Часть 2 (2/2)
— Тьфу на вас! — ругается мужчина. — Зачем приперлась? И нахрена мне это на моем прилавке?
— Мне нужен вакидзаси, — с запинкой говорит Суэ и хмурится.
— А катана тут причем?
— Обмен? — вопросительно протягивает послушница Храма-на-могиле.
— Обмен, говоришь? — мужчина хмыкает и подхватывает меч с прилавка, вынимая его из ножен. — Клинок неплох. Можно было бы лучше, но…
— Берешь?
— Беру. А чего не взять? — старик щурится оценивающе. — Подожди, сейчас принесу тебе на выбор.
Суэ терпеливо ожидает, гипнотизируя меч, лежащий на прилавке, сражаясь с остаточными чувствами и болью прошлой владелицы тела. Когда старик выкладывает на прилавок несколько вакидзаси, она отвлекается и дотошно осматривает все предложенные пять. Примеряется, прислушивается к ощущениям и кивает сама себе. Это лучше, чем катана.
— Вот этот беру.
— А говоришь — не АНБУ, — хмыкает старик.
На это она лишь пожимает плечами и, выходя за порог, растворяется в толпе.
***</p>
— Хокаге-сама, — Минато Намикадзе кланяется главе деревни и не сдерживает усталую улыбку.
— О, Минато, — пожилой мужчина тяжело вздыхает. — Как Какаши-кун? Рин-чан?
— Сойдет для тех, кто потерял товарища.
— Обито-кун, — мужчина выдыхает дым и тяжело вздыхает. — Жаль.
— Жаль, — эхом отзывается молодой мужчина и болезненно прикрывает глаза.
— Но ты ко мне не поэтому пришел. Ведь так? — проницательно заметил глава деревни.
— Да… я хотел бы укомплектовать свою команду. Если это возможно, конечно.
— Рин-чан уже чунин, а Какаши-кун — джонин, — хмыкает пожилой мужчина. — Все в ранге чунина у нас сейчас при деле. Так что не могу ничем помочь. Да и правильно ли к ним нового человека добавлять? Могут…
— Я понимаю, Хокаге-сама, но им вдвоем сложно. Было бы неплохо, если бы они смогли отвлечься. Да и в нашей ситуации лишних людей не бывает.
— Увы, Минато-кун, у нас никого нет.
Молодой мужчина хмурится и задумчиво рассматривает кабинет Хокаге. Идея, посетившая голову, не кажется хорошей, но…
— А генин?
Хирузен Сарутоби вопросительно хмыкает.
— Зачем тебе зеленый юнец?
— Не зеленый. А тот, кто уже на фронте побывал. Есть же такие?
— Допустим, такие есть. Вот только конкретно этого генина готовились списать в штаб. Единственный выживший из всей группы. Бесклановая куноичи, каким-то чудом сумевшая избежать смерти.
— Натаскаем, не беда, — улыбнулся Минато. Рин тоже поначалу никаких способностей не проявляла, а потом…
— В своей команде была медиком. Но после пережитого не может больше пользоваться медицинскими техниками. Один раз уже была попытка суицида. Ее отпуск заканчивается буквально через пять дней, и мы хотели отправить ее на фронт…
— Суицид? — Намикадзе хмурится и недовольно поджимает губы.
— Резала вены.
— Она ведь под наблюдением?
— Да, за ней должны приглядывать, — мужчина переводит взгляд на своего помощника. — Мне нужно дело бесклановой куноичи Хоши из команды номер семнадцать.
— Да, Хокаге-сама.
Они ждут дело буквально пять минут. Хирузен берет его и быстро листает, хмыкая, после чего передает Минато.
— Держи. Если надумаешь — приходи. Но, судя по рекомендациям, ее либо в штабные, либо в гражданские списывать придется. Или посылать на верную смерть.
Пушечное мясо.
Минато понимающе кивает и захватывает папку, которую быстро просматривает дома и недовольно хмурится. Посредственность. Судя по всему, даже балласт теперь для его команды.
Кушина заинтересованно сует нос в личное дело Хоши и качает головой.
— Проверь ее.
— Зачем? — хмыкает Минато. — И так все ясно.
— Не знаю. Интуиция. Проверь, что тебе стоит? — Кушина улыбается и целует его в щеку. — Ужин через десять минут.
— Хм… — жмурясь, выдыхает Минато. После чего вновь смотрит на досье. — Интуиция, да?
***</p>
Суэ чувствует слежку сразу же. Она спокойно и не спеша собирается, так, будто ничего не замечает. Бренчит ключами и выходит в темный подъезд. Шаг, еще один. И еще один вниз по ступенькам. Эхо первых шагов глохнет, и наступает тишина, сквозь которую тихой поступью, сливаясь с тенями, она идет на выход.
Хлопок подъездной двери, ворчащий сосед проходит мимо, едва ее не касаясь, но совершенно не замечая, и поднимается вверх по ступенькам.
Пока закрывается дверь, Суэ проскальзывает наружу и теряется в предрассветных сумерках. Скользит между домов по земле, не рискуя воспользоваться чакрой и скакать по крышам, делает крюк, петляет зайцем, на всякий случай отсчитывая время.
Через час на улицы начинают выходить люди, и Суэ перестает использовать поступь мертвеца, заходит в ближайшую забегаловку, заказывает обычный яблочный сок и выжидает.
Слежка возобновляется. Это становится… интересным.
Суэ выходит из кафе, не скрываясь прогуливается по улочкам, петляет, уходя с главной улицы в боковые переулки, снова возвращается. Просчитывает и анализирует. И в какой-то момент останавливается и поднимает взгляд туда, где, по идее, должен быть наблюдатель.
Смотрит пару секунд, а после делает шаг назад, скрываясь за высокой и объемной дамой из клана Акимичи в цветастом кимоно, что привлекает к себе внимание, отвлекая от ее блеклого серого образа. И растворяется в толпе, максимально маскируясь и глуша ток чакры в теле.
Ну и… кто ты?
***</p>
Минато моргает и хмурится. Кандидатка в его команду уже во второй раз пропадает у него из виду, и это… напрягает.
И еще больше напрягает тот факт, что обычный генин заметил слежку. И, судя по всему, заметил ее еще дома, так как «потерялся», выходя из подъезда.
А потом появился. Устроил круги почета по всей деревне. И Минато был бы совсем дураком, если бы не понял, что его водят за собой специально, попутно анализируя его действия. А потом эта Хоши вышла на центральную площадь и каким-то образом вычислила его местоположение. Возможно, не совсем точно, но взгляд блеклых голубых глаз был направлен в сторону Минато. Всего пару секунд. И еще секунда, когда ее загородила женщина из клана Акимичи, и она вновь пропала.
Обычный, посредственный генин без особых способностей.
Серая, блеклая девчушка-сирота, несостоявшаяся суицидница с признаками глубокой депрессии, связанной с потерей товарищей.
Чудом выжившая в бойне у северного аванпоста.
А чудом ли? С такими-то талантами.