С надеждой на восход (1/1)

Она сидела на кровати и в который раз окидывала взглядом приготовленные вещи. В чемодане все только самое необходимое, в сумке деньги, документы, переданные коллегами письма. Отдельно письмо от Президента. ?Я никого не вижу на твоем месте, поэтому заканчивай этот кошмар и возвращайся?,?— вспомнила она. Письмо было таким теплым и пронизанным в каждом слове нежеланием признавать поражение. Впрочем, все их?— родных, друзей, коллег?— мысли и слова были подчинены только одному?— достучаться и вернуть.Саша упала на спину и, повернувшись на бок, свернулась калачиком. Она до сих пор не понимала, как не сошла с ума тем морозным декабрьским утром, как не обезумела, когда вернувшийся из Эмиратов Леон сказал одновременно радостные и ужасные слова: ?Крис жив, но он в коме?. Она помнила каждую минуту последующей ночи, когда муж рассказывал ей все, что произошло с отцом в Шардже. Тогда она с трудом дождалась утра, чтобы сесть на первый же рейс и полететь к нему. И даже разбушевавшийся над Францией циклон не смог ее остановить. Все пассажиры молились о благополучном полете, а она молилась о нем.Она помнила, как сердце дрожало от волнения всю дорогу до госпиталя, как она бежала по длинному коридору, чтобы замереть возле палаты. Помнила внезапно открывшуюся дверь и Джоанну. Помнила, как шагнула и обняла ее, как они обе позволили себе вздрогнуть и еле слышно всплакнуть. А потом… его лицо, такое спокойное, умиротворенное. Казалось, он просто спит… Но стоит коснуться волос, поцеловать тронутую щетиной щеку, как он откроет глаза и, улыбнувшись, прошепчет: ?Привет, малыш…?. Она не злилась на него за тот год, Леон все объяснил, но она и сама понимала. В ее сердце сейчас была только огромная любовь к нему и желание снова услышать: ?Привет, малыш?.Услышав шорох за спиной, Саша обернулась и приподнялась на локте.—?Я подумал, ты спишь,?— Леон подошел и присел рядом.—?Нет, я просто думала…Он притянул ее к себе и крепко обнял. Ему не надо было больше ничего говорить, они все каждый день эти восемь месяцев думали об одном и том же.—?Только что звонил Макс, застрял в Шардже. У них там льет, как из ведра, все рейсы задерживаются.—?Отец любит дождь. Говорит, что вода уносит с собой все плохое,?— Саша, даже когда думала, что отец умер, не говорила о нем в прошедшем времени, а уж сейчас и подавно.Леон искал слова и не находил. Звенящую тоской тишину нарушила вибрация телефона.—?Да, Джоанна. Да, мы почти готовы, рейс утром. У вас будем к вечеру. Что? —?увидев нахмурившиеся брови мужа, Саша обеспокоенно схватила его за плечи. —?Погоди… еще раз. Куда? Хорошо… —?Леон явно не до конца понимал то, что слышит, но они никогда не спорили и не отговаривали Джоанну ни от чего, каким бы безумным это не казалось, делали всё, что она просила. —?Я сейчас же этим займусь. Встретимся тогда уже там. Скинешь мне данные? Хорошо. Как… —?Леон замялся, но все же спросил,?— он?Его тяжелый вздох был красноречивее любого ответа.—?Что? —?Саша встряхнула его за плечи, когда он, уже выключив телефон, молчал целых пять секунд.—?Джоанна везет Кристиана в Японию,?— Леон все так же удивленно-заторможенно посмотрел на жену.—?В Японию? —?оторопело повторила Саша. —?Я слышала, что японская медицина в корне отличается от европейской и…—?Джоанна везет его то ли к знахарю, то ли к колдуну… —?прервал ее Леон. —?Я толком не понял. Она все твердила про какие-то снадобья, транс…—?Знаешь… —?Сашины руки скользнули по плечам мужа вниз и замерли в его ладонях, взгляд упал на стоящую на комоде фотографию, она и отец в его палате перед выпиской, за несколько часов до взрыва. —?На ее месте я бы тоже цеплялась за любую ниточку, за самую призрачную надежду.Леон кивнул и, сжав ее ладони, наклонился и поцеловал:—?Я займусь заменой билетов. Джоанна должна прислать, куда нам лететь. Мы встретим их уже там.Обхватив мужа за шею, Саша позволила себе секундную слабость, прежде чем снова взять себя в руки и бороться дальше. Дубаи, Япония… не имеет значения?— куда, просто туда, где Он…***Да какая разница?— куда? За ним, с ним хоть на край света! И катитесь вы еще дальше со своим ?какой смысл вам всем тащиться, он все равно ничего не слышит и не понима…?. Договорить коллега не успел, был точно отправлен в правый угол уверенным ударом. Хук слева Этьену всегда очень хорошо удавался. Спасибо Директору, тот все понимал и оформил ему пока двухмесячный отпуск, попросив лишь об одном?— быть на связи и при необходимости консультировать.Дворники такси сходили с ума, но машина упрямо везла их сквозь сорвавшееся на город безумие к тому, кто стал смыслом жизни их всех.—?Да, Макс,?— голос сидящей рядом Кати вырвал его из размышлений, повернувшись к жене, Этьен следил за выражением ее лица. —?Мы уже скоро будем у них, проехали Главную мечеть. Да, все так же льет. Какие у тебя прогнозы? Понятно… Ты не нервничай и не безрассудствуй. Дай бог, скоро все упокоится. Будем тебя ждать. Передам. Пока.—?Конкретно застрял? —?спросил Этьен, едва Кати выключила телефон.—?Если с утра рейсы задерживались,?— вздохнув, кивнула она,?— то вот уже три часа все отменено. По самым оптимистичным прогнозам, до завтрашнего утра. Макс нервничает…—?Могу представить,?— покачал головой Этьен.Макс и так не покидал Кристиана дольше, чем сходить в туалет или спуститься в кафе. Его вынужденный отъезд, чтобы отвезти Рона в Париж, и тут такая засада. Этьен очень хорошо представлял, какая буря похлеще погодной сейчас одолевает вынужденно бездействующего Макса.—?Мы все не можем сейчас долго находиться вдали от них,?— смотря в окно на стекающий по стеклу водопад, вздохнула Кати. —?Словно у нас одна жизнь на всех, и пока мы держимся вместе, он не уйдет.Этьен лишь молча сжал ее руку. Восемь месяцев сковывающего сердце страха потерять друга. Он не скрывал от жены временами накатывающих слез, но сейчас надо было как-то справиться с вставшим в горле комом. К Кристиану он должен приехать спокойным и уверенным. Они справятся, они выдюжат.***—?Я успела позвонить Леону и Саше до того, как из-за дождя начались перебои со связью, они будут ждать нас на месте. Макс все еще торчит в Шардже. Поменять билеты пока не удалось, но ты его знаешь, он ради тебя землю вверх ногами перевернет, но приедет,?— прикушенная губа и силой нацепленная улыбка, в который раз удержанные готовые сорваться из глаз слезы. —?Кати и Этьен вне зоны. Позже еще раз попробую.Джоанна наклонилась и провела рукой по щеке Кристиана, коснулась висков. За эти месяцы он поседел еще больше. Джоанна старалась не думать о том, что так он медленно уходит от нее. Она упрямо верила, что однажды этот кошмар закончится, что, проснувшись утром после тревожного беспокойного сна, в котором Кристиан улыбался ей, целовал ее, обнимал, она увидит не все так же неподвижно лежащее тело, а реальное воплощение сна. А пока… пока она снова и снова наклонялась к нему и целовала его неподвижные губы, рукой проводила по груди и замирала, слушая биение сердца. И как сейчас ложилась рядом, аккуратно поворачивала его голову к себе и, обняв, до мурашек снова и снова чувствовала его ровное дыхание на своей щеке. ?Живой труп…??— как она однажды подслушала разговор двух медсестер. Замерев за огромной пальмой, выронила из рук пластиковый стаканчик и медленно сползла по стене. И задыхалась от слез, что катились по щекам подобно проносящимся у ее ног ручейкам вылившейся из стакана воды. А потом поднялась, вдохнула-выдохнула и вернулась к нему. И снова улыбалась, целовала и обнимала.Дверь осторожно скрипнула. Рания снова пришла ее ругать, что не поела. Но, судя по шагам, пришли двое. Тогда почему молчат? Чья-то тень медленно закрыла собой свет лампы, Джоанна открыла глаза.—?Этьен… —?выдохнула она, повернув голову, наткнулась на взгляд верной подруги. —?Кати… Ребята…—?Джоанна,?— Кати крепко обняла поднявшуюся с кровати Джоанну и прижала ее к себе.—?Кати, ты же говорила три дня. Что они там без тебя никак,?— Джоанна не верила своим глазам, хотя и безумно была рада видеть их обоих.—?Да пошли они,?— уверенно произнесла подруга. —?Чтобы я променяла лишний день с вами на свадьбу сына какого-то финансового воротилы?! Я только к маме на день заехала, сына повидать. Потом позвонил Этьен, он тоже всех послал, мы взяли последние билеты на ближайший рейс и вот…—?Привет,?— раздался тихий мужской голос.Обернувшись, Джоанна увидела, как Этьен присел на кровать, наклонившись, провел рукой по волосам Кристиана. Второй рукой он сжимал его ладонь, как и все они, каждый раз надеясь, что может вот сейчас она дрогнет. Нет… снова нет… Но Этьен руку не убирает, держит, как будто держит его самого.—?Утром мы займемся поиском квартиры,?— снова заговорила Кати.—?Не стоит.—?Джо, мы теперь все время будем с вами. Мы никуда не уедем больше, пока он не проснется,?— повернув к ней голову, Этьен решил, что Джоанна снова не хочет их утруждать и считает, что они из-за них с Кристианом отказываются от нормальной жизни. Но разве их жизнь может быть нормальной, пока их друг… спит…—?Не стоит, потому что,?— Джоанна перевела взгляд с Кати на Этьена и обратно, освободив руку, снова села на кровать рядом с Кристианом,?— мы покидаем эту больницу.—?Что? —?встрепенулся Этьен. —?Они что… отказались от него? Да как они… могут?! Да я им!—?Этьен!Кати не смогла остановить его, он без труда вырвался из ее рук, а голос Джоанны заставил замереть уже в дверях. Он повернулся к ней.—?Доктор Калим не хотел отказываться. Но официальный консилиум признал поражение традиционной медицины. Со своей стороны они сделали все, что могли.—?Погоди… что значит, поражение… Как же так? —?Этьен был растерян.—?Доктор Калим больше не может ничего сделать, но он рассказал о нас одному человеку. Я везу Кристиана в Японию к знахарю.—?Япония? Знахарь? —?Кати присела рядом с подругой.—?Да,?— Джоанна сжала ладонь Кристиана. —?Доктор Калим говорит, что тот лечит души и возвращает тех, кого не смогла вернуть обычная медицина. Гарантий никто не дает, но…—?Мы попробуем,?— уверенно произнес Этьен, вернувшись к кровати, Джоанна подняла на него глаза. —?Знахарь. Колдун. Дьявол. Мне все равно, кто его вернет.—?Мы с тобой,?— Кати обняла Джоанну за плечи. —?С вами.***—?Господин, вы сошли с ума.Парень из бело-желтой машины уверенно смотрел на отчаянно жестикулирующего мужчину. Ему было достаточно срывающегося с неба бесконечного ниагарского водопада, чтобы вынести этот однозначный диагноз. В такую погоду хоть тысячу долларов заплати?— не поедет. Ибо на том свете деньги уже будут не нужны.—?Тьфу,?— Макс посмотрел вслед ?уплывающему? такси и зло сплюнул в огромную лужу, посреди которой стоял по щиколотку, уже не обращая внимания на не подлежащие реанимации ботинки.Миловидные девушки в кассах и на ресепшн уже узнавали его и лишь разводили руками. Никто не мог сказать, когда аэропорт Шарджа откроет свои воздушные ворота. Но Макс не мог больше сидеть в этом гудящем бетонном улье. Его сердце рвалось к Кристиану и Джоанне, он вдруг понял, что эти несколько суток, что он не видел друга, ломали его похлеще любого наркотика. Кристиан был его наркотиком.—?Куда плывешь, друг? —?вдруг доброжелательно раздалось за спиной.Обернувшись, Макс увидел огромный трейлер, из окна которого выглядывал пожилой водитель лет шестидесяти, произнесший свой вопрос хоть и по-английски, но с заметным акцентом. На двери трейлера Макс заметил полустертый флаг хорошо известной ему страны.—?Вы?— француз? —?перевел он взгляд на водителя.—?Да,?— нисколько не удивившись, улыбнулся тот и продолжил. —?Кажется, вы мечтаете выбраться отсюда?—?Вы даже не представляете, как… —?вздохнул Макс.—?Залезайте,?— махнул рукой водитель,?— что-нибудь придумаем,?— он дождался, пока за Максом захлопнется дверь. —?Я, конечно, не Ной, но… Куда вы едете?—?В Дубаи. К другу…—?Должно быть, что-то важное, раз вы так спешите. —?улыбнулся водитель. —?Он женится или…—?Он в коме. Уже восемь месяцев,?— мрачно прервал Макс.—?Простите… —?после некоторого замешательства произнес водитель.—?Ничего. Знаете,?— продолжил Макс, посмотрев в окно на сверкающее огнями здание аэропорта,?— я пока сидел и ждал, смотрел на людей. Они живут: смеются и плачут, встречаются и расстаются, читают книги и смотрят кино. А он… он просто лежит.—?Я вам так скажу,?— выдохнул в свою небольшую бородку водитель,?— если Бог до сих пор не забрал его, значит, не все так уж предопределено.—?Поэтому я не хочу проводить вдали от него ни одной лишней минуты. Я должен быть рядом с ним.—?Пристегнитесь,?— уверенно произнес водитель, заводя мотор.Макс потянулся за ремнем и тут увидел всунутую в кармашек двери транспортную карту, какие оформляют дальнобойщикам перед рейсом. ?Оман??— значилось там сразу после Шарджа.—?Это же… —?удивленно посмотрел на водителя Макс,?— совсем в другую сторону.—?Подумаешь, небольшой крюк,?— встретившись взглядом с пассажиром, серьезно ответил тот ему. ?Если Бог посылает нам таких людей, значит, не все так уж предопределено, Крис…??— думал Макс, смотря вперед на расступающуюся перед ними толщу воды.—?Напишите мне, когда он проснется. Услышать это будет самой лучшей благодарностью для меня! —?подбадривающе улыбнулся ему водитель, когда они утром следующего дня остановились возле какой-то автобусной станции на окраине Дубаи.Макс благодарно вздохнул и кивнул. Денег с него так и не взяли. Подняв голову к прояснивающемуся небу?— дождь резко закончился примерно на середине пути?— он опустил ее, лишь услышав приветственный клаксон такси.—?Япония так Япония,?— только и кивнул Макс, услышав новость. Для него, как и для всех остальных, не имело значения?— где, как и каким способом. Была цель, вопроса цены и средств не стояло. Подойдя к Джоанне, Макс ободряюще обнял ее. Главное, что он, как и Этьен с Кати, снова рядом с Кристианом.—?Госпожа Рокье,?— в палату заглянула Рания,?— доктор Калим просит вас зайти, надо подписать документы на перевозку вашего мужа.—?Да, Рания, спасибо. Иду,?— кивнула Джоанна. —?Посидишь с ним? —?спросила, вновь обернувшись к Максу.—?Могла бы и не спрашивать,?— ободряюще сжал он ее плечи. —?Сходи поешь заодно.—?Хорошо.Привычно поцеловав Кристиана, Джоанна вышла из палаты. Едва за ней закрылась дверь, Макс подошел к кровати и присел на край. Этьен как раз спустился в конгресс-зал госпиталя для совещания с офисом перед отъездом, а Кати уехала во дворец короля для окончательного согласования всех деталей перевозки Кристиана.Макс смотрел на умиротворенное, спокойное лицо Кристиана и как никогда ощущал удушающую беспомощность. Не привыкший бездействовать, он не мог себе простить, что бессилен что-либо сделать и может только вот так сидеть и смотреть на него. Он наклонился и, оперевшись на локоть прямо около головы друга, дотронулся до выбившейся пряди волос.—?Где ты, Крис? —?голос ожидаемо дрогнул, ?железный? Макс переставал быть ?железным? рядом с ним. —?Что видишь там, что чувствуешь? Почему не возвращаешься? —?сглотнув распирающий горло ком, он отчаянно пытался взять себя в руки. —?Что нам сделать, чтобы ты… —?вдруг Макс схватил Кристиана за плечи, сжав их, ощутимо тряхнул. —?Просыпайся же! Давай! Черт тебя побери!Руки соскользнули с плеч. Ни мускул не дрогнул на лице Кристиана, не шевельнулись ресницы, все то же еле ощутимое ровное дыхание и абсолютная неподвижность.***Дышать в этом окружающем его болоте было еще тяжелее, чем идти. Усилия, которых требовало каждое движение, лишь усугубляли ситуацию. Ему казалось, что всего несколько шагов отделяют его от света. И хотя тот действительно приближался, он не один раз останавливался, чтобы перевести дух. Чем ближе был свет, тем более удушающим становился воздух, словно с каждым шагом плотность его многократно возрастала.Немного восстановив дыхание, он поднял голову и посмотрел вперед. Два дерева, четыре шага и он… Впрочем, еще неизвестно, куда он выйдет. Он смотрел на свет и никак не мог заставить себя оторваться от дерева.?Где ты, Крис???— вдруг эхом донеслось до него.Он вздрогнул, было полное впечатление, что это свет разговаривает с ним. Сколько смог, он набрал воздуха в грудь и сделал шаг вперед. Еще один. Еще. Когда ему удалось схватиться за крайнее дерево, сил не было ни дышать, ни стоять на ногах. Рука скользнула по стволу, ноги подкосились. Лежа лицом в пахнущую Булонским лесом листву, он пытался выровнять дыхание. Наконец, удалось хотя бы перевернуться на спину и повернуть голову.Ему открылось огромное поле, бесконечное, сколько видели глаза. Покрытое то ли снегом?— странно, но он при этом совершенно не чувствовал холода?— то ли каким-то покрывалом, словно саваном. Поле плавно переходило в низко висящее серое небо. Одинокое пятно света с трудом преодолевало тяжелые свинцовые облака. Посреди поля стояло невысокое голое дерево. Ни единого листочка ни на нем, ни под ним. При том, что до этого путь его лежал через густую листву незнакомых ему деревьев. И это одинокое дерево и манило, и пугало его.Вдруг воздух задрожал, завибрировал, он ощутил, как его обволакивает со всех сторон.?Просыпайся же! Давай! Черт тебя побери!?Его словно тряхнуло, словно невидимые руки приподняли его над землей. Этьен? Макс? Проснуться! Надо проснуться! Но как? Где выход из этого тяжелого зыбкого Бессознания?! Невидимые руки вдруг отпустили его, но те секунды, что они держали его, вдруг дали ему столько сил, что он почти физически ощутил их прилив. Поднявшись, он сделал еще один шаг и замер у самой кромки поля. Идти вперед было страшно, но он совершенно точно знал?— если останется там, где стоит?— не проснется никогда. И навсегда застрять где-то между жизнью и смертью было еще страшнее.Почти уже ничему не удивляясь, он все же вздрогнул и снова замер, когда увидел, что его нога не ?утонула? в покрывающем землю тумане, а словно встала на него. Вторая тоже. Здесь дышалось значительно легче, но воздух имел странный, до боли знакомый ?вкус?. Ступая, словно летя, он шаг за шагом приближался к дереву. Остановившись около него, долго не решался коснуться ссохшегося ствола. Ему хотелось ощутить его шершавость, острые концы щепок, но пальцы привычно ?прошли? сквозь ствол.—?Черт… —?не выдержал, вырвалось.—?Будем знакомы,?— вдруг раздалось сверху. Он уже слышал этот голос раньше…Он резко одернул руку, и в тот же миг с ветки спрыгнул молодой, лет двадцати?— двадцати пяти парень. Выглядывающие из-под капюшона толстовки темные короткие волосы, среднего роста худощавая фигура, в очертаниях которой тоже угадывалось что-то знакомое. И запах… тот самый…Скинув капюшон, парень поднял голову.—?Привет.Еще бы ему не были знакомы запах, голос, фигура. Легкомысленно улыбаясь, на него смотрел… он сам времен героинового периода его молодости.