Часть 49. Позади сражение, впереди война (2/2)
Рег махнул рукой, в секунду потеряв интерес к мужчине. Стокке — человек крайне ненадежный, но пока что единственный, кого можно использовать в качестве шпиона. Он предатель — предал их, предаст и Волдеморта.
— Обещайте, что меня не тронут! — крикнул он, когда Регулус уже направился к двери.
— Скоро мы с вами свяжемся, — бросил Блэк, не оборачиваясь.
— У него в палочке Философский камень!
Регулус застыл, медленно разворачиваясь.
— Что вы сказали?
— Он разделил камень и каким-то образом добился его соединения со своей палочкой, — задыхаясь от тревоги произнес Стокке. — Я не знаю, как и когда он это сделал! Не знаю!
Блэк озадаченно нахмурился. Пазл о новообретенном бессмертии Волдеморта стал складываться в единую картину. И была она отнюдь не радостной.
— Это все?
— Я пока ничего больше не знаю!
Бросив напуганного Стокке в кабинете, Регулус быстро расправился с оставшимися делами, и вышел в вестибюль, чтобы покинуть Министерство. В толпе снующих по сторонам работников и посетителей он заметил знакомую фигуру с неизменной тростью в руке. Мужчина передвигался довольно быстро, расталкивая поток людей перед собой, так что Блэку без труда удалось его догнать.
— Аластор! — Регулус даже не пытался скрыть удовольствие от встречи. — Вы выбрались из своей берлоги! Что случилось?
Грюм обернулся к нему и скривился.
— Бездарно растерял всё, что я тебе оставил! — без предисловий выплюнул он, бешено вращая волшебным глазом.
— Вы знаете причину, — вернул ему Блэк, ни капли не оскорбившись. — Не моя вина, что меня уволили.
— Не моя вина, — передразнил бывший учитель. — А кто виноват?
— Вам список предоставить? — услужливо поинтересовался Регулус. — Давайте начнем с мистера Фаджа, затем Волдеморт и…
Аластор Грюм усмехнулся, постучав тростью по полу.
— От привычки язвить ты так и не избавился.
— По какому поводу вы здесь?
— Фадж предлагал мне место в Аврорате, точнее, вернуться на старую должность.
— А вы…? — настороженно спросил Рег. Возвращение Грозного Глаза в Аврорат в хорошем смысле встряхнет всех его служащих. Передавать управление в руки Грюма не страшно, это даже лучше, чем Блэк мог себе представить.
— Министр забрал свои слова, когда я сообщил, что целиком и полностью поддерживаю его нынешнюю Главу.
Будь Регулус чуть мягче, он бы обязательно растрогался на этих словах.
— Ты больно не радуйся, — проворчал Грюм, заметив блеск в глазах ученика. — Тебя давно не видно на публике. Диван дома просиживаешь? — он пытливо уставился на него волшебным глазом.
— Работа движется, Грозный Глаз, — он понизил голос. — Будь готов, совсем скоро Дамблдор снова обратится к тебе.
— Ну наконец-то! — пророкотал Грюм. — Это то, о чем я думаю?
— Да.
— Буду на связи.
Старый мужчина хлопнул его спине и скрылся в одном из каминов. Регулус тоже не стал задерживаться. У него осталось последнее на сегодня дело.
Разговор с Дамблдором неожиданно для Блэка вышел коротким. Мужчина отчитался директору о Стокке, о делах в Аврорате, а также предупредил о Грюме и Философском камне. Старый директор на эти новости лишь покачал головой, загадочно улыбаясь.
— У нас всё готово?
— Все готово, люди ждут сигнала. Осталась проблема со Штабом… Но у меня есть кое-кто на примете. Он… она может помочь. Это все?
— Да, мистер Блэк. Благодарю за помощь.
Регулус не стал тратить время на лишние разговоры, хотя ему ужасно хотелось узнать, как дела у Мередит. Она не писала ему уже очень долгое время, а самому сесть и черкнуть пару строчек не хватало времени, а иногда и сил.
Вернувшись к камину, Блэк назвал единственное место, где он мог отвлечься от всей суеты, прикрыть глаза и вздохнуть с облегчением хотя бы на пару минут. Алекс наверняка занята в своей студии, а Сириус мотается по стране, разбираясь с поставками оборудования и материалов для своих фирм. Но может, они найдут час, чтобы встретить своего брата и выпить с ним по чашке хорошего английского чая? А заодно и обсудить намечающиеся изменения в устоявшемся укладе их жизни. В конце концов, они уже были в такой ситуации, и наверняка всё поймут.
Мужчина исчез в огненном вихре, а вслед ему донесся крик огненной птицы. Орден Феникса расправил крылья, отряхиваясь от пепла.
***</p>
Регулус и раньше часто бывал в доме Карсов, навещая их по праздникам и на выходных, когда они вместе с Диланом играли в волшебные шахматы. А после его смерти он стал приходить чаще, сначала чтобы помочь организовать похороны, а позже в неясном беспокойстве за свою коллегу и жену своего друга.
В двухэтажном доме Карин и Дилана кухня была просторной и уютной. Регулус устроился на своём привычном месте за кухонной столешницей, где они часто пили кофе. Пока Карин кипятила воду, доставала чашки и рыскала по шкафчикам в поисках стеклянной банки с ароматным напитком, Блэк рассматривал комнату, лишившуюся одного из своих хозяев.
За большим столом больше никто не сидел, он четко увидел тонкий слой пыли, покрывший некогда светлую поверхность. Стулья задвинуты, салфетки оставались не тронутыми. Регулус подозревал, что Карин больше не обедала в собственном доме.
Занавески раздвинуты к приходу гостя, на подоконнике доживали последние дни некогда красочные бегонии, а совсем рядом, на крючках висело два фартука — и Дилан, и Карин любили готовить. Особенно Блэк любил мясную запеканку, которую готовила женщина, и незабываемый рататуй Дилана.
— Так, о чем ты хотел поговорить? — Карин поставила перед ним дымящуюся чашку и приземлилась на соседний стул. Регулус бросил взгляд к раковине — рядом остался одинокий стакан, больше из него никто не выпьет. Грудь кольнула острая боль.
Мужчина рассказал всё, начиная от событий Первой Магической войны, заканчивая своей просьбой. Он боялся, что женщина откажется пустить в дом толпу незнакомых ей людей, не захочет пускать посторонних в место, где витают призраки её прошлого.
Карин единственная, чей дом был полностью свободен — идеальный новый штаб для Ордена Феникса. Также Рег считал, это поможет ей не чувствовать себя так одиноко после всего, что случилось.
— Мой дом нужен в качестве нового штаба? — уточнила женщина, поправив карамельные волосы, убранные в хвост.
— Да, и я пойму, если это может быть неприятно для тебя…
— Почему же? Я согласна. Дом большой и всё равно пустует. Нам вдвоем было слишком много места, думали, будут дети, — она запнулась, прерывисто вдохнув. — Но детей нет. И я буду рада, если смогу сделать что-то полезное для общего дела.
Регулус мучительно долго не мог оторвать взгляд от третьего стула, пустующего совсем рядом с Карин. На мгновение ему показалось бредовой идеей тревожить человека, недавно потерявшего свою любовь. Он уже собирался отказаться от этой затеи, извиниться и покинуть этот дом, даже не допив кофе. Находиться здесь без Дилана было почти что неправильно, и в первую очередь, для самой мисс Карс. Но Карин резко отставила чашку, и Блэк вскинул голову, чтобы наткнуться на серьёзный взгляд карих глаз.
— Я вижу, что ты уже пожалел о своем предложении, — сурово начала она. — Не надо, Регулус. Я могу помочь, и я не буду отказываться от этой возможности. Вместо того, чтобы взвешивать все за и против, давай обсудим более насущные вещи. На дом нужно будет наложить чары сокрытия, так?
Мужчина кивнул, пораженный её стойкостью. Идеальный боец даже дома не позволяла себе расслабиться, хотя Рег считал, ей будет полезно немного отдохнуть. Слишком многое на неё свалилось.
— Я думал над Хранителем тайны, — сказал он. — Лучше всего сделать им тебя. Это твой дом, ты здесь хозяйка. Так будет правильно.
— А я хотела предложить тебе стать Хранителем, — возразила Карин. — Ты наш командир, тебе и решать судьбу этого дома и тех, кто будет в него вхож.
Регулусу не понравилась эта идея. Он — слишком очевидный выбор. На него и без того начнется охота, гораздо целесообразней будет взять на эту роль человека, о котором Пожиратели пока что не знают.
— Как ты сказала, я командир, и мои приказы не оспариваются. Моя кандидатура не подойдет, я слишком часто бываю на виду, а ты…
— Простой аврор в отставке, да к тому же женщина? — хмыкнула она. — Я буду в гуще сражения, буду сражаться. Каков шанс, что меня не зацепит шальное заклинание? Тогда вся ваша конспирация слетит.
— А ты не подставляйся, — возразил Регулус, делая глоток.
Я не выдержу и твою смерть на своих руках.
— Не могу ничего обещать, — сообщила Карин. — А тебе я доверяю. И Дилан… доверял. Уверена, он бы тоже хотел, чтобы хранителем нашего дома стал ты.
— Дело уже не в доверии! Это серьезно, понимаешь? Хранителем станешь ты, а всех остальных мы убедим, что это я. Ты будешь в безопасности, а с тобой и заклятие Фиделиуса.
— Регулус.
— Карин.
Они буравили друг друга взглядом, скрестив невидимые шпаги в молчаливом поединке. В напряженной тишине стало слышно, как громкие воробьи за окном заняли дерево в саду и защебетали о чем-то своём, птичьем.
— Мы еще вернемся к этому разговору, — прищурилась женщина.
— Нет, мы все обсудили. Хранителем тайны станешь ты, и на этом всё.
Карин насупилась. Глаза забегали по помещению, она размышляла.
— Ладно, — в конце концов выдала мисс Карс. — Я стану Хранителем.
Мужчина развернулся к ней всем корпусом. Хотел положить руку на плечо, как всегда делал это на прощание, протянул руку, но внезапно передумал. Правильно ли будет сделать это сейчас?
Женщина заминки не заметила, и Регулус сделал вид, что потирает колено. Они переговорили о других мелочах, связанных с организацией штаба и, когда тем не осталось, оба неловко замолчали, рассматривая содержимое своих чашек.
Пришло время уходить. Основную задачу он выполнил, а задерживаться ради праздного разговора было странно. Карин это не нужно, да и она могла не так его понять, если он останется. Почему-то раньше это не приходило ему в голову.
— Спасибо, Карин. Будь на связи, хорошо?
— Всегда, Регулус.
Блэк встал из-за стола, допил остатки кофе, и глубоко вздохнув, снова огляделся. Оставленная посуда в шкафах, потемневшие от сырости тряпки у раковины, принявший обет молчания радиоприёмник на полке с разукрашенной тарелкой из Индии — всё кричало о поразившем их заклятии вечного одиночества. Дом скорбел вместе с хозяйкой, уже и не мечтая о возвращении когда-то царившей в нем жизни.
Регулус попрощался с подругой, и отправился домой с непривычной тяжестью на сердце и в мыслях. Отчего-то ему казалось, что где-то там Дилан им недоволен.