Первый шаг (2/2)
Мужчина уже хотел закинуть удочку недоверия словами, но тут почувствовал легкий рывок за фрак. Тут же повернувшись, он увидел свою дочку, которая с огнём в глазах начала рассказывать что-то о своём новом друге, что заставило Вильфора подобреть всем своим видом. Словно по щелчку пальцев он превратился из строгого прокурора в любящего отца. Он присел на одно колено и с небывалой нежностью держал девочку за руку, пока та что-то рассказывала. Поцеловав ту в лоб и отправив играть дальше, мужчина вновь поднялсяи повернувшись к кругу общения, вежливо извинился за то, что отвлёкся.
Дантес с изумлением следил за тем, как из образа деспотичного мужчины он стал простым любящим отцом, заботливо общавшимся со своим ребенком. Таким он видел его впервые и был крайне впечатлен, улавливая эту мягкость в его голосе. И снова его накрыла волна воспоминаний, снова, как наваждение, легли на плечи эти руки, снова все тело пронзила дурманящая тяга. Никто не интересовался этой короткой сценкой, но для графа во всем этом было что-то важное, что-то что ему хотелось сохранить в своей памяти.- По-видимому, кому-то все таки удалось растопить сердце королевского прокурора, - он снова улыбался ему и … не мог не обронить очередную ироничную фразу, за которой прятал себя и свои желания.- Должно быть вы очень любите ее мать и счастливы в браке? - вопрос был совершенно неуместным, но слова как-то сами сорвались с губ.
Вильфор промолчал. Ему не хотелось думать о той, что погибла подарив ему прекрасную дочь, как и о нынешней деспотичной жене, с которой он уже давно жил порознь, тщательно скрывая это от общественности. Любовь была для него табу, а каждый вопрос графа резал по сердцу, словно толкая его к воспоминаниям, которые он давно заставил себя забыть.
В его голосе разило железным спокойствием, в этом тоне узнавалось желание закрыть эту тему и больше никогда не вспоминать.
- Зачем же говорить о таких бытовых вещах, будучи таким бесстрашным мореплавателем, Граф? Повтори кто ваши приключения на просторах Франции - тотчас бы угодил в тюрьму на пожизненный срок.. или получил титул от первого лица.После сказанного, Жерар улыбнулся, но от такой улыбки графу стало только более неуютно. Вильфор словно не стоял перед Монте-Кристо человеком, а удавом медленно сковывал всё его тело, затягивая кольца на шее в ожидании, когда его жертва проявит слабость. Жерар хотел зрелищ, хотел найти интерес в обществе, загадочный и, признаться, чертовски притягательный граф прекрасно подходил для этой цели.В какой-то момент прокурору даже захотелось дотронуться до него, проверить, насколько тот реален. Он чувствовал, что этот человек ему будет крайне любопытен и дальше, что он мог бы без конца вести холоднокровную игру приличий, пока не выпадет удачный момент для чего то более колкого и провокационного.
"О, как бы было забавно и интересно посмотреть на лицо этого мрачного господина, впечатай он того в стену одним лёгким рывком, а что, если попробовать что то большее?" Но Вильфор тут же отдёрнул эту идею, какой бы заманчивой она не казалась. Монте-Кристо был опасен, и как бы тот не дурманил голову своей величавостью и загадочностью - заводить с ним подобные игры было более чем опасно. С другой стороны, ему никак не хотелось уступать этому графу, как бы он не уворачивался от всех этих мыслей, он понимал одно - он хочет получить признание от Монте-Кристо, не на равных, Вильфор всегда должен быть выше остальных в лице окружающих, будь он на родной земле или выслан за её пределы. Имя Монте-Кристо звучало сейчас на каждом углу и воспользоваться таким удачным раскладом для подкрепления собственной репутации мужчина не мог.
-Вы стали очень популярны как только оказались на этой земле, и теперь я вижу, почему..Мужчина сделал многозначительный вид, от которого публика тут же испуганно робела. Это был взгляд судьи, не приговор к заключению, но укор, укор за неуважительность. Обычно Жерар впадал в тихую ярость когда люди проявляли к нему малейшую непреклонность или неуважение. Но сейчас, в его глазах сверкал странный огонёк.
-.. Вы очень хорошо держитесь на ногах перед законом, так умеют только чистые души и самые ловкие авантюристы. Надеюсь, что в любом случае, это послужит вам комплиментом, Граф.
На лице королевского прокурора скользнула странная ухмылка, которая тут же исчезла. Змеиные кольца с силой сомкнулись на горле жертвы.Монте-Кристо равнодушно проглотил тонкий намек на истоки собственной популярности, будь перед ним не Вильфор, он бы обязательно отшутился, но королевскому прокурору можно было простить несколько язвительных замечаний, чтобы он чувствовал себя увереннее с ним. Он замечал, как мужчина становится все более суровым и старательно нагнетает атмосферу рядом с собой, пожалуй, было очевидно, что его интереса к себе он сумел добиться.
Самое время было вежливо покинуть круг, но Жерар снова обратился к нему и эта глубокомысленная фраза поставила капитана в тупик. Черт, неужели узнал?.. Он приподнял подбородок чуть выше и бесстрастно улыбнулся:- Однако же вы знаете толк в комплиментах, господин королевский прокурор, - ни один мускул не дрогнул на его лице, он с притворным равнодушием сделал колкость в свой адрес обычной шуткой. Хотя теперь для графа стало очевидным, Вильфор подозревает в нем авантюриста, потому что на человека с чистой душой после десяти лет тюрьмы он походить просто не мог.- Господа, вынужден вас покинуть, дела, - Монте-Кристо услужливо поклонился и, перед тем как выйти из круга знатных особ, несколько развязно посмотрел на прокурора, откровенно дольше положенного удерживая с ним контакт глаз, пока мужчина сам не отвел их, наверняка испытывая неловкость, графа же это только позабавило и проходя за его спиной он очень тихо низким вкрадчивым голосом шепнул:- Рад знакомству.Игру он затеял опасную, но в ответ на давление ему захотелось намекнуть, что он знает о прокуроре куда больше, чем тот думает. Да и темная зелень его глаз постоянно всплывала в памяти, а теперь он в открытую ей залюбовался...Вильфор не подавал виду, когда их зрительный контакт затянулся, хотя все внутри него сжалось от страха и непонятного восхищения. Эти тёмные глаза были подобны огню - притягивали и манили, но излишняя близость могла быть слишком опасной. В итоге, королевский прокурор первый отвёл взгляд и тут же почувствовал себя ужасно плохо, он осознавал что проиграл в этой борьбе, но вновь столкнуться с этим манящим взглядом значило только большую неудачу. Ему было жаль что он так и не смог поговорить с этим человеком больше, и когда он уже собирался нахмуриться и про себя побранить своё не умение поддержать разговор с такими рисковыми личностями, как за его спиной раздался шёпот, приятно ласкающий уши. Если бы бедный граф не поспешил покинуть зал, то увидел бы эту сверкающую, поистине дьявольскую улыбку.
"Попался" пронеслось в голове прокурора. Он так давно не испытывал такие чувства как страх, азарт и наслаждение, что невольно прибывал в небольшой эйфории от этой встречи. Жерар уже думал о том, чтобы догнать своего таинственного знакомого и всеми силами добиться личной беседы, но вовремя осознал что это не самая лучшая идея."Жди, Вильфор. Всему своё время, Вильфор."Убеждал себя мужчина, пока на кончиках пальцев не пропала мелкая дрожь. Он невольно поругал себя за чрезмерную эмоциональность, сам же оправдал себя усталостью и продолжил своё пребывание на балу. Ему пришлось проводить время за беседами с другими гостями (которые теперь казались только более серыми и скучными),пока его дочка наконец не соизволила устать от других детей и не прийти к отцу. Поездка домой по уже ночному Парижу была крайне тихой, ведь Валентина тихо спала на руках Жерара, пока он смотрел в окно и в который раз проматывал в голове диалог с таинственным джентльменом в мрачных одеждах.Перед глазами Вильфора он вставал словно настоящий, в чем и был плюс такой хорошей памяти прокурора, пускай и не долгосрочной. Уже будучи дома, Вильфор отказался от ужина, согласившись только на вино. Закончив работу с бумагами он ещё долго не мог заснуть до последнего пребывая под впечатлением от жгучего взгляда темных глаз Монте-Кристо.