chapter 3. (2/2)

— А что с одеждой Адама восемьдесят восьмого? — задаёт вопрос Чон, нахмурив брови, останавливаясь возле женщины.

— Детектив Чон, ты узнаешь об этом не скоро. — с усталостью в голосе отвечает женщина. — А когда будем получать с вещей ДНК, то она уже разрушится. Вот, что бывает, если хранишь кровь в бумажных пакетах во влажном подвале двадцать лет.

— Двадцать один. — говорит Чимин, смотря куда-то в сторону на толстые стволы деревьев, пока женщина кидает на него взгляд и уходит, надевая на голову капюшон костюма, но останавливается и поворачивается к Чонгуку, хмуря брови, в тот момент, когда у Пака звонит телефон и он отходит в сторону.

— Можно на ночь прислать сюда ещё наряд?

— Есть проблемы? — ровным голосом спрашивает мужчина, пока та кривит уголки губ, показывая кивком головы куда-то в сторону.

— Какие-то придурки. Пара гарда <span class="footnote" id="fn_32615392_6"></span> от сюда совершенно бесполезные. Задницы ленивые. Так что нужны ещё люди, пока мы здесь не закончим.

— Это дети, наверное. — дёргает плечом Чонгук, безэмоционально проговаривая, бросая взгляд на говорящего по телефону Чимина.

— Не похоже на детей. Они пугают мою команду до чёртиков и мне от этого никакой пользы, так, я получу людей? — Чон опускает взгляд на носки своих ботинок, качая головой.

— Да, Софи, конечно. Я позвоню Намджуну и попрошу их прислать. — женщина кивает.

— Я с ума сойду, если задержусь здесь. — мужчина дёргает уголком губ, смотря на неё, а затем та разворачивается, уходя, и Чон возвращает прежнее выражение лица, нахмурив брови.

— Сандра Скулир направляется домой. — извещает Чимин, подходя к мужчине, пока ставит смартфон в карман куртки. Чонгук переводит сразу на него взгляд. — Нужно её навестить. — добавляет парень, смотря на Чонгука, что молча стоит, ничего не говоря. Пак две секунды рассматривает чужие чёрные глаза, пока ветер ерошит чонгуковы пряди, но тот не реагирует на это, продолжая смотреть на Пака, что в этот момент чувствует что-то странное внутри, поэтому отворачивается и шагает к сигнальной ленте, пока мужчина идёт следом, не меняясь в лице.

Дверь за ними закрывается и они проходят на маленькую кухню в доме Сандры, что распаковывает продукты из пакетов. Чимин проводит по ней внимательным взглядом: та сейчас в дешёвой тонкой и короткой шубе, синих широких джинсах, потёртых местами, с небрежным пучком на голове, в который собраны чёрные длинные волосы, с большими круглыми серёжками в ушах. Чимина она ни разу не привлекает, наоборот, она выглядит, словно изжила своё, хотя ей только тридцать с чем-то, почти как Чонгуку. Он замечает пепельницу на запачканном подоконнике и поджимает губы. Чонгук тоже курит, но не так. От девушки сразу можно было почувствовать невесомый шлейф сигаретного дыма, пока на ногтях красовался стёртый чёрный лак. Чимин переводит взгляд на Чонгука, которому, видимо, тоже не очень хочется находиться здесь, но виду как всегда не подаёт. Не вовремя, но в голове всплывают чужие слова о работе и личных делах. Чонгук никогда не показывает своих чувств или эмоций, Пак не помнит когда видел, чтобы тот улыбался или смеялся, может, плакал или хоть что-то выражал. Мужчина словно прячет всё глубоко в себе, он словно внушает таким образом, что делает правильно, что ставит свои собственные переживания и проблемы на самое последнее место, на самую дальнюю и пыльную полку, как в архиве. Слова, которые были произнесены им в машине лишь подтверждают это. Странно, но Чимину резко захотелось посмотреть как мужчина смеётся. Наверное, он бы смеялся хрипло и негромко, а около глаз появились бы морщины, что делали его бы на пару лет старше, чем он есть сейчас. Пак прикрывает на пару секунд веки, возвращаясь в реальность, и смотрит на спину женщины, что продолжает раскладывать продукты.

— Да, я не сказала правду, но что я могла сказать? Давным-давно я дрочила в лесу Джонатану Дэвлину? Я хоть раз в жизни постаралась быть милой, если что. Тактичной. — она открывает тумбочки, складывая внутрь две булки хлеба.

— Ты убираешь балетную школу. Как тебе удавалось не встретиться с ним? — пониженным тоном спрашивает Чонгук, смотря тяжёлым взглядом на женщину, которая складывает руки на груди и переводит на него уставший взгляд.

— Я убираюсь когда школа закрыта. Ни с кем не говорю, кроме мисс Кэмерон.

— Почему Вы с Джонатанам расстались? — подаёт голос Чимин.

— Мы ведь были детьми: сначала мы влюблены, а потом нет. — парень смотрит на её тёмные тени на веках и накрашенные брови.

— Вы знали Маргарет и о их свадьбе с Джонатанам?

— Нет.

— Можете вспомнить, где были в ночь исчезновения детей в восемьдесят восьмом? — женщина хмурит брови, смотря на Чимина.

— Почему спрашиваете об этих бедных оболтусах?

— В то время Вы ещё гуляли с Джонатанам. — спокойно отвечает Чимин, на что та отрицательно мотает головой.

— Тогда уже расстались. — она поджимает губы, опустив взгляд, задумываясь. — Я была здесь с родителями, а он ушёл на поиски со всеми мужчинами, так и было, точ…

— Мисс Скулир, ты была беременна от Джонатана Дэвлина? — перебивает её Чонгук, разглядывая кухонные полки. Она переводит на него взгляд, пока Чимин делает то же самое, не понимающе смотря на него.

— Вот старая сука. Миссис Хиджерельд, да? — грустно хмыкает она, показывая кивком головы за окно. — Старая добрая католичка. — понижает она голос до шёпота, смотря на Чонгука. — Заноза в пальце. Она злая. И не стоит верить всему, что извергается из её рта. — женщина переводит взгляд на Чимина. — На этом всё? У меня в пабе вечерняя смена. — она опускает взгляд. — Нужно переодеться. — Чонгук толкается языком в щеку, а затем разворачивается и выходит из кухни, пока Чимин подавляет желание закатить глаза от такого поведения и следует за ним.

— Вы прямолинейны, как рельсы. — произносит парень, когда они идут к машине Чонгука. Тот смотрит вперёд, слегка прищурив глаза и стиснув челюсти, от чего линия теперь чётко видна. Пак подходит к нему, идя с ним наравне, хмуря брови от холодного ветра.

— Она не опровергла беременность. — ровно проговаривает мужчина, не посмотрев на него.

— А если она и была, как это поможет с Кэтти? — не понимает парень, смотря на чужой профиль, после чего детектив поворачивает к нему голову, слегка заламывая брови и поджимая губы.

— Чим, это поимка на лжи, а вот ложь касается Кэтти. — отвечает мужчина, заставляя Пака зависнуть, пока тот отворачивается и шагает дальше. Чимин смотрит в одну точку, переваривая услышанное, не понимая, послышалось ему или нет? Как Чонгук его назвал? А самое главное: почему Чимин от этого что-то чувствует внутри? Пак хмурится, догоняя мужчину, что уже открывает дверцу машины, но замирает, всматриваясь куда-то вперёд. Пак, хотевший до этого что-то сказать, молчит и переводит взгляд туда же, натыкаясь на чёрную машину, что стоит недалеко от них. А затем смотрит на детектива и видит, как тот закатывает глаза, вздыхая, отходя от автомобиля и ступая к чужому. Чимин не понимает, что такое, просто ступает следом, а затем наблюдает как мужчина наклоняется над чужой машиной и стучит в окно с водительской стороны, после чего его открывают. — Что Вы здесь делаете, мистер Бойл? — устало проговаривает он, упираясь рукой на крышу и наклоняясь пониже, чтобы видеть светловолосого мужчину с голубыми глазами и серой тонкой куртке. Пак подходит ближе и замечает на чужих коленях блокнот, ручку и какие-то папки, а затем переводит взгляд на самого мужчину, наблюдая, как тот начинает нервничать, но не показывает этого.

— Увидел Вашу машину рядом, подумал, о чём Вы можете говорить с… — он замолкает, активно ища в листах что-то, пока Чонгук спокойно смотрит на него, терпеливо ожидая, а затем поворачивает голову к рядом стоящему Чимину и смотрит как-то устало, переводя взгляд в бок и вздыхая, от чего Пак дёргает уголком губ. — ...с Сандрой. — наконец-то говорит мужчина, поворачиваясь к ним. — С чем пожаловали?

— Обычный опрос свидетелей. — ровно произносит детектив, на что тот растягивает губы в улыбке, кидая взгляд на Пака.

— Подозреваемые уже есть? Подозреваемые в убийстве Кэтти. — говорит он, смотря на Чонгука, который безразлично смотрит в ответ. — Мы можем подружиться. — и снова кидает взгляд на Чимина. — Потому что с вами все сейчас милые, но скоро, если не скормить им подозреваемого сожрут и вас. — Чонгук поворачивается к Чимину, медленно моргая, словно ищет ответ на то, что делать с этим человеком, а Пак молча смотрит в ответ, пожимая плечами, и тот отворачивается, растягивая языком щеку. — Вы же не хотите ещё одного восемьдесят восьмого, верно? Тех двух детективов вышвырнули на улицу.

— Это угроза? — подаёт голос Чимин, приподнимая бровь.

— Да, мистер Бойл, Вы нам угрожаете? — спрашивает Чонгук, делая задумчивый вид и ставя локти на окно, сцепляя пальцами замок.

— А что? Весело, мне нравится. Приходится смотреть сначала на одного, потом на второго, не могу сконцентрироваться, но… — он замолкает, что-то жестикулируя руками, смотря на детективов. — честно, без угроз — говорю, как есть, как это работает. А мы все знаем, как это работает. — и переводит взгляд на Чимина. — Между нами. — Чон поджимает губы, опуская взгляд и пару раз медленно кивая.

— Проезжайте, мистер Бойл, не беспокойте этих людей. — произносит пониженным тоном Чонгук, чем привлекает к себе внимание мужчины, кто цепляется за тяжёлый взгляд детектива. Чонгук через пару секунд отстраняется, беря за локоть Пака, что переводит на их руки взгляд, и тянет немного назад, отходя на пару шагов от машины, смотря на мужчину, что быстро облизывает губы в раздражении и тянет губы в улыбке, а затем заводит мотор и машина трогается с места. Чимин смотрит на чужую руку на своём локтем, а затем промаргивается и отводит взгляд, после чего его отпускают. — Пойдём, наш Онли что-то узнал. — произносит спокойно мужчина, смотря на Чимина, на что тот кивает и молча шагает к машине.

Он смотрит на чужой стаканчик из-под кофе, с которого медленно верх поступает пар. Холодно-зелёные стены, деревянные стеллажи вдоль них с кучами папками, в центре тёмного помещения, что освещается блеклым светом, находится прямоугольный стол, на котором сидит парень — Онли в своём сером костюме, пока вокруг стола расставлены мягкие стулья. Чимин держит руки в карманах, смотря на парня, пока рядом садится Чонгук, расставив широко ноги и откинувшись на спинку стула, скрещивает руки на груди.

— Это номер, с которого якобы звонили Джонатану Дэвлину и угрожали Кэтти. — проговаривает парень, поставив руку на бедро и повернувшись к Квидли, что сиди сзади него. — Простейший мобильник, купленный с одной целью — звонить по этому номеру, везде, каждый день. — устало проводит ладонью по лицу Онли, смотря на Пака.

— А они не собираются отвечать. — говорит Квидли, взглянув на кнопочный мобильник, на котором набран один единственный номер.

— Вопрос в том, кто совершал звонки. — ровно проговаривает Чонгук, поднимаясь с места и быстрым шагом подходя к детективной доске, пока Пак переводит на него взгляд. — У кого был интерес, чтобы наконец заставить Джонатана Дэвлина умолкнуть? — и показывает пальцем на фотографию мужчины.

— У любого, кто участвует в строительстве автомагистрали. — говорит Чимин, посмотрев на мужчину. — И этим «любым» может быть… — Пак подталкивает в центр стола изображение человека в синем костюме, пока его перебивает Чонгук.

— Человек, его в лесу видел Дэмиан Данели, по описанию — тридцать-сорок лет, во французском синем спортивном костюме.

— Это если он вообще существует и не является плодом воображения. — говорит Онли, взяв в руки изображение, рассматривая.

— Данели не смог провести опознание, но подозреваемого может просто не быть в реестре лиц сексуального преступления. — Чимин поднимает брови, а затем кидает взгляд на Чонгука, что стоит в метре от него, и замечает, как тот ему кивает, от чего Пак теряется на секунду. — Люди могут знать его по автомагистрали.

— Я вообще не понимаю зачем эта автомагистраль. — издаёт смешок Онли, подрываясь со стола, и быстрым шагом доходит до доски, от чего полы его расстёгнутого пиджака разлетаются в стороны, и показывает пальцем на карту. — Она идёт из Нокнари через Уиклоу и прямо в Гленскеги, но в Гленскеги ничего нет, только фермы.

— Поезжай туда, опроси людей, покажи им рисунок, может, его кто-то опознает. Посмотрим, покупает ли он там землю, и спроси: были ли угрозы по телефону. — ровно проговаривает Чонгук, смотря на парня, который кивает, рассматривая изображение в своих руках. Квидли вздыхает и закидывает ногу на ногу, пока Чонгук садится бедром на край стола возле Чимина.

— И так, все записи о деле Питера, Джейми и Адама находятся в хаотическом хронологическом беспорядке, но, благодаря куче жирной курятины и блестящей работе полиции, вот, что мы имеем. — и кидает нетолстую папку на стол, которую к себе притягивает Чонгук, поддев кончиком пальца, нахмурив брови. — В течении трёх интервью в тысяча девятьсот восемьдесят восьмом Калхан, Джонатан и Маргарет рассказали свои истории. Шейн Уолтерсен не особо меняет рассказ, но плачет и когда он просится в туалет, то разбивает лицо об умывальник и должен ехать в больницу для обротки ран.

— Во время второго интервью? — отстранённо произносит Чон, хмуря брови, от чего между ними появилась складка. Квидли кивает.

— Да, но на третьем, после выхода из больницы, его история ложится чётко.

— Кто-то до него добрался, а остальные довели. — бурчит Онли, перелистывая страницы папки.

— А что я сделаю? Дело вели двое старых детективов, Адам не может понять, кто на него напал и одному богу известно о Питере и Джейми, так что парни с Маргарет лежат на полках, Шейну Уолтерсену наложили сеть швов. — заканчивает Квидли, поджав губы. Чонгук пару секунд молча просматривает документы, а затем поднимает безразличный взгляд.

— Хорошая работа. — и через мгновение Квидли с Онли забирают свои папки со стола и одновременно поднимаются с места, идя на выход.

Чонгук садится на стул, упираясь локтями об край стола, а Чимин тянется рукой к мобильнику и нажимает на вызов, но никто не отвечает.

В отделе большинство уже поуходили домой. На часах около одиннадцати ночи. Пак отпивает свой остывший кофе, занимаясь своими делами, сидя за столом, пока Чонгук стоит перед детективной доской, скрестив руки на груди и уже минут семь не сдвигается с места. Пак переводит взгляд на открывшуюся дверь, где показывается Квидли, а затем взгляд падает на старый лист в его руках, на котором что-то написано. Чонгук поворачивает к нему голову, молча ожидая, пока тот заговорит.

— Детектив Чон, я нашёл кое что и не знаю, что с этим делать. Маккейт — это он работал над Нокнари почти до самой смерти.

— Что там? — Квидли поджимает губы и опускает взгляд на листок, пока Чимин хмурится, внимательно слушая.

— «Здесь что-то есть и оно нас ненавидит. Это злорадство. Эти дети были взяты как расплата, чтобы рассчитаться. Мы никогда их не найдём. Это место смеётся над нами.» — зачитывает он, после чего поднимает на мужчину взгляд, что спокойно смотрит в ответ, ничего не выражая.

— У него был рак. — ведёт он плечом. — Видимо, он написал это в бреду. — устало проговаривает Чонгук, но тот отрицательно мотает головой.

— Он написал это спустя два года после расследования в девяностом году. Что с этим делать? Я складываю всё новое в доказательства, но это выглядит так, будто один из наших лает на луну.

— Потеряй. — неоднозначно ведёт плечом мужчина, отворачиваясь, на что Квидли запоздало кивает и отходит за дверь. Чимин опускает взгляд, поджимая губы, а затем откидывается на спинку кресла, чувствуя, как снова начинает болеть голова и игнорировать её больше нельзя. — Поезжай уже домой. — Пак хмурится, приоткрывая веки и смотря на Чонгука, что повернулся к нему, скрестив руки на груди.

— Мне нужно закончить. — отрицательно мотает он головой. Мужчина молча смотрит на него, а затем поднимает взгляд на потолок.

— Тебе нужно выспаться, Чимин. Закончить можно и завтра.

— Нет, я…

— Это приказ. — перебивает его Чонгук, нахмурив брови, от чего Чимин от неожиданности теряется, смотря вопросительно на мужчину, который накидывает на себя пальто. — Одевайся, я подвезу тебя. На сегодня хватит. — подаёт парню куртку, пока тот так и сидит на месте, а затем идёт к двери. — Давай, жду тебя внизу. — говорит он, останавливаясь около выхода, после чего скрывается в коридоре, пока Чимин хмурится, но куртку надевает и, кинув взгляд на детективную доску, через пару минут выходит следом.