77. Жених, его невеста и их проблемы (2/2)
Это не Проблядь, с этой у них получится неплохо жить-дружить, а там, может, и любить друг друга.
— Вот смотри, — рассуждал он, — дети появляются на свет через десять месяцев(1), так? Значит, отнять надо сколько, десять-одиннадцать, на дату зачатия?
— А зачем вам зачатие? — возразила Бриенна. — Друзья моего отца о бастардах узнают быстро и всегда пьют за их появление, — пояснила она, — и кое-что я об этом знаю. Женщина уж если решает делить ребёнка с отцом, то решает рано, чтобы тот не мог усомниться, чьих рук дело. Разве ваш друг умолчал бы о первенце?
— А кстати, да, про Мию мне почти сразу сказали, спасибо, — припомнил Роберт. — Её мамка ещё даже без пуза была. Тоже странность... но я больше про то, что с дитём он вернулся не из Дорна, так из Марки, но за десять месяцев до того был если не в Долине, то в Приречье. Как он его зачать-то ухитрился? В столице он дитём не светил, но вроде уже с ним был — а дальше на корабль и домой, опять же, негде его подбирать.
— Но сьер Джон очень похож на лорда Старка, — нахмурилась Бриенна. — Больше, чем его другие дети.
— Это ты ещё Робба не видела. Он мало рыжий, так кудрявый ещё! — хохотнул Роберт. — Но Кет не проблядь, она просто Талли. Они всем рыжих рожают. Жаль, наши с ними не женились, интересно же, кто кого сборет.
— Зато, — робко пошутила та, — в мире скоро появятся рыжие Мартеллы.
Они посмеялись.
— Брандон, может? Я месячного от трёхмесячного на глазок не отличу, например, — задумался Роберт. — Нед леди Ашару забрал из столицы к семье, — пояснил он.
— А зачем ему было признавать своим бастарда Брандона? — просто спросила Бриенна.
И это был гениальный, сука, вопрос, потому что ответа на него не было.
Беременную Дейн видели все, от Неда она забеременеть тоже не могла — не могла физически, не было его с ней рядом, Брандон, тот хоть в тюрьме посидеть успел в одном с ней городе — но если Нед пытался прикрыть её позор, то он его скорее усилил. Неудивительно, что бедняжка с собой покончила: вся страна болтала, как честный Старк её опорочил.
— А кто там вообще из Старков ещё был? Их трое всего: Брандон был дома, в Приречье и в столице, Нед в Долине и Приречье, Бенджен мало что пацан, так и вообще дома сидел. И папаша их был дома, а больше Старков и нет... — сказал он и запнулся.
Он так увлёкся вычислением отца, что совсем забыл про мать. Совсем забыл, что кое-кто из Старков побывал именно тогда именно в тех краях — сначала в Марке у Летнего, потом в Башне Радости. Вместе с одним пиздоблядищем, на которое с определённого ракурса похож Джон Сноу.
Роберт резко поднялся с кровати и несколько раз с силой ударил кулаком в стену, чувствуя, как каждый удар отдаётся пульсом боли от ушибленных костяшек до плеча. «Хорошо». Боль отрезвляла, боль помогала пережить. Боль придавала сил.
— Бри, если бы лучший друг врал тебе пятнадцать лет, что бы ты сделала?
— Вызвала бы его на бой и избила в мясо, — ответила она. — А потом спросила бы, зачем он так.
Звучало, как отличный план.