Глава 17. Я молился первый раз в жизни. (1/1)

Рут — Милый, я уехала! — хватаю с дивана пальто и ковыляю к входной двери.— Стой!— Митч выскакивает из кухни, закидывая полотенце себе на плечо, — Рут, детка, объясни мне, обязательно ехать сегодня за покупками? — Митч Роулэнд, если ты хочешь усадить меня сегодня на самолет и отправить в Италию, то да! — упираю руки в бока, выпячивая своё пузо вперед. — Этой малышке нужны некоторые вещи. Я не собираюсь бегать по итальянским магазинам, зная на их языке только ?Белиссимо?!— Интернет-магазины? — буравит меня глазами. — Закажи в интернете! Мы разговаривали с тобой полночи, какие к черту магазины, Рут?!Подхожу к нему, беру в ладони его лицо, успокаивающе глажу колючие щеки, покрытые двухнедельной щетиной.— Я просто хочу увидеть Софи и Ди перед отлетом, пожалуйста. Мы зайдем со Стайлс в детский магазин, я возьму несколько вещей, заедем заберём Ди с ночной, съедим по бургеру и всё. Я хочу побыть пару часов со своими девочками. Это буквально на 2-3 часа, не больше, — целую его в упрямые губы, — прекрати дуться. Я сойду с ума одна в итальянской деревне, пока вы тут всё решите. Пожалуйста,Митч...Расстроенно качает головой, погруженный в свои мысли. Молча провожает меня до дверей, где обнимает и целует в кончик носа, прикладывая руку к животу, от чего получает легкий толчок. Смеёмся с этой боевой малышки!— Будь аккуратна, Веснушка. Завожу свою красавицу, ярко-красную Audi A7. Удобней усаживаюсь, отодвигаю сиденье, чтобы дать больше места моему здоровенному животу. Если не знать, что нам всего семь месяцев, то глядя на него можно дать все девять!Через полчаса я останавливаюсь перед домом Луи. Сигналю, не спуская глаз с входной двери. Как только огромная копна кучеряшек вылетает из неё, убираю руку с сигнала. — Привет, рада видеть тебя, детка! — тянусь через сиденье, насколько мне позволяет живот. Чмокаем с Соф друг друга в щеку. — Как вы?— Ох, мы в полном порядке! Вы то как? — смотрит на мой живот. — Господи, Рут,вы уверенны, что там не двойня?Смеюсь, ласково поглаживая одной рукой своего пузожителя. Всю дорогу до магазина мы обсуждаем с Софи их будущую свадьбу и думаем над именем для малышки, потому что мы с Митчем так и не можем остановиться на чем-то конкретном! Он предлагает "Джонни", но разве это имя для девочки? Пока Кучеряха зачитывает с гугла мне всевозможные женские имена, мы подъезжаем к торговому центру. Здесь почти пусто, так как на часах только начало десятого утра. Максимально ускоряемся с Софи, чтобы закончить покупки поскорей, но это чертовски сложно сделать, потому что все эти детские вещички безумно милые! Мои глаза разбегаются — яркие платья, воздушные юбки, футболки всевозможных цветов радуги, какие-то невероятно маленькие носочки и сандалики, шапочки, ползунки...— Софи, я хочу скупить всё, что здесь есть!— Скажи это Митчу! В конце концов мне удается сделать сложнейший выбор! Мы выходим с несколькими пакетами детских вещей и всевозможных присыпок, пустышек, кремов. Я даже взяла молокоотсос! Ужасно стрёмная штука!— Я сегодня улетаю,— смотрю на подругу, пока аккуратно ставим пакеты в багажник. — Я согласилась. Думаю, Митчу будет легче, если мы будем далеко отсюда и в безопасности...— Я даже не знаю, что сказать, Рут... Ты уверена? — она заламывает свои пальцы. —То есть...да, Господи! Я даже не знаю... Луи предлагал мне улететь, но я... — усаживается на капот машины, опуская голову на колени. — Как я смогу его оставить? Я сойду с ума от беспокойства...— Я понимаю тебя, мне тоже нелегко далось это решение. — Сажусь рядом, поднимаю голову вверх, рассматривая чистое голубое небо. — После вчерашнего Митч настоял. Мы не спали почти всю ночь, долго разговаривали, спорили... В итоге я согласилась, чтобы ему было спокойней.— Во сколько улетаешь?— Самолёт в пять вечера... — смотрю на Софи, сжимаю её руку. — Кудряшка, я не могу вас заставить с Дианой, но обещайте подумать еще раз. Возможно им будет легче решить все вопросы, зная, что мы далеко отсюда. Они смогут действовать более агрессивно и быстро, понимаешь?Она долго думает прежде чем дать мне ответ. Кутаюсь в своё зеленой пальто, терпеливо дожидаясь ответа Соф...— Наверное ты права. Нам нужно дать им больше простора для маневра... Обещаю, что как вернусь домой, поговорю с Лу. Может даже успею на твой рейс, если будут еще билеты! Кстати, нужно маму и Лотс предупредить об итальянских каникулах.Не могу сдержать счастливой улыбки! Обнимаю подругу, крепко сжимаю в объятиях. Вместе с ней раскачиваемся на снегу, как парочка неуклюжих пингвинов.— Ну что, теперь за Дианой! Запрыгиваем в машину, накидываем ремни безопасности. Софи быстро набирает Аддингтон, сообщает ей, что мы уже едем к её больнице с кучей милейший, детских вещей. Просит поторопиться, напоминая, что её ночная смена давным-давно закончилась!Clubbed To Death — Rob Dougan Как только я выезжаю на шоссе, прибавляю газа, разгоняю свою крошку, перестраиваюсь на скоростную полосу, чтобы побыстрей добраться до Дианы. Бросаю взгляд на навигатор, который показывает нужный поворот через пять километров, начинаю скидывать скорость... Мои ладони мгновенно потеют. Прижимаюсь к рулю, всё также дергаю ногой в попытке сбавить скорость. Чувствую, как скатывается холодной пот на затылке. Бросаю взгляд на Софи, болтающую с Рейчел по телефону... Проскакиваю наш поворот и мчусь по прямой...Только без паники, Рут. Давай, детка, соберись, смотри на дорогу, не отвлекайся...Делаю вдохи и выдохи, дышу через нос, как учил меня Митч. Это помогало мне. Дергаюсь, когда телефон начинает орать. Зейн. Бросаю взгляд на Софи.— Стайлс, включи громкую связь... — киваю в сторону своего мобильного. — И, пожалуйста, Софи, отключи свой телефон...— Мааам, я перезвоню,— отключает свой мобильный, растерянного моргает, — Рут, что случилось? — тянется рукой, нажимает громкую связь...Салон машины наполняется громким голосом Малика. По тому как его голос дрожит, я понимаю, что всё действительно очень плохо. Мой слух словно отключается. Чем больше я вдавливаю педаль тормоза в пол, тем хуже слышу. Сплошной шум. Вопросы Софи, крики Малика...?Твои тормоза отказали, Рут! Слышишь меня?!??Я еду к вам!??Блять, Рут, не молчи!?Мои глаза наполняются слезами, которые я пыталась сдержать минут пять. Смотрю на Софи... Корю себя, что она со мной в машине... Господи, зачем я взяла её с собой в этот чертов магазин! Тянет ко мне руку, кладет на моё плечо. Смотрит то на меня, то на живот. Закрывает глаза и начинает плакать вместе со мной. Я слышу, как плачет Софи, как орёт и пытается что-то сказать сквозь поток матов и слез Зейн... Господи, когда этот парень вообще плакал? Зачем я думаю об этом сейчас? Интересно, что делает Митч? Наверняка собирает мои вещи для поездки, разбросанные по кровати... А может Джонни и не такое уж странное имя для девочки??Рут, послушай меня, слышишь меня??— Я слышу тебя, Зейн!?Слушай внимательно! Тебе нужно избегать поворотов?Бросаю взгляд на навигатор....— Господи! Зейн, впереди перекресток!?Рут, слушай меня, окей... Не бойся только?Ты же сам боишься, Зейн...Ты уже себя винишь... Я знаю..Господи...— Зейн, не вини только себя, окей!?Джонс, помолчи! После этого перекрестка будет прямая дорога, до самого пригорода! Слышишь? Просто езжай и выпаливай бензин!?— А перекресток?!?Ты проскочишь, Рут!?Вытираю поочередно вспотевшие ладони. Смотрю на Софи, начинаю просить у неё прощение, повторяя только "прости-прости-прости".... Я уже вижу его, вижу светофоры... Жмурю и тут же открываю глаза. Всё также вдавливаю педаль тормоза, вдруг он заработает...— Софи, держись! Голову пригни! — Ору во всю глотку, вжимаясь спиной в кресло. Цепляюсь в руль, закрываю глаза, когда вижу, как загорается красный, без конца сигналю...Удар.Сжимаю голову рукамиУдарПриоткрываю глаза на секунду. Этот бешеный мир прыгает с ног на голову, мелькает, как слайды.УдарГосподи...УдарКрасные металлические объятия моей красавицей становятся плотней.Ору от боли,когда металлические тески обхватывают мою ногу.УдарХватаюсь за живот руками.УдарБьюсь головой о руль.Замираю глазами на Софи, обмякшей на своем сиденье.Как давно она без сознания...Еще один ударПытаюсь вдохнуть...ДжонниЛуиLouis Tomlinson - Perfect NowМне было восемнадцать, когда моя мама Эллен умерла от рака головного мозга. Мы с сёстрами остались одни в небольшом доме, который кажется трещал по швам. Лотти тогда только исполнился двадцать один год, Фиби и Дейзи по шесть лет... Не знаю, как моя старшая сестра умудрялась с нами справляться, особенно с младшими. Она до сих пор нянчиться с ними, у неё нет толком никакой личной жизни. Лотс невероятно красивая и амбициозная, но ответственность за младших сестёр не даёт ей выдохнуть и заняться собой. Еще и я подкидывал забот, заставляя её волноваться, когда убегал по вечерам из дома. Зато моя успеваемость в колледже была её гордостью. Я умудрялся всё сдавать и получать высшие баллы, даже если иногда и прогуливал. Чтобы как-то прокормить всех своих детей наша мама работала сразу на двух работах, пытаясь заплатить за дом, школу и еду. Мы её почти не видели. Если у нее выпадал выходной, она искала подработку и уходила, чтобы присмотреть за чужими детьми, чтобы её собственные дети могли сбегать в ближайшую мороженицу и позволить себе стакан пепси и несколько шариков пломбира, усыпанного шоколадной крошкой. Лотс не могла удержать меня, пока мамы не было дома. Пока она держала на одной руке Фиби, а Дейзи обхватывала её ногу, я отмахивался от неё рукой и уходил в ночь. От отца у нас остался старый Corvette и гараж, полный запчастей и прочей фигни. Я полировал эту тачку днями напролёт, ковырялся в движке, перебирая детали. Мои руки всегда были покрыты мазутом, отмыть который было просто невозможно. Когда я довел до ума эту колымагу, я стал кататься по ночам, разгоняя её до максимума, в надежде не нарваться на копов. Улицы познакомили меня с Гарри, Найлом и Зейном. Я часто встречах их. Поначалу они пугали меня. Слишком резкие, громкие. Мама всегда просила меня держаться подальше от "таких" ребят... Я стоял на заправке, наполняя бак за карманные деньги, которые мне давала Лотти каждый месяц на обеды в колледже. — У тебя крутая тачка! Сколько ей?Громкий голос заставил меня обернуться. Они стояли за мной, рассматривая машину со всех сторон.— Я не знаю, от отца досталась.— У тебя уже есть права? — Стайлс внимательно посмотрел на меня, явно прикидывая в уме сколько мне лет.— Мне восемнадцать.Они засмеялись, Найл хлопнул меня по плечу, как старого приятеля.— Мы видели, как ты гоняешь вечерами. Не хочешь подзаработать?Я знал, кто эти ребята и чем они примерно занимаются. Знал, что деньги, которые они мне предлагали, будут заработаны нечестным трудом. Но я согласился не раздумывая. В мои обязанности входило ждать в машине, пока они делали свою работу, а потом гнать так, будто за нами гнался сам Дьявол. И я гнал. Гнал, вдавливая педаль в пол под их крики, наполненные адреналином, иногда алкоголем или травкой. У меня никогда не было мысли кинуть их. Никогда. Через год мы были неразлучны. В нашу компашку добавился еще богатенький Митч. Вообще непонятно, на фига мы были ему нужны. Видимо малышка Рут настолько вскружила ему голову, что он решил поменять весь свой круг общения и вместо богатеньких снобов его лучшими друзьями вдруг стали уличные отморозки, которых крышевал сам Фрэнк Спенсер. Через полтора года я купил дом для сестёр. Он не был идеальным или огромным, но они теперь не спали все вместе в одной комнате. Пока парни помогали таскать коробки с вещами и мебель, Лотти суетилась на небольшом заднем дворе с барбекю и напитками. Найл притащил тогда кучу воздушных шариков, которые разлетелись по всему дому, и Фиби с Дейзи без конца пытались допрыгнуть до них. Замечательный день... Мы больше никогда не нуждались в деньгах. Лотти не нужно было совмещать учебу и работу, закрываться в ванной и плакать, пока мы спим, как она думала... Ей не нужно было пахать, как маме, чтобы прокормить нас. Работать на износ своего собственного здоровья, отмахиваться от головных болей, которые не дают тебе спать по ночам, разрывая твою черепную коробку изнутри... Не найти свободного дня, чтобы дойти до больницы и сдать анализы, чтобы врач осмотрел и нашел источник этих нескончаемых болей... Мы не знали, что у мамы рак до самой смерти, пока ей не сделали экспертизу. Жить несколько лет с сумасшедшими болями ... с одной только мыслью. С мыслью о своих детях, не о себе...Я не хочу больше никого терять. Я просто не выдержу... Взлетаю на третий этаж по ступенькам, около лифта слишком много людей, я не могу ждать. Врываюсь в распахнутые двери, на ходу хватаю больничный халат, от чего вешалка падает на пол. Бегу по коридору, расталкивая людей.— Зейн! — ору, когда замечаю Малика на полу, около стены. Подлетаю к нему, встряхиваю его вялое тело. — Зейн! Какого хера?!Отталкиваю его к стене, но он просто плачет, сжимая свою голову, как яблоко, в попытках её расколоть. Бью кулаком по стене, впервые не зная, что мне делать! Хватаю проходящего доктора за руку.— Софи Элизабет Стайлс! Где она?Скидывает мою руку, пожимает плечами, что-то мямлет о том, что не знает о такой пациентке. Да что, блять, происходит! Бегу дальше по коридору к дверям, из которых только что вышел Гарри с Дианой и еще каким-то врачом.— Гарри, пожалуйста, что с ней? — смотрю то на Ди, то на него. — Блять, да не молчи же вы!Хватаю воздух ртом, потому что их вид не говорит ни о чем хорошем. Заплаканные лица, круги, как кратеры, впалые щеки... Они словно постарели лет на десять за один день. — Луи, пойдем. — Диана берёт меня за руку и отводит в сторону, пока Гарри, опустив голову и спрятав лицо в ладони, слушает доктора. — Луи..— Ди, пожалуйста, я сойду с ума! Скажи, что всё в порядке...— Пойдем со мной, я дам тебе что-нибудь выпить...Отталкиваю её руку— Аддингтон, скажи,блять,что с ними?!— Софи в реанимации... — смахивает резким движением руки слезы, пытаясь держаться. — Она без сознания, Лу...Отрицательно качаю головой, будто я в каком-то страшном сне и всё это просто игры моего воображения.— Да что ты несешь! Какая к черту реанимация?! — бью о стену в попытках приглушить боль, которая разрывает мое сердце.— Томмо, пожалуйста... Зейн был с ними на связи, он сразу же вызвал скорую...Разворачиваюсь, не слушая то, что она продолжает говорить.Зейн! Зейн! Зейн!Подлетаю к Малику, поднимаю его с пола, толкаю сколько есть силы, от чего он отлетает к противоположной стене.— Какого хера, Малик!— толкаю еще раз. Злюсь еще больше, потому что он даже не сопротивляется. Смотрит мимо меня с выплаканными красными глазами... — Куда ты смотрел?! Какой ты на хер профессионал!?Бью его под живот, от чего он сгибается пополам. Заваливаюсь вместе с ним на пол, калачу кулаками по полу рядом с его лицом, разбивая руки в кровь, завывая на всю больницу.— Луи! — Гарри дергает меня вверх, стягивая с Зейна. — Успокойся! Слышишь! —обхватывает моё лицо, смотрит прямо в глаза. От его взгляда еще хуже... Поднимаю голову вверх, пялюсь на яркие лампы, которые теряют свою четкость из-за слез. — Софи жива. Будем надеяться, что она поправится. Вот увидишь, она выкарабкается, слышишь? — орёт, пытаясь убедить меня и самого себя в своих словах. — Что с ней?— У неё черепно-мозговая... — усаживает меня рядом с Маликом прям на пол. — Из-за неё она без сознания ...— Это долбанная кома! — смотрю на Гарри, словно он пошутил.— Еще куча ушибов. Переломов нет, что удивительно... — продолжает что-то говорить будто не слышит меня.— От Audi толком не хрена не осталось... — голос Зейна еле слышен в этой больничной суматохе. — Рут нахимичили с тормозами... Я заметил слишком поздно... Выехал к ним сразу же... — он начинает плакать. — Это моя вина... Я убил Рут...Чувствую, как пол уплывает подо мной.—Ты ебанулся, Зейн?! Что ты говоришь?! Гарри,что он несёт?Стайлс просто закрывает свои глаза, пока по его лицу скатываются слёзы... Встаю шатаясь, опираюсь рукой на стену, ищу в этом тумане Диану. В голове все кружится. Делаю несколько шагов, спотыкаюсь на пустом месте, падаю. Настойчиво продолжаю свой путь...— Ди... Диана... — еле шевелю губами, хотя кажется, что я приложил уйму сил, чтобы докричаться до неё. Делаю несколько тяжелейших шагов, когда силы покидают меня, сползаю по стене... Тянусь в карман за сигаретами, закуриваю прям в коридоре. Успеваю сделать только пару затяжек, прежде чем у меня выдергивают сигарету прям из губ.— Томлинсон, вставай.Фокусирую взгляд на бейджике перед моими глазами ?Диана Аддингтон. Врач-хирург?— Рут умерла? — спрашиваю её, пока она поднимает меня под руки.— Пойдем со мной.Она уводит меня в какую-то пустую палату, зовет медсестру, которая вкалывает мне что-то в вену. —Луи, — голос Дианы безумно тихий для этой шумной девушки, вымученный и печальный. — Послушай меня. С Софи сейчас лучшие врачи. Она справится, она не оставит нас, она просто не сможет нас оставить... — Утыкается в моё плечо. Моя футболка тут же намокает в этом месте. Обнимаю её рукой, прижимая к себе. В полной тишине плачем на пару. — Что с Рут? Это правда... — шепчу в её волосы. — Скажи, что это не так, пожалуйста, Ди...Она начинает вздрагивать всем телом, пока волны истерики судорогами проходят по её телу.— Пожалуйста, Луи... я не могу произнести этого вслух...— Митч знает?— Да. Он с ней... внизу. Просил не трогать его. Как жить дальше, Луи?— Я не знаю, Ди... Я не знаю. Через минут десять она выводит меня к Зейну и Гарри. Усаживаюсь рядом с ними на пол. Молчим, словно дожидаясь окончания этого страшного сна. Смотрю на Стайлса, который без конца потирает пальцами свой наколотый крестик на руке, беззвучно шевеля губами. Перевожу взгляд на Зейна, который перебирает четки, склонив голову. Господи, помоги...Прикрываю глаза, вспоминаю малышку Рут с её безумно-красными волосами, вспоминаю Рождество. Кажется у меня нет больше слёз, но горячие капли всё катятся и катятся?Это Мэтти! Правда он очаровашка??Звонкий смех, как трель разносится в моей голове.?Луи, ты такой говнюк! Наорал на Софи из-за долбанного танца?Вот она стоит в этом оранжевом комбинезоне, грозя мне кулаком?Да! У нас будет девочка!?Натирает свой живот ладонями, как волшебную лампуКусаю свои разбитые костяшки, чтобы не заорать и не послать этот дерьмовый мир ко всем чертям! Я до сих пор не верю, что всё это не сон. Хочется проснуться, ужаснуться этому кошмару, потом посмеяться с друзьями с того, какое дерьмо мне приснилось! Сгрузить всех в машины и поехать куда-нибудь за город. Снять дом на выходные, забыть о всех проблемах и просто провести время со своими лучшими друзьями и самой любимой девушкой на свете, от взгляда на которую у меня до сих пор что-то срывается внутри и разрывается фейерверком. Утопать в мягких креслах, хрустя поп-кормом и заливаясь смехом над какой-нибудь комедией с Адамом Сэндлером в главных ролях. Выбежать во двор, осыпая девчонок снегом, пока бы они визжали от злости и радости, одновременно пытаясь завалить нас в сугроб. К вечеру собраться на уютной кухне, в этом огромном деревянном доме. Суетиться, мешая Митчу сделать его фирменное ризотто, от чего бы он злился, краснел и укоризненно смотрел бы нас, пока Рут не встала бы на защиту своего парня и не выгнала бы нас с кухни...Подскакиваю на ноги, прерывая свои мечты, когда громкий голос Хорана разносится по коридору. Смотрю на его лицо, такое же измученное, покрытое вековой печалью. Он разговаривает по телефону. Через секунду Ди вылетает ему навстречу, он просто подхватывает её на руки, прижимая к себе со всей силой. Она словно скидывает с себя всю свою стойкость и профессионализм, пытаясь держаться последние несколько часов. В первую очередь она была врачом, спасающей жизнь своему другу. В объятиях Найла она просто стала подругой, которая потеряла своего близкого друга и борется за жизнь второго. Она начинает так плакать, что я закрываю свои уши. Трясусь всем телом, паника накрывает меня. Мои глаза жжет от слез. Закрываю глаза, плотней прижимаю руки к ушам, уплывая в прошлое. Мне было двадцать шесть лет, когда Гарри попросил меня помочь Софи с математикой. Не знаю откуда у меня была способность к цифрам, может быть от отца, но всё что с ними связанно давалось мне невероятно легко, в то время как у Софи с этим были проблемы. Она пыталась угодить Рейчел и закончить экономический, второстепенно занимаясь танцами в школе искусств. Тем, что она действительно любила всем своим сердцем. Я приезжал к ней дважды в неделю. Пока она под моим четким руководством пыхтела над уравнениями, я потягивал Heineken и пытался, как можно проще объяснить решение, приводя какие-то наиглупейшие примеры. Иногда я ловил себя на мысли, что она специально хлопала своими ресницами, заправляя кучеряшки за ухо, и говорила, что всё равно не понимает. Вздыхал, словно зная куда меня могут привести эти глаза и копна непослушных волос. Усердно отгонял эти глупые мысли, вторя себе, что это сестра Гарри и он просто оторвёт мне яйца. Да и я не самый лучший вариант для неё, поэтому пытался рисовать образ тринадцатилетней Софи, когда впервые познакомился с ней. Но стоило ей вздохнуть, уставиться на меня своими голубыми глазищами — образ подростка улетучивался, оставляя передо мной красивую девушку двадцати двух лет, смотрящую на меня, как на самого крутого парня на планете. Я даже пытался ей грубить, чтобы вызвать отвращение, но на каждую мою грубость она щурила свои глаза и спрашивала, почему я пытаюсь быть таким придурком, если на самом деле я не такой. И я умолкал, раскрыв рот смотрел на неё, как она улыбалась или подмигивала мне. Выскакивал из её дома, как ошпаренный. Звонил Гарри, просил нанять нормального репетитора для неё, на что он отвечал, что лучше меня ему не найти да и мы знакомы с Софи! Мои муки продолжались почти два месяца. Я собирался отвести Фиби и Дейзи в парк аттракционов вместе со мной и Лотти. Устроить день семьи. Не знаю, какая сила меня тогда уболтала набрать Софии и позвать с собой. До сих пор помню её белые шорты с порванными карманами, от их белизны мне слепило глаза в тот солнечный день; ярко-голубая блузка без рукавов, концы которой были завязаны в узел на её животе, от чего я видел самый милый пупок на свете с поблескивающим на солнце пирсингом в виде пчелки; на ногах белые сандали с тонкими ремешками, кокетливо обвивающие её щиколотки, на одной из которых еще и болтался серебристый браслет. Её волосы подпрыгивали на плечах при каждом её движении, от чего мои руки безумно чесались, требуя меня дотронуться до них. Пока они носились всем своим женским отрядом от одних каруселей к другим, я вздыхал, вымученный от жаркого солнца и от привлекательности сестры моего друга. На Колесо обозрения я полез вместе с ней. Отправив Лотти с близнецами в следующую кабинку. Софи сидела напротив меня, отрывая кусочки сладкой ваты и отправляя их к себе в рот...Господи...— Хочешь?— Что?! — её вопрос заставляет меня покраснеть под цвет нашей ярко-красной кабинки.— Вату хочешь? — протягивает мне кусочек липкой гадости, которая вечно пачкала мне лицо в детстве. Не в силах отказать ей, приоткрываю свой рот, пока она смело отправляет мне эту мерзкую безумно-сладкую дрянь. Ненавижу сладкое... — Вкусно, правда?— Угу... — проглатываю эту "вкусноту", тянусь за бутылкой воды, полощу рот, очищая свои вкусовые рецепторы. — Ты в последнее время слишком молчалив, ЛуИии..Опять это ЛуИ. Никто не ставит ударение в моём имени на последнюю букву кроме неё. Каждый раз слыша, как она произносит моё имя, мне хочется закричать или растечься лужицей. — Да нет, тебе кажется. — улыбаюсь, когда поднимаемся выше. Замечаю, как она начинает сильнее держаться. — Ты что боишься?— Вообще-то высота не моя стихия, знаешь ли... — нервно смеётся, смотрит вниз, поднимает глаза на меня и опять нервный смех.— Да ладно, Софи!— приподнимаюсь на своём месте, кручу своими бедрами, от чего кабинка начинает слегка пошатываться из сторону в сторону.— Ох, давай без твоих танцев, красавчик! — грозит в меня пальцем, прося меня сесть обратно.Раскачиваю сильнее. Когда я отличался серьезностью, ну правда?— Да ладно, это же весело!Как только мы поднимаемся на самую высокую точку, она жмурит свои глаза, шепча, какой я придурок и зачем она согласилась поехать со мной в этот "дурацкий" парк. Начинает труситься всем телом, из под закрытых глаз, скатывается слеза. До меня наконец-то доходит, что ей серьезно страшно, что она говорила чистую правду о своем страхе перед высотой. Встаю, чтобы пересесть на сиденье рядом с ней, от чего кабинка шатается еще сильней. Усаживаюсь рядом, обнимаю её одной рукой, пожимая её плечо.— Эй, голубоглазка! Прости меня, окей? — обхватываю её лицо, вынуждая посмотреть на меня. — Смотри на меня. Я придурок, полностью согласен с твоими словами, могу даже подписать официальную бумагу ?Луи Томлинсоном - придурок!?. Обещаю я куплю тебе самую огромную сахарную вату, договорились? — Она кивает мне в ответ, но так и не открывает глаз. — Софи, открой глаза. Посмотри на меня. Сейчас всё пройдет, прости меня...Она моргает несколько раз, прежде чем полностью распахнуть свои глаза. Смотрю на неё, начинаю петь первую пришедшую песню в голову Never Gonna Give You Up— Rick Astley Never gonna give you up, never gonna let you downNever gonna run around and desert youNever gonna make you cry, never gonna say goodbyeNever gonna tell a lie and hurt youХихикает, пока я сидя на своём месте пою и пританцовываю как Рик Эстли в своём клипе. Допеваю припев популярного хита, улыбаюсь ей в ответ, растворяюсь в этих кристально-голубых глазах, пока расстояние между нами тает, как пломбир под жарким солнцем. Целуемся на одной из самых высоких точек в Лондоне. Пробуем наш первый поцелуй не спеша, растягивая момент, пока теплый ветер обдувает нас со всех сторон. Отрываемся друг от друга на минуту, чтобы посмотреть в глаза, прочитать в них о чем-то сокровенном и вновь встретиться губами... Мы проехали так два круга. Не слазя с этого Колеса, я только крикнул Лотти, чтобы они топали дальше, обещая их догнать через десять минут. Весь оставшийся день, я искал любого предлога прикоснуться к её руке, волосам, дернуть за карман белых шортов, испачкать её нос мороженым и быстро стереть своими губами, пока Лотти с близнецами идут впереди нас...— Томмо. — Гарри толкает меня в плечо. — Там Рейч приехала, я спущусь, встречу её.— Может мне с тобой?— Не стоит, сейчас придём. Ди сказала мы можем...можем зайти к Софи на пару минут.Уходит вниз, смотрю на часы. Прошло несколько часов с момента аварии. Гарри позвонил Рейчел в самый последний момент, пока ситуация с Софи не стала более менее ясной. Господи, бедная Рейч!Тянусь в карман своих спортивок, в которых выскочил из дома с утра, нахожу сомканый листок бумаги, иду на пост к медсестре, у которой прошу ручку. Пишу на измятом клочке послание для своей любимой девочки.?Детка, не задерживайся там в невесомости. Я так скучаю по тебе. Твой Луи.?Аккуратно складываю листок, прячу в карман. Иду к лифту, из которого вышли Гарри с Рейчел. Стайлс ведёт эту потерянную женщину, придерживая за плечи.— Рейч... — подхожу к ней, принимая из объятий Гарри в свои. — Мне так жаль... Она поправится.— Конечно. Моя малышка не сможет оставить нас, вот увидишь, — вздергивает свой подбородок, смахивает слезы с глаз. —Ты знаешь, она же родилась совсем крошечной, но так цеплялась за мой палец своей ручкой, что её силе мог бы позавидовать любой! — мы идем к Зейну и Найлу, усаживаем её на стул, которые откуда-то притащил Хоран для нас. — Рут...., — она умолкает, не находя в себе сил сказать, что все мы не можем произнести в слух. — Как Митч? Где он?— Он хочет побыть с ней... Не хочет пока никого видеть... — голос Гарри скрипит, сорванный от криков и слёз. — Мам, накинь, — протягивает больничный халат для Рейчел, передает бахилы и маску. Никогда еще не слышал, чтобы он обратился к ней "мама"... Мы встаём, как только из другого конца коридора появляется Аддингтон. Сжимаю записку в кармане в кулак, как ниточку между мной и Софи.— Пойдемте, — берёт Рейч за руку и ведёт нас мимо палат. Мы проходим коридор, сворачиваем в другое крыло. — Она отлично держится, мы сделали всё, что могли. Теперь дело за ней. Я не могу вам сказать точно, сколько она будет в таком состоянии. День-два-месяц... У вас у каждого по пять минут.Рейчел заходит первой вместе с Дианой. Ждём с Гарри переглядываясь. Следующим заходит он. Выходит из палаты в слезах, тянется к Рейч, сжимая её в объятиях. Набираю в легкие побольше воздуха, захожу в палату, боюсь смотреть на неё. Бросаю взгляд на Диану, которая стоит в дальнем углу, прикрывая рот рукой. Подхожу к кровати.Поднимаю свои глаза... Господи, она такая бледная! Её лицо покрыто ссадинами и порезами. Глаза закрыты. Грудь плавно поднимается. Словно она спит... Смотрю на голые, поцарапанные плечи. Замечаю края чёрной тату, в виде крыла. Всхлипываю, вспоминая, как набили парные татуировки в виде ангельских крыльев на нашу первую годовщину, напившись текилы и споря над эскизом. Она сделала на правом, я на левом плече... Дотрагиваюсь дрожащими руками до белой простыни. Шепчу какие-то слова, аккуратно подхожу ближе. Под уголок подушки подсовываю ей записку. Боюсь сделать что-то не так, задеть все эти провода, подключённые к её телу. Склоняюсь к уху, начинаю петь охрипшим голосом.Don't you wanna dance, just a little dance?I would never stop given half the chanceJust keep your head up, love, keep your head upDon't hide away, don't ever changeKeep your head up love, keep your head upDon't look away, don't look away— Давай, детка, ты же так любишь танцевать, пожалуйста....— Луи, нужно выходить, прости. — Аддингтон легонько трогает меня за плечо. — Мне еле разрешили вас впустить. Пойдём.Выхожу с палаты, оставляя Диану там, чтобы сверить какие-то показания. Как только она выходит, просит нас спуститься вниз и хотя бы что-то поесть.— Ты себя видела в зеркало? Тебе бы самой поесть и поспать. Ты даже еще и не ложилась, — обнимаю эту прекрасную девушку. — Спасибо, Ди...— Я сейчас как раз пойду и отдохну пару часов... Если получиться усну. Кстати, Рейчел, пойдем я покажу тебе палату, где ты можешь если что переночевать. — Она берет маму Софи и уводит.— Я наберу Митчу. — Гарри достаёт телефон, трёт свои глаза, до конца не понимая, что он может сейчас сказать Роуленду. — Я хотел пойти к нему, но он просил не трогать его...Он уходит обратно к ребятам, без конца набирая Митча, в надежде, что тот ответит. Прижимаюсь щекой к дверям Софи, прикрываю глаза и без конца продолжаю петь Perfect Now... Не знаю сколько прошло времени. Все из нас разбрелись по больнице. Я так и продолжал сидеть под дверями Софи, замечая укоризненные взгляды врачей, которые периодически заходили к ней в палату. Гарри бродил по коридорам, опустив голову и без конца пытаясь дозвониться Митчу. Найл ушел вместе с Ди, чтобы она хотя бы немного поспала. Зейн всё такой же молчаливый, сидел на том же самом месте, перебирая свои четки. Он кстати прислал человек семь в больницу, которые тусуются теперь неподалёку от палаты Софи. Через несколько часов Гарри притащил кофе и какие-то сэндвичи, но к ним толком никто не притронулся, выпив только напиток. Втроём выходим на улицу, чтобы покурить.— Митч звонил. Завтра похороны...Смотрю на Гарри, на его помятый вид, на сигарету, которая падает с его пальцев, потому что он не может унять дрожь. На Зейна, который спускается со ступенек, отходит подальше и орёт во всё горло, падая на колени на грязный снег... — Я не хочу сажать Спенса в тюрьму, — смотрю на Стайлса. — Я хочу, чтобы он сдох.