Глава 19. (2/2)
- Это – мой выбор. Никто, даже ты, не сможет отнять его у меня.
Он печально усмехнулся. Зазвенели струны гитары, вырвав их из томного плена поднебесья. Они снова оказались в заполненном гостями бальном зале.
Финист стоял возле музыкантов, привлекая всеобщее внимание.
- Его Величество попросил меня исполнить ещё одну песню. И я решил спеть вам не гундигардскую песню, коих вы уже слышали сегодня множество, а гимн моей далёкой, утраченной в пожарах войны родине. Надеюсь, она поселит в ваших сердцах тот же трепет и любовь, что живёт в моей сердце, - вдохновлённо объявил он.
Разговоры умирали на губах. Гости поглядывали на певца с плохо скрываемой досадой и виной, опускали глаза к полу. Многие ещё помнили, что Норикия обещала Заречью подмогу, но так и не прислала её. А Белый Палач, разбив восстание Сумеречников и староверов, спалил дотла степь, которая была и его родиной.
- Ох, нет! Я знаю, что он собрался спеть, - несчастно пробормотал незнакомец.
Что такого страшного в песне о Заречье?
Ко всеобщему удивлению Финист завёл мелодичную песню на незнакомом языке, подыгрывая себе на гитаре. Остальные музыканты даже не пытались аккомпанировать незнакомой мелодии. Её наполняли печальные соловьиные трели, полные светлой тоски по канувшей в Сумеречную реку стране, а вовсе не яростные крики сокола.
Люди слушали, как завороженные, хоть и вовсе не понимали слов. Перед их глазами вставали обугленные руины древнего города, а воздух горчил пеплом и пылью.
Незнакомец подпевал тихо-тихо, чётко выговаривая слова, будто единственный в зале знал этот диковинный язык древности.
- О чём песня? Можешь перевести? – попросила Герда.
- Из меня стихоплёт… - застеснялся незнакомец. – Прости за неумелость.
Он заговорил быстро, чтобы успеть до того, как Финист закончит петь. Не задумывался над рифмой и благозвучностью фраз, стремясь передать только общий смысл:
«Есть в мире песня тайная,
Ещё до зари времен
Она ласкала бессмертный слух
Но кому сейчас нужна музыка?
Журчит мелодия ручьем,
Кварта, квинта,
До минор, ля мажор,
Поверженный принц вспоминает позабытую молитву.
Дорогу эту я одолевал ни раз,
Известен каждый её поворот,
Я гулял по ней в одиночестве, пока не узнал вас,
За мраморной аркой заметил я ваши скорбные тени,
И понял, что жизнь – не победный марш,
А позабытая молитва.
Хоть вера была крепка, но вы искали знаки,
Наша сила плескалась в лунном серебре,
Её красота ошеломляла вас,
И слышали вы не крик отчаяния, нет,
Не признания пророков, что видели свет,
А позабытую молитву.
Было время, когда вы рассказывали мне,
Что происходит на бренной земле,
Но сейчас вы отвернулись от меня,
А помните, как я защищал вас?
Мрак содрогался от ужаса,
И каждый вздох был позабытой молитвой.
Я делал что мог, но этого мало,
Я не чувствовал вас, хоть и тянулся душой,
Я говорил правду, я никогда не лгал вам,
Хотя всё закончилось скверно,
Я всё ещё стою перед вами,
И пою позабытую молитву.
Я заточён в столбе из льда,
Мой дом разбит, мои волосы отрезаны,
Если есть надо мной высшая сила,
То имя ей – любовь,
Она учит прощать тех, кто меня отверг,
С моих губ ещё рвётся позабытая молитва.
Вы говорите, я зря спустился к вам,
Зря оставил своё имя и вечную жизнь,
Если и так, то какое вам дело?
В каждом слове мерцает яркий свет,
И не важно, что вы не слышите,
Святую или позабытую молитву».
Финист закончил, пристально глядя на них с незнакомцем, словно они были его главными слушателями, а потом поклонился. Не так низко как кланяются королю, а лёгким кивком головы, как приветствуют самых близких людей.
- Красиво, - протянула Герда, переполненная непонятными эмоциями.
- В моём переводе – точно нет. Попроси Финиста спеть её на всеобщем. Он не откажет, - посоветовал незнакомец.
Чей-то взгляд скользнул по её спине. Герда обернулась. Ноэль, он будто впервые заметил незнакомца и наблюдал за ним, подозрение сложив руки на груди. Что-то решив про себя, он быстрым шагом направился к ним.
С улицы донёсся звон. На колокольне дворцового храма били полночь.
- Мне пора, - с сожалением заметил незнакомец.
- Боишься превратиться в репу? – отшутилась Герда, стараясь не показывать, как не хочется его отпускать.
- Ах, если бы…
Колокола звонили всё тревожней. Им вторили звонницы со всего города и окрестностей. Нет, это не полночь. Это сигнал тревоги!
Сердце ухнуло в пятки. Показалось, что пол уходит из-под ног. Незнакомец сжал её ладонь своей, горячей. Герда ощутила, как бьётся жилка у него на запястье.
- Не бойся. Война ещё не проиграна. Продержитесь до зимы, и я приду снова.
- Стой! Что?! – только и успела выпалить она, когда двери распахнулись и в зал влетел пунцовый, задыхающийся от бега гонец.
- Священная империя напала на Ланжу! Лучезарные уже в Онфлёре!
Живот стянуло судорогой.
- Я же говорил. Надо спешить. Помни, вам во что бы то ни стало надо продержаться до зимы, - сказал незнакомец напоследок.
Ноэль уже был в шаге от них и попытался ухватить незнакомца за ворот камзола, но тот выскользнул из его хватки. Дверь на балкон распахнулась от сильного ветра, свечи погасли. Мгла ночной бури ворвалась в комнату. Незнакомец исчез в грохоте грома и сверкании молний.
В следующий миг снова вспыхнул свет, заставив Герду зажмуриться. Ноэль подскочил к ней и встряхнул за плечи:
- Кто это был?! Кто?!
Герда распахнула веки и сжалась под его требовательным взгляд.
- Я не знаю… Я… - лепетала она.
Гости испуганно оборачивались на них и таращились. Жерард шагал к ним, отбивая тростью дробный ритм по полу. Гейрт с Моейсом спешили ей на помощь. Дугава, Ждан и Вожык тоже направились к ним. Даже Майли отыскала их глазами, игнорируя короля Орлена. Только Финист остался сидеть на помосте для музыкантов, со скукой подирая подбородок ладонью.
Нет, так не пойдёт! Герда убрала с себя руки Ноэля и зашептала ему на ухо:
– Сейчас не время для сцен. Разве не слышал, что сказал гонец?
- Какой гонец? – смутился он.
- Ну как же? Прозвонили колокола, а потом в зал вбежал гонец и объявил, что Лучезарные напали на Ланжу.
Ноэль нахмурил лоб. Герда присмотрелась к гостям. Те продолжали беззаботно веселиться, словно ничего страшного не случилось.
Раздался оглушительный звон. Герда попятилась и врезалась в грудь Ноэля. Тот придержал её руками, чтобы она не ушиблась.
Двери в зал распахнулись и внутрь вбежал раскрасневшийся гонец.
- Священная империя напала на Ланжу! Лучезарные уже в Онфлёре! – прокричал он и рухнул без чувств.
Гости испуганно ахали и перешёптывались. Орлен подался вперёд с приоткрытым ртом.
- Быстрее, целителя ему! – приказал он.
Замерший возле Герды Жерард взмахнул рукой. К гонцу подбежала пара целителей.
- Сердце не выдержало, - заключил один из них. – Просим покорнейше извинить.
Гонца забрали стражники, целители пошли вместе с ними улаживать дела. Колокола ещё звенели. Несколько впечатлительных дам тоже лишились чувств, придворные мужчины выглядели бледными и потерянными.
- Что… что будем делать? – украдкой спросил Орлен у Жерарда.
- Как уславливались, - не повёл тот и бровью.
Король печально вздохнул. Герда кожей ощущала обуревавшие его эмоции, которую он пытался сдержать. Страх, неуверенность, стыд за свою слабость и вместе с тем сумасшедшую, слепую надежду… Нет, не на Сумеречников, а на Жерарда, который кормил его с руки с тех самых пор, как его отец умер и Орлен начал претендовать на трон.
- Внимание, господа! – прочистил горло король. – Не паникуйте. От Онфлёра сюда путь неблизкий. Наша армия хорошо подготовлена. Мы соберём дополнительное ополчение из мужчин старше четырнадцати лет и вооружим их из собственного арсенала. Мы готовились к нападению с самого окончания Войны за веру. Лучезарные получат такой отпор, что ещё долго не покажутся у наших границ. С нами Сумеречники! С нами Безликий!
Жерард пихнул Ноэля в плечо, и тот помахал гостям без особого энтузиазма.
- К сожалению, праздник приходится заканчивать в спешке и на тревожной ноте, но обстоятельства не терпят отлагательств. Спасибо всем, кто был с нами и развлекал нас сегодня!
Гости торопливо кланялись и спешили выказать почтение. Фаворитка встала рядом, чтобы они вместе церемониальным шагом могли покинуть зал. Когда Орлен скрылся в коридоре, принялись собираться и гости под надзором стражникам.
- Идём быстрее, - скомандовал Жерард Герде и Ноэлю. – А то не успеем выехать за ворота до того, как начнётся толкотня. Ну, кто из нас глубокий старик? Чего ногами не шевелите? Финист!
Тот подскочил с помоста и подставил Жерарду плечо, чтобы тому легче было спускаться по лестнице.