День первый. Глава первая (1/1)

В которой в Монстер-сити прибывает знаменитость, а Гоблин знакомится с боевыми технологиями ВатиканаУтром первого из трех отпущенных миру дней ничто не предвещало беды. Все так же заволакивал солнце дым из труб, так же чахла зелень, также оглашался воздух грубой бранью бандитов и предсмертными воплями их жертв. Словом, в городе шла тихая будничная жизнь.Около полудня в городе появилось новое лицо. На улицах делового квартала многие прохожие обратили внимание на огромный белоснежный лимузин с нью-йоркскими номерами – такой шикарный, какого не было даже у господина Амбала. За рулем сидел шофер в униформе: на форменной фуражке сиял странный символ – перевернутая пятиконечная звезда. Прохожие вытягивали шеи, стараясь разглядеть пассажира, но его скрывало тонированное стекло.Посреди одной, особенно узкой и кривой улочки, до шофера донесся сзади звучный и мягкий баритон:– Джеймс, пожалуйста, остановите здесь. Думаю, мне стоит… осмотреться.Лимузин остановился; из салона показался человек лет тридцати с небольшим, необыкновенно приятной, респектабельной и внушающей доверие наружности. Одет он был с необычайным вкусом: дорогой, отлично сидящий костюм-тройка от ?Prada? в бежевых тонах, стильный галстук, сияющие ботинки от ?Gucci?. Темные волосы были безукоризненно уложены, светло-карие глаза лучились умом и добротой, а обаятельная улыбка притягивала к себе с первого взгляда. Правда, было в его лице что-то такое, отчего человек, опытный в распознавании скрытого зла, взглянув на него, вздрогнул бы от смутного предчувствия беды. Однако жителям Монстер-сити такие таланты не требовались, ибо зло, присущее этому городу, не видело нужды от кого-то скрываться.Приезжий обвел взглядом окрестный пейзаж. Ни полуразрушенные трущобы, ни дети, роющиеся в мусорных кучах, ни торчащие из ближайшей подворотни ноги какого-то обдолбанного бедолаги, ни разноцветные нефтяные ручейки на асфальте, свидетельствующие о плачевном состоянии как городской экологии, так и городских коммунальных служб – ничто не ускользнуло от его проницательного взора.– Похоже, – проговорил он задумчиво, – в этом городе уже царствует мой Отец.С этими загадочными словами незнакомец вышел из лимузина – и величественно ступил прямо в большую разноцветную лужу. Лицо его на секунду исказилось, но чрезвычайным усилием воли он взял себя в руки и вернул обаятельную улыбку на прежнее место.– Здравствуй, Монстер-сити, город больших возможностей! – громко проговорил он и поспешно вышел на сухой асфальт.Джеймс зааплодировал.В этот миг внимание незнакомца привлекли громкие крики, доносящиеся из ближайшего переулка. Заглянув туда, он увидел, как какой-то здоровенный детина в кожаной жилетке с шипами, надетой на голое тело, пытается отобрать у барышни сумочку. Силы были явно неравны: барышня побеждала.– О, представитель местного преступного мира! – сказал себе незнакомец. – Он-то мне и нужен. Сударь, простите, что я отвлекаю вас от ваших занятий…В чарующем голосе незнакомца слышалась такая убеждающая сила, что грабитель (это был известный местный хулиган, мутант-суперзлодей по имени Рокстеди) немедленно бросил свое дело, тем более, что это позволило ему выйти из затруднительной ситуации, не потеряв лицо.– Сударь, – продолжал незнакомец, – что-то в вашей внешности подсказывает мне, что вам не раз случалось преступать закон. Не подскажете ли, где мне найти лучшего в этом городе наемного убийцу?– Лучшего? – переспросил громила. Удивление на его физиономии сменилось сомнением, а сомнение – выражением простодушной мужицкой хитрости. – Ну, ежели вы ищете лучшего, – с расстановкой проговорил он, расправляя плечи, – так это я и есть!– Вы? – не поверил проницательный незнакомец.– Ага, я самый, – убежденно отвечал громила. – Не зря же меня прозвали… э-э… Охренительный Человек-Носорог!– Интересно, – задумчиво произнес незнакомец, уставившись на огромный рог на носу у своего собеседника, – за что же вы получили такое удивительное прозвище?Рокстеди задумался: этот вопрос до сих пор не приходил ему в голову. Воспользовавшись его замешательством, незнакомец широко улыбнулся:– Что ж, позвольте и мне представиться: Дэмьен Торн, ваш будущий президент. – И, протянув руку, пожал короткопалую ладонь хулигана.Едва их руки соприкоснулись, как словно электрический удар потряс тело Рокстеди. Он вдруг ощутил, что при всем желании не может освободиться от железной хватки собеседника, что светло-карие глаза незнакомца, ставшие вдруг желтыми, словно у тигра, пронзают его насквозь. И еще одно странное чувство охватило его: как будто чья-то невидимая рука, проникнув к нему в мозг, безуспешно шарит там в поисках мыслей.– Так-так… – протянул незнакомец. – Я так и думал, что вы пытаетесь меня обмануть. Но кто же?.. Ага: Джейсон Филипп Маккендал, кличка ?Гоблин?, адрес… обычный гонорар… ого, какие числа вы знаете, сударь!.. Что ж, благодарю вас, вы мне очень помогли. – И, похлопав Рокстеди по плечу, добавил: – Да, и вы совершенно правильно думаете, что вам лучше попробовать себя на какой-нибудь другой стезе. Только мне кажется, что рок-музыка – это как-то… слишком уж смело. Может быть, лучше поработать воспитателем в детском саду? Всего доброго, сударь.Лимузин уже давно исчез за поворотом, а Рокстеди все смотрел ему вслед.– Подумаешь… – обиженно проворчал он. – Не очень-то и хотелось! Какой-то вшивый телепат, у нас таких тринадцать на дюжину! Еще прибежит потом, да поздно будет!.. Чертов Гоблин – вечно отбивает у меня самые выгодные заказы!..Еще некоторое время он напряженно о чем-то размышлял – и вдруг, хлопнув себя по рогу, сказал строго и убежденно, обращаясь к Вселенной в целом:– А Человеком-Носорогом меня называют, ПОТОМУ ЧТО Я КРУТ!Несколько часов спустя Гоблин поднялся на лифте в пентхауз самого шикарного городского отеля ?Монстер-Люкс?.У дверей его встретил седовласый дворецкий во фраке и с бакенбардами. Гоблин молча протянул ему визитную карточку. На глянцевой бумаге с обрезанными уголками сверкало золотое тиснение:Джейсон Филипп Маккендал (Гоблин)Наемный убийца– Хозяин ждет вас, сэр, – торжественно объявил дворецкий, изучив визитную карточку со всех сторон. – Прошу вас.Гоблин вошел в полутемный, роскошно обставленный холл. Ближайшая дверь была приоткрыта, из-за нее доносились звуки симфонического оркестра и оперный бас. Образованный наемник сразу узнал знаменитую арию Мефистофеля. ?Сатана там правит бал!.. там правит бал!? – бравурно распевал бас. ?Интересно, почему Мефистофель поет дуэтом?? – спросил себя Гоблин, но тут же сообразил, что басу кто-то подпевает – фальшиво, но с большой экспрессией.Гоблин постучал в дверь – музыка и пение мгновенно смолкли. Послышалось смущенное покашливание, а затем бархатный голос: ?Войдите!?– Мистер Гоблин, – начал его собеседник после первых приветствий, – я слыхал, что у опытных наемников есть традиция наводить справки о потенциальных клиентах. Так что, полагаю, представляться мне не нужно. Вы уже знаете, что зовут меня Дэмьен Торн, что я – один из десяти богатейших людей мира, что на предстоящих выборах я выдвигаю свою кандидатуру на должность президента США, и как раз сейчас провожу предвыборную кампанию. Но есть в моей жизни иная, скрытая сторона: вы, конечно, не можете даже предположить, кто я такой на самом деле...– Дайте подумать, – сказал Гоблин. – А, знаю: вы антихрист!Челюсть господина Торна со стуком упала бы на грудь, если бы ее не поддерживал галстук.– Папа меня побери, – потрясенно проговорил он, – неужели это так заметно?– Да, в общем, нет, – любезно ответил Гоблин. – По лицу не скажешь. На вид вполне приличный человек.– Как же вы догадались?!– Методом исключения, – усмехнулся наемник. – Сколько всевозможных монстров, демонов, нелюдей, нежити и нечисти перебывало в нашем городе – а вот ни одного антихриста еще не было. Я как раз намедни подумывал, что пора бы уже какому-нибудь появиться…– Возможно, скоро нас здесь станет больше, чем нужно, – мрачно и загадочно проговорил его собеседник.Гоблин подумал про себя, что и один антихрист – это уже многовато, но из деликатности промолчал.– Да вы не беспокойтесь, – бодро продолжал он, – мы, профессионалы, религиозными предрассудками не страдаем. Говорите, что вам нужно. Устроить Армагеддон? Тогда деньги вперед.– А вы… можете? – с легкой дрожью в голосе поинтересовался Дэмьен. Кажется, он начал понимать, что ввязался в опасную историю.Гоблин задумался.– В одиночку, пожалуй, не справлюсь, – честно признал он, – но если подключу своего приятеля Панкера, то, думаю, за неделю управимся.– Нет-нет, – поспешно сказал Дэмьен, – может быть, как-нибудь потом, но сейчас это, знаете ли… преждевременно. Нет, мне нужно, чтобы вы убрали одного… ну, условно говоря, человека. Моего врага. Предупреждаю сразу: он очень опасен. Все мои тайные легионы с ним не справились.Гоблин достал блокнот.– Имя? Адрес? Особые приметы? – поинтересовался он.– Имени его я не знаю, – признался Дэмьен, – и подозреваю, что он и сам его не знает. Известна только кличка: Чернокнижник. С виду он – сущий урод: долговязый, худой как скелет…Гоблин с некоторым сомнением посмотрел на фигуру своего нанимателя и записал в блокноте: ?Телосложение среднее?.– …белобрысый и с огромным носом. Одевается на редкость безвкусно – во все черное. Злобный, опасный, невоспитанный психопат. Обладает сильными магическими способностями. Особая примета – страсть к драгоценным камням.– Ворует? – простодушно спросил Гоблин.– Собирает коллекцию. Считает, что семь каких-то особенных камней дадут ему сверх-силу. Я слышал, что сейчас он нашел уже все, кроме двух. Убить его можно только особым волшебным кинжалом… – с этими словами Дэмьен отпер потайной ящичек секретера и вручил наемнику старинный кинжал, на костяной рукояти которого были вырезаны какие-то сказочные растения.– Где мне его искать?– Постоянного места жительства у него нет. Но этот одержимый маньяк повсюду таскается за мной: раз я здесь, то, будьте уверены, и он скоро здесь появится!Записав все эти сведения, Гоблин сказал:– Если можно, еще один вопрос. Возможно, он слишком личный, но я предпочитаю, во избежание всяких неожиданностей, выяснять такие вещи заранее. Что вы с этим Чернокнижником не поделили?Лицо его собеседника окаменело и приобрело медальные очертания.– Он мой брат, – коротко ответил Дэмьен.Гоблин хотел спросить: ?По отцу или по матери?? – но по выражению лица собеседника догадался, что этот вопрос будет ему неприятен.– Ну что ж, – сказал он, – давайте перейдем к основному вопросу – обсудим мой гонорар…Два часа спустя усталый, но довольный Гоблин, оставив собеседника в полуобморочном состоянии, спустился на первый этаж отеля и направился к бару.?А торговаться этот парень умеет! – думал он, похлопывая себя по карману, где лежал свеженький контракт на астрономическую сумму. – Хорошо, что я сумел его запутать и вписал два лишних нуля!?Вдруг шестое чувство, не раз спасавшее Гоблину жизнь, подсказало ему: опасность близка. Очень близка. Гибель грозит ему… сверху!Не раздумывая, Гоблин метнулся в сторону. В тот же миг мимо его уха просвистело какое-то холодное оружие и вонзилось в пол на том месте, где он только что стоял.?Не многовато ли в этой истории кинжалов?? – спросил себя Гоблин, мгновенно отметив, однако, что этот кинжал на вид несколько массивнее предыдущего, и его рукоять изображает распятие.Он поднял голову – и удивительное зрелище предстало его глазам. Над самой его головой свисала с потолка огромная многоярусная люстра. Так вот, на этой люстре, зацепившись за светильник краем рясы, болтался вниз головой католический монах!– О горе мне! – восклицал падре, рея в воздухе, как оперная валькирия. – Опять я промахнулся! Уже восемьдесят четвертый промах – когда же кончится эта полоса неудач?!Гоблин выхватил из-за пояса свой бластер и прицелился.– Что я вижу? – всплеснул руками служитель Господа (от этого жеста его начало вращать вокруг своей оси). – Неужели зло наконец-то решило нанести ответный удар?Прогремел выстрел. Смертоносный луч, словно лезвие ножа, срезал край рясы, и монах звучно рухнул на пол рядом с Гоблином.– А теперь, падре, – сказал Гоблин, рывком поднимая преподобного на ноги, – будьте так любезны объяснить, чем я вам не угодил.– Еще издевается, гад! – закатив глаза, возопил монах. – И ты, сатанинское отродье, еще спрашиваешь, чем ты мне не угодил! Как будто сам не знаешь, чертов сын…Тут он осекся и полез в карман за очками.Водрузив очки на нос, монах внимательно оглядел Гоблина с ног до головы, причем на лице его отражалось все большее недоумение.– Джинсы… – проговорил он. – Кожаная куртка… бластер за поясом… галстука нет… двойного подбородка тоже нет… и вообще лицо другое! – Из честных глаз его брызнули слезы. – Горе мне! Как насмехается надо мною князь мира сего! Мало того, что я промахнулся – так еще и промахнулся по ни в чем не повинному человеку!И монах горько зарыдал.Ни говоря больше ни слова, Гоблин отволок своего собеседника в бар, силой усадил за стойку и поставил перед ним двойную порцию виски без содовой. Когда преподобный вновь обрел душевное равновесие, Гоблин заговорил:– Святой отец, – сказал он, – я вижу, что вы очень расстроены, и не стану докучать вам лишними вопросами. Не буду спрашивать, что вы там делали – и так ясно, что сиде… э-э… висели в засаде. Не буду спрашивать, кого вы подстерегали – и ежу понятно, что моего нового клиента. Задам вам только один вопрос, как профессионал профессионалу: почему на люстре?Лицо монаха, еще залитое слезами, озарилось гордой улыбкой.– А-а-а! – отвечал он, нравоучительно качая пальцем перед носом у собеседника. – Эффект неожиданности! Моя цель – поразить противника, ошеломить, дезориентировать, сделать то, чего он никак не ожидает!..Гоблин выпучил глаза.– Не понял, – сказал он наконец. – Вы рассчитывали, что мой клиент, когда увидит вас на люстре, от удивления дуба даст? Или от смеха? Клянусь своим бластером, много лет я работаю по специальности, но о таком оригинальном способе убийства слышу в первый раз!– Ах, молодой человек, – с видом необыкновенного превосходства отозвался монах, – сразу видно, что вы не искушены в антихристомахии!– Не искушен, – честно признался Гоблин. – Чего нет, того нет. Знаете, как-то до сих пор не приходилось сталкиваться…– Оно и видно, – сурово заключил монах. – Во-первых, знайте, что сына Сатаны можно убить только древним магическим кинжалом, рукоятка которого отлита в виде Распятия – тем самым, который вы, молодой человек, столь неделикатно сунули себе в карман. Без этого никакое удивление, даже самое сильное и сопряженное с самым долгим и громким смехом, не причинит ему ни малейшего вреда… ну разве что живот заболит – но ведь это совсем не тот результат, который нужен Матери-Церкви! А во-вторых, – тут он снова тяжело вздохнул, – вот уже тридцать три года мы охотимся за этим исчадием ада, постоянно совершенствуя наши технологии. И за эти долгие годы он всего навидался, ко всему привык и ничему уже, подлец, не удивляется!Гоблин, человек не сентиментальный, против воли ощутил, что глубоко сочувствует своему клиенту.– Подождите, подождите, – сказал он. – Правильно ли я вас понял? Вы что, не в одиночку этим промышляете?– Увы, – со слезой в голосе отвечал монах, – из всего нашего призыва остался я один. Остальные пали смертью храбрых в борьбе с превосходящими силами противника. До сих пор вздрагиваю, вспоминая чудовищную гибель отца Ансельма: на Рождество, замаскировавшись под Санта-Клауса, он застрял в дымоходе…Наступило долгое молчание. Монах всхлипывал, вспоминая боевых товарищей. Гоблин напряженно раздумывал. Понятие ?совесть? было ему неведомо, а возможность получить два гонорара вместо одного он не упускал никогда.– Святой отец, – сказал он наконец, – мне кажется, я знаю, в чем ваша проблема.– В чем же? – воскликнул несчастный.– В дьяволе, – веско ответил Гоблин. – Дьявол хитер, очень хитер. А уж коварен… И на все готов, чтобы защитить своего сына.Монах внимал ему, как оракулу, и только кивал в такт.– А монахи, – продолжал Гоблин, – они… как бы это сказать, чтобы вас не обидеть… они существа высокодуховные. Плохо приспособленные к суровой и опасной профессии киллера. Падре, вам нужен специалист. Человек, который занимается этим делом много лет и изучил все тонкости ремесла убийцы.– А вы случайно не знаете такого человека? – с робкой надеждой поинтересовался монах.– Случайно знаю, – скромно ответил Гоблин. – Кстати, давно хотел спросить: правда, что в подвалах Ватикана хранятся несметные сокровища?– Правда, – с готовностью подтвердил монах.– Отлично. Свяжитесь с вашим Папой и поинтересуйтесь, с какой частью своих сокровищ он готов расстаться. Буду ждать ответа.С этими словами он поднялся и, похлопав святого отца по плечу, двинулся прочь.– Подождите, – возопил монах, – а как же… как же… мой кинжал?!Гоблин помедлил.– Полагаю, – веско ответил он, – и мне, и вам, и моему клиенту будет спокойнее, если кинжал пока полежит у меня.И вышел из бара, еще более довольный, чем полчаса назад. Ах, если бы он знал, что ждет его впереди!