10. Чудовищный (2/2)

— Нет. Мне некуда идти. Я один.

По какой-то причине Артур сочувствовал юноше. Возможно, он, как никто другой, знал то же самое одиночество, которое знал Артур. Возможно, у него тоже нет никого в этой жизни. Может, просто может быть, они смогут помочь друг другу.

— Если ты торжественно поклянёшься никогда не приводить жаждущих крови мужчин, который выбьют мне дверь, то ты сможешь остаться ещё на пару дней. Но без каких-либо разговоров о магии. Никто не может помочь мне, — сказал Артур, удивив самого себя. У него были твёрдые намерения заставить юношу уйти на следующее утро. Однако, как он почувствовал вчера ночью, есть в нём что-то такое.

Мерлин кивнул.

— Очень хорошо. Тогда я пойду в город, принесу припасы?

Артур кивнул, отмахнувшись от него вялым жестом руки, когда тот развернулся, чтобы уйти. Возможно, иметь Мерлина рядом с собой будет чем-то полезным.

~~~

Пара дней перетекла в две недели, а Мерлин всё ещё здесь. Артур уже привык его к присутствию и больше не боялся его. За несколько дней до этого он перестал оборачивать вокруг своих плеч тяжёлую ткань, и был удивлён тому, что Мерлин всё так же смотрел на него и ни разу не дрогнул.

Юноша, тем не менее, оказался проблемкой. Он ходил хвостом за Артуром, заваливая его вопросами. Как его зовут? Откуда он? Кем он был раньше? Кто проклял его? Почему его прокляли? Это были все те вопросы, на которые Артур либо не хотел отвечать, либо попросту не знал ответа. Неохотно назвав своё имя, он перестал отвечать на какие-либо вопросы. Конечно, Мерлина это не остановило задавать их ещё больше.

В конце этих двух недель и в середине следующей в отчуждённый замок Артура пришла весть об ухудшимся здоровье его отца. Мерлин только что был в деревне, покупал еду. Когда тот вернулся, то выглядел замкнутым и неуверенным, каким Артур ещё никогда не видел мужчину (он перестал видеть в его незваном госте обычного юношу). Оба, вопреки всему, притёрлись ближе друг к другу со временем. Они вместе часто читали ограниченное количество книг, которое имелось у Артура, в одной и той же комнате. Они вместе ели. Предаваясь воспоминаниями, парни рассказывали друг другу истории. Не то, чтобы Артур когда-либо расписывал всё детально. Тем не менее, Мерлин медлил с тем, чтобы поделиться новостями по возращению в замок.

— Мерлин, что такое? — спросил Артур. Он едва замечал свой чудовищный облик, когда находился рядом с другим мужчиной.

Мерлин пожал плечами:

— Это, скорее всего, не так важно, просто… ходят слухи в деревне. Слухи о Камелоте и о короле.

Артур встал как вкопанный, пока слова Мерлина плотно оборачивались вокруг него, как цепи. Он сглотнул несколько раз, и каждый давался труднее, чем прошлый, из-за комка, который как лягушка застрял в его горле.

— Что говорят про короля Камелота? — заставил себя спросить Артур, его голос был напряжённым и невыносимо беспомощным. Мерлин бросил на него взгляд, слишком понимающий, чтобы успокоить Артура.

Короткая пауза, а затем:

— Он слёг из-за болезни. Врач думает, что тот не сможет пойти на поправку.

Артур отреагировал на новость с приступом гнева. Он зарычал и взревел, ничто в замке не могло уберечься от его замахивающихся когтей. Старые ветхие гобелены разорваны в клочья, а сколотая посуда, брошенная с яростью в суровые каменные стены, разбита. Во время всего этого Мерлин ни разу не моргнул, даже в мыслях не проскочило, что Артур может обернуть свой гнев на него. И, конечно же, Артур не тронул его. Он бы никогда не причинил вреда человеку, которого он узнал и даже немного полюбил. Он был первым, кого встретил Артур, кто не убежал от него после первого взгляда. Как он мог навредить ему?

Как только его гнев спал на нет, пришла вина. Он понёсся по холодным каменным коридорам в свои покои. Заперев двери, Артур сполз на пол у самой дальней стены. Он опустил голову на руки, острые когтистые пальцы обернулись вокруг толстых завитых рогов, и он заплакал по своему отцу. По своей старой жизни. По своему королевству.

Он должен быть там. Он не мог перестать винить себя в том, что сейчас не в своём королевстве. Артур ни разу не обвинил своего отца в том, что тот отослал его подальше. Королю пришлось, пришлось сделать всё необходимое, чтобы уберечь своих людей от опасности. В этом случае опасностью был Артур. Он не испытывал злобы к отцу за то, что тот сделал. Его злость была направлена только к самому себе, ведь из-за него всё это и случилось.

Артур знал: вероятность, что у его отца когда-нибудь ещё будет сын, маловероятна, и даже если бы он родился, мальчик всего лишь был мальчиком. Ещё не достаточно подросший, чтобы править королевством. Он боялся за Камелот. Что, если один из врагов отца решит, наконец, нанести удар, пока королевство находится в потрясении? Что, если Камелот падёт?

Скрип дверей объявил о прибытии Мерлина. Артур не поднимал взгляда, слишком вялый, чтобы его заботило о том, как тому удалось зайти. Тихие шаги подвели другого мужчину ближе, а затем мягкая рука легла ему на плечо. Он не замечал, что дрожал, пока прикосновение Мерлина не успокоило его тело.

— Ты Артур, верно? Тот самый Артур. Принц, которого сочли мёртвым много лет тому назад, — слова Мерлина заставили Артура поднять голову.

— Они все думают, что я мёртв? — почти шёпотом спросил он. Мерлин грустно кивнул.

— Это то, что сказал всем король в день, когда ты исчез, — сочувственно рассказал ему Мерлин. Артур моргнул и отвернулся. Его отец солгал народу о местонахождении его собственного сына. Он говорил о нём, будто он навсегда ушёл из этого мира.

— Возможно, всё было бы намного лучше, если бы эти слова оказались правдой, — ответил Артур ровным без интонаций голосом. Резкий вдох вновь привлёк его внимание, он посмотрел на него, встретившись с блестящими голубыми глазами Мерлина. Когда тот поймал его взгляд, то категорически затряс головой.

— Нет. Даже не думай об этом. Королевство нуждается в тебе сейчас больше, чем когда-либо, Артур. Ты должен вернуться в Камелот. Занять своё место в качестве наследника на трон. Пока не станет слишком поздно, — искренне сказал мужчина. Артур фыркнул.

— Посмотри на меня, Мерлин. Я чудовище. Как я когда-либо смогу вернуться? — его голос надломился к концу, и он с клацаньем закрыл челюсти и отвернулся, не желая, чтобы Мерлин его влажные от слёз глаза. Нежные пальцы взяли его за подбородок и повернули его лицо обратно.

— Ты не чудовище, Артур. Каждый раз, когда я смотрел тебя, я ни разу так его и не увидел. Я вижу лишь человека. Сильного и гордого человека, — его слова были такими уверенными и неоспоримыми, что Артур почти поверил в них.

Он попытался снова отвернуться, но когда руки Мерлина не позволили ему этого сделать, сказал:

— Я не знаю, на кого именно ты смотришь, Мерлин, но очевидно, что не на меня, раз ты не можешь разглядеть того, кем я являюсь.

Грустная улыбка растянула губы Мерлина.

— Артур, я говорил тебе, я владею магией. Я могу видеть глубже проклятия, которое наложила на тебя колдунья. Я могу разглядеть твою душу, и всё, что я вижу — это невинное сердце. Ты не чудовище, Артур. Ты не твой отец.

Настала очередь Артура резко вздохнуть. Он заглянул обратно в глаза Мерлина и впервые увидел кое-что ещё, отображающееся в них. Что-то, что в других обстоятельствах можно было бы назвать любовью. Слова мужчины с того самого первого утра вернулись обратно к Артуру. «Я могу помочь.» Не в первый раз Артур задумался как. Он наложит другое заклинание? Может, противопроклятие? Сработает ли оно? Сможет ли Артур вернуться в Камелот, как бы воскресший из мёртвых, чтобы занять своё место возле своего отца?

— Позволь мне помочь тебе, — прошептал Мерлин в ухо Артура, слова вышли на одном выдохе. Артур напрягся, по-прежнему неуверенный насчёт магии, но в то же время кивнул. — Закрой глаза.

Артур сделал то, что ему сказали, давая худощавым пальцам обхватить свою челюсть, повернуть его туда, куда нужно мужчине, его другу. Обветренные губы слегка прикоснулись к его собственным, те, в свою очередь, распахнулись в удивлённом вздохе. Зачем кому-то вроде Мерлина хотеть его, такое чудовище, поцеловать? Тем не менее, Мерлин прижался ближе, выливая свою нежность в объятие, пока Артур нерешительно не поцеловал его в ответ. Робкие пальцы потянулись, чтобы обхватить талию Мерлина, нуждаясь в опоре. Когда Мерлин отстранился, на его лице была улыбка, а на глазах слёзы.

— Артур, — мягко выдохнул он. Артур моргнул, увидев собственное отражение в глазах Мерлина, и ахнул. Пропали рога и колтуны золотистых локонов, и острые зубы. Его ногти вернулись такими же, какими он едва их помнил. С порывом благодарности и, посмей он сказать, любви, Артур снова погрузился в очередной поцелуй и застонал, когда Мерлин ответил с тем же энтузиазмом. «Настоящая любовь», — прошептало что-то в его голове, и впервые за всю свою жизнь, он не отмёл эту мысль.

~~~

Путь обратно в Камелот занял почти неделю. Их появление у ворот вызвало шумиху, как он и подозревал. Принц Камелота, вернувшийся из мёртвых, когда королевство нуждалось в нём больше всего. Толпы людей выстроились на улицах, и он с Мерлином рука об руку шли к цитадели. Его своевременно отвели в покои отца, как и подобало его положению при дворе.

Утер Пендрагон намного слабее, чем Артур помнил его. Он выглядел маленьким и хрупким, и когда он улыбнулся своему сыну, его улыбка была слабой. И всё же он поднял свою бледную руку, подозвав Артура ближе.

— Артур, — прошептал он. — Ты вернулся ко мне, — Артур кивнул, все вопросы о его лжи исчезли при виде его. Слабые руки вяло сжали его сильные ладони. — Позаботься о нём, Артур. Теперь оно твоё.

Рассвет следующего дня был столь же ярким и светлым, как в то утро в его старом замке, когда Мерлин отказался уходить от него. Небо украшало множество сочных мазков цвета. Розовые и жёлтые, золотые и красные. Как только цвета слились в единый голубой цвет, напоминающему Артуру о глазах Мерлина, он вновь рука об руку с Мерлином стоял перед людьми, собранными в Большом Зале. Он со всей серьёзностью принял корону и весь вес, которая она в себе несёт. Мерлин рядом с ним принял свой золотой обруч, который украсил его тёмные кудри.

Когда толпа разразилась скандированием «Да здравствуют короли!», Артур повернулся, чтобы улыбнуться своему супругу. Даже в самом ужасном его обличии Мерлин никогда не видел в Артуре чудовище. Только что коронованный король поклялся всегда жить в соответствии с этими взглядами. Он никогда не подведёт Мерлина. Хоть он и не знает его так долго, но он всё же понимал, что Мерлин изменил его в лучшую сторону. И он всегда будет стремиться оставаться в той, лучшей стороне. Ради Мерлина. Ради своего народа. Ради себя. Зная это, Артур улыбнулся про себя, потому что первый его приказ в качестве короля станет снятие запрета на магию, которого его отец наложил на эти земли. Он просто ещё не сообщил о своём решении Мерлину. Глубоко внутри себя он знал — они будут жить долго и счастливо.

И они действительно так прожили.</p>

Конец.</p>