Запрещено бегать в Облачных Глубинах, ч.1 (2/2)

— Моя удача так же хороша, — пробормотал он, прежде, чем сорваться с места.

На заднем склоне сегодня было прохладнее, чем вчера. Легкий ветер, спустившийся с неприступных вершин, лениво тормошил верхушки деревьев, трепетал в их листьях и озорно дергал ветки. Слышались крики птиц и мелких зверьков, светило в глаза поднявшееся с востока солнце. В этом мареве возбужденная группа адептов, замершая на полянке, не заметила Лянь-Ляня, тихо опустившегося на толстую ветку древнего дерева. Ветка лишь немного качнулась, зеленый лист оторвался от ее края и спланировал к одному из адептов. Тот раздраженно сдул его в сторону и, уперев руки в бока, сказал:

— Хуа Лянь не выглядит сильным: скорее всего сначала он поймает людей с пика Цинцзин, а они помогут ему поймать оставшихся.

— Да, стоит опасаться Ло Бинхэ и Лю Цингэ, — кивнул кто-то. Всего тут было четыре юноши, один из которых играл роль заклинателя. Ранее он же предлагал ловить злых духов в заповедном лесу.

— Нет, Хуа гунзцы выглядел уверенным в своих силах, — покачал этот юноша головой. Он обладал большими темными глазами, а волосы были заплетены в высоких хвост чуть неряшливо, так, что некоторые пряди вылезали на лицо. — Мы остановились слишком близко к площади Спокойствия: надо двигаться дальше в лес.

— Так думают все, — ответил первый адепт, покачав головой. — Но на окраине нас вряд ли будут искать и мы сможем…

Внезапно Лянь-Лянь спрыгнул с дерева прямо за адептом и легонько стукнул его по плечу. Юноша не успел еще обернуться, когда такой же удар получил адепт, который соглашался с ним. Не говоря ни слова, Лянь-Лянь хотел обойти их и поймать еще двоих, но играющий роль заклинателя молодой человек проворно схватил последнего адепта за руку и побежал в лес. В это же время пойманный вторым заклинатель вцепился в ноги Лянь-Ляня, не давая ему сделать шаг.

— Это против правил, — улыбнулся юноша, не пытаясь вырваться.

— А вот и нет! — возразил держащий его адепт. — На последнем издыхании я пытаюсь спасти своих товарищей.

— О, тогда это очень благородно с вашей стороны, — похвалил Лянь-Лянь. Юноша смущенно зарделся и через время все же отпустил его ноги, позволяя продолжить погоню. Между тем первый попавшийся адепт презрительно фыркнул:

— Напасть из засады — какая низость.

— Молодой господин не прав, — мягко сказал Лянь-Лянь. — Подобная игра и проверяет нашу проворность, ловкость и внимательность. Мои оказались лучше в этот раз, но в будущем и вы станете внимательнее.

Дружелюбно улыбнувшись, Лянь-Лянь развернулся и последовал глубже в чащу, оставив за своей спиной молодых людей, что только что видели второе солнышко. Лянь-Лянь не слишком торопился и иногда останавливался, прислушиваясь к шорохам вокруг. Для начала он решил оббежать лес по краю, чтобы поймать тех, кто решил спрятаться по углам. Найдя каменную колонну, что опоясывали весь лес, Лянь-Лянь бодро двинулся от нее к другой такой же, виднеющейся средь деревьев.

Удача в самом деле скоро улыбнулась ему: у одной из колонн он заметил белую тень. Она двигалась в сторону от леса, но Лянь-Лянь не успел задуматься об этом, когда выпрыгнул будто из-под земли прямо перед адептом. Тот отшатнулся, но быстро взял под контроль выражение лица, поспешив спрятать волнение за складным веером с узорами бамбука.

— Хуа-сюн так проворен, — сказал Шэнь Цзю, отступая. — Скольких ты уже поймал?

— Всего трех, — улыбнулся Лянь-Лянь, аккуратно подходя ближе. В этом плавном движении молодые люди напоминали хищника и жертву, готовящихся сразиться за свои жизни.

— Всего трех, надо же, — ответил Шэнь Цзю, про себя поражаясь. За прошедшее с начала время он лишь успел добраться до сюда, а три каких-то неудачника уже проиграли. Слова Лянь-Ляня в начале явно не были пустым бахвальством.

— Но три это с тобой — продолжал Лянь-Лянь, наступая. Его лицо не покидало дружелюбное выражение, но Шэнь Цзю более решил не обманываться им. Подняв руки, он быстро сказал:

— Хуа-сюн, давай договоримся…

— Прости, Шэнь гунцзы, но наша дружба никак не должна влиять на оценку наших способностей.

— Я вовсе не о том. Я не прошу отпустить меня — только дать поблажку. От этого всем нам будет хорошо.

— Что Шэнь гунцзы имеет в виду? — спросил Лянь-Лянь. Он не терял бдительности полагая, что этот человек достаточно хитер, чтобы заговорить его и сбежать, но Шэнь Цзю неожиданно широко улыбнулся.

— Знает ли Хуа-сюн, что идя вниз отсюда можно за половину палочки благовония достигнуть подножья горы?

— Подножья? — переспросил Лянь-Лянь.

— Именно, — вдохновленно сказал Шэнь Цзю. — А там можно купить некоторые вещи, которые мне сейчас очень нужны. Так вот, что я предлагаю: Хуа-сюн позволит мне спуститься, я куплю все, что мне нужно и поднимусь обратно. Свой нефритовый жетон я отдам тебе. Перед завершением практики мы встретимся, ты пустишь меня обратно и поймаешь.

— Тебя могу пустить не только я, но и А-Юань или Лю Цингэ, — задумчиво сказал Лянь-Лянь.

— Но жетон останется у тебя. И ты будешь в своем праве пойти к учителю Вэю и рассказать ему о случившемся.

Лянь-Лянь подумал еще немного. Он был против нарушения правил, но за последние несколько дней, видимо, набрался озорства и решимости новых друзей — ему хотелось согласиться. К тому же ему по-настоящему не нужно ничего нарушать: он лишь сделает вид, что не видел Шэнь Цзю и отправится ловить остальных.

— Что ты хочешь купить у подножья? — наконец спросил Лянь-Лянь, внутренне согласившись с планом Шэнь Цзю. Тот, улыбаясь, ответил:

— Нечто, что знающие люди называют сокровищем Гусу. Если Хуа-сюн заинтересован, я с радостью поделюсь по возвращении.

— Хорошо, — выдохнул Лянь-Лянь, подумав о причудливых сладостях, что видел на рынке в Гусу. — Но Шэнь гунцзы должен сдержать свое слово!

— Я бы не стал врать кому-то, кто может меня поколотить, — рассмеялся юноша и, бросив Лянь-Ляню свой жетон, скрылся в лесу за каменными колоннами.