35. Расстояния (2/2)

— «Я понимаю, что вам интересно, — едва установив связь, мысленно обратилась я. — Но постарайтесь не извлекать мои воспоминания — вы можете меня отвлечь, а если я отвлекусь, это может спровоцировать катастрофу».

— «Удивительно говорить таким образом, — отозвался Северус. — Да, конечно. Как мне понять, что нужно вас вытаскивать?»

— «Если я начну биться, как будто ко мне применили Круциатус», — я мрачно вздохнула.

Я села, скрестив ноги, перед креслом, на котором располагался Фрэнк Долгопупс. Он смотрел прямо перед собой совершенно пустым взглядом. Я выдохнула и закрыла глаза, чтобы погрузиться в его сознание. Сначала попала в то странное место, где он скрывался от травмирующих воспоминаний. Мне пока не нужно было его вытаскивать оттуда — сначала нужно было разобраться с самим ужасом, который привёл его в такое состояние. И отыскать его оказалось не так уж сложно.

Сложно сказать, откуда в памяти мистера Долгопупса была вся подноготная Волдеморта, но я не смогла себе отказать в том, чтобы получить её. Возможно, такова была подача информации или личное отношение мистера Долгопупса, но Том Реддл с самого начала был поганистым ребёнком. Он не уживался с детьми в приюте, где жил, а в школе вёл себя как довольно известный змей. Каким-то образом он узнал о своём родстве с Салазаром Слизерином и подхватил его идею чистоты магического сообщества, кем-то намеренно или по дури искажённую. На маглов детдомовский ребёнок был дюже обижен по вполне понятным причинам — он отличался от них, и они его задирали. Став магом — надо заметить, весьма одарённым, прилежным и старательным — он обрёл огромную силу. И решил овладеть магической Британией, а затем и всем миром. Его путь к власти начался с похищений маглов и маглорождённых. Досталось и сквибам, и тем волшебникам, которые не видели в маглах ничего плохого. Затем начался захват власти с показательными пытками и убийствами, жестокими ради жестокости. В памяти Фрэнка Долгопупса Волдеморт практически достиг своей цели — сопротивление ему оставалось практически в подполье. Он не знал о том, что злодей был побеждён.

Я вернулась к той ночи, когда рассудок оказался вынужден найти защитный механизм. Надо сказать, Долгопупсы сражались с напавшими на них Пожирателями Смерти довольно стойко, но силы были неравны. Алиса старалась защитить сына, а Фрэнк их обоих. К ним в ярости ворвались четверо во главе с той женщиной с фото, которую Северус назвал Белатрисой Лестрейндж. Все они казались взбешёнными безумцами, и под их напором сначала Алиса, а потом и Фрэнк потеряли палочки. И тогда начался ад. Пожиратели на разные голоса кричали и спрашивали, где их Лорд и куда Долгопупсы его девали, добавляя к вопросам довольно разнообразные заклинания, хотя Круциатус они использовали чаще всего. Досматривать это кино я не стала.

Обычно ментальную стену от внешних воздействий строят из хороших воспоминаний, потому что человек временами возвращается к ним, что делает их более прочными. Но когда нужно построить стену от самого обладателя воспоминаний, так делать нельзя, по этой же самой причине. Мне пришлось сначала максимально затереть воспоминания, не удаляя их, а уж потом отстроить вокруг них стену из неприятных воспоминаний. Таких, которые почти не истираются со временем, но такие, которые хочется поскорее выбросить из головы. Я не торопилась, отстраивая достаточно прочный бастион. Впрочем, надо было понимать, что достаточное время в нормальной реальности и новые хорошие воспоминания должны были укрепить разум в достаточной мере, чтобы воспоминания не смогли больше погрузить его в подобное состояние. Но это только спустя какое-то время.

Наконец, закончив со стеной, которая должна была удерживать не только воспоминания, но и защитный мир, я потянулась к мистеру Долгопупсу. Мне пришлось прикинуться обитателем его мира, чтобы вывести его через крошечную лазейку, которую я тут же и заделала. Я вынырнула из его разума и медленно открыла глаза. Через мгновение я поняла, что у меня затекло абсолютно всё, и я едва ли смогла бы встать. Ещё через секунду я поняла, что Фрэнк Долгопупс вполне осмысленно смотрел на меня. И вид у него был настороженный.

— Кто вы? — сипло спросил он.

— Фрейя Нильфхейм, — я вздохнула. — Вы осознаёте реальность?

— Полагаю, да, — отозвался он. — Я…

— Не волнуйтесь, — я старалась говорить мягче. — Вы в больнице. Вы понимаете это?

— В некоторые моменты я осознавал, где нахожусь, но не мог выбраться окончательно, — он опустил голову на ладони. — Сколько времени прошло?

— Одиннадцать лет, — осторожно изрекла я.

— Так много… — почти прошептал мистер Долгопупс. — А Волдеморт?

— Казнён поцелуем дементора, — ровным тоном произнёс Северус. — Я присутствовал при этом, — он закатал рукав и показал чистое предплечье, а затем снова скрыл его.

— Что ты здесь делаешь? — чуть сощурился мистер Долгопупс.

— Что ж… Не вдаваясь в подробности, я оказалась тем человеком, который был способен вернуть вас в реальность, — изрекла я. — Профессор Снейп попросил меня сделать это.

— Я… Прости, — опустил голову мистер Долгопупс. — Я раньше иногда сомневался в тебе.

— Ерунда, — отмахнулся Северус.

— Мистер Долгопупс, послушайте меня, — снова заговорила я, и он поднял на меня глаза. — Вы оказались здесь из-за того, что ваш разум создал внутреннюю реальность, чтобы сбежать от невыносимых пыток. Я не стёрла ни эту реальность, ни воспоминания. Но я запечатала их. Не пытайтесь вспомнить ту ночь. Старайтесь избегать этого так долго, как сможете, — он кивнул. — Хотите увидеть вашу мать?

— Да. А..? — он быстро осмотрелся. — Наш сын..? Невилл?

— Он в школе, — я чуть склонила голову набок. — Он навестит вас, как только доктор разрешит.

— Хорошо, — слабо улыбнулся мистер Долгопупс. — Думаю, я хотел бы увидеть маму.

— Сэр, вы не могли бы помочь мне встать? — я повернулась к Северусу. — Я не чувствую ног.

Северус подошёл ко мне и в одно движение поднял с пола. Мои затёкшие конечности отозвались белым шумом, и несколько мгновений я не могла и шагу сделать. Потом с трудом, по очереди, я согнула и разогнула коленки, и только после этого на подламывающихся ногах пошла к двери. Я не знала, сколько времени всё это заняло, но судя по моему состоянию — довольно много. За дверью, прямо напротив двери, сидели доктор Тики и доктор Хилер. Мадам Долгопупс курсировала вдоль коридора.

— Мадам, — позвала я. — Входите.

— Мисс Нильфхейм… — поднялся доктор Хилер.

— Я пока закончила только с мистером Долгопупсом, — отозвалась я. — Если возможно, я бы хотела, чтобы вы немного подождали с его осмотром.

Я впустила Августу Долгопупс в палату и прикрыла дверь. Северус как раз помогал мистеру Долгопупсу подняться. Когда мадам Долгопупс встретилась с его осмысленным взглядом, она сорвалась с места и практически подбежала к нему, тут же сжав в крепких объятиях. Они заговорили тихо и сбивчиво, а я тактично отвернулась, начав прохаживаться у двери. После долгого сидения в одной позе мне нужно было размяться. Там, в углу, я нашла стол, на котором стояло несколько перевёрнутых стаканов и пустой графин. Я наполнила себе один с помощью Агуаменти и выпила.

— Похоже, всё прошло хорошо, — тихо произнёс Северус у меня над ухом.

— Вроде того, — я кивнула. — Думаю, вы потом сможете посмотреть эти исследования. Или я дам вам артефакт, или сделаю обобщённый перевод. Всё равно нужно будет описать это.

— Я всегда считал легилименцию тёмным даром, — заметил он и обозначил улыбку уголками губ. — Не думал, что с её помощью можно спасти кого-то.

— Тёмным дар делает его обладатель, Северус, — понизив голос, изрекла я. — Я…

— Как благодарить вас? — перебил меня голос мадам Долгопупс. — Врачи говорили, что это неизлечимо.

— Я и не излечила, — отозвалась я. — Просто закрыла кошмар. А поблагодарить можете профессора, — я кивнула на Северуса. — Я готова продолжить. Могу я попросить вас снова выйти, мадам?

Она кивнула, ещё раз обняла сына и быстро вышла. Я вздохнула и направилась к миссис Долгопупс, на этот раз прихватив с собой стул — второй раз садиться на пол я не хотела. Я развернула кресло миссис Долгопупс так, чтобы сесть лицом к ней, и оседлала свой стул. Честно говоря, нырять в эти воспоминания снова мне совершенно не хотелось. Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, когда ко мне подошёл мистер Долгопупс и навис над плечом. Его мысли были беспорядочными и слегка сбивчивыми.

— Мистер Долгопупс, — я повернулась к нему. — Пожалуйста, не мешайте мне. Или я попрошу вас выйти.

Он встряхнулся и ушёл в дальний конец палаты. Я выдохнула, как будто собиралась нырнуть в холодную воду, и закрыла глаза. Мир Алисы Долгопупс оказался гораздо более радужным и конфетным, но и воспоминания её были тяжелее эмоционально. Я только сунулась туда, и быстро убралась. Впрочем, находиться в её защитном мире мне тоже не сильно-то нравилось. Но торопиться я себе позволить не могла — наоборот, из-за более глубокой эмоциональной травмы стена у миссис Долгопупс должна была быть ещё толще и прочнее. Так что я кропотливо и аккуратно строила её. Впрочем, я заметила ещё одну штуку — проблесков сознания у миссис Долгопупс было больше, и в её радужно-конфетном мире был Невилл. Точнее, его портреты в разном возрасте можно было найти в разных местах.

Когда я вывела её в реальность и запечатала её мир и воспоминания, я осознала, что у меня совершенно закончились силы. Мне надо было объяснить ей, что происходит, но я упёрлась головой в спинку стула и не могла оторвать её оттуда. Я услышала голоса, но они поплыли, и я отключилась.

— «… Фрейя! — голос Северуса взволнованно звучал у меня в голове. — Фрейя!»

— Я в порядке, — тихо изрекла я, приподнимая голову. В палате уже были оба доктора и мадам Долгопупс. — Просто устала. Который час?

— Половина второго, — отозвался Северус. — Если вы скажете, что намерены идти на тренировку…

— Нет, — я покачала головой. — Я хочу поесть. И ободок. Будьте добры.

Пока Северус возвращал мне ограничивающий артефакт, я успела выхватить мысль доктора Хилера. Пока я была в отключке, он успел использовать диагностические чары на мистере и миссис Долгопупс, а потом и на мне. Он тоже считал, что мне нужно поесть и поспать. Если помчаться в холл прямо сейчас, можно было успеть на обед в Хогвартсе. С большой натяжкой. Ну, или попросить у домовиков еды в кабинет. Но доктор Хилер настоятельно рекомендовал мне поесть здесь. И я с этим была согласна, так что мы с Северусом отправились на шестой этаж в кафетерий. Уже там, сидя за столом, где меня оставил Северус, я написала Хеймдаллю в книжице, что на тренировку вернуться не смогу. Через пару минут он ответил, что так и предполагал. Потом он спросил, как дела, и я написала, что всё прошло хорошо, и мы вернёмся в Хогвартс, как только поедим. Он меня поздравил с этим и пририсовал смайлик. Это было забавно, и я слабо усмехнулась. И в этот момент вернулся Северус, а вместе в ним прилевитировали тарелки с едой.