dismay VIII (1/1)

пятнадцатый день декабря, 1134 год. Королевство Денвальд.Еще никогда за всю свою жизнь Грей не ощущал ничего подобного. Такая звенящая пустота внутри, такая беспросветная темнота в голове... Он механически справлялся со своей работой, иногда не понимая даже, когда заканчивался рабочий день или трудная ночь, он потерял всякий интерес к происходящему вокруг, и силы оставались только на то, чтобы дотащиться до кровати и рухнуть на нее.От Рэндалла, который вместе с вооруженным отрядом отправился в плановую поездку в Богатони, не было вестей уже пятнадцатый день.Шпион начал беспокоиться уже на третьи сутки молчания, но после более чем двух недель, сейчас, он чувствовал себя абсолютно разбитым. Он давно бы прочесывал в одиночку каждый шаг этих проклятых лесов, побывал бы в каждой деревеньке страны богачей, но королева запретила: велела хотя бы себя поберечь, чтобы не потерять обоих. Грей видел тогда, что леди Альмира тоже беспокоится, замечал, как она на приемах бросает взгляд влево, туда, где обычно молчаливой тенью нес свою службу военачальник Денвальда... и одновременно понимал рассудком, что королева права. И Рэндалл не хотел бы, чтобы его супруг очертя голову бросался на поиски...Мысли о рыцаре забивали собой все, что было в голове. Шпион почти перестал есть, особо не замечая этого, прекратил разговаривать, только приходившая каждый вечер настоятельница Фэйт могла хотя бы пару слов из него выудить, и каждую ночь буквально с собой боролся. Ложился в пустую постель, — их постель — смотрел подолгу в никуда, машинально прокручивая на своем пальце обручальное кольцо, слушал гуляющий по пустым комнатам ветер и забывался в беспокойном сне только под утро, на пару часов, просыпаясь со скребущим грудь изнутри ощущением.Кажется, без своего человека Грей разучился жить.Фэйт говорила, что нужно быть твердым в вере, добавляла, что каждую свободную минуту обращается к Смотрящему с просьбой сохранить Рэндалла и привести его домой невредимым, и от ее искренних слов даже становилось иногда немного легче. Шпион редко отвечал подруге, но все же был ей благодарен за то, что она не оставила его одного в это время. А та как будто все и так понимала, продолжала только утешать и поддерживать, как могла... Наверное, петериане и правда имеют особую связь со Смотрящим. Словно заразившись от нее, Грей стал последние дней пять иногда машинально читать про себя короткую молитву из тех немногих, что знал.Казалось, что прошло не пятнадцать, а как минимум тридцать дней, а то и больше, и с каждым приходящим утром они тянулись только медленнее, все успешнее разламывая изнутри....Шестнадцатый ничем от прошедших не отличался. Пустое утро, прошедшие мимо обязанности на сутки, молчаливое вручение результатов работы королевскому советнику, возвращение в покои супруга, откуда выходить не хотелось. Несмотря на попытки Фэйт направить мысли в русло позитивных или хотя бы горящих надеждой, Грей знал, что могло произойти в самом худшем случае, и тогда ждать смысла уже не было. В последнее время это давило больше всего: надежда иногда блекла, после возвращаясь крайне нетвердой походкой и тут же прячась в дальний уголок сердца. Пальцы сами цеплялись за простыни, ожидая ощутить знакомое тепло, слух ловил каждый шаг за пределами покоев то ли в отчаянии, то ли в безумной надежде...Уснуть становилось невозможно.Грей не был уверен в том, сколько он просидел на скомканном одеяле, уставившись в темный угол комнаты, неосознанно сжимая в кулаке свое кольцо, сколько именно раз мимо двери проходили припозднившиеся стражники, тоже заметно поникшие без своего командира, сколько порывов ветра ударилось в окна, даже не заставив вздрогнуть... Но в какой-то момент шпион уловил в коридоре тяжелые шаги, словно кто-то заставлял себя идти и, вполне возможно, далеко не отходил от стены.В ногах откуда-то появились силы, чтобы встать, но с места Грей не сдвинулся, только крепче сжал в ладони украшение из серебра.Давно не запираемая на ночь дверь дрогнула под касанием ладони с внешней стороны, без скрипа, но с трудом отворяясь, и человек на пороге через пару секунд небрежным жестом сильной руки вновь захлопнул тяжелую створку.Шпион лучше многих знал, что чудес не случается, и был прекрасно осведомлен о том, что выдать себя за кого-то иногда поразительно легко, особенно если эмоции заволокут глаза жертвам обмана. Он сглотнул подступивший к горлу ком, после чего тихо, тускло позвал:— Рэн?..Несколько секунд молчания прервались тяжелым вздохом.— Сколько раз я велел тебе разжигать огонь на ночь?.. Сам знаешь, что замерзаешь, когда остаешься один...Грей не выдержал, на последних словах уже бросившись к мужу и прижимаясь к его груди, и плевать было на холодные доспехи, на кромешную темноту, на остановившееся дыхание. Обнимающие его руки и поцелуй в макушку значили неисчислимо больше, чем холод.— Рэн...— Я скучал, — рыцарь почти шептал, но по голосу было слышно, что он улыбается. Как умеет только он: устало, с удовлетворением и так тепло, чтобы в трудную минуту поддержать своего супруга. — Мое сокровище, я так скучал...— Ты ранен? — тут же опомнился шпион, поднимая взгляд на Рэндалла. — Что с тобой случилось? Я заранее взял у лекарей пару вещей, но если что-то серьезное...— Успокойся, я здесь, — несмотря на очевидную реальность происходящего, Грей в это верил с трудом, еще и дыхание сперло некстати, и в глазах щипало слегка от всего этого... — Я с тобой. В порядке... Шлема, правда, лишился, но голову сохранил.— Что произошло?— Помоги сначала доспехи снять, иначе весь мой путь сюда станет напрасным...Ирония от Рэндалла — явление не такое уж частое, и королевский шпион даже выдохнул с облегчением, тут же взявшись за знакомые застежки, ремни и части обмундирования. Ни на секунду его не покидало ощущение на себе любимого взгляда темных глаз.— Нам не повезло, и это была явная ловушка, — вдруг жестко произнес рыцарь, когда Грей стащил с него кирасу. — На дороге нас ждало сборище бандитов, и они явно были подготовлены к нашему визиту. Им это особо не помогло, хотя они многих ранили за тот затяжной бой... А после на нас налетел неизвестный отряд.— Кто-то похуже?— Именно, — Рэндалл расправил плечи и сделал глубокий вдох. — Дорогая броня, рукояти мечей в золоте... Нас решили добить выскочки из Богатони. И они почти преуспели. Выжил из всех только я.— Мне... очень жаль... Но с чего они решили это сделать?— Знамен не было, голоса я не узнал, лица тоже неизвестны мне... думаю, это были аристократы, которые в последнее время выступали против сближения Богатони и Денвальда, ты ведь слышал о последних указах?— Я голосовал и принимал участие в подкупе, — чисто машинально ответил шпион, пока укладывал в сундук наручи и наплечники.— Тем более, тогда ты точно знаешь, что там было с результатами. Я подозревал, что тамошние любители наживы возмутятся, но не думал, что они будут так зарываться. Изначально предполагалось, что мой отряд будет еще меньше...Грей обошел супруга, ненавязчиво взяв под руку, усадил его на постель и сам устроился рядом, не отводя ни на секунду взгляда от усталого лица рыцаря.— Как ты спасся?Посмотрев в ответ уже не так жестко и серьезно, Рэндалл без лишних слов привлек к себе мужа, прижав к груди, и в эту секунду Грей больше ничего не желал и ни о чем не думал.— Я оказался им не по зубам. Когда я прикончил очередного, оставшаяся троица сбежала... трусливые жалкие выскочки, — негромкий голос рыцаря раздался над ухом, баюкая Грея вместе с теплом родного тела и мягкими поглаживаниями по волосам. — Я решил не испытывать судьбу и вернуться в Денвальд, но из-за неожиданности сражения нам изначально пришлось отступать в леса, и в итоге я глупо заплутал. После сумел вернуться на место схватки, по мелочи собрал что-то для похода через глушь. Шел по наитию, вдали от дорог, поэтому пару раз сбился с пути. Пришлось обходить города, сам понимаешь, и границу я пересек где-то в лесу...Грей понимал. Молча слушал, прикрыв глаза и вдыхая запах кожи мужа, по которому безмерно скучал. По его теплу, голосу, по ощущению безопасности, которое окутывало рядом с Рэндаллом.— Ты снял кольцо?Вздрогнув, шпион глянул на свою сжатую в кулак руку, открыл ладонь и показал серебряный ободок украшения, слабо блеснувший в полумраке: он так и удерживал его, даже не заметив этого. Без спешки рыцарь взял обручальное кольцо и сам надел его на палец супруга, словно тогда, перед алтарем, вновь воскрешая в памяти тот потрясающий момент.Через пару мгновений значение перестало иметь все, кроме касания губ. Они целовались медленно, дыша одним воздухом на двоих, не нарушая тишину, которая великодушно позволила им побыть будто отгороженными от всего мира хотя бы в эти секунды.— Завтра утром доложу королеве, что ты вернулся... — тихо шепнул Грей, скользя параллельно по щеке рыцаря кончиками пальцев, и снова сосредоточенно обвел того взглядом. — Ты точно в порядке?— Лишь смертельно устал, — хмыкнул Рэндалл, после чего оставил на лбу мужа мягкий поцелуй, ставший для них после свадьбы чем-то абсолютно привычным....Этой ночью все для Грея словно бы вернулось на свои места. Спокойствие, цель, силы, надежда, а главное — любимый мужчина, слишком хорошо выполняющий свою слишком опасную и иногда до зубовного скрежета раздражающую работу....— В следующий раз, если он додумается в одиночку тащиться через все королевство, не сообщив хотя бы из какой-нибудь захудалой деревни о том, что он, по крайней мере, жив, я лично его прикончу! Он у тебя либо бесстрашный, либо бессмертный...— Простите, Ваше Величество, но я не позволю его "прикончить". У меня на него особые планы.— Пытки? — неестественно радостная ухмылка.— Лучше, Ваше Величество. Намного лучше...