7 (1/1)

– Господин лекарь! Господин лекарь!В дверь снова стучали. Закат догорел совсем, половинка молодой луны уже показалась из-за соседней крыши. Радомир выглянул прямо из окна кабинета и окликнул пришедшего:– Что такое? Опять чума?– Нет, господин лекарь, не то! Сестра у меня никак разродиться не может! А повитуха не идет к нам, боится! Фигуру на крыльце со второго этажа не было видно толком, но голос определенно был женский и, вроде бы, даже знакомый.– Сейчас спущусь. Где вы живете? – На Кривой улице! Идемте скорее, я отведу, покажу!Радомир вспомнил, торопливо бросая в сумку все необходимое, что на Кривой улице действительно была беременная – Анна, жена горшечника. Но ей ведь не срок еще… Преждевременные роды от волнения? Наверняка. Все сегодня натерпелись страху.Орландо догнал его внизу:– Маску не забудь. Я уверен, она еще в городе. И зла на тебя как черт.Женщина отошла от двери и ждала у крыльца, приплясывая от нетерпения. Свет фонаря не доставал до нее, а луна светила ей в спину, бросая на лицо густую тень. Только волосы, разметавшиеся по плечам, серебрились в ее лучах – видать, так бежала, что платок потеряла где-то. Едва увидев, что дверь открылась, она помахала Радомиру рукой и торопливо пошла по переулку. Он бросился вслед почти бегом, догнал только на следующей улице.– Когда схватки начались? – спросил он, чтобы не терять времени.– После полудня вскоре. Бедненькая моя сестренка, вся измучилась, чуть жива! Помогите ей! – Да, долго… – Радомир нахмурился. – Первый ребенок, что ли?– Первый. Господин лекарь, только вы маску сняли бы. Уж больно она страшная, а у нашей матушки сердце слабое.– Да, конечно. Сниму, когда придем. В ней и видно не так хорошо, вот и узнать вас никак не могу... – рассеянно сказал Радомир. Что-то не складывалось, он пытался понять, что. – Мы ведь к Анне идем? Так у нее уже первенцу третий год пошел… – Он резко остановился, его будто ледяной водой окатило. Нет у Анны никакой сестры, муж и братья только! А маску его сегодня этот голос уже просил снять – у церкви. Женщина сердито оглянулась на него и скрылась за углом. Собравшись с духом, он осторожно сделал два шага следом. И увидел, что на длинной улице, хорошо освещенной факелами, фонарями и луной, никого нет.