него. Смелый. Упорный. Следует велению сердца. – Невольно я заулыбалась. Каждый раз при мысли о князе Ци у меня в груди словно расцветал горячий цветок, и это отражалось на лице. Следователь Ло смеялся надо мной, что я начинаю светиться внутренним светом. Вынырнув из глубин сознания, я покосилась на Пэй Чжао. Он пораженно разглядывал меня. Его глаза странно мерцали в полутьме, как будто на них навернулись слезы. Изумление, удивление, грусть…
Застеснявшись своего порыва, я поторопилась хлебнуть чаю, обожглась и подавилась. Брат Пэй тоже смущенно откашлялся.
– Сегодня очень красивая луна, правда? – Тихо спросил он.
Все мое приподнятое настроение мигом улетучилось.
– Она прекрасна. – Грустно ответила я, не поднимая глаз.
– Досадно, что уже много лет я ее не могу разглядеть.
– Я тоже.
В моей чашке отражалась луна, как тогда в колодце. Глядя на бесстрастное светило, уже много лет я могла вспомнить лишь заваленный окровавленными телами двор семейной красильни. Задумчиво глядя в чашку, боковым зрением я отследила как брат Пей подвинулся ко мне, как будто хотел взять меня за руку, но не решился. Мы еще посидели в тишине, потягивая чай и думая каждый о своем.
Только я собралась на боковую, во двор влетел взволнованный работник Управы с сообщением, что чиновник Кун повесился.
Я тут же собралась идти, брат Пэй пообещал составить мне компанию, но сегодня и Жушуан запросилась с нами. Как брат Се ее ни отговаривал, пугая что она станет уродливой, глядя на покойников, барышня уперлась. Мастер ядов она или кто?!! Пока мы добрались до управы, чиновника Куна уже сняли и перенесли в покойницкую. О том, что на месте происшествия ничего нельзя трогать, никто даже и не подумал. Провинция, простые нравы – со вздохом сказала я сама себе. Нам оставалось только осмотреть тело.
Покойник выглядел на удивление благопристойно. Ни сломанных ногтей, ни грязи под ними, ни пятен на одежде или на обуви – никаких признаков насильственной смерти я не нашла. И в тоже время интуиция следователя просто кричала, что это не самоубийство. Отвлекшись от разглядывания трупа, я искоса взглянула на Пэй Чжао. Он тоже выглядел крайне задумчивым. Жушуан обошла стол с телом по кругу, время от времени наклоняясь над ним, пристально изучая кожу, и не забывая строить мне глазки. Только Се Бэймин позеленел и испуганно вжался в угол. Как оказалось, наш бравый воин покойников до смерти боится. Правда, он изо всех сил старался не показывать это Жушуан, и даже набрался смелости и поинтересовался:
– Какой-то неправильный висельник. Я думал, у них язык вываливается.
– Не всегда. – Возразила я. – Если веревка находится выше кадыка, язык прижимается к небу и не выпадает. А если ниже... – Чтобы наглядно это продемонстрировать, я нажала двумя пальцами на шею трупа, и у него тут же вывалился язык.
– Он шевелится! – Завопил брат Се, пытаясь убежать вверх по стене.
– Да нет же, трусишка! – Засмеялась Жушуан. – Его пошевелил брат Су.
Брат Се немного успокоился, но когда Жушуан попыталась заглянуть покойнику в рот, не выдержал и уволок ее на улицу, непрерывно стеная, что прекрасным девушкам нельзя смотреть на столь ужасные вещи. Пэй Чжао оторвался от своих размышлений и кивнул в сторону тела.
– Что думаешь?
– Признаков того, что его убили, я не вижу. Все говорит об обратном. Но это очень подозрительно. Днем он уверенно отрицал свою вину, невзирая на показания свидетелей, а уже вечером устыдился и покончил с жизнью? Тем более, что никакой записки при нем не обнаружили.
– Вот и я так думаю. – Согласно кивнул брат Пэй. – А есть способ определить – сам человек повесился или нет?
– Да, конечно. – Я подошла к телу и обвела пальцем контур следа от удушения, не касаясь кожи. – Если человек сделал это сам – отметина будет похожа на перевернутый треугольник, самый глубокий след посередине, а по бокам он слабеет. Если же его повесили, то след отличается.
По давней привычке иллюстрировать свои слова, я взяла на соседнем столе кусок какой-то верёвки, накинула петлю брату Пэй на шею и затянула, продолжая объяснять:
– След на шее везде одинаковой глубины и даже может остаться отпечаток узла.
Мужчина был почти на голову выше меня, поэтому мне пришлось встать на цыпочки и даже слегка опереться на него в процессе демонстрации. Оттянув веревку, я провела по оставшемуся красному следу. Пэй Чжао стоял неподвижно, опустив руки и не пытаясь сопротивляться, но вдруг у меня над ухом прозвучало:
– Чиновник Су... – с непередаваемо чувственной хрипотцой в голосе. Я подняла глаза. Его лицо было очень близко, и я почти автоматически отметила, какой у него красивый разрез глаз, густые ресницы, взгляд скользнул вниз на чуть обветренные губы... Да что ж я делаю! Я же его продолжала душить все это время! Моя проклятущая увлекающаяся натура.
Я отшатнулась назад, бросив концы веревки.
– Прости пожалуйста! Я немного увлекся. – Я почувствовала, как краска стыда заливает мне щеки.
– Да уж, совместное расследование с чиновником Су может быть крайне рискованным занятием. – Откликнулся он, снимая с себя петлю и не отводя от меня насмешливого взгляда. Я проводила конец веревки глазами и беззвучно ахнула, всплеснув руками. На шее моей невольной жертвы грубая веревка оставила две отчетливые красные полосы.
– Я... Я... Поранил тебя. – Пропищала я еле слышно.
Пошарила за пазухой и вытащила свой любимый сиреневый носовой платок. Заметим, абсолютно чистый.
– Извини... Прошу, прими это. – Я подала платок двумя руками в знак почтения.
– Зачем мне твой платок? – Удивленно посмотрел на него брат Пэй.
Преодолевая неловкость, я шагнула к нему, поднялась на носочки и завязала платок вокруг шеи, прикрыв красные полосы. Пэй Чжао, глядя сверху вниз, старательно изучал мои губы с совершенно непроницаемым видом. Я почувствовала, что краска смущения продолжила свое победное шествие аж до кончиков ушей. Нет, так никуда не годится – я опять оказалась слишком близко. Я торопливо отстранилась, но Пэй Чжао поймал меня за запястья и долго не отпускал, молча и внимательно глядя в лицо. Я вывернулась, отошла на пару шагов и сделала вид, что продолжаю изучать улики. Чтобы успокоиться, я начала бормотать безотказную сутру: «Кодекс уложений династии Тан разделен на шесть...» Неугомонный напарник преодолел расстояние между нами в один шаг и, наклонившись к моему уху, произнес:
– Что ты там бормочешь, мне не слышно. – С такой интонацией, что я вся покрылась мурашками.
Нет, ну он издевается! Я опрометью бросилась на улицу. Под дверью покойницкой скучали Се Бэймин и Жушуан. Увидев меня, пунцовую от смущения, братец Се удивлённо поинтересовался:
– Чиновник Су, ты чего такой красный?
– Там было очень жарко! – Выпалила я и чуть не бегом рванула к выходу из переулка. Вслед за мной на крыльцо неспешно вышел Пэй Чжао. Я услышала щелчок двери и вопрос братца Се:
– Старший брат Пэй, а почему у тебя платок на шее?
– Там было очень холодно. – Последовал невозмутимый ответ.
Следом раздалось пораженное:
– Ну, вы даете!