Глава XXVIII. Грусть в глазах лишь тень (2/2)

— Тебе не обязательно было останавливать заседание, — приблизившись, я устало коснулась виском холодной кромки окна и посмотрела на него. — Они наверняка чувствуют, что со мной что-то не так, да и…

— Нет, Вики, — Люцифер чуть задержал взгляд на чём-то и после повернулся ко мне. — Не чувствуют. Это слишком сложно в свете происходящего. Поверь, последнее что их волнует — твоя рассеянность.

В какой-то степени мне стало обидно из-за его слов, но в душе понимала, что я и правда была меньшим из зол. Яростные адские ветра разносили разрушительную болезнь в виде неестественных катаклизмов, как песок с барханов пустыни. Преисподняя страдала и кряхтела, словно старуха, доживающая последние дни. Мир рушился, и, как ни странно, всё началось именно отсюда.

Может это было связано с местом рождения Кьяры, а может то была злая шутка создателей. Никто из нас не хотел гадать. Нужно действовать.

— Ты напряжён.

— А ты пребываешь в сладостной эйфории? — съязвил он и тут же осёкся. — Прости.

— Наверное, я просто не знаю, что сказать, — это была чистая правда. После нашего последнего разговора тет-а-тет прошло не так много времени, но горечь и тревога бессменно пребывали со мной.

Хотелось, чтобы всё было просто. Может даже как раньше. Но где это «раньше», и как его вернуть?

— Я тоже.

По-шутливому удивлённо прошлась по нему снизу-вверх.

— Сам Дьявол не знает, что сказать. Не верю, Люцифер. Не верю.

Его рука внезапно подхватила мою. Он осторожно, будто боясь сломать, провёл по костяшкам большим пальцем.

— Оставь эти слова драматургам. Не скрывайся за смехом и нелепостью, это не про тебя, Вики.

— Тогда что про меня? — кажется, в моих глазах застыла безумная мольба об ответе. Я жаждала узнать, какой была теперь для него после всех войн, проблем и боли. — Кого ты видишь перед собой?

Король Ада задумался лишь на мгновение. В его взгляде мелькнул знакомый бесовской огонёк, который я встречала в былые годы. Непривычно снова увидеть его таким… заинтригованным.

— Бывшую Непризнанную с зарубцевавшимися крыльями, ипостасью и… — Люцифер остановился, ухмыльнувшись чему-то в мыслях.

— Продолжай, и?

— И с чертовски привлекательной грудью, — он подмигнул и перевернулся, уперевшись бёдрами в подоконник.

— Пошляк, — я шуточно ударила в бицепс и устроилась рядом. Всё-таки корсет платья, образовавший тревожные линии бюста, не остался не замеченным.

Мы одновременно осмотрели зал. Король вздохнул.

— Знаешь, порой я думал, что будет, когда всё кончится: когда найду ответы про тебя, найду Кьяру. Но происходящее сейчас сводит с ума. Что их ждёт в том лабиринте? Как закрыть эту печать? А другие? Не понимаю… — он взволнованно приложил ладони к лицу, проведя ими пару раз по щекам.

— Эй, — неожиданно для самой себя коснулась пальцами его подбородка, направив к себе. — Наша дочь — сильнейшее создание в этом мире. Сравнится только с Шепфа и Шепфалумом. Неужели ты правда считаешь, что она не справится?

Карминовые радужки подрагивали, усердно высматривая что-то во мне.

— Я боюсь потерять вас снова.

— Этого не случится. Не теперь, — рука дрогнула, и я затронула нижнюю часть его губ.

Воздух заискрился. Мы замерли. Голова стала тяжелее, чувство притяжения усиливалось, когда он смотрел вот так — нагло, неравнодушно, подстёгивающе. Я едва качнулась, как Люцифер наклонился и поцеловал меня.

Жгучее тепло разлилось по шее вниз. Сладостное покалывание на кончиках пальцев, как электрический импульс от его прикосновений к моим щекам, затем ключицам и после оголённым плечам. Давшая себе обещание не торопиться, не гнаться за былыми чувствами и отнестись к нашим отношениям со всей серьезностью, я страстно целовала его в ответ.

Он уверенно подхватил меня под бёдра, усадив на холодный камень подоконника, и зарылся в волосы, вдыхая аромат, исходивший от них. Внутри зародилось желание, наводнявшее тело и заставляющее напрячь мышцы. Закинув голову назад, положила руку на крепкую спину, окутанную такой ненужной рубашкой. Люцифер приподнялся, следуя поцелуями обратно к губам, и мы снова слились воедино.

Зал исчез. Исчезло всё. Я позабыла себя, позабыла боль и горькое семя, проросшее в моём сердце после всех событий. Растворяясь в своём демоне, словно становилась прежней. Огонь, некогда объединявший нас, разгорался, позволяя испепелиться и возродиться, как феникс.

Мне яростно хотелось завладеть им вновь, отчего это стремление поглощало остатки сомнений и страхов. Жаркая ладонь Люцифера оказалась на моей шее, слегка сжав гортань. Я застонала и подалась чуть вперёд, сильно укусив его губу.

Отшатнувшись, он поднёс руку ко рту и смазал выступившую кровь. Яркую и блестящую. Схватив его за рубашку, жадно притянула к себе и почувствовала солоноватый привкус на языке, бурную пульсацию и судорожный вдох Короля Ада.

Вот он передо мной — искуситель грешных душ, повелитель Преисподней и безжалостный хозяин демонов, а я могла заставить замереть его одним лишь прикосновением. В этот момент ничего не имело значения. Ни прошлое, ни настоящее, ни будущее.

В глазах резко помутнело, и я отклонилась, схватившись за виски.

— Вики? — прервав разбушевавшуюся страсть, Люцифер обеспокоено коснулся моих запястий. — Что случилось? Снова приступ?

Острая и тонкая игла боли рассекала лобную долю, принуждая делать частые вдохи. Под веками мелькали яркие вспышки воспоминаний о том, что было между нами с момента пропажи Кьяры. Только всё выглядело иначе — с издёвкой грёбанной тюрьмы, с намеренным искажением. Соскользнув вниз, отпихнула его в сторону.

— Чёрт подери, Вики! — его голос отозвался далёким эхом. Не успев ничего ответить, рухнула на пол. — Да что же это…

Тёплые руки подхватили меня, и он заставил посмотреть на него.

— Отнесу тебя в покои. Тебе нужно отдохнуть.

— Нет… нет, — бормотала я. Грубая резь принуждала отстраниться, избежать дальнейшего контакта с источником воспоминаний.

Как же можно было так поддаться искушению и своим неосознанным желаниям? Я прекрасно знала, чем может грозить близость. Не только неправильным восприятием заново складывающейся связи между нами, но и усилением приступов Темплума.

— Ты серьёзно решила препираться со мной в таком состоянии?

Медленно оттолкнув его от себя, встала и поплелась к выходу. Виски сдавливали тисками, но я шла.

— Не оставляй меня без объяснений, — гневно прошипел Люцифер, оказавшись позади.

Коснувшись массивной двери, посмотрела сквозь туманную дымку, обволакивающую болью всё вокруг. От игривости и заинтересованности не осталось и следа. Его лицо было искажено агонией непонимания и горечью. Всё, что я смогла выдавить, было:

— Не могу…

Дэймос

Вряд ли мне доводилось по-настоящему наблюдать за красотой девушек. Чаще всего относился к этому с определённой долей пренебрежения. Эта ценность казалась бессмысленной и не важной в моей системе координат.

И вот я, как последний влюблённый мальчишка, замер, чтобы запомнить этот момент: изгибы её тела, поглощённые рыжими языками солнца, чёрные линии волос, ласкающие покатые плечи, маленькая ножка, упёршаяся носком в пол. Кьяра стояла на балконе, выходившем на парадный фасад главного дворца Ада.

Её манящая энергия красной нитью привела меня сюда. В горле встал ком из несформулированных предложений. Я не знал, как выразить свою тревогу, но и не напугать чересчур вычурными словами.

— Ты прячешься за той колонной вот уже пять минут, — громко произнесла она с улыбкой в голосе. — Ещё чуть-чуть, и запишу тебя в преследователи.

Ухмыльнувшись, приблизился и наклонился к пышущей тёплом коже на шее девушки. Лёгкое прикосновение губами и тихий вздох с её стороны. Она неспешно отбросила голову назад и взглянула на меня. Искристые радужки светились в лучах солнца, и Кьяра выглядела ещё очаровательнее.

Неожиданно в глазах промелькнуло сожаление. Я нахмурился и отклонился.

— Что-то не так?

Демоница вздохнула и устало повела крыльями. Лицо стало обеспокоенным.

— Помимо того, что ждёт завтра… Дэймос, скажи, — она немного помедлила, будто сомневалась говорить или нет: — Ты знал, чем занимается Далия на Земле?

Слова поразили словно камень, о который больно споткнулся по дороге. Мои мысли занимала лишь она и то, чего все мы ждали от закрытия печати. Разговор о проделках одной из учениц Школы не входил в планы на этот вечер. И всё же нужно было что-то ответить.

— Да, знал.

— И не рассказал никому? Даже мне?

— Были дела поважнее.

— Например? — в её голосе послышалось показное недовольство.

— Ты.

— Да брось, — Кьяра неприятно усмехнулась и развернулась, чтобы видеть меня полностью.

Я сделал шаг назад и прищурился в непонимании.

— Ты будто забыла, что случилось на балу Зимнего равноденствия. Сколько всего произошло с того дня. Было ли время рассуждать о том, что натворила эта демоница?

Девушка фыркнула, а в глазах вспыхнул огонёк необоснованной обиды.

— Она же доводила несчастных до безумия. Я видела, как они мучались, хотели увидеть её снова, коснуться, проверить была ли эта женщина в их жизни. Скольких упекли в психбольницы? Несколько погибло! — Кьяра разошлась не на шутку. — Далия наслаждалась муками людей. И ты скрыл это от всех! От меня!

Внутри появилось странное чувство — она ревновала, сама не понимая причины. То, что я решил утаить проблему бывшей подруги, заставило Кьяру начать этот разговор. На губах проскользнула ненарочная улыбка, которая тут же заставила её всполохнуть, как спичку.

— Кажется, ты не осознаёшь всей серьёзности! — девушка приблизилась, всматриваясь прямо мне в глаза. — Завтра я отправляюсь в чёртову неизвестность, не для того ли, чтобы покончить со смертями всех? М?

— При чём здесь это? — нахмурился, получив неожиданный вопрос.

— При том, что мне надоело наблюдать за чьей-то гибелью по прихоти! — щёки демоницы зарделись от гнева. Теперь-то я понял, что являлось второй частью этой злости — смерть приёмных родителей.

— Кьяра, всех не спасти. Ари и Талия не умерли по чьему-то желанию. В этом нет ни твоей вины, ни кого другого. А Далия... понесёт своё наказание, но сейчас это не так важно, — между нами повисло напряженное молчание.

Горячий ветер ласкал открытые участки кожи, напоминая, что мы здесь не для того, чтобы ссориться. И всё же я был уверен в своей правоте. Конечно, не мог знать наверняка, как тяжело ей приходилось. Но что понимал отлично, так это, как легко пропустить через себя тяжесть воспоминаний других при считывании. Одно накладывалось на другое, и Кьяра начала не справляться.

Она могла выглядеть непоколебимой, неприступной и сильной, и всё-таки внутри скрывалась надломленность и скорбь. Вряд ли они отступят от неё так просто. Однако, я искренне желал, чтобы это случилось как можно скорее. Поэтому потянулся за её рукой, но демоница резко подняла ладонь.

— Может всех и не спасти, но тех, кого возможно — я постараюсь. Доброй ночи.

Девушка гордо прошла мимо, оставив меня наедине с закатом.

Тихо выругавшись себе под нос, подошёл к ограждению, где только что стояла Кьяра. Мерзкое чувство от ссоры расползалось в груди. Накал нарастал и грозился окунуть в страх с головой. Сейчас-то понял, что стоило просто выслушать и принять её упрёки, а поговорить после их возвращения.

— Твою же! — моё ругательство унёс ветер, стремящийся куда-то далеко к острым пикам чёрных гор, видневшихся на горизонте.

Ад успокаивал и будоражил одновременно. Я затих, поглощённый злостью на самого себя.

***</p>

Все выстроились перед входом в лабиринт. Школу окутывали грозовые облака, кажется, не покидавшие её с раскрытия истинной сущности Кьяры. Создатели будто ощущали, что мы задумали что-то против их воли. Странно, что кроме природных явлений, больше ничего не сообщало о том, что за всем наблюдают свыше.

Кьяра и мама стояли чуть впереди. Молчание лишь усиливало напряжение. Я оставался возле остальных трёх — Вики, Буфовирт и Вельзевула. Люцифер не выказывал эмоций, молча разглядывая живую изгородь, уходящей на многие километры в стороны. Бесконечность божественной реликвии пугала.

Директриса Ости также присутствовала. Её строгое лицо теперь выглядело встревоженным и слегка потерянным. Вряд ли можно было обвинить демоницу в этом. Каждый ощущал, как посасывало под ложечкой.

— Давайте уже начнём, — словно недовольный ребёнок протянула Принцесса. — От того, что мы пялимся на вход, ничего не изменится.

— Солидарна, — сказала мама, обернувшись к нам. — Люцифер?

Король молчал. Вики вышла чуть вперёд и коснулась его руки. На удивление он поджал пальцы. Я сразу посмотрел на его лицо, но тот был также суров. Королева поджала губы.

— Кьяра, — Люцифер подозвал дочь к себе и что-то быстро шепнул. Она покорно кивнула и мимолётно улыбнулась, возвращаясь к моей матери.

Взгляд девушки на секунду задержался на мне и быстро метнулся обратно. Обижена. Страх выходил из меня с каждым выдохом. Возможно, я видел её последние минуты, и всё же стоял на положенном месте словно истукан. Злость на самого себя становилась сильнее с каждым вдохом, но так и не заставила меня сдвинуться.

— Начнём, девочка, — мама взяла Принцессу за руку, и они уверенно направились вперёд.

Как только их ноги переступили зеленеющую ограду, силуэты испарились в дымке. Послышалось нервное причитание Королевы. Буфовирт подошла к лабиринту. Архидемоница прошептала что-то и затем обернулась к нам.

— Я не чувствую их. Исчезли.