Часть 38. Первые дни на учебе (1/2)

Первый раз в новую гимназию Анечка шла, полная радости. И если в прежней гимназии ей училось хорошо, то здесь, как казалось девочке, должно было быть еще лучше.

Анечка вошла в гимназию и начала искать зал, где должны были читать молитву и петь гимн.

К молитве Анечка относилась равнодушно, стоя тихо не столько потому, что иное неприлично, а из уважения к религии. И если одноклассницы в это время могли тихо разговаривать или незаметно баловаться, Анечка обычно показывала образцовое поведение, которое иногда ставила в пример их классная дама. А гимн Анечка пела изо всех сил, потому что просто любила петь и не могла упустить такую возможность заняться столь приятным делом. Если бы вместо гимна в один прекрасный день в гимназии начали петь что-то другое, девочка бы с радостью присоединилась к этому пению.

— Мадемуазель, — сказала гимназистке Варвара Николаевна. — Не стоит гулять по коридорам, идите в класс, скоро уже начнется урок.

— Да, мадам, — ответила Анечка и, сделав книксен, пошла к классу.

Анечка не понимала, как такое возможно: идти в класс, минуя зал. Однако мысль о том, что именно сегодня все может быть чуть не так, успокоила девочку.

Варвара Николаевна представила новенькую классу, начался урок. В голове Анечки вертелась одна-единственная мысль: как можно начинать учебу без гимна и молитвы, хотелось сейчас же узнать это у кого-нибудь, однако девочка буквально заставила себя дождаться перемены и только тогда спросила соседку по парте:

— А почему сегодня не было ни молитвы, ни гимна?

— А их никогда не бывает, — ответила одноклассница. — Начальница считает, что не нужно тратить время даром.

Анечка удивилась:

— А как же так можно?

— Значит, можно, раз не поют, — раздалось в ответ.

Вечером родители активно расспрашивали дочь о впечатлениях от первого дня учебы.

— Мне все понравилось, — отвечала Анечка. — Девочки хорошие, уроки интересные. Я точно смогу здесь узнать гораздо больше, чем в обычной гимназии.

— А как тебе, Анюта, отсутствие гимна и молитвы? — спросил Илья Николаевич.

Анечка растерялась. Говорить об этом она дома не планировала — вдруг отец по своей воле или поддавшись на уговоры матери вернет ее учиться обратно?

— Это было очень необычно, — ответила Анечка. — Я сперва начала искать зал, когда только пришла в гимназию, а Варвара Николаевна сказала мне, чтобы я сразу шла в класс. Я спросила одноклассницу, почему так, а она ответила, что так всегда, это решение начальницы.

Нина Евгеньевна буквально изменилась в лице от этих слов.

— Тебя не пугает это? — уточнил Илья Николаевич.

— Не пугает, — улыбнулась Анечка. — Ведь помолиться можно и дома, а гимн и без того все знают.

— Если тебе вдруг что-то не понравится или удивит — говори, — сказал мужчина. — Кому, как не мне, посоветовать тебе? Или если вдруг захочешь вернуться обратно, тоже говори. В этом нет ничего стыдного, если ты захочешь снова учиться по обычной программе.

— Хорошо, папенька, — ответила Анечка.

В отсутствие дочери разговор супругов был куда более эмоциональным.