Глава 3. Путь к Иве (2/2)
— Я только на других меткость накладывала, — призналась Киррь. — На себя — нет… Ох, Аэмон, берегись!
Из последних сил змея рванулась из мёртвой хватки, цапнув эльфа за руку. Но этот отчаянный бросок был лишь предсмертной агонией… Её крылья повисли вялыми лопухами, тело скукожилось и соскользнуло с древка. Сразу после этого оставшиеся в живых змеи улетели прочь.
— Аэмон! Ты ранен! У меня есть лечебный отвар, правда, его совсем немного осталось… Я сейчас принесу!
— Не волнуйся, Кий, — картаво произнёс тот, затем улыбнулся и приподнял запястье. На белой коже виднелись две крохотные дырочки. — Предложи своё зелье Лемару и солдатам Роланда, им нужнее…
— Как же так? — возразил Николай. — Отец Кристиан, вы можете его исцелить?
Монах сокрушённо покачал головой:
— Магия не всесильна, дорогой мой ученик. Для яда необходимо противоядие.
— Но он же погибнет!..
— Да не беспокойся ты так, принц, — сказал Аэмон. — Я вырос на болотах, имел дело с вивернами. У меня давно выработался этот, как там его по-бракадунски… Иммунитет, вот!
Роланд объявил передышку. Киррь обработала солдатам раны своим лечебным отваром — к счастью, яд зелёных змей был хоть и опасным, но не смертельным. Эльфы собрали стрелы, и отряд продолжил путь. Все были на взводе, но почва под ногами становилась всё твёрже. К огромной радости путников, болота заканчивались. Впереди возвышались Придасканские холмы.
— Скажите, отец Кристиан, — спросил Николай, как только они разбили лагерь, — тот мальчик… Фриск… Вы точно знаете, что он жив?
Монах сидел у ручья, глядя на бегущую воду. Котомка с книгами, как всегда, была при нём. Отвязав лошадей, чтобы они могли напиться, эльфы и эрафианцы расположились вокруг костра. Аэмон с интересом наблюдал, как Киррь кромсает коренья и швыряет их в котёл с кипящей похлёбкой.
— Сгинул мальчишка, — печально произнёс Роланд. — В этих непролазных болотах любое эхо глохнет, кричи не кричи. Столько времени прошло… Хочешь немного размяться? Я покажу тебе пару приёмов с мечом.
Николай разочарованно обернулся, но монах даже не пошевелился. Журчал ручей, вода набегала волнами на камни, на ветру шелестел сухой камыш. Наконец отец Кристиан ответил так тихо, что Роланд еле расслышал:
— Связь с материнским сердцем простирается на тысячи миль…
Осенний день подошёл к концу, и вскоре вечерняя заря окрасила горизонт в зловещий багровый цвет.
— Какое жуткое небо, — заметил Лемар. Расстегнув рубаху, он смачивал в студёной воде бинты и прикладывал их к распухшему плечу.
— Кровавое, — согласились с ним другие воины. Холодало, над ручьём тянулась бело-голубоватая дымка тумана.
— Суп готов, — мрачно объявила Киррь, стукнув черпаком о чугунный бок котла.
— Надеюсь, не отравимся, — сказал Аэмон, осторожно пробуя густую похлёбку. — М-м, ты готовишь так же, как и стреляешь… Шучу! — поспешно крикнул он, когда Киррь замахнулась на него ложкой.
Остальные выстроились вокруг котла, достав глиняные миски. На непритязательный вкус Роланда получилось вполне сносно. Правда, Киррь слегка переборщила с пшеном, оно разбухло, и суп напоминал кашу с мясом и овощами. Но никто не жаловался. Николай, уставший от упражнений с мечом, и вовсе уплетал за обе щеки. Наконец, он решился прервать молчание:
— Скажите, Киррь, а как выглядит Древо Духов? Оно, наверное, похоже на огромный дуб? Я просто пытаюсь представить, что мы ищем…
— Ива, — ответила она, глядя в пространство. — Большая раскидистая ива — именно таким его изображали друиды на древних картах.
— Теперь я буду присматриваться к ивам, — задумчиво сказал Николай. — Их не так много в здешних лесах…
— Вы не сможете её увидеть, юный принц, — покачала головой Киррь. В её карих глазах сверкнули отблески костра. — Я уже рассказывала, что Древо существует одновременно в двух мирах. Лишь тот, кто владеет магией Природы, может почувствовать его силу.
— А вы? — взволнованно спросил Николай, но ответа не услышал. На берегу испуганно заржали лошади и помчались прочь, унося с собой поклажу. Воины вскочили с ног, побросав миски:
— Что это с ними?.. Они обезумели!
Вейн, боевой конь Роланда, поскакал прямо в толпу и сшиб котёл с подставки. Горячая похлёбка выплеснулась во все стороны. Потухший костёр зашипел и взвился серым дымом, раздались крики ошпаренных людей…
— Вейн! Стой! Вейн, это я, Роланд! — Роланду удалось ухватить коня за поводья, когда эрафианцы бросились к ручью в надежде вернуть лошадей. Истошные вопли пронзили ночь:
— Помогите! Помогите! Вытащите меня! Не-е-е-е-т!
Из воды взметнулись десятки белых призрачных рук. Одни слепо шарили в поисках добычи, другие крепко обхватили Лемара, барахтающегося в ледяном ручье.
— Прочь от воды! — звучным голосом скомандовал отец Кристиан. На этот раз он не стал петь, а ударил по мёртвым рукам ярко-фиолетовым сгустком энергии. Лемара тут же отпустили, и он рухнул на берег бесформенной куклой.
— Отец Кристиан! Сзади!.. — срывающимся голосом крикнул Николай. Роланд инстинктивно выхватил из ножен меч, эльфы натянули луки. Со склона холма на них надвигались живые мертвецы, причём не только люди — даже дохлые звери восстали из небытия. Роланд заметил оленя с пробитой головой; собаку, ковылявшую на трёх лапах — вместо четвёртой торчал обломок жёлтой кости; кабана с обвисшей коричневой плотью…
— Святой отец! Сделайте что-нибудь! — воскликнула Киррь на грани отчаяния.
— Можешь закидать их сушёной травой, — фыркнул Аэмон. — Надеюсь, ты её не всю раздала?
— Нас спасёт только воззвание к небесам, — сказал монах. Тон его был невозмутимым, будто мертвецы, подходившие всё ближе, нисколько не волновали отца Кристиана. — Но мне нужно сосредоточиться.
— Сколько времени вам потребуется? — сухо спросил Роланд, взглянув на сына. Вряд ли Николай сможет быть полезен наставнику — тот ясно дал понять, что намерен совершать обряд в одиночку.
— Полчаса, — ответил отец Кристиан, сверкнув глазами из-под капюшона.
— Мы постараемся продержаться… Куртос, Эндан, прикройте стрелков!
— Милорд Роланд, — вмешалась Киррь. — У меня осталось немного обережных трав. Я могу создать защитный круг… только он будет очень маленьким.
— Приступай, — кивнул Роланд. — Отец Кристиан, ваше место в центре. Николай, встань поближе к наставнику.
— Я тоже буду сражаться! — заявил Николай. — А не прятаться за вашими спинами!
— Ты ещё не научился владеть мечом.
— Зато драться умею!
— Против мертвецов кулаки не помогут, юный лорд, — рассудительно заметил Куртос.
— От вас зависит будущее Эрафии, — поддержал его Эндан. — Вам следует поберечься.
— Я не трус! — гневно выпалил Николай. Лицо его побагровело.
— Это разумная осторожность, юный лорд…
— На, — Аэмон протянул Николаю свой посох. — Вот тебе оружие, принц. Держи их на расстоянии, только смотри сам не убейся. И не хватайся за набалдашник голыми руками! Вдруг там остались капли яда.
— Тогда за Эрафию! За Иву! — провозгласил Николай, принимая посох из его рук. Роланду показалось, что эльф чуть пошатнулся. Только потерь им не хватало…
Уставшие, голодные воины обнажили клинки. В их глазах читалось отвращение, смешанное со страхом, и Роланд не мог осуждать своих людей. Видеть движущимся то, что давно лежало, превращаясь в прах, было неправильно, противно, мерзко.
Отец Кристиан начал читать заклинание. Травы, разбросанные Киррь, подействовали: мертвецы просто остановились у границ круга и не давали пройти другим. Но те, что шли позади, неумолимо напирали, наваливались гнилой плотью, теснили первопроходцев внутрь, к людям. Покойница, издав утробный рык, перегнулась пополам, не в силах преодолеть незримую преграду. Николай наотмашь ударил мертвячку посохом. Её голова с жидкими седыми волосами отвалилась и укатилась к ногам Аэмона.
— Какая гадость, — скривился тот, выпуская стрелу за стрелой. Покойники валились один за другим, но их тут же сменяли новые. Воздух пропитался трупным смрадом, небо заволокло серыми тучами. Голос монаха становился всё громче. Роланду казалось, что прошла вечность, он сражался, не выпуская меч из рук. Плечом к плечу с ним стоял Куртос, эрафианец перерубил вторую лапу мёртвой собаке, и животное рухнуло на землю, прямиком под копыта оленьему скелету. Николай бросал в толпу волшебные стрелы, но они почти не причиняли мертвецам вреда. Наконец, когда голос Кристиана прогремел на всю опушку, сверкнула яркая вспышка и послышался звон, будто ударили в огромный небесный колокол. Берег озарило золотистым светом, а вся нечисть разом упала на землю, обратившись в пыль.
Воины удивлённо переглянулись:
— Неужели получилось?
— Вы целы? Кто-нибудь ранен?
— Мы отбили атаку нежити! — объявил Роланд. — Кто не пострадал, помогите раненым!
— Прошу, позаботьтесь о нём! — Киррь придерживала отца Кристиана за плечи. — Он истратил слишком много сил!
Николай бросился к своему наставнику, и вместе с Киррь они усадили его спиной к большому прибрежному валуну. Эндан протянул монаху бурдюк с вином.
— Ну ты и варвар! — присвистнул Аэмон, тоже облокотившись на камень. — А говорил, что учишься магии, принц.
— Но у меня же получаются волшебные стрелы!
— И всё-таки тебе следует научиться владеть мечом, — сказал Роланд. — Враг может превосходить тебя в рукопашном бою.
— Хорошо, — кивнул Николай. — Я могу побыть за часового этой ночью, всё равно не усну.
— Давайте лучше я покараулю, — вызвался Аэмон. Он ослабил ворот куртки, словно ему не хватало воздуха. — Это только так кажется, что не заснёшь, а стоит закрыть глаза…
Роланда не тревожили кошмары, он просто провалился в беспамятство, но сон не принёс облегчения. Поутру обнаружилось, что сбежавшие лошади утащили с собой значительную часть продовольствия и снаряжения. К тому же Лемар так и не пришёл в сознание.
— Призраки высосали его жизненную силу, — объяснил Кристиан. Капюшон скрывал измождённое лицо монаха. — Сейчас невозможно сказать, когда он очнётся. Его тело и без того ослаблено змеиным ядом…
— Мы не сможем прокормить всех, милорд, — доложил Куртос. — Запасов еды хватит только на половину отряда. И то на два дня.
Роланд задумался. Десяток эрафианциев, не считая их с Николаем, столько же эльфов… Многие ранены, одних искусали змеи, другие пострадали в схватке с ожившими мертвецами. Кто знает, на сколько дней затянутся поиски следов некроманта?
— У нас есть свиток с порталом города, — напомнил Николай.
— Я не отступлюсь, пока не найду Иву, — заявила Киррь. — Во что бы то ни стало!
— Легенда легендой, но как быть с Лемаром? — спросил Роланд. — Для меня ценен каждый воин Эрафии, я не могу никого потерять!
— Разделимся? Пусть раненые отправляются в Даск. Мои следопыты проведут их через болота кратчайшим путём!
— Ты права, — вздохнул Роланд. — Куртос, Эндан! Проследите, пожалуйста, чтобы все наши люди вернулись в деревню. Присмотрите за Лемаром. Надеюсь, он поправится.
— Милорд, я не ослышался? — недоверчиво переспросил Куртос. — Вы хотите, чтобы мы — все — ушли назад? Но кто же будет вас охранять?
— Я! — воскликнул Николай, и в душе Роланда поднялась гордость за сына. Но в следующий миг тот перевёл взгляд на своего наставника: — Будете ли вы сопровождать нас, отец Кристиан?
— Полагаю, мой путь в качестве учителя ещё не завершён.
— Решено! — сказал Роланд. — Дальше мы отправляемся вчетвером: я, Николай, отец Кристиан и Киррь. Так нам будет проще скрываться от врагов, а в самом крайнем случае можно создать портал в Стедвик…
— Прекрасный план, — кивнул Аэмон. — Пожалуй, я присоединюсь.
— Не выдумывай! Ты бледный, как простыня! Поезжай в деревню и молись, чтобы в закромах у Малика нашлось противоядие!
— Не надо кричать, Кий. Согласись, что стреляешь ты… мягко говоря, неважно. Потому и злишься.
— Да я… Как ты вообще можешь…
— Хватит пререкаться, — сказал Роланд. — Раз решил, пусть идёт. Но предупреждаю, Аэмон: на спине тебя никто тащить не будет.
Попрощавшись с отрядом, они двинулись в путь. Пахло гарью и серой, лес становился всё страшнее: деревья сгнили, ручьи пересохли, смолкли птицы, куда-то попрятались жабы и мыши — словом, поблизости не было ни одного живого существа. Отец Кристиан объяснил это последствием поднятия нечисти.
— Земля иссушена, — сказал он. — Из неё вытянули живительные соки.
— А это что за статуэтки? — Киррь подняла каменную фигурку, похожую на кошку. — Они тут повсюду валяются!
— Моки, — неуверенно произнёс Аэмон, осмотрев находку. — Так на моей родине называют болотных кошек. Их почти невозможно поймать голыми руками, разве что заманить в ловушку. Очень прыткие создания… Но кому и для чего понадобилось превращать их в камень?
Отец Кристиан осторожно провёл пальцами по спинке окаменевшего зверька:
— Он дышит. Снаружи это незаметно, но в его сердечке ещё теплится искра жизни. Нет, мне не по силам раздуть её…
— Древо Духов, — прошептала Киррь. — Только оно способно пробудить несчастных моки.
Роланд почти не слушал спутников. Кожа горела, в голове пульсировало: пить, пить! Воды… Жажда мучила его гораздо сильнее, чем остальных. Он давно выдавил из кожаного бурдюка последние капли, но пополнить его было негде. Пока все рассматривали каменных кошек, Роланд озирался в поисках подходящего водоёма. Наконец, ему повезло: он заприметил за холмом маленький обмелевший прудик. На влажном глинистом дне осталось немного грязной воды. От неё воняло тухлятиной. Плевать. Какая разница, что будет потом, пусть ищут свою иву, пусть… Главное — утолить жажду…
— Остановитесь! — прогремел голос монаха. Роланд вздрогнул, и с него слетел морок. Тут же подоспел отец Кристиан и принялся водить руками перед его лицом, а потом протянул свою флягу. Как ни странно, хватило всего пары глотков, чтобы напиться вдоволь.
— Это место воздействует на ваш разум, — сказал отец Кристиан. — Нам не следует здесь задерживаться.
— Смотрите, что я обнаружил! — крикнул Николай. — Подземный ход!
Он указал на яму, где белели мраморные ступеньки. Прихватив факел, Аэмон попытался спуститься, но наткнулся на невидимую стену.
— Наверное, мы совсем рядом с Ивой, — предположила Киррь. — А это — путь к её корням. Странно, что он отгорожен от внешнего мира. Кто-то поставил магический барьер…
— Вы уже чувствуете силу Древа? — нетерпеливо спросил Николай.
— Не знаю… Не уверена. Скорее, наоборот, какую-то пустоту. Не нравится мне всё это…
— Я считаю, что мы должны повернуть назад! — неожиданно заявил Роланд, и все посмотрели на него.
— Но папа…
— Мы не можем больше рисковать! Здесь творится полная чертовщина, как вы не понимаете! С этим должны разбираться верховные маги и друиды!
— Что ж, идите, милорд Роланд, — ответила Киррь неестественно спокойным голосом. — Благодарю за помощь. Дальше я справлюсь сама.
— Я с тобой, — сказал Аэмон, тяжело опираясь на посох.
— Ну а ты, сын мой? Не бросишь родного отца?
— Папа… — Николай сжался под испытующим взором Роланда. На глаза навернулись слёзы. — Я не хочу… оставлять тебя одного. Но не могу свернуть… Это моё испытание, моё предназначение… Прости.
Роланд крикнул так громко, что покачнулись мёртвые деревья:
— Ты предал меня, Николай!
***</p>
Свет померк, лес накрыла непроглядная чернота, а когда она рассеялась, Роланд обнаружил себя уложенным поверх расстеленного пончо.
— Лучше? — спросил отец Кристиан. В его руках была баночка с пахучей травяной мазью, которой он слегка смазал лоб и виски Роланда.
— Да, спасибо… Что-то на меня нашло. Должно быть, и вправду Древо так влияет.
— Не Ива, — ответил монах. — Тьма, что завладела вашим сердцем.
От его слов Роланда прошиб холодный пот.
— Где Николай? — только и мог вымолвить он.
К вечеру они набрели на большую поляну. Все деревья, которые окружали её, погибли: одни высохли, от других остались лишь обгоревшие стволы. Посередине росла огромная ива. Николай потрясённо ахнул: ветви её, все до единой, были сломаны, ствол — изрублен, а над могучей верхушкой зависло вонючее серное облако. Киррь опустилась на колени, Аэмон склонил голову, отец Кристиан в знак траура коснулся капюшона… Роланд резко спросил:
— Не понял, это она?! Ива Духов? Ради этого мы сюда добирались? Невероятно…
— Роланд, хватит! — внезапно перебила его Киррь. — Она высохла! Её осквернили!
— И что нам делать? — спросил Николай. — Из-за этого вся нечисть в лесах восстала?
— Вы не понимаете… — Киррь бережно дотронулась до изрезанной коры. — Ива защищает нас от нечистой магии. Если её не восстановить, то древнее зло пробудится и нанесёт удар по всему миру!
На лице Аэмона появилась кривая ухмылка:
— А если мы выложим полынь вокруг неё? Это помож…
— Замолчи! Слышишь?..
Отовсюду доносился неясный шёпот. Подул ледяной ветер, пробирающий до костей, а мигом позже между деревьями появились тёмные призрачные силуэты.
— Отец Кристиан, сможете их отогнать? — с надеждой спросил Роланд.
— Не-ет… Для освобождения привидений нужно очень много энергии… Я ещё не восстановил её.
Аэмон по привычке потянулся за стрелами, но Николай жестом остановил его:
— Бесполезно, только разозлишь их… Они — бесплотные порождения теней.
— Нам их не одолеть! — воскликнула Киррь. — Призраки заберут наши силы. Есть идеи?
Одно из привидений, привлечённое звуком её голоса, угрожающе пролетело прямо над путниками. В тот же момент внушительная прядь волос Киррь полностью поседела. Перепуганные этим зрелищем, все замолчали. И вдруг Николая осенило:
— Вспомнил! Портал города! Дайте мне свиток, и я перемещу нас в Стедвик!
— Это сильная магия, — предупредил Кристиан. — Ты уверен, что справишься? Если да, то я могу помочь…
— А что, есть вариант получше? — Николай бросил быстрый взгляд на Роланда, но тот ничего не сказал. — Тогда приступаем!
Развернув свёрток, Николай начал произносить заклинание, а монах негромко подсказывал ему, если он запинался. Привидения кружили над путниками, пролетая всё ниже. Надо торопиться!
Внезапно рядом с осквернённой Ивой возник узкий портал, переливающийся зелёным сиянием. Роланд запрыгнул последним, пропустив сына вперёд. У него закружилась голова, пока они неслись по магическому коридору. Впереди замерцала дверь, всё сверкнуло, и Роланд зажмурился, увидев ослепительно белый снег.