Глава 12. (2/2)
Герда замерла, но потом смягчилась.
- Сейчас надо беспокоиться о Майли.
- Непросто растить ребёнка одной, не зная, вернётся ли муж. Но теперь Финист здесь и всё будет хорошо.
- Я сомневаюсь. Ты же его знаешь.
Дугава отстранилась.
- Ну, и к демонам его. Сейчас такая обстановка, что всем тяжело. Мы - единственное убежище для Сумеречников. Люди всё прибывают и прибывают. У нас уже нет места, где их размещать. Большинство спит на наспех сколоченных нарах в бараках армейского корпуса.
- Может, мне стоило принять предложение короля? – Герда оббежала взглядом шикарные покои и устыдилась.
- И не думай! Придворная жизнь даже такого весёлого и беззаботного человека, как я, быстро доконала.
- Я жила во дворце Лучезарных…
- С другими Сумеречниками, пускай они и враги.
- Тогда я могла бы потесниться. Жить скромнее…
- Тебе не по статусу. Здесь тоже нужно играть по правилам, хоть их и куда меньше, чем при дворе. Я тебя всему научу. Если хочешь, можем попробовать привести Майли в чувства.
- Хорошо.
Герда отвернулась, пряча вновь подступившие слёзы. Николасу несмотря на королевскую кровь предпочитал суровый походный быт, как и она.
- Переодевайся скорее и побежим в столовую. Все уже ждут! –
Герда подхватила первое попавшееся платье. Светлобежевое, прямого кроя. Достаточно простое, чтобы быстро набросить на себя.
Дугава помогла затянуть шнурки на спине, и они наперегонки побежали к столовой. Запыхавшиеся и раскрасневшиеся они ввалились в огромный зал общего здания сбоку от главного корпуса. Толкнули вместе створки двери и как только ступили внутрь, послышались свист и приветствия:
- С возвращением!
- С возвращением, деточка!
- С возвращением, светлая королева!
Знакомые кивали, незнакомцы хлопали в ладоши, авалорцы учтиво кланялись. Не так низко, как Орлену, но это хорошо. Уши и так горели от смущения.
Первым сквозь толпу к ней пробился Вожык.
- Извини за букет. Его Ждан выбирал. И вообще, я не успел придумать речь, когда он меня вытолкнул, - сознался он.
- Эх, ты! И ещё друг называешься! – Ждан тоже отделился от толпы и встал рядом. – А если в плен к Лучезарным попадёшь, тоже сдашь нас с потрохами?
- Не попаду! Я их всех зажарю! – Вожык выставил вперёд ладонь, но до того, как успел воспользоваться даром, его перехватили три пары рук.
- Только не в забитом людьми помещении! – сказал Ждан. – Не позорь хотя бы мою школу. Я же дюжину раз повторял тебе все правила.
Вожык виновато сглотнул и вжал голову в плечи.
- Тогда на лимане? – предложил он.
- Только торф не подожги!
Они вместе засмеялись.
- Так ты теперь тренируешь новобранцев? – спросила у Ждана Герда.
- Да. Гоняю их до седьмого пота, как меня когда-то гонял Финист. Ему же теперь не с руки, он большой начальник, помощник вождя.
Он потёр щетинистый подбородок, невзначай показывая, как заматерел за прошедшие годы. Да уж, теперь больше мышц, чем пухлости. И не поверишь, что совсем недавно они оборванцами пробирались в староверческую Лапию.
- А ещё я подготовил план защиты Компании и Дюарля в случае нападения с моря и суши, - прихвастнул он.
- Ну, хватит-хватит. Сейчас не место и не время для вашей похвальбы, - укорила обоих мальчишек Дугава. – Лучше расскажи обо всём Финисту. Думаю, он с радостью обсудит с тобой боевую тактику.
- Так его безвылазно держат в кабинете вождя вместе с Ноэлем, - посетовал Ждан. – Даже весточку не позволили передать.
- Он придёт, как только закончит доклад. Он не такой короткий. Всё-таки мы побывали в Зюдхейме и вернулись обратно, - успокоила его Герда.
Послышались мягкие шаги. Её деликатно тронули за плечо. Герда обернулась. Перед ней стояла печально улыбающаяся Риана.
- Можно тебя в нашу компанию? Мастер Гвидион он хочет с тобой поздороваться.
Герда неуютно повела плечами. Простят ли авалорцы её после всего или наговорят гадостей?
- Ступай, - уловила её неловкость Дугава. – Мы подождём. Теперь у нас есть всё время в мире.
Вожык со Жданом её радушного настроя не разделяли, но предпочли не перечить авалорцам.
Риана, грациозно двигая бёдрами, в расшитом зелёном платье, прошествовала к компании авалорцев у дальней стены. Совсем не постарела, ни одно морщинки не прибавилось. Наверное, это из-за родства с ши. Они живет намного дольше, чем люди.
Герда проследовала за ней. Одевшийся в авалорский, синий с красным, костюм, Гейрт что-то воодушевлённо рассказывал наставнику Сумеречников Гвидиону и контрабандисту Моейсу. Последний хоть и не обладал даром, но предпочёл оставаться с Сумеречниками до конца.
Гвидион сильно осунулся. Укрытое коричневым балахоном иссушенное тело будто просвечивало, как у призрака. Голубые глаза потускнели, словно годы, которые он прожил в Хрустальном гроте с Нимуэ, догоняли его и истачивали.
У Моейса прибавилось седины в коротко стриженных каштановых волосах, а вот лишний вес, наоборот, пропал, как и дорогой суконный костюм с золотыми нашивками. А вот немного одутловатое лицо было выбрито так же гладко, как в Ловониде.
Услышав шаги, все разом повернулись к ней. На суровых лицах расцвели улыбки. Каждый с готовностью принимал её в свои объятия. И даже Моейс пустил слезу.
- Простите, что пришлось расстаться вот так. И за то, что врала, тоже, - сказала Герда, неловко потирая запястьем о запястье.
- Это ты нас прости, что не уберегли ни тебя, ни твоего мужа, - ответила за всех Риана.
- Врала не ты, а Николас и делал это скверно, - добавил Гвидион. – Я всё знал и принял тебя и его выбор. Теперь ты наша королева.
- Вы же не всерьёз? – испугалась Герда.
- Вполне, - похлопал её по плечу Гейрт. – Я рассказал им, как ты держалась во время плавания. Николас не ошибся в выборе. Ты достойна быть нашей королевой.
Угу, потому что она тихая и покладистая. К тому же, Олаф приложил немало усилий, чтобы обучить её манерам и этикету высшего общества.
Озвучивать угрюмые мысли Герда не стала, улыбаясь на каждую адресованную ей фразу. Но авалорцы заметили неловкость.
- Нам нужно обсудить женские вопросы с глазу на глаз. Вы нас извините? – Риана снова покровительственно взяла Герду за руку.
Мужчины понимающе кивнули. Они вышли на улицу, но далеко от столовой предпочли не отходить.
- Я хотела попросить прощения, - начала Риана неловкий разговор.
- Снова? – недоумевала Герда.
Ведь они до последнего её защищали. Мидрир, брат Рианы, даже отдал за нее жизнь. Герда скорбно понурилась. Риана погладила её по плечу, пытаясь утешить.
- За Николаса. Мы слишком на него давили, навязывали лечение, которое он не хотел принимать. Если бы не это, он бы не сбежал и не поплыл в Гундигард…
- Нет. Там он нашёл лекарство, - возразила Герда. – Николас не держал на вас зла. Он был бы рад увидеть вас в Дюарле живыми и здоровыми.
- Ты так же милосердна, как и он. Он умел прощать, - Риана горько вздохнула и отвела взгляд.
Кажется, сегодня у всех глаза были на мокром месте.
Если кто и должен был извиняться, так это вождь Пареда. Но он предпочёл упрекать, запугивать и злорадствовать.
- Я хотела поговорить о твоём решение стать белой вдовой, - продолжила Риана, не дождавшись её реакции. – Не делай этого. Это страшная участь, которая обречёт тебя на одинокое и безрадостное существование.
- Я переношу одиночество куда лучше притворства. Лучше всю жизнь хранить верность любимому, чем выходить замуж по расчёту за одного из родственников короля Орлена.
- Я понимаю. Но ты можешь просто носить траур до тех пор, пока не захочешь его снять, - заспорила Риана. – Мы тебя поддержим и встанем на твою защиту!
- Но сколько у вас сил? Мы живём на милости вождя Компании. И я рада, что он не горит желанием выдавать меня замуж.
- Конечно! Ведь он сам жаждет распоряжаться твоей судьбой. Вдруг он сделает из тебя безвольного оракула, какого не смог сделать из твоей бабки? Чтобы стать белой вдовой, нужно придерживаться строгих ритуалов всю жизнь. Ограничивать себя в еде и развлечениях, посвящать все свободное время помощи страждущим, не знать мужчин и не иметь… детей.
- А без этого будет как-то иначе, учитывая, что у нас война?
- Хорошо. Я договорюсь с Гвидионом, чтобы он провел церемонию в ближайшее полнолуние. Духи будут испытывать тебя, демоны – соблазнять. Не только до церемонии, но и после.
- После путешествия в Гундигард меня трудно чем-то напугать. Но раз ты пошла на уступки, пойду и я. Давайте потянем время, насколько это будет возможно, чтобы не вызывать подозрений ни у короля Орлена, ни у вождя.
- Хорошо. По крайней мере, ты сможешь принять взвешенное решение. После церемонии отказаться от жизни белой вдовы будет нельзя.
Герда кивнула. Потянуть время – а там всё решится само так или иначе.
Риана поманила её обратно, но Герда заметила на дороге Майли.
- Я задержусь.
Когда Риана скрылась за широкими двустворчатыми дверями, Герда подошла к подруге. Они замерли, разглядывая друг друга с любопытством. Долго молчали. Майли подняла уголок рта в едва заметной улыбке, Герда ответила ей тем же, не выдержала и обняла, как давно потерянную сестру.
- А где Лиана? Я привезла для неё подарок из Гундигарда.
- Она устала и раскапризничалась. Я оставила её с няней…
Герда улыбнулась шире. Майли осталась такой, как прежде, живой, со своими маленькими причудами.
- Если хочешь поговорить, я знаю подходящее место.
Они вышли на узенькую аллею, огороженную стриженными самшитовыми изгородями. Перед ними раскинулся маленький регулярный парк с фонтанами, беседками, скамейками и большими резными качелями.
Они подошли к качелям сзади и Майли показала прибитую к их спинке табличку «По заказу Майли Гедокшимска. Для услаждения всех Сумеречниц».
- Хотелось вернуть себе хоть частичку Будескайска. Самую любимую, - усмехнулась она, скинула туфли и забралась на широкое и длинное сиденье с ногами.
Герда последовала её примеру. Лёгкий ветер раскачивал качели едва-едва.
- На лимане ты выглядела потерянной. Я думала, это из-за пропажи Финиста. Но он вернулся, а ты не повеселела, - набралась наглости Герда.
- Мы ещё с ним не виделись, - спрятала она горечь за усмешкой.
- Когда освободится, Финист обязательно придёт и обнимет вас обеих, - попыталась поддержать её Герда, хотя сама слабо верила своим словам.
- Не надо врать, что он скучал. Хоть жестокие слова в лавке он сказал из-за угроз тэму, но в них была доля истины.
- Он ещё не привык, не осознал до конца. Да и дочку не видел. А как возьмёт её на руки, услышит смех, то сразу оттает. Вот увидишь!
- Герда!.. Финист не изменится. Он не полюбит меня. Как Николас не оживёт и не заберёт тебя на яблоневый остров, - хлестнула Майли словами так больно, что выступили слёзы.
Она согнулась и принялась массировать пальцы ног, чтобы не смотреть Герде в глаза.
- Прости!..
- Извиняться тоже не надо. Просто смирись с тем, что я плохая и неправильная. Дурацкие замшелые мудрости не для меня.
- Понимаю, о чём ты… Просто привыкла быть правильной, кроткой и уступчивой.
- Это удобно. Окружающие уверены, что с тобой всё в порядке и не пытаются тебя лечить.
- Но иногда кажется, что ты лжешь самой себе. Носишь маски. А снять их можешь только в одиночестве, чтобы вдоволь наплакаться.
- Да! Как будто только мужчинам можно грубить, напиваться, творить бесчисленные глупости, а женщина обязана улыбаться и надеяться на лучшее. Я не хочу! Я не стойкая, не сдержанная и не благоразумная. Пускай все зарубят себе это на носу!
- Внешне ты куда более сильная, чем я. По крайней мере, знаешь, чего хочешь.
- Угу. Я хочу мужчину, который ни в медьку меня не ставит. Родила от него дочь, которая не узнает отцовской любви. Пускай мой отец и был помешанным некромантом, но в детстве я чувствовала его теплоту.
Майли подняла глаза к перекладине, к которой были привязаны верёвки, на которых держалось сиденье, и часто заморгала. Нет, она не плачет, просто глаза слезятся от яркого солнца, от не получается оторвать взгляд.
Всё-таки есть между ней и Герда родственное сходство, хотя бы в попытках спрятать гнетущую слабость.
– Наверное, это тоже обман. Отец растил меня на заклание, а я всё равно хочу его любить и оправдывать. Как Финиста.
- Мой дед любил мою бабку до безумия, но с сыном отношения наладить не смог. А когда моя бабка погибла, и дед перешёл на сторону Голубых Капюшонов, их сын от него отказался. Так что любовь между родителями не означает любовь детей к родителям. Ну… и родителей к детям тоже, - возразила Герда, боясь, чтобы неловкие слова не ранили Майли ещё больше.
- Я вызывала дух отца много раз, пытаясь добиться от него объяснений или хотя бы оправданий, но слышала только оскорбления. В конце концов я заточила его в амулет, превратив в своего духа-слугу. Теперь он молча выполняет все мои указания. Другие души жалко. Я с ними… подружилась. После смерти они перестают надоедать со своими поучениями.
- Дугава говорила, что ты больше времени проводишь с мёртвыми, чем с живыми.
- Не одобряешь? – Майли, наконец, соизволила поднять на неё глаза и изогнула резную угольную бровь.
- Тебе нужно моё одобрение? - нашла подходящий тон для разговора Герда. – Я сама больше люблю книги. Просто раньше ты своего дара боялась, а теперь увлеклась им больше, чем я.
- Я поняла, что Сумеречники – не кровожадные чудовища, какими их представляют пресветловерцы. Хотя некоторые из них, надо признать, пугают. Как мой отец.
- И мой дед.
Майли кивнула.
- Так почему бы не насладиться тем, чем наделила меня природа?
- Матушка-земля. Ты дитя земли, - поправила её Герда, но Майли не прислушалась. – А Лиана, как думаешь, чей дар унаследует? Твой или Финиста?
- Она ещё плохо говорит, но очень любит петь. На её тонкий щебет слетаются все птицы в округе. Как повзрослеет, улетит из несчастливого родительского гнезда на соколиных крыльях.
- Послушай… - Герда замялась, оценивая, насколько её просьба будет нескромной. – Ты не могла бы разузнать, не видели ли Николаса на Тихом берегу. Может, получится его вызвать?..
- Тоже не можешь отпустить неподходящего мужчину? Не стесняйся. Я последняя, кто будет тебя упрекать. Пусть другие считают, что нас больными, но пошли они все к демонам на рога. Мы имеем право мечтать и тосковать о том, о ком хотим, и даже можем скорбеть и жалеть себя. Пускай сами благоразумно выходят замуж за правильных кавалеров, которые обеспечат им спокойную и сытую жизнь. Согласна?
Герда кивнула. Майли оказалась единственной, кто её понимал и принимал целиком и полностью несмотря на то, что они были разными, как день и ночь.
- Помочь тебе я, к сожалению, не смогу. Вождь просил меня вызвать Николаса сразу после его гибели, но ничего не вышло. Призраки сказали, что после смерти Комри не попадают на Тихий берег вместе с остальными. Они могут недолго постоять в Арке смерти, оббежать взглядом обиталище мёртвых и уйти по огненной лестнице в небо.
- Они видели, как Николас уходил?
- Видели, как он стоял, но потом туманы Безмирья скрыли его от их взоров.
- Значит, ничего узнать не удастся? – разочарованно выдохнула Герда.
- Моих сил на это не хватит.
- Я могла бы их увеличить. Если не боишься.
- Шутишь? Я мечтаю об этом! Неподалёку есть старинное кладбище Сумеречников с магическими письменами. Там проводить ритуалы проще всего. Много неупокоенных душ, нужная атмосфера. Можем попытать там счастье в полнолуние. Только никому ни слова, - Майли заговорщически приложила к губам указательный палец.
- Безумные сёстры? – Герда пихнула пяткой в её стопу. Майли задрыгала ногами и засмеялась. Пускай её смех звучал злорадно, как смех ведьмы, но какая разница? Герда тоже засмеялась.
- Вот вы где! – послышался звонкий оклик Дугавы.
Она выглянула из-за самшитовых изгородей вместе со Жданом и Вожыком.
– Мы гадали, куда вы пропали, каждая по отдельности. А вы, оказывается, вместе, - пошутил Вожык.
- И это страшно. Когда вы вместе что-то замышляете, - окинул их проницательным взглядом Ждан.
- Мы устали от шума и решили отдохнуть в тишине, - подмигнула им Герда.
- Рада, что вы больше не грустите. Каждая по-отдельности, - поддержала шутку Дугава.
Майли с Гердой пришлось сесть ровно, чтобы на скамейку уместилась ещё и Дугава. Для щуплого Вожыка тоже нашлось место, а вот Ждан остался не у дел.
- Может, пустите меня к вам на коленки? – он бросил красноречивый взгляд на Дугаву, но та качнула головой и капризно надула губы.
- Твой вес качели не выдержат. Лучше раскачай нас посильнее!
- Вы сами такие тяжёлые, что и десять силачей не справятся!
- Я справлюсь! – подскочил с места Вожык и потянулся за верёвкой.
Ждан направил на качели ветроплав. Сиденье поднялось в воздух, и верёвка ускользнула из рук Вожыка. Девушки заливисто рассмеялись, дрыгая ногами.
Хоть что-то в этой жизни не менялось.